СУМЕРКИ. САГА. СОЛНЕЧНОЕ ЗАТМЕНИЕ

10. Глава . Пока школа

Давным-давно, никто не вспомнит Ту дату точную сейчас. Когда наш мир лишь сотворили Другими были мы тогда. Другими – что же это значит? Вопрос, казалось бы простой Его ответ и есть легенда Нас было двое, вот и все. Два человека в оболочке С одной душою на двоих. И счастья очень много было Единой чашей на двоих. Так продолжалось очень долго И только через много лет Беда нашла в наш мир дорогу И до сих пор живет везде. Не знаю, кто был в том повинен Ведь и сейчас ответа нет, Разбились наши оболочки Перемешались сразу все. Душа на части раскололась Ведь на двоих была одна И каждому теперь отныне Приходится ту часть искать. И если ты найдешь частичку, То будешь, счастлив до конца Ведь смысл жизни в ней поныне Она как воздух нам нужна. Ну, вот закончилась легенда В ней есть и правда, есть обман И каждый для себя решает Искать ту часть иль не искать.

Наглый солнечный луч проник в комнату, но бледная рука успела предотвратить его попадание на лицо сладко спящей девушки. Рыжеволосая немного сморщила носик и медленно открыла глаза. Её взгляд устремился на руку, что прикрывала её лицо от солнца, она улыбнулась и перевела взгляд на блондина. - Доброе утро, принцесса! - Джаспер навис над Рэйн и нежно, почти невесомо поцеловал её. - Доброе, думаю пора вставать! - разорвав поцелуй прошептала девушка. Выйдя из комнаты Поуока врезалась в Элис. В руках эльфийки было свёрнутое полотенце, она протянула его подруге. - Вот, возьми, ванная - третья дверь с лева. - Рэйн немного развернула полотенце и увидела новое нижнее бельё. - Спасибо... - шаманка обняла вампиршу и прошла в ванную. После водных процедур и шикарного завтрака от Эсми Рэйн и Белла начали собираться в Ла-Пуш. Собрались они достаточно быстро. Эдвард вызвался подвезти девушек. Приехав на место где девушек ждал Джейкоб. — Все взяли? — Спросил у подруг Эдвард. — Все. - в один голос сказали девушки и вылезли из машины. Он вздохнул и наклонился к Белле. Она подставила губы для прощального чмока, но крепко сжал в объятиях и впился поцелуем так, что она чуть не задохнулась. Он тихо засмеялся и выпустил свою девушку. — Пока, — сказал Эдвард. Рэйн помахала Каллену рукой и залезла на заднее сидение джипа. В глазах Эдварда Поуока заметила странный блеск. Шаманка расценила этот взгляд как ревность и хмыкнула. — Это еще что? — настороженно спросила Свон. Садясь на переднее сидение. — Решил прокатиться на машине Рэйн, она запретила мне копировать её — объяснил Блек. - Дай угадаю, ключи тебе отдал Пол, - подала голос рыжеволосая. - Неа, их мне отдала Кэтери. - Оборотень повернулся к шаманке и показал её язык. Поуока на секунду задумался, а потом широко улыбнулась. — Джейк, ну хватит уже! — Ударила друга Свон, намекая на то, что пора заканчивать этот спектакль. Блек и Рэйн засмеялись. Он наконец завёл мотор и машина поехала в резервацию. *** — Ты будешь эту сосиску? — спросил Пол у Джейкоба, не сводя глаз с последнего остатка от пиршества оборотней. Джейкоб отклонился назад, упираясь в коленки Белле. Он держал в руках насаженную на ветку сосиску: языки пламени лизали ее потрескавшуюся кожицу. Джейк вздохнул и погладил себя по животу, который каким-то непонятным образом оставался плоским, несмотря на бесчисленное количество поглощенных сосисок: после десятой Рэйн потеряла им счет. И не говоря уже об огромном пакете чипсов и двухлитровой бутылке какого-то напитка. — Похоже, я так объелся, что скоро лопну, — произнес Джейкоб. — Но, пожалуй, еще одну можно запихать. Правда, с трудом, — грустно вздохнул он. - Да брось, это перебор уже. - Рэйн выхватила у него из рук последнюю сосиску . Поуока бросила импровизированный вертел через костер, и Пол ловко поймал его за противоположный конец. У Беллы начал появляться комплекс не полноценности. Рэйн это заметила из-за того что Свон немного съёжилась. — Ты настоящий друг! — сказал Пол и бросил Рэйн банку коллы. Костер потрескивал, догорая. Искры вдруг взлетели ярким оранжевым заревом в черное небо. Надо же, а солнце-то село. Рэйн и Белла совсем потеряли счет времени. Вечеринка с квилетскими друзьями оказалась гораздо приятнее, чем ожидали девчёнки. — Уже поздно, — тихо сказала Белла Джейкобу. — Не торопись, — прошептала ей на ухо Поуока, хотя