Между нами ненависти нет

Спичка чиркнула по каменной стене. Маленький огонёк передался фитилю в подсвечнике, распространяя свет по тёмному коридору. Закрыв металлическую дверцу, мужчина начал свой спуск вниз по лестнице. Темнота рассеивалась перед ним; издалека доносится гул ветра и холод метели. В самой высокой и заброшенной башне замка всегда все кажется громким и будто бы заледенелым, подстать погоде снаружи.  Лестница привела его к массивным дубовым дверям с резными узорами и посеребрёнными ручками. Открыв дверь и тут же закрыв, не впустив ни единого порыва ветра, мужчина оказался в хорошо прогретом помещении. Шкафы, полные книг, занимали большую часть пространства. На каждом из них есть свой номер, чтобы гость не потерялся в этом книжном мире. Но это место отличалось от открытой для всех библиотеки замка — здесь более пыльно, всегда темно вне зависимости от времени суток. Если приглядеться к углам, можно увидеть паутину или просто пауков. Единственным освещением здесь был камин и лампы возле письменного стола.  Это тайная библиотека королевской семьи… Была ею, пока про неё постепенно не забыли. Пару поколений назад короли Севера ещё обращались сюда за древними знаниями, брали книги и старые карты мира, чтобы узнать, как противостоять тому или иному врагу. Теперь это место забыто всей королевской четой и их наследниками. Кроме одного.  — Ваше Высочество, — мужчина в чёрной меховой мантии кланяется сидящему в кресле перед камином другому мужчине.  Вино в бокале переливается рубиновым цветом. Блики пламени мелькают на стекле. Длинные пальцы крутят тонкую хрупкую ножку, то приближая, то отдаляя бокал от рта. Темно-каштановые волосы небрежно собраны в маленький хвостик. Свободная рубаха с кружевными рукавами расстегнута до середины груди. На шее молодого мужчины висело кольцо с едва заметным сапфиром посередине.  Поза принца расслабленная, состояние ближе к сонному. Ранее полуприкрытые глаза открылись, когда в библиотеке появился кто-то посторонний.  — В это раз тебя долго не было, Юнги, — улыбка притаилась в уголках чуть пухлых губ Его Высочества. Его рука поднялась, махнув в сторону второго кресла напротив себя, и тут же опустилась. Юнги и так сел бы на это место. Он уже давно привык, что в этом месте ему можно делать все, что душе угодно. Принц позволяет ему своевольничать, потому что ему нравятся люди, подобные Юнги, — более свободные и имеющие твёрдый характер, граничащий с ехидством. Юнги умел шутить, а умел быть серьёзным — это тоже нравилось Сокджину в нем. Рыцарь садится в кресло и вздыхает. В плечах накопилось напряжение от сегодняшнего дня. Наверное, не стоило рваться в бой впереди всех. Сами бы справились. Плечо все ещё ныло, хотя ему удалось избежать прямого удара лап монстра из Хвойного леса — территории, где водятся опасные для людей существа.  — Выглядишь не особо довольным. Полагаю, это из-за новости, что тебе преподнёс мой отец, — принц делает глоток вина; тени танцуют на лице Сокджина. Это выглядит настолько медленно и эстетично, что любой художник бы обзавидовался и возжелал бы написать портрет прекрасного принца. Только Юнги не художник — он воин. И поэтому ему нет дела до красоты самого старшего сына короля и своего фактического хозяина.  Юнги вспоминает разговор, а точнее указ короля о сопровождении делегации на Юг. Юнги сразу не понравилась эта затея; он также знал, кому она изначально принадлежала. Сокджин не раз об этом говорил ему, но почему-то только сейчас решил действовать.  — Да, — подтверждает Юнги мнение Сокджина. Тот хмыкает, делая очередной глоток. Не много ли алкоголя на ночь глядя? — Просто чтоб ты знал: я очень недоволен твоей идеей.  — Я знаю. — Это безрассудно и наивно, Джин, — морщится Юнги. Когда они наедине, их стиль общения становится свободнее. Юнги привык уже, что принц не против, когда его называют по имени его приближенные, или разговаривают с ним, как с равным. По сути, это влияние его статуса.  