Между нами ненависти нет

Чимин чувствовал себя морально выжатым. За сутки они опросили всех, кто присутствовал на площади в момент взрыва. Вычислить их было просто при помощи городской стражи, но Чимин не сильно вдавался в подробности. Он знал, что здесь используются любые средства и, скорее всего, капитан городских использовал тайную сеть информаторов, но сознательно это игнорировал. Пока это не вредит, это позволяется. Но даже опрос ничего не дал. Никто ничего не видел и не слышал. Это удручает больше, чем рассчитывал парень. Хотя бы один свидетель того, кто подбросил тот предмет, из-за которого все подорвалось! А в том, что это был именно предмет, а не простое проклятие, Чимин был уверен. Откуда же взялся этот осколок, с которым он таскается три дня? Тяжело вздохнув, Чимин потёр шею. Сейчас он сидел на ступеньках одного из домов и ждал Юнги, который ушёл зачем-то минут двадцать назад. Всё это время северянин тоже бодрствовал и явно готов работать дальше, к досаде Чимина. Кто бы мог подумать, что Мин и правда такой устойчивый? Уж точно не Чимин. За несколько дней совместного расследования Чимин как-то привык к мысли, что работает с северным рыцарем. Даже не так. Он привык к Юнги, как к человеку. Возможно, он считает его товарищем. Не другом, но тем, с кем он может работать и раскрыть дело, важное для королевства. Пусть Юнги и не стоило вообще в это все вмешиваться… Чимин запутался. Он уже сам не понимает, что чувствует по отношению конкретно к Юнги. То, что Чимин все ещё ненавидит северян, не изменилось, но Юнги не кажется ему злым. У него было время понаблюдать за этим рыцарем и все, к чему пришёл Чимин — Юнги всегда ведёт себя так же, как относятся к нему. Если кто-то презирает его и пытается задеть, то Юнги огрызается в ответ или яростно молчит, но об его взгляд можно порезаться. Если кто-то дружелюбно с ним общается, заводит разговор о бытовых мелочах и рассказывает о своей жизни в попытке наладить с ним связь, то Юнги может даже улыбнуться и ответить тем же. Юнги не плохой, не злой и уж точно не стремится убивать их всех по зову своей крови. Он такой же человек, как они все, и таких, наверное, на Севере много. Но все равно сложно довериться ему. Чимин не знал, почему так, но, несмотря на мирное отношение Юнги к южанам, он не может сказать, что полностью ему верит. Вдруг это все прикрытие? Хотя Юнги не похож на того, кто соврет о таком… Черт, как же ему надоело думать об этом! Чимин ерошит свои волосы, стараясь сменить тему своих мыслей. Нужно думать, от чего откололся этот чёрный осколок. А ещё нужно больше улик. Помимо осколка у них есть только не точная информация вроде запаха гари и уменьшающейся популяции монстров в Диком лесу, затишье на «тёмной стороне» улиц столицы и взрыв с удачно совпавшим местонахождением северянина к этому злосчастному фонтану. И все, больше ничего. Хоть бы что-то было, какая-то взаимосвязь. — Не тереби волосы, голова болеть начнёт. И пойдём поедим, стол уже накрыли, — перед ним оказался Юнги. Чимин пригладил волосы, недовольный тем, что его оторвали от важных мыслей. — Какой стол? — спросил Чимин, следуя за Юнги в ближайший ресторанчик. Так вот куда он ходил. — У тебя от недосыпа голова не соображает. Я заказал нам завтрак, — вздыхает Юнги так, будто ему тяжело следить ещё и за Чимином. Но Чимин не успел нагрубить ему (не нужно с ним как с ребёнком обращаться! Он в состоянии о себе позаботиться!), потому что Юнги повернул к нему голову и по-доброму усмехнулся, — А ещё ты много нервничаешь. Нам бы отдохнуть хотя бы несколько часов. Ты бы выспался, а я пока подумал над всем, что у нас есть. Чимин сел за стол. Перед ним тарелка с аппетитными сэндвичами, в которые он едва ли не вгрызается. Перед Юнги точно такие же, но ест он гораздо