как минимум половина присутствующих обладала достаточно тонким слухом, чтобы услышать их. — Самое интересное еще не началось. - Продолжил вместо подруги Блек. — И что же будет дальше? Ты проглотишь корову целиком? А ты ему поможешь? - Недоверчиво смотря на на друзей поинтересовалась Свон. Джейкоб фыркнул, а Рэйн надулась. — Нет, с едой уже все. Мы ведь собрались не за тем, чтобы слопать недельный запас продуктов. Мы пришли на заседание совета. Квил и Рэйн здесь впервые, и они еще не слышал наши истории. Ким, Сет и Ли тоже новички. — Что за истории? Джейкоб сел между девчонок, опираясь на низкий каменный выступ. Положил руки им на плечи и тихо зашептал в ухо. — Те истории, которые мы всегда считали легендами, — сказал Блек. — Истории о том, как мы появились. И первая история о воинах-духа. Шепот Джейкоба словно стал предисловием — атмосфера вокруг затухающего костра резко изменилась. Пол и Эмбри выпрямились. Джаред подтолкнул Ким и мягко заставил ее сесть прямо. Эмили приготовила тетрадку и ручку — точно студентка в начале важной лекции. Сидевший рядом с ней Сэм слегка повернулся в ту же сторону, куда смотрел Старый Квил - в сторону четырёх старейшин. Ли Клируотер, не снимая бесстрастной маски с красивого лица, закрыла глаза — не от усталости, а чтобы лучше сосредоточиться. Ее брат нетерпеливо склонился вперед, ближе к старейшинам. Костер потрескивал. В ночное небо вырвалась еще одна вспышка пламени. Билли откашлялся и без дальнейших предисловий принялся рассказывать историю звучным, глубоким голосом. Слова следовали точно одно за другим, будто заученные наизусть, но в них все же чувствовался едва заметный ритм. Словно стихи, читаемые поэтом. — С самого начала квилеты были малочисленным племенем, — сказал Билли. — Нас и сейчас немного, но мы не исчезли. Потому что в нашей крови есть магия. Не всегда эта магия превращала нас в оборотней. Сначала мы были воинами-духа. Никогда раньше Поуока не слышала, какой у Билли Блэка величественный голос, хотя сейчас поняла, что в нем всегда звучала властность. Эмили лихорадочно водила ручкой по бумаге, пытаясь поспеть за рассказчиком. — Вначале наше племя поселилось в этой бухте, где мы стали искусными корабелами и рыбаками. Но нас было мало, а бухта изобиловала рыбой. Другие племена положили глаз на нашу землю, а у нас не хватало воинов для защиты. Пришло более сильное племя, и мы сели в лодки, чтобы спастись. Кахелех был не первым воином-духа, но мы не помним тех, кто был до него. Не помним, кто впервые открыл этот дар и как его использовали раньше. В нашей истории первым великим вождем стал Кахелех. В трудные времена он использовал магию, чтобы защитить наши земли. Он и его воины покинули лодки — не телом, а духом. Женщины присматривали за телами мужчин и за лодками, а воины вернулись в бухту. Они не могли физически прикоснуться к своим врагам, однако могли кое-что другое: направить ураганные ветры на лагерь противников; заставить ветер завывать, пугая врагов. Говорят, что звери могли видеть воинов-духа, понимали и слушались их. Кахелех и его армия воинов-духа напали на захватчиков. У вражеского племени с далекого севера были огромные ездовые собаки с густой шерстью. Воины-духа натравили собак на их хозяев, а потом наслали летучих мышей из пещер в скалах. Воющий ветер помогал собакам сбить с толку людей. Собаки и летучие мыши победили. Выжившие захватчики разбежались, прозвав бухту проклятым местом. Воины-духа отпустили собак на волю, и те одичали. Квилеты вернулись в свои тела — и к своим женам — с победой. Соседние племена, хоу и мака, заключили с квилетами договор, предпочитая держаться подальше от нашей магии. Мы жили в мире с соседями, а когда нападали враги, воины-духа отбивали атаку. Прошло много лет. И тогда появился последний великий вождь Таха Аки. Он прославился своей мудростью и миролюбием. И его люди на жизнь не жаловались. И только один человек по имени Утлапа был недоволен. Вокруг костра зашипели. Рэйн не успела заметить, кто начал первым. Билли не обратил на это внимания и продолжал рассказ: — Утлапа, один из самых сильных воинов-духа вождя Таха Аки, руки имел загребущие. Хотел, чтобы мы с помощью магии расширили территорию, поработили племена хоу и мака и основали империю. Когда воины-духа покидали свои тела, то