Не все принцы равны по значимости. Не все принцы могут стать королями.  — Юнги, ты сам прекрасно понимаешь, что это решение может в будущем спасти нам жизнь, — Джин наклоняет голову. В камине треснуло полено, — Мой отец тоже скептично смотрит на то, что я придумал. Но это мой единственный шанс доказать ему, что не все можно и нужно решать войной.  Юнги знал об этом всем. Характер старшего принца был слишком мягким, не боевым и… Дипломатичным, как называет это Джин. Юнги мог сколько угодно шутить над этим, но в этом вся правда. Сокджин не мог и не хотел держать в руках меч, но умел вести политические дела, решать вопросы королевства, сидя в своём кабинете или этой библиотеке.  Однако меч и щит были главными признаками короля на Севере. И старший принц, который должен быть наследником, не знающий даже основ боеведения, на эту роль не подходит. По мнению всех в королевстве.  Но если принцу удастся заключить мир с Югом — большим королевством по соседству, с которым они враждовали с давних времен, то это все поменяет. Король Севера признает, что старший сын достоин трона и величественной короны, и Сокджин встанет во главе их королевства. Тем самым, он спасёт не только себя и Юнги от преждевременной расправы (младшие принцы на такое способны, знал Юнги по некоторым случаям годами ранее, когда Сокджина пытались отравить, зарезать, украсть прилюдно; разумеется, Юнги, как личный рыцарь принца мешал им), но и северный народ.  — Северу нужны реформы, Юнги, и ты это понимаешь. Если мы продолжим жить так, как живём сейчас, это ни к чему не приведёт. Наши люди продолжат жить жизнью дикарей и умирать на поле боя, не важно, кем они являлись, — в тот момент Джин держал на коленях книгу, перелистывая страницы. Его каштановая чёлка падала на глаза, вчерашняя рубашка все также застегнута на все пуговицы и закреплена темно-бордовым бантом. Солнечный свет подсвечивал профиль принца, делая его совсем не похожим на жителя Севера.  Юнги согласился с Сокджином тогда. Даже несмотря на условия, в которых вырос Юнги: дворянский титул, ничего не значащий, кроме возможности продвинуться в воинском деле, многодетная семья, в которой все, кроме младших брата и сестры и матери — рыцари в армии, постоянные тренировки, сделавшие Юнги сильным к нынешнему времени, — все это не меняло того факта, что Юнги иногда представлял, как живут в других странах. Не везде же так, как на Севере. Где-то есть спокойная, мирная жизнь. За свои тогда двадцать лет Юнги понял одну важную вещь: когда-нибудь ему надоест сражаться с монстрами в Хвойном лесу, защищать родину. И тогда он захочет покоя и тишины, без постоянного напряжения по ночам, что его вызовут на очередной поединок.  Сейчас, глядя на такого спокойного и, одновременно, решительного первого принца Севера, Юнги видел его на троне. Сокджин может править, даже если меч для него будет всего лишь украшением на поясе. Юнги станет его защитой и мечом. Он дал именно такую клятву, когда преклонял колени перед королевской семьёй и Сокджином в частности.  — Я последую за Вами куда угодно, Ваше Высочество, — Юнги встал с кресла, возвращаясь в этот поздний вечер и тёмную библиотеку, и посмотрел на Джина. Тот приподнял голову, улыбаясь краем губ и слушая его, — Когда у нас отправление в порт?  Чтобы добраться до Юга, им нужно переплыть целое море. Юнги ни разу не был на другом материке и как-то не горел желанием путешествовать на такие дальние расстояния. Но если другого не остаётся, то это необходимо для них.  — Послезавтра на рассвете. Завтра весь день будет подготовка. Отец сказал закончить с этим делом как можно скорее.  Джин отставил пустой бокал на столик, закупорил бутылку с вином и встал. Принц накинул на свои плечи мантию и пошёл к выходу. Юнги потушил в это время камин, а потом последовал за мужчиной. Библиотека погрузилась в мрак, только подсвечник недолго освещал книжные шкафы. 