спокойнее. Чимина не волнует эта разница, просто он голодный и уставший как собака. Всё, чего ему хочется — согласиться с Юнги и пойти спать. Этого требует его организм, а мозг говорит, что нужно работать. Это же повторяет его рот. — Работа может немного подождать, — опровергает его мнение Юнги. — В данном случае нет. У нас на носу фестиваль и балы. Если не поймать этих подрывателей, то мало ли, когда они сделают следующий шаг. Может, в следующий раз они взорвут человека в толпе? — утолив первую волну сосущего голода, Чимин приступил к второму сэндвичу медленнее. — На фантазию ты не жалуешься, — хмыкнул Юнги, отпивая из чашки крепкий чай. Такой же стоял и рядом с тарелкой Чимина, — А про фестиваль я уже слышал от тебя. Праздник Цветения? — Да. Отмечается, когда деревья начинают цвести, и длится неделю. В первый и последний дни во дворце проходят балы, а в городе все дни стоят разнообразные палатки с вкусностями, красивой одеждой и прочими вещами. В Санбург на это время приезжают танцоры, певцы и другие талантливые люди из других городов. — Теперь понятно, почему нужно торопиться с раскрытием личностей подрывателей, — мужчина складывает руки на груди, откидываясь на спинку стула, — Чтобы они не успели затеряться в этой массе новоприбывших. — У нас нет практически ничего по ним. Все мои зацепки никак не взаимосвязаны, — Чимин отставляет опустошенную тарелку от себя и переходит к чаю. Юнги, кажется, только сейчас вспоминает о своей полной чашке. — У тебя что-то было все это время? — в тоне старшего смешались усталость и недоверие. Примерно то же испытывал Чимин к нему. — Вот, — Чимин осторожно вытащил завернутый в платок осколок и положил на стол. Юнги взял его, крутя в пальцах и рассматривая на свету, — А ещё я заметил странный запах гари на убитых монстрах в Диком лесу. Они уже умерли, но этот запах не свойственен ни одному монстру. — А ты говоришь, нет ничего, — вроде как облегчённо улыбается Мин, заворачивая осколок обратно в платок и кладя на стол, — Насчёт осколка ничего не могу сказать. Ни разу не видел предмета, похожего на это, — Чимин прищурился, пытаясь понять интонации этого мужчины. Подозрительно, — А вот запах гари действительно не свойственен ни одному монстру, если рассматривать и наш Хвойный лес тоже. Ни разу не было такого, чтобы на медведях была паленая шерсть. — Может, из-за мороза ты не чувствуешь его? — Нет, поверь, его там не было никогда. Я давно охочусь на монстров и знаю, о чем говорю, — Юнги задумчиво погладил подбородок, — Плохо то, что я даже не могу представить, какие эти ваши маги. Для меня они непредсказуемы, — поджал губы Юнги, — Может, они используют монстров для чего-то..? Не знаю, делают из них приманку, усиливают их? Чимин пытался вспомнить последнюю охоту. Припоминая некоторые моменты, он качнул головой: — Нет, они были слишком слабыми. Их было крайне мало для стаи и их становится все меньше с каждой нашей разведкой. — Могут ли маги выкачивать тёмную силу из монстров, чтобы увеличить свою..? Черт, совсем не знаю, в каком направлении двигаться, — теперь Юнги мотает головой и раздражается. Чимин усмехается, чем тут же привлекает внимание, — Чего смеёшься? — Нравится смотреть на твои страдания, — фыркнул Чимин, но тут же вернул серьёзное выражение лица, — Если хочешь в чем-то убедиться, то, думаю, можно выйти на очередную прогулку по Хвойному лесу. Как раз поймешь, что запах гари действительно есть. — И когда патруль? — Сегодня ночью. Выходим вечером, чтобы успеть добраться до полной темноты, — Чимин встал из-за стола, кидая пару монет на чаевые. Юнги тоже поднялся и шёл за ним, — Доедем на лошадях до леса, а дальше пешком. — Хорошо будет, если хоть что-то прояснится, — пробормотал Юнги, когда они вышли из ресторанчика. Чимин мысленно с ним согласился.