слышали все мысли друг друга. Таха Аки увидел, о чем мечтает Утлапа, и разозлился на него. Приказал уйти из племени и никогда больше не покидать свое тело. Как ни силен был Утлапа, воины вождя превосходили его числом, и ему пришлось подчиниться. Взбешенный изгнанник поселился в лесу неподалеку, поджидая удобный момент для мести вождю. Даже в мирные времена вождь сохранял бдительность. Он часто уходил в священное место в горах. Оставлял там свое тело и бродил по лесам и вдоль берега, проверяя, нет ли опасности. Однажды, когда Таха Аки собрался обойти свои земли дозором, Утлапа пошел за ним. Сначала он просто хотел убить вождя, но у этого плана имелись недостатки: воины-духа наверняка захотят уничтожить убийцу, а он не успеет скрыться. Утлапа прятался среди камней, наблюдая, как вождь собирается покинуть тело, и тут ему пришел в голову новый план. Таха Аки оставил тело в тайном убежище и улетел вместе с ветром, чтобы охранять покой своего племени. Утлапа дождался, пока вождь удалился достаточно далеко. Таха Аки мгновенно почувствовал присутствие Утлапы в мире духов и понял, что тот собирается сделать. Он помчался обратно в тайное убежище, но даже самые быстрые ветра опоздали. Когда вождь вернулся, его тело исчезло. Утлапа оставил свое тело, заранее перекрыв эту лазейку: руками тела Таха Аки Утлапа перерезал себе горло. Таха Аки последовал за своим телом к подножию горы. Он кричал на Утлапу, но тот обращал на это не больше внимания, чем на ветер. В отчаянии смотрел Таха Аки, как Утлапа занял место вождя квилетов. Несколько недель Утлапа ничего не делал, чтобы убедиться, что все принимают его за Таха Аки. Потом начались перемены: прежде всего Утлапа запретил воинам-духа покидать свои тела. Он заявил, что ему было видение опасности, хотя на самом деле просто боялся: знал, что Таха Аки ждет шанса рассказать, что произошло. Входить в мир духов Утлапа тоже не решался: Таха Аки быстро вернул бы себе свое тело. Поэтому мечтать о покорении соседей воинами-призраками не приходилось, и Утлапа удовольствовался своим положением вождя. Он стал обузой для племени: искал для себя привилегий, которыми не пользовался Таха Аки; отказывался работать вместе с воинами; вопреки обычаям, взял еще одну молодую жену, а потом и третью, хотя жена Таха Аки была жива. Таха Аки наблюдал за происходящим в бессильной ярости. В конце концов Таха Аки попытался убить свое тело, чтобы спасти племя от Утлапы. Он привел с гор огромного волка, но Утлапа спрятался за воинами. Когда волк убил юношу, защищавшего ложного вождя, Таха Аки не помнил себя от горя. И приказал волку убираться. Все истории сходятся в том, что нелегко быть воином-духа. Освобождение духа от тела не столько радует, сколько пугает. Поэтому магия использовалась только в случае необходимости. Одинокие дозоры вождя были тяжелым бременем и добровольной жертвой. Без тела дух чувствует себя потерянным, это непривычно и очень пугает. Таха Аки так долго оставался без тела, что ему было очень плохо. Он чувствовал, что обречен: застрял в мучительной пустоте и никогда не сможет совершить последний переход в землю, где ждут его предки. Дух Таха Аки скитался по лесу, изнемогая в агонии, а следом шел громадный волк — очень большой и красивый. Таха Аки вдруг позавидовал глупому зверю: по крайней мере, у него есть тело, есть жизнь. Жить в облике зверя все же лучше, чем оставаться бесплотным духом. И тогда Таха Аки пришла в голову мысль, которая изменила нас всех. Он попросил волка поделиться телом. Зверь согласился. Таха Аки с облегчением и благодарностью вошел в его тело: пусть и не человеческое, но все-таки тело, и в нем гораздо лучше, чем в пустоте мира духов. Человек и волк в едином теле вернулись в деревню квилетов. Люди в страхе бросились бежать, призывая на помощь воинов. Воины примчались с копьями, а Утлапа, конечно же, спрятался в безопасном месте. Таха Аки не стал нападать на своих воинов. Он медленно отступал, говоря с ними взглядом и пытаясь провыть песни своего племени. Воины поняли, что имеют дело не с обычным волком — зверем управлял чей-то дух. Один из старых воинов по имени Ют решил ослушаться приказа ложного вождя и попытаться поговорить с волком. Как только Ют перешел в мир духов, Таха Аки оставил тело волка — зверь послушно ждал его возвращения, — чтобы поговорить с воином. Ют мгновенно понял, в чем дело, и приветствовал возвращение вождя. В это время пришел Утлапа, чтобы посмотреть, убит ли волк. Увидев безжизненно лежавшее на земле тело Юта, окруженное защитным кольцом воинов, Утлапа понял, что происходит. Он выхватил нож и поспешил убить Юта, пока тот не вернулся в свое тело. — Предатель! — закричал он, и воины растерялись. Ведь вождь запретил переходить в мир духов и имел полное право покарать нарушителя. Ют моментально вернулся в свое тело, но Утлапа уже приставил ему нож к горлу и зажал рот рукой. Тело Таха Аки было сильнее старого Юта. Тот не успел и слова вымолвить, чтобы предупредить остальных, как Утлапа навсегда заставил его замолчать. Таха Аки смотрел, как дух Юта ускользнул в землю предков, куда навеки запрещен доступ самому Таха Аки. В нем вспыхнул неистовый гнев, какого он не испытывал никогда в жизни. Таха Аки вернулся в тело волка, собираясь растерзать Утлапу, но в это мгновение случилось чудо из чудес. Гнев Таха Аки был гневом человеческим. Любовь к своему племени и ненависть к его поработителю не могли вместиться в тело волка. Волк задрожал — и на глазах изумленных воинов и Утлапы превратился в человека. Этот человек был не похож на тело Таха Аки: он был воплощением духа Таха Аки и выглядел гораздо величественнее. Воины тут же его узнали, ведь они летали вместе с духом вождя. Утлапа попытался бежать, но новое тело Таха Аки обладало силой волка. Он поймал вора и уничтожил его дух прежде, чем тот успел убежать из украденного тела. Когда люди поняли, что произошло, то возрадовались. Таха Аки быстро вернул все на свои места, снова стал работать вместе с воинами и отправил юных жен обратно к родителям. И только запрет на путешествия в мире духов вождь решил не отменять. Он знал, что теперь, когда зародилась идея похищения жизни, это стало слишком опасно. С тех пор Таха Аки был одновременно и волком, и человеком. Его называли Великий волк Таха Аки или Человек-призрак Таха Аки. Он оставался вождем племени долгие годы, потому что не старел. Когда угрожала опасность, он снова превращался в волка, чтобы драться или испугать врагов. Племя жило в мире. У Таха Аки родилось много сыновей, и некоторые из них обнаружили, что, став мужчинами, тоже могут превращаться в волков. И все волки выглядели по-разному, потому что отражали дух человека. — Так вот почему Сэм черный! — с ухмылкой пробормотал Квил себе под нос. — Черное сердце, черный мех. Рэйн так заслушалась, что вздрогнула, возвращаясь в настоящее. И её тут же ошеломило новое открытие: сидевшие вокруг люди — прапраправнуки великого Таха Аки — неважно, в каком именно поколении. Костер вспыхнул заревом искр, которые дрожали и танцевали в воздухе, складываясь в почти осмысленные формы. — А ты сам почему шоколадный? — прошептал Сэм в ответ. — Хочешь сказать, что сладкий? Билли пропустил эти поддразнивания мимо ушей. — Некоторые сыновья стали воинами Таха Аки и оставались всегда молодыми. Остальные, те, кому не нравилось превращаться, отказались войти в стаю волков-людей. Они постарели, и племя обнаружило, что когда люди-волки отказываются от своего волчьего духа, то стареют точно так же, как обычные люди. Таха Аки прожил три человеческие жизни. Он женился в третий раз, после того как первые две жены умерли. И в третьей жене нашел свою истинную половинку. Хотя он и любил первых жен, в этот раз все было совсем иначе. Таха Аки решил отказаться от своего волчьего духа, чтобы умереть вместе с женой. Вот так к нам пришла магия, но это еще не конец истории… Билли посмотрел на Старого Квила, который шевельнулся на стуле, распрямив слабые плечи. Глотнул воды из бутылки и вытер лоб. Эмили, не останавливаясь, водила ручкой по бумаге. — Это была история воинов-духа, — начал Старый Квил тонким голоском. — А теперь я расскажу о жертве третьей жены Таха Аки. Через много лет после того, как Таха Аки отказался от духа волка и стал совсем старым, на севере, в племени мака началось что-то неладное. Несколько молодых женщин пропали, и племя обвинило своих соседей-волков, которых боялось и которым не доверяло. Люди-волки по-прежнему могли читать мысли друг друга, когда становились волками — точно так же, как делали их предки воины-духа. Они знали, что их вины в исчезновении женщин нет. Таха Аки попытался успокоить вождя мака, но тот слишком боялся. Таха Аки не хотел ввязываться в войну: он уже не мог вести за собой воинов в битву. Тогда вождь приказал своему старшему сыну Таха Уи найти истинного виновника, пока не разразилась война. Таха Уи повел пять волков стаи в горы на поиски пропавших женщин из племени мака. И они нашли то, что никогда раньше не встречали — странный сладковатый запах в лесу обжигал их ноздри до боли. Белла прижалась ближе к Джейкобу и заметила, как уголок его рта дрогнул в ухмылке. Джейк покрепче обнял Свон за плечи. Рэйн же внимательно следила за повествованием. — Они не знали, кто мог бы оставить такой след, но все равно пошли по нему, — продолжал Старый Квил. Его дрожащий голос не отличался величественностью интонаций Билли, зато в нем была странная напряженность. Заставляя сердца присутствующих биться чаще. — Они нашли слабый след человека и человеческую кровь. И поняли, что напали на след врага. Они зашли так далеко на север, что Таха Уи отправил половину стаи, самых молодых, обратно, чтобы сообщить Таха Аки о происходящем. Таха Уи и два его брата не вернулись. Младшие братья пошли на поиски старших, но ничего не нашли. Таха Аки скорбел о своих сыновьях. Хотел отомстить за их смерть, но он был слишком стар. Таха Аки в траурных одеждах пошел к вождю мака и рассказал обо всем. Вождь мака поверил его горю, и племена перестали враждовать. Через год две девушки мака исчезли из своих домов в одну и ту же ночь. Мака тут же позвали волков-квилетов, которые обнаружили тот же самый сладковатый запах по всей деревне мака. Волки снова вышли на охоту. Вернулся только один — Яха Ута, старший сын третьей жены Таха Аки и самый младший в стае. Он принес с собой то, что до сих пор не видел ни один квилет — твердые куски странного холодного трупа. Все, в чьих жилах текла кровь Таха Аки, даже те, кто никогда не превращался в волка, почувствовали обжигающий запах мертвеца. Это был враг племени мака. Яха Ута рассказал что произошло: он с братьями нашел существо, которое выглядело как человек, но оказалось тверже гранита, а с ним были две девушки из племени мака. Одна, уже мертвая, лежала на земле. Другую существо держало в руках, впившись ей в горло. Возможно, она была еще жива, когда квилеты увидели это ужасное зрелище, но, заметив их приближение, существо быстро сломало ей шею и бросило безжизненное тело на землю. Его белые губы были покрыты кровью, а глаза горели красным огнем. Яха Ута описал невероятную силу и скорость существа. Один из братьев недооценил эту силу и поплатился жизнью — эта тварь разорвала его на части. Яха Ута и второй брат стали осторожнее. Они вместе напали с двух сторон, загоняя существо в угол. Это потребовало от них полной отдачи сил и максимальной скорости — никогда раньше им не приходилось такое испытывать. Тварь оказалась твердой как камень и холодной как лед. Только зубы волков-квилетов могли ее прокусить. Волки принялись отрывать кусочки в пылу схватки, но существо быстро сообразило, в чем дело, и стало уклоняться от нападений волков. Оно схватило брата Яха Ута. Тогда Яха Ута выбрал момент и вцепился противнику в глотку. Волк оторвал твари голову, но ее руки продолжали калечить брата. Яха Ута разорвал существо на мелкие клочки в отчаянной попытке спасти брата. Он опоздал, но в конце концов тварь была уничтожена. По крайней мере, так они думали. Яха Ута положил вонючие куски трупа перед старейшинами. Оторванная кисть лежала рядом с куском твердой как гранит руки — они соприкоснулись, когда старейшины ткнули их палками, и кисть потянулась к руке, пытаясь воссоединиться. Старейшины в ужасе бросили останки в костер. Огромное облако мерзкого, удушливого дыма расплылось в воздухе. Когда остался только пепел, его разделили на маленькие кучки и развеяли как можно дальше друг от друга: в океане, в лесу, в пещерах. Таха Аки повесил на шею мешочек с пеплом, чтобы получить предупреждение, если тварь попытается воскреснуть. Старый Квил замолк и посмотрел на Билли. Билли потянул за кожаный ремешок на шее — на нем висел почерневший от времени мешочек. Несколько человек ахнули. — Существо назвали Холодным или Кровопийцей. Все боялись, что он был не один. А у племени остался единственный защитник-волк — молодой Яха Ута. Долго ждать не пришлось. У существа нашлась подруга, еще одна кровопийца, которая решила отомстить квилетам. Говорят, квилеты в жизни не видели никого прекраснее Холодной женщины. Она вошла в деревню утром и выглядела как богиня рассвета: в кои-то веки светило солнце, отражаясь от ее белой кожи и освещая золотистые волосы, ниспадавшие до колен. Она была сказочно прекрасна, на бледном лице горели черные глаза. Некоторые упали на колени, преклоняясь перед ней. Она спросила что-то высоким пронзительным голосом на языке, которого никто не понимал. Люди растерялись, не зная, что ей ответить. Среди них был только один из тех, в ком текла кровь Таха Аки — маленький мальчик. Он прижался к матери и закричал, что этот запах режет ему нос. Один из старейшин услышал мальчика и понял, кто пришел. Он крикнул, приказывая людям бежать. Женщина убила его первым. Двадцать человек видели, как пришла Холодная женщина. Выжили всего двое — и то потому, что ее отвлекла кровь и она остановилась, чтобы утолить жажду. Уцелевшие свидетели прибежали к Таха Аки, который заседал на совете вместе с другими старейшинами, своими сыновьями и третьей женой. Яха Ута тут же превратился в волка и в одиночку пошел на кровопийцу. Таха Аки, его третья жена и сыновья, а также другие старейшины последовали за ним. Сначала они не могли найти существо, хотя повсюду виднелись следы атаки: изуродованные тела, некоторые обескровленные, лежали на земле, указывая, где она прошла. Услышав крики, они поспешили к бухте. Несколько квилетов попытались скрыться на лодках. Холодная женщина поплыла за ними, как акула, и, пользуясь своей невероятной силой, отломала нос лодки. Когда лодка пошла ко дну, женщина поймала беглецов и убила их. Увидев огромного волка на берегу, она забыла про барахтающихся квилетов и поплыла с невероятной скоростью. Вышла на берег, мокрая и сияющая красотой, и встала перед Яха Ута. Указала на него белым пальцем и спросила что-то непонятное. Яха Ута ждал. Они дрались почти на равных: женщина была слабее своего друга, но Яха Ута оказался с ней один на один и никто не отвлекал ее внимания на себя. Когда Яха Ута проиграл, Таха Аки возмущенно закричал. Неуклюже прыгнул вперед и превратился в старого волка с поседевшей мордой: в теле, хотя и старом, жил дух великого вождя, и ярость придала ему сил. Схватка возобновилась. На глазах третьей жены Таха Аки погиб ее сын. Теперь сражался муж, и не было никакой надежды на его победу. Она слышала рассказы очевидцев о кровопролитии и знала историю первой победы Яха Ута, когда отвлекающий маневр брата спас его. Третья жена выхватила кинжал у одного из стоявших рядом сыновей: все они были еще мальчиками, и, если погибнет их отец, они тоже умрут. Она бросилась на Холодную женщину с кинжалом. Та улыбнулась, едва обратив внимание на слабую человеческую женщину с ножом, который не мог даже поцарапать твердое как камень тело — кровопийца собиралась нанести Таха Аки смертельный удар. И тогда третья жена сделала нечто совершенно неожиданное: упала на колени у ног Холодной женщины и воткнула кинжал в собственное сердце. Кровь хлынула, потекла по пальцам третьей жены и брызнула на Холодную женщину. Та не смогла устоять перед соблазном свежей крови, вытекающей из теплого тела. Инстинкты заставили ее повернуться к умирающей женщине и на секунду забыть обо всем, кроме собственной жажды. И тогда Таха Аки вцепился ей в глотку. Это был еще не конец схватки, но теперь к Таха Аки пришла подмога. Увидев, как умерла их мать, двое сыновей пришли в такую ярость, что, несмотря на слишком юный возраст, превратились в волков. Вместе с отцом они прикончили кровопийцу. Таха Аки не пришел обратно к своему племени. Никогда не превратился обратно в человека. Целый день он пролежал возле тела третьей жены, рычанием встречая всякого, кто пытался к ней прикоснуться, а потом ушел в лес и больше не вернулся. С тех пор Холодные появлялись редко. Сыновья Таха Аки охраняли племя, пока не подросли их собственные сыновья. Тогда племени вполне хватало двух-трех защитников. Время от времени в наши земли забредал кровопийца, не ожидая наткнуться здесь на оборотней. Иногда волк умирал, но стая никогда не несла таких огромных потерь, как в первой битве. Волки научились сражаться с Холодными и передавали это знание от волка к волку, от духа к духу, от отца к сыну. Время шло, и потомки Таха Аки перестали превращаться в волков, когда достигали зрелости. Лишь изредка, если поблизости появлялся Холодный, волки возвращались. Кровопийцы всегда приходили по одному или по двое, и стая оставалась маленькой. Однажды появилась целая банда, и ваши прадеды приготовились с ними сражаться. Но вожак чужаков уважительно разговаривал с Эфраимом Блэком и обещал не причинять зла квилетам. Его странно желтые глаза подтверждали, что это не обычные кровопийцы. Волков было слишком мало: Холодные могли бы и не предлагать заключение мира, они бы все равно победили. Эфраим согласился. И чужаки выполняли свои обязательства, хотя их присутствие привлекало других. Кроме того, большое количество Холодных увеличило число волков в стае. Так сыновья нашего племени снова несут это бремя и приносят жертву, которую когда-то приносили их отцы. За этими словами последовало долгое молчание. Живые потомки героев легенд смотрели друг на друга с печалью в глазах. Все, кроме одного. — Тоже мне бремя, — тихо фыркнул Квил. — По-моему, это здорово! — Он слегка оттопырил нижнюю губу. Напротив него, по другую сторону затухающего костра, Сет Клируотер согласно кивнул — в его широко распахнутых глазах светилось восхищение братством защитников племени. Билли крякнул, и волшебство растаяло на угольях костра. Внезапно все вновь оказались сидящими в кругу друзей. Джаред бросил камешек в Квила, тот подскочил, и все засмеялись. Начались приглушенные разговоры, насмешливые и обыденные. Мысли Рэйн бродили за тысячу лет отсюда. Она думала не про Яха Ута и других волков, и не про прекрасную Холодную женщину. Нет, Поуока думала о человеке, не имевшем ни малейшего отношения к магии: пыталась вообразить, как выглядела женщина без имени, которая спасла целое племя — третья жена Таха Аки. Всего лишь обычная женщина, не наделенная никакими особыми талантами и силами. Слабее и медлительнее любого из героев древней легенды. Но именно она стала ключом и решением проблемы. Она спасла мужа, сыновей и все племя. Рэйн было жалко, что ее имя забылось… Пол потряс шаманку за плечо. Она открыла глаза и поняла что уснула у костра. Но сейчас она находится дома в мягкой кроватке. Пол разбудил её, всё же в уличной одежде спать не удобно, и ушёл к себе. За окном пошел дождь, и ледяные капли падали на окно. Рэйн было грустно от того что сегодня Джейк промокнет до нитки охраняя жизнь Беллы. Рассвет оказался серым и застывшим. Рэйн быстро оделась: кремовое платье с V-образным декольте и чёрная джинсовка. Уже собираясь пойти вниз, чтобы позавтракать, Рэйн заметила «Грозовой перевал». Потрепанная книжка одиноко лежала на столе. — Ты уже готова? Мы опаздываем! — Ворвалась в комнату Кэтери. Торжества она любит даже больше чем Рэйн. — Почти готова. Подожди минутку, — хрипло ответила Рэйн. Рэйн пришлось отказаться от намерения уложить волосы: времени не оставалось, поэтому прическа у неё была такая же, как и в любой другой день. Шаманка перекинула через руку уродливую желтую мантию выпускника и поспешила вниз. — Прекрасно выглядишь, — сказал Пол. На прошлой неделе, узнав, что Рэйн собирается поехать на выпускной одна, Кэт заупрямилась. Младшая Поуока её понимала: в день окончания школы родителям и опекунам полагаются определенные привилегии. Она не стала спорить с тётей, и Пол жизнерадостно предложил поехать всем вместе. На школьной стоянке к машине Кэт подошёл Джаспер и помог Рэйн выбраться из неё. — Ты замечательно выглядишь, — начал он, но Пол, с грацией слона, протиснулся между парочкой и обнял шаманку за плечи. — Ты рада? — спросила тётя. — Не очень, — призналась Рэйн. — Малявка, это очень важный день. Ты заканчиваешь школу. Теперь перед тобой открыт весь мир. Колледж. Самостоятельная жизнь… — На последних словах она слегка поперхнулась. — Кэт! — простонала девушка. — Только не надо слез. — Какие слезы? — проворчала она. — Лучше скажи мне, почему ты не рада. — Не знаю. Наверное, до меня еще не дошло. — Хорошо, что Элис устраивает вечеринку. Тебе не помешает повеселиться. - Подбодрил выпускницу Пол. — Конечно. Именно вечеринки мне и не хватает. Оборотня рассмешила интонация шаманки, и он снова стиснул её в объятиях. Хейл задумчиво разглядывал облака. В спортзале был сумасшедший дом: мисс Коуп из администрации и учитель математики мистер Варнер пытались расставить всех по алфавиту. — Мистер Хейл, вам туда! — рявкнул мистер Варнер на Джаспера. — Привет, Белла! Рэйн! Рэйн подняла взгляд и увидела Свон и Джессику : Стэнли с улыбкой махала подругам с задних рядов. Джаспер чмокнул рыжеволосую, вздохнул и пошел к остальным, чьи фамилии начинались на «Х». Рэйн пошла к ребятам чьи фамилии начинались на "П". Когда все выпускники были на своих местах, директор вызвала на подиум Джессику и та начала свою речь. Для Рэйн все происходило слишком быстро — как будто нажали кнопку ускоренной перемотки. Разве выпускники должны шагать так быстро? А Джесс, нервничая, тараторила с пулеметной скоростью, чудом не проглатывая слова. Директор принялся вызывать выпускников одного за другим, почти без паузы между фамилиями — первые ряды сбились с ног, торопясь за ним поспеть. Бедная мисс Коуп неуклюже пыталась передать директору нужные аттестаты, чтобы не перепутать выпускников. Внезапно появившаяся Элис, с выражением глубокой задумчивости на лице, грациозно прошествовала на сцену за своим аттестатом. Мистер Грин назвал фамилию рыжеволосой, и она встала в медленно продвигавшуюся очередь. В зале одобрительно завопили — Джейкоб, Кэтери и Пол шумно выражали свою поддержку. Макушка Билли едва виднелась рядом с локтем Джейкоба. Шаманка лучезарно улыбнулась всем кто находился в спортзале. Мистер Грин закончил читать список выпускников и, смущенно улыбаясь, раздавал аттестаты. — Поздравляю, мисс Поуока, — пробормотал он, вручая аттестат Рэйн. — Спасибо, — промямлила она. Поуока встала рядом с Джессикой в толпе выпускников. Глаза у Джесс покраснели, и она все промакивала их рукавом мантии. Мистер Грин сказал что-то, чего шаманка не расслышала, и все вокруг завопили и заорали. В воздух взлетели желтые шапочки. Рэйн с опозданием стянула свою и просто бросила ее на пол. Семьи стали собираться вместе, толпа сбивалась плотнее. — Поздравляю, — прошептал Рэйн на ухо Джаспер, обвивая руками её талию. В голосе звучали озорные нотки. — Спасибо… - Девушка развернулась в руках вампира и встала на носочки. Хейл не заставил её долго ждать и страсно поцеловал, смутив половину присутствующих. — А, Элис… Куда она пропала? - едва оторвавшись от ледяных губ поинтересовалась выпускница. — Выскочила за дверь, как только получила аттестат. В голосе медового блондина прозвучали незнакомые нотки. Я подняла глаза и увидела, как он растерянно смотрит на выход из спортзала. — Беспокоишься об Элис? — внезапно выпалила шаманка: в таких случаях свои действия следует обдумать дважды, но, как правило, у меня все получалось спонтанно. На что девушка получила кивок. - Думаю пора вызывать друзей на помощь. - Улыбнулась Рэйн. - Надеюсь они не откажут нам в помощи. - К парочке подбежала Элис и со светящимися глазами обняла подругу. - Не откажутся... - Элис отстранилась и побежала к семье. Рэйн пошла в сторону Кэтери и Пола, они разговаривали с Билли и Джейком. Все вместе они решили что устроят совместный ужин в честь окончания Рейн школы. Ужин тянулся долго, но Рэйн было весело. Пол и Джейк объедались мясом. Били ел мясо с овощами, А Кэт и Рэйн ели тортик. Доев всю еду выпускница утащила Джейкоба за собой на кухню помогать ей мыть посуду. — Торопишься? — спросил он, домывая тарелки. — Хочу помочь Элис с подготовкой, — ответила Поуока. — Иди тогда. — Блек подтолкнул подругу на выход. Рэйн вышла на улицу к своей машине. Уже стемнело: плотные облака закрывали небо — никак не разберешь, село солнце или еще нет. В тяжелом воздухе пахло близким дождем. Поуока села в свой джип и поехала к Калленам. Впереди, как раз там, где был поворот к дому вампиров, бархатная темнота ночи горела тысячами огоньков: кто-то обмотал гирляндами деревья по обе стороны дороги — ни за что не пропустишь. — Элис! — догадалась Рэйн. - Гениальное решение. Два дерева на въезде были не единственными маяками: через каждые двадцать футов новый сверкающий маяк указывал путь к большому дому. И так всю дорогу — целых три мили. Поуока припарковала машину около дома, заглушила мотор, вылезла из машины и захлопнула дверцу. Рэйн вздохнула и пошла вверх по ступенькам — навстречу страданиям. Продолжение следует ...