***

Юнги ненавидит плавать и корабли. Теперь он точно это знает.  Северяне приспосабливаются к суровым условиям жизни с малых лет. Холодная природа их королевства не щадит слабых и беспомощных. Есть, конечно, некоторые трудности в адаптации, если человек вырос в месте, где нет ничего нового. Например, возле столичного замка никогда не было воды. Даже зимний сад погибшей королевы давно опустел и никаких прудов там нет.  Юнги не учился никогда плавать, не считая это нужным навыком. Местность, по которой ходили отряды рыцарей на проверку безопасности, не включала в себя болота и пруды. На их земле водоёмов мало и самое большое озеро находится далеко от столицы. Так что многие стражники не умеют плавать и не считают это проблемой. Юнги тоже так думал, пока не зашёл на палубу корабля, качающегося на маленьких волнах.  На корабле в первые часы плавания его укачало. Морская болезнь, о которой ему бодрым голосом вещал Сокджин, держа в руках очередную книгу по необычным заболеваниям мира, настигла Юнги и заставила согнуться пополам. Живот скрутило, к горлу подкатывала тошнота. Юнги сглотнул ком, появившийся в глотке, и посмотрел на серый горизонт. В глаза летели снежинки от надвигающейся метели.  Принц ушёл в свою каюту, не желая морозиться. Юнги же остался снаружи, желая посмотреть за работой команды. Чёртова морская болезнь сбивала все мысли. Джин перед уходом советовал пойти и прилечь. А ещё поменьше смотреть на море. Юнги сопротивлялся своему состоянию, как мог, но сдался. Это не то, что ему можно преодолеть силой воли.  Лёжа в выделенном ему гамаке, мужчина смотрел в потолок прикрытыми глазами. Качка корабля не прекращалась, но стало легче, когда не было видно причины плохого состояния. Юнги закрыл глаза, пытаясь представить себе, как выглядит Южное королевство.  Север и Юг всегда враждовали. Детям обоих королевств рассказывали сказки, легенды о многочисленных войнах между двумя сторонами света. Юнги, будучи маленьким, не понимал, почему взрослые говорят об этом. Только с возрастом и вступлением в армию он понял, что эти все истории — только наполовину правда. Что на Севере, что на Юге, наверное, — все видят эту войну со своей точки зрения, какие-то детали могут быть исправленными или вовсе не учтены. Примерно так дети начинают понимать, кто друг и враг. Юнги считает, что это одна большая ошибка их королевств.  Зачем ненавидеть друг друга так много лет? Север и Юг сталкивались не меньше пяти раз за все столетия своего существования. При этом Юг претерпел с последней войны много изменений, а Север остался таким же. Север древнее нового Юга — так говорил Сокджин, читая новые книги исследователей современности.  Юнги тоже прочитал немало исторических книг и документов, просто интересуясь методами политики их королевства. Уже тогда его настораживали многие вещи, маленькие неточности в описаниях войн между двумя сторонами. Юнги всегда был любопытен, и родители часто спрашивали его, зачем ему это. А позже это пригодилось в беседах с первым принцем. Сокджин был рад, что ему есть, с кем общаться, и что его собеседник «не так туп, как представлялось». Да, это была честная и откровенная цитата обычно вежливого принца.  Книги о Юге твердили одно и то же: тёплая, жаркая в некоторых регионах страна, где никогда не выпадает снег, иногда идут дожди, ливни, растёт много лиственных деревьев и все буквально дышит жизнью. На Севере все покрыто белым покрывалом снега, льдом и все кажется застывшим во времени. Так же, как и само королевство. Юг меняется — Север почти никогда.  Сокджин просил членов делегации взять более лёгкую одежду. Не знающие ничего, кроме вражды и ненависти к Югу, рыцари и дворяне посмеялись. Юнги тоже посмеется, когда они прибудут на жаркий берег соседнего королевства. Конечно, у них всех нет совсем легкой ткани, потому что на Север, в принципе, никто не суется без утепленного плаща и штанов, но Юнги постарался соответствовать облику принца: максимально тонкая рубашка, летняя мантия (на вороте которой все равно был мех дикого зверя из Хвойного леса, потому что летом на Севере дуют ужасно ледяные ветра), штаны без второго слоя. Сапоги, правда, все равно придётся менять на южные, потому на Севере никто не делает обувь без хотя бы тонкой меховой подкладки. Лето не сильно отличается от весны или осени, но теплее, чем зима. Юнги привык утепляться и носить тяжёлую одежду, но на Юге ему точно будет неловко. И он точно будет много потеть.  В какой-то степени Юнги не терпелось оказаться в новой стране. Даже если он был против, задумка Сокджина могла иметь успех. Юнги не видел тех писем, что писал Джин королю Юга, договариваясь об этой поездке, но знал, что благодаря своему характеру и манере поведения принц умел убеждать. Самой главной проблемой было даже не убеждение южного короля, а северного. Отец Сокджина относился к идее договора с Югом недоверчиво, с некой насмешкой. Он не верил, что что-то можно получить от извечного противника путем слов, а не боя. Юнги бы тоже так думал, если бы не был в личной охране Сокджина и не знал принца как облупленного.  Но Юнги хотелось посмотреть на королевство с абсолютно противоположным устоями, природой, правилами, законами и условиями жизни. Он даже денег взял побольше, чтобы хватило и на одежду, чтобы ходить по улицам безбоязненно, и на книги. Ещё младшая сестра Юни просила что-нибудь, что есть только на Юге, сувенир, который она может аккуратно сложить в свой маленький сундучок. Там у неё целая коллекция всяких безделушек. Надо будет выделить время на поход на рынок…  Юнги перевернулся на бок. Мысли затягивали в дремоту. По внутренним ощущениям, они все ещё на северной части моря и над ними висит луна. Корабль снаружи затих, а вокруг него появилось много людей из команды и делегации. Где-то сбоку раздавался храп, шумное дыхание. Юнги закрыл снова глаза. Под веками оживали картинки, увиденные им когда-то в книгах. Только в книгах песок смутно окрашен в алый, вода казалась кровью. В воображении Юнги все куда ярче и светлее: золотистый песок легко распыляется по ветру с ладони, запах незнакомых цветов кружит голову, а тёплое солнце припекает голову. Почему-то во снах Юг казался светлым и красочным. Люди там добрые и весёлые, общительные. На улицах столицы, наверное, тоже проводятся какие-нибудь местные фестивали.  Юнги верил в мир. Юнги хотел, чтобы идея Сокджина удалась. Это даст начало хорошему в истории Севера. Их будут ждать лучшие времена и лучший правитель Севера. Сокджин точно справится — с этой мыслью Юнги окончательно уснул. 

***

Всё было почти так, как представлял Юнги. Шум портового города, полного торговцев и других прибывших гостей. С Севера на Юг многие приплывают в поисках если не лучшей жизни, то хотя бы тепла, душевного и физического.  Как главный охранник Сокджина, Юнги следовал по пятам за своим принцем, держа руку (на всякий случай) на навершии меча. Оружие скрыто за длинными полами мантии, в которой все равно было жарко. Половина послов сняла верхнюю одежду, оставаясь в рубашках и считала это унизительным. О чем и думал Юнги, прекрасно понимая, почему им так стыдно. Для северян снять свою верхнюю одежду значит потерять слой защиты от взглядов, слов окружающих. А здесь ещё и, по факту, вражеская страна. Юнги терпел высокую температуру, оставшись в своей мантии, хотя по виску уже текла капля пота.  — Приветствую Его Высочество Ким Сокджина и других гостей из Северного Королевства, — пока они разбирали свои вещи и сундук со своего корабля, к ним подошли рыцари в белых мантиях. Юнги поворачивается к обладателю мягкого, но твёрдого голоса и сразу подмечает важные вещи.  Он несколько раз видел герб, который изображён на задней стороне плащей этих людей. На нем изображены головы трех зверей: волка, лисы по обоим бокам от незнакомой длинношеей птицы посередине. Юнги не знал, как называется эта птица, но сейчас его куда больше волновал тот, кто возглавлял отряд рыцарей, вышедших им навстречу.  Принца Южного королевства, Намджуна, Юнги видел всего раз и то на портрете в книге, которую просил принести Сокджин из «верхней» библиотеки (то есть не из заброшенной). Что тогда интересовало Джина, сложно сказать, но зато теперь Юнги мог точно сказать, что вот этот парень с непроницаемым лицом и пепельными волосами, переливающимися на солнце, не похож на южного принца. Ни лицом, ни шириной плеч, ни даже взглядом (да-да, у Юнги хорошая память). Значит, это либо его личный страж, либо простой капитан отряда.  А ещё эти рыцари не очень им рады. Юнги не знал южан, но вряд ли они чем-то отличаются от северян в плане выражения эмоций. Это только предстоит выяснить.  — Я, принц Сокджин, и послы Северного королевства приветствуем южный народ, — Джин выходит вперёд всех и делает небольшой поклон. Глава южных рыцарей кивает ему, принимая к сведению, кто есть принц здесь, — Надеемся на ваше гостеприимство и доброту.  — Надеемся на вашу добропорядочность и понимание, Ваше Высочество, — отвечает парень. Юнги показалось, или в голосе этого юнца мелькнуло предупреждение? Он совсем обнаглел, так обращаться к принцу соседней страны?  Юнги поджал губы, сжав эфес своего меча. Сокджин скосил на него взгляд, зная характер Юнги и то, что он ринется защищать, стоит только слово сказать или дать какой-либо внешний знак. Сокджин выдавил улыбку, наклоняя голову.  — Мы будем хорошим гостями, сэр.?  — Пак Чимин, Ваше Высочество. Глава рыцарского отряда Его Высочества Намджуна, — представляется парень. Он неожиданно переводит взгляд на Юнги. Голубые глаза будто пронзают сосулькой. Чимин определённо бы подошёл Северу с его манерой поведения — подумал Юнги, выдерживая взгляд и делая каменное лицо. Чимин быстро теряет к нему интерес, — Если вы готовы, то можем выдвигаться к столице. До неё добираться несколько часов езды на лошадях, к вечеру должны быть там.  Сокджин соглашается, Юнги проверяет их готовность к продолжению пути и они уезжают из портового города. Юнги внимательно проследил, чтобы его принц сел в выданную им карету, как полагается, и сел на лошадь, тоже одолженную у здешних стражей. Юнги ехал рядом с каретой, напротив зашторенного окна. За ними ехали ещё несколько карет, в которых устроились послы.  Южные рыцари, которых было не так много, как казалось в порту, сопровождали их сзади и спереди. Возглавлял их колонну, разумеется, Чимин. Он ровно и как-то по-особенному сидел в седле белого жеребца. Сокджин бы назвал это, вроде как, элегантной ездой. Юнги мысленно с ним согласился бы.  Дорога, по которой их вели, была чистой и безлюдной. То ли так специально сделали, чтобы не тревожить гостей, то ли это другой путь до столицы. Юнги это не волновало. Пока на них не нападают, он едет за этими людьми.  Недружелюбность южан понятна и объяснима. В свое время северяне жестоко истребляли народ этой страны, желая отвоевать куски земли. Или просто из ненависти к тем, кому досталось место под палящим солнцем. Это нелогично, думал Юнги, когда впервые читал об этом. Зачем северянам ненавидеть южан только из-за солнца, под которым ходят все? Если кого-то не устраивала температура родины, они могли уехать с холодных на тёплые просторы.  Но также Юнги никогда не мог понять ненависти к целым народам. Ведь правду говорят, что дети не должны отвечать за грехи предков. Хотя… Так мыслил только Юнги и, пожалуй, Сокджин. Все остальные северяне тоже не любили Юг всем сердцем и продолжали передавать это своим следующим поколениям. Возможно, в народе есть такие люди, которым надоела эта бессмысленная вражда, но большинство кормилось этой ненавистью.  Юнги старался подчеркнуть свой нейтралитет, даже добавил немного дружелюбия в свое обычно равнодушное выражение лица. Ему все равно, что думают о нем эти рыцари и прочие люди с этих краёв, он им не враг… Но рука все равно упрямо ложилась на меч, лишь бы убедиться, что у него есть средство для защиты себя и принца в карете. Видимо, эта осторожность северян передается по крови. Юнги не мог должным образом расслабиться, зная, что за ним могут наблюдать, как за диковинным зверьком, рыцари в белых плащах.  Решив не думать об этом, Юнги отвлёкся вновь на дорогу. Окружающие их поля зеленели ещё далеко впереди. Там же виднелись небольшие домики. Очевидно, они скоро проедут деревню. Интересно, сильно ли отличаются люди села от того, что видел Юнги в порту?  А пока их окружала сплошная трава. Иногда встречались деревья, но всего лишь небольшая группка. А где же обещанный песок? Неужели только на берегу моря? Да и солнце не палило, на счастье гостей. С их тёмными волосами они бы уже зажарились.  Но в том, что тут пахнет жизнью, Юнги уже убедился. В холоде их страны пахнет морозом, свежестью. Здесь пахнет цветущими деревьями, сочной травой и отдалённо цветами. Ветерок приносил эти ароматы и Юнги вдыхал их глубоко, желая насытиться, наполниться изнутри тем теплом, которое не посещает его на Севере.  Ненавязчивая мысль мелькнула в его голове: да, вот тут хотелось бы остаться…  — Его Высочество не желает сделать остановку? На отдых, — рядом слишком резко появляется сэр Пак, сверля его странным взглядом. Юнги неосознанно выпрямляет плечи, напряжённо глядя на него в ответ.  Но в этот же момент Сокджин, видимо, изнывающий от скуки внутри кареты и прислушивающийся к звукам из-вне, сам выглядывает из окна. Его улыбка сделала пейзаж ещё более солнечным. Юнги буквально видел вокруг головы своего принца сияние радости.  — А мы можем остановиться?  Чимин, смотря на радостного непонятно от чего Сокджина, снисходительно улыбается. Но даже это смягчает его лицо, превращая из сурового командира с плохими манерами в… Простого нахала, хмыкает Юнги мысленно. Чимин почему-то с другим эпитетом у его не ассоциировался. — Мы сделаем остановку в деревне, которая будет через полчаса, — решил Чимин и снова поехал вперед. Напоследок он кинул острый взгляд на Юнги. Совсем никакого уважения!  — Юнги, сделай лицо попроще. Ты выглядишь так, будто хочешь громко ругаться на него, — веселится Сокджин, прикрыв ладонью рот. Юнги морщится, а потом вздыхает. Плечи чуть расслабляются.  Да, он хочет многое сказать об этом сопляке. Пак Чимин выглядит слишком… Своенравным для рыцаря. Юнги казалось, что рыцари себя так не должны вести. Тем более капитаны целых отрядов. Являясь таким же главой, Юнги знал, каким должен быть пример капитана. Но, похоже, на Юге поведение капитанов отлично от поведения капитанов на Севере.  Или это просто Чимин такой зазнайка.  — Юнги, — зовёт его предупредительным тоном принц, подняв бровь. Уже не до смеха, понял Юнги и попытался думать о чем-то отстраненном от сэра Пака и его возмутительного поведения.  Сокджин остался доволен его лицом и исчез внутри экипажа. Юнги продолжил наблюдать за изменениями природы на их пути. 

***

В деревне они остановились ненадолго, буквально на час. Спустя это время, они снова выехали. Постепенно простая дорога сменилась на каменистую кладку. Юнги даже оглянуться не успел, как над ними возвысились окрашенные в закат стены столицы. Людей стало больше и все расступались перед гостями. Простолюдины, замечавшие герба, указывающие на принадлежность к королевской армии, приветствовали рыцарей громкими криками и аплодисментами. Как будто те вернулись с тяжёлой миссии или боя; Юнги не понравилось сравнение, выданное его мозгом.  Чимин не отвечал всем этим людям ни маханьем руки, ни взглядом. Юнги не видел его лица, но мог предугадать, что капитану это внимание не нравится. Наверное, он считает, что оно излишнее и слишком настойчивое. А, может, Юнги просто так сам думает, поэтому приписывает Чимину свои ощущения.  Ближе к большому белокаменному дворцу, огражденному высокими стенами, появилось больше мужчин белых плащах. По бокам от Пака выстроилось по одному человеку, несущие знамя королевства. Юнги понял, что это знак, демонстрация их прибытия.  Ворота они проехали без проблем. За ними их встречал зелёный, украшенный цветами сад, продолжение которого, скорее всего, на заднем дворе, с другой стороны дворца. Карета аккуратно пересекла весь огромный двор и остановилась у самой лестницы. Рыцари остановились рядом с экипажем. Юнги спешился, оглядывая местность. Отсюда ли шёл тот самый аромат цветов, который летал по полям?  Сокджин вылез из кареты немного нетерпеливо, на взгляд Юнги. Он встаёт рядом с принцем, поднимая выше голову, выпрямляя плечи. Принц подбадривающе улыбается ему, но тут же смотрит на самый верх лестницы.  Там стоит мужчина. Его тронутая загаром кожа скрыта за тонкой рубашкой, а ноги — за светлыми штанами. Обманчивое впечатление от наряда заставляет многих подумать, что он какой-нибудь дворецкий. Но нет. Принц Намджун улыбается с ямочками, миролюбиво. Среди светлых волос блестел золотой обод, увенчанный драгоценными камнями трех цветов: по бокам глубинно-синий и темно-красный, а посередине белоснежно-белый. Почему именно такой набор камней, Юнги только предстоит узнать. Хотя Сокджин точно узнает об этом первым.  Взаимные поклоны, улыбки, становящиеся только шире. Юнги следил за любым движением мужчины впереди.  — Рад приветствовать Вас, принц Сокджин, в Южном королевстве! Также прошу простить, что не смог сам выехать к Вам навстречу — было много дел, не терпящих отлагательств, — глубокий голос Южного принца не содержал в себе скрытой неприязни или враждебности. Наоборот, принц и выглядел, и звучал куда приятнее и дружелюбнее, чем его главный рыцарь, — Надеюсь, Чимин встретил Вас, как полагается.  — Я и мои послы рады быть в Вашей стране, Ваше Высочество, — улыбнулся Джин, — И я все понимаю, обязанности принца требуют большого количества времени и внимания к себе, — Джин слегка наклонил голову, не отводя глаз от Намджуна. Юнги опустил голову. Он тоже знал, каково бывает принцам, работающим не покладая рук ради своего государства. Только вряд ли единственный сын своей семьи Намджун понимает чувства Сокджина, чьи старания обнулялись каждый раз, когда дело доходило до военного дела, стоявшего в приоритете для правителя Севера.  — Сэр Пак хорошо нас встретил и сопроводил, за что ему большая благодарность, — Юнги посмотрел на своего господина, как на дурака. Это вот этот вот наглец и хорошо их встретил?!  Намджун рассмеялся. Он же тоже не поверил в эту чепуху, да? Юнги надеялся, что да.  — Что ж, раз Вы прибыли в целости и сохранности и довольны всем, то прошу Вас внутрь. Скоро будет готов ужин, а пока можем поговорить и познакомиться поближе. 

***

Сокджин сел на мягкую кушетку с темно-розовой обивкой, устало улыбаясь. Юнги стоял на входе в его покои, пока принц не махнул ему рукой, приглашая подойти ближе и, одновременно, разрешая снять маску послушного, молчаливого рыцаря. Юнги делает несколько шагов вглубь комнаты, плюхаясь в маленькое кресло. — Ну, давай, я слушаю твои возмущения. А то ты сейчас взорвешься, — усмехается Джин, складывая руки в замок. Юнги вздыхает, почесывая затылок.  — Юг ожидаемо красивый и… Яркий. Все, как ты и читал в своих книжках, — начал рыцарь, откидывая голову на спинку кресла и смотря в потолок, — И даже отношение южан к нам такое же, как там.  — Это естественно, Юнги. Эта ненависть вросла в нас и в них крепко. Её так просто не искоренить, — грустно заключил Сокджин.  Юнги поднимает голову на мгновение, чтобы бросить на принца подозрительный взгляд, и вернулся в ту же позу.  — Не стоило оставлять тебя в обществе южного принца и его рассказов о «великолепных садах королевского замка».  — Юнги, побольше уважения к знати Юга, — строго проговаривает Джин. Юнги удивлённо смотрит на него, поддаваясь вперёд, — Что ты так смотришь?  — Все-таки не стоило оставлять тебя с Его Высочеством Намджуном. Ты совсем манерный стал и ещё не вышел из образа, — хохотнул Юнги.  — Юнги!  — Да-да, впредь не повторится, Ваше Высочество, — отмахнулся Юнги, но тут же нахмурил брови, вспоминая об одной неприятной личности, которая, оказывается, не только капитан отряда армии, но и личный рыцарь Намджуна, — А ещё меня раздражает этот мелкий сэр Пак…  — О-о да, ваши взгляды-молнии трудно не заметить, — хлопнул в ладоши вмиг заулыбавшийся ехидно Джин, — Но что не так с Пак Чимином, Юнги? Да, у него немного вызывающее поведение, но кому как не тебе справляться с такими? Ты же всегда равнодушен к таким людям.  — Я просто терпеть не могу, когда чужие обращаются к тебе так, словно ты ковёр под их ногами… — Плохое сравнение, исправься!  — Ладно-ладно! Я не выношу тех, кто считает тебя ниже себя…  — Так-то лучше.  —.И позволяет себе грубить. И да, ты прав, я держу себя в руках. Просто сэр Пак не похож на рыцаря, которым являюсь, допустим, я. А он ведь тоже личная охрана принца и, тем более, командир отряда!  — Ну, Юнги, не всем же быть таким, как ты. Люди разные бывают. К тому же, — Джин смотрит в окно, за которым давно темно. Он задумчиво постукивает по подлокотнику кушетки, — Мне кажется, сэр Пак просто не из той же породы, что и мы.  — Не из знати? — Джин кивает. Юнги пожимает плечами, — Вероятно, ты и тут прав. Слишком много свободы в нем. На короткое мгновение они замолчали. Сокджин продолжал смотреть на свои пальцы, а Юнги — на мебель кругом. Интерьер комнаты подходил принцу. Кто же подбирал покои для гостя? Намджун? Или просто выдали то, что попалось под руку?  — Юнги, прошу тебя, запомни одну важную вещь, — тихо пробормотал Сокджин, со вздохом вставая и отходя к окну, — Мы здесь только гости. Нам нужно дать понять всем, что мы прибыли не с враждебными намерениями, а с самыми что ни на есть дружескими. Даже если тебя кто-то или что-то раздражает, ты не должен реагировать отрицательно на это. А ещё лучше вообще никак реагировать. Зная тебя, ты не будешь опрометчиво поступать, но, — принц смотрит на него с усмешкой, сложив руки на груди, — Пак Чимина не трогать. До самого нашего отъезда.  — Да дался мне этот сопляк!  — И не обзывай его при нем или при ком-либо. При мне можно, — Джину явно нравится дразнить своего рыцаря. Юнги скривился, спеша покинуть покои, — Я серьёзно, Мин Юнги.  — Я понял, Ваше Высочество, — Юнги поклонился, — Хотя я и не думаю, что мы будем часто встречаться с сэром Паком. Мне все ещё нужно охранять Вас.  — Ну-ну, — прищурил глаза Джин и отвернулся к окну снова, — Спокойных снов, Юнги.  — Вам тоже, Ваше Высочество.  Юнги вышел из гостевых покоев своего принца и посмотрел по сторонам. Пустые коридора с приглушенным светом не давали и намёка на присутствие кого-либо, кроме рыцаря. Это хорошо. Возможно, ночь будет спокойнее, чем на Севере. Не будет никаких слуг, неожиданно решивших посетить и «доложить принцу о каком-то приказе короля». Не будет подосланных младшими принцами убийц или наёмников… Юнги надеется, что сталкиваться со своим главным раздражителем он будет как можно реже. Но кое-что меняет и стирает напрочь его надежды…