***

Чимину было шестнадцать, когда он впервые попал в Дикий лес. Тогда он входил в другой отряд и ещё не был в личной страже Намджуна. До этого момента он только слышал всякие байки и легенды о чудовищах, которых никогда не видел. В первый раз было страшно, но идти назад он и не думал. Зря он, что ли, тренировался и терпел все трудности? Они, как и говорил Чимин, вышли вечером, стоило только солнцу сесть. Лошади не заходили дальше широкой тропы, ведущей к скопление высоких деревьев, усердно сопротивляясь поводьям. Спустившись со своего коня, Чимин поправил меч на поясе, повернувшись назад, удостовериться, что весь отряд и Юнги следуют за ним и повёл их вниз по все больше сужающейся дорожке. В первый раз стемнело быстрее, а ещё очень быстро их нагнал белесый туман, густой и непроглядный. Сейчас всю зелень видно очень чётко, звуки не приглушены, птицы ещё поют вечерние серенады. Лес казался обычным лесом, а чудовищ, принимающих обличия простых волков, словно и не было никогда здесь. Сейчас темнеет медленно, но лес все равно сохраняет ту жизнь, которая испаряется с приходом тёмных созданий и сопутствующего им тумана. Под ногами шуршит трава и скрипят ветки. Чем глубже они уходили, тем холоднее становилось, а возле ручья, к которому Чимин двигался по маршруту (на каждый патруль выдаётся свой, и Чимин выбирал всегда именно этот, потому что он наиболее удачный), температура опустится ещё ниже. — Очень тихо, — пробормотал один из рыцарей, идущих сзади. Чимин прислушался, но ничего странного не заметил. Помимо птиц зазвучали ещё сверчки, но, когда приходят монстры, ни одно живое существо не лезет из своей норы. И уж лучше нормальная, естественная тишина природы, чем жуткая. Чимин бывал в патрулях, где такое было, и страшно становилось даже тем, кто уже давно ходит на охоту. Спустя какое-то время показалось открытое пространство. А вот и ручей. Сумерки делали небольшой поток воды почти не видным, сливающимся с землёй, но журчание помогало найти его. Чимин осмотрел бережок, как делал обычно. Ничего подозрительного, хотя следов животных тоже не видать. В последние месяцы их вообще мало. Раньше можно было без труда зайца поймать или кабана, а сейчас ни тех, ни других днем с огнём не сыщешь. Либо ушли, либо монстры взялись за их уничтожение. — Чимин, — тихо позвал его один из товарищей. Капитан подошёл к нему, чуть наклонив голову. Шёпот тут же полился ему в уши, — Он как-то странно себя ведёт, — друг указал на рассматривающего что-то по ту сторону ручья Юнги. Чимин нахмурил брови, не понимая наблюдений рыцаря. Примерно то же делают и они в данный момент, —Ты уверен, что стоило его брать с нами? Это же наши владения! Вдруг он потом доложит все своим и они придут сюда..? — Что за бред, Хёсон? — удивлённо посмотрел на мужчину Чимин, — Он, конечно, не из наших рыцарей, но сам подумай, что сказал: Север находится с другой стороны и им не нужен этот чёртов лес. Они сюда морем приплыли! — Но что если он.? — Слушай, я знаю, что все относятся к нему с недоверием из-за того, что он северянин. Я тоже так думаю, но… Всему есть предел. Сейчас он работает вместе с нами и он ни разу ещё не подвёл и не предал установившееся между нами общение, — вздохнул Чимин, чувствуя непонятное даже ему самому раздражение. Хёсон смотрел на него во все глаза, но понял, что Чимин не в настроении спорить и говорить на эту тему больше уже сказанного, поэтому вернулся к своим прямым обязанностям. Юнги двигался мало и все посматривал на противоположный берег. Чимин тоже пригляделся, но ничего не увидел. Всё так же пусто, как и на этом береге. Наклонившись к воде, Пак опустил руку в воду. В прошлый раз, когда он проверял её, она была мутноватой и чуть красной, но, может, это ему привиделось из-за усталости? В его ладони кристально чистая вода. — Что-то нашли? — спросил он, поднимаясь с корточек, у остальной части отряда. Никто ничего не сказал, только покачали головами. Ничего. Неужели в этот раз все пройдёт спокойно? Чимину не верилось в такую удачу. Бои с монстрами умели снимать напряжение, но ещё больше выматывали. Чимину нравилось ходить на охоту, сражаться и чувствовать этот бешеный адреналин в теле, но… Сегодня он хотел бы отдохнуть. Дело с группировкой замучило его, он не любил затяжные проблемы. А, если это действительно маги, то их беды растут… — Чимин! — он резко вернулся в реальность с криком Хёсона. Боль в затылке из-за того, что его опрокинули на землю, оглушила. Чимин проморгался, уставившись на ожесточившееся лицо Юнги, нависшего над ним. Слишком сильно поменялась обстановка, пока он ушёл в себя. Юнги, шедший через пару человек от него, оказался рядом с ним, а рыцари встали перед ними, ограждая их от чего-то. — Порядок? — встав с него, поинтересовался Юнги. Он достал меч из ножен, как и все. Чимин заторможенно кивает, стряхивая грязь с одежды и наконец видя то, из-за чего все встрепенулись. Существо было похоже на лебедя. Но знакомая чернота вокруг блестящих алым глаз давала ясно понять, что перед ним снова тёмное создание, принявшее облик прекрасной птицы. Но Чимина больше волновало не это. Почему оно оказалось здесь? Лебеди не водятся в этой части королевства, да и водоёмов тут особо нет, одни ручьи да быстро текущие реки. — Капитан, он один. Напал из кустов, не улетает почему-то, — тихо доложил Арак, стоя прямо перед ним. Чимин протолкнулся между ним и Юнги, все ещё не отводя глаз от замершей птицы. Монстр смотрел прямо в душу. Чёрные глаза впали в глазницы, а кончики перьев окрасились в темно-серый цвет. Лебеди всегда были белоснежно-белыми, но этот потерял свое сияние и блеск из-за тьмы, окружавшей его. Чимин вытянул меч, сделав пару шагов вперёд. Рыцари ему не мешали, его спину прожигало взглядом. Чимин знал, кому он принадлежал, но все его внимание приковано к чудовищу. Нет, такое красивое существо даже монстром назвать нельзя. Пак не ощутил его присутствия, не понял, что на него напали, пока северянин его не защитил. Этот монстр отличается от других не только обликом, но и реакцией на действия. "Волки" загоняли жертву в угол, гнали её в ловушку. "Лисы" и "лисицы" нападали исподтишка, но они и встречались реже; все-таки в этой части королевства больше волков, чем кого-либо ещё. А лебеди не водились у них. Пусть Дикий лес огромен и распространяется по всей их стране, но в их части не было этих птиц. — Сэр Пак? Чимин, твёрдо глядя на наклонившую голову птицу, поднял меч. Что-то внутри него мешало ему сделать простой привычный взмах мечом и порубить монстра на части. Сцепив зубы покрепче и сжав рукоять оружия, Чимин быстро опустил лезвие на пернатое тело. Птица, не сопротивляясь, как все остальные чудовища, упала замертво. Чимин почему-то тяжело дышал. — Чимин? Все хорошо? — Арак положил руку ему на плечо, ободряюще сжимая. Чимин не сразу, но кивает. С ним все в порядке. Но чувство, будто он убил живого лебедя, а не монстра, не покидало его. Убить монстра и убить обычное животное — не одно и то же. Юнги, хоть и одет теперь в белую форму, казался тенью. Или он уже сливался с другими южными рыцарями. Лишь по чёрной макушке и бледной коже можно распознать в нем северянина. Он подошёл к птице с другой стороны и присел рядом с ней. Пока другие рыцари по приказу Чимина искали других монстров в округе, Юнги зачем-то решил проверить уже мёртвого. — Что-то не так? — Чимин подходит к нему, все ещё чувствуя себя не очень хорошо. Юнги прищурившись зажал нос одной рукой, а другой все ещё водил по перьям лебедя. — Она провоняла гарью. Я заметил это ещё на берегу того ручья. Оттуда и шёл этот запах, — ответил мужчина. Закончив с осмотром, он проверил ощущение на пальцах, — А ещё перья очень жёсткие. Они и должны быть такими? — Вообще нет. У лебедей очень гладкое оперение. Впрочем, у волков тоже неплохая шерсть, но, думаю, чудовищам это не важно, когда они принимают их обличье, — хмыкнул Чимин. — Ты прав, — согласился Юнги, все ещё глядя на тушку, — Насчёт запаха… Ты уверен, что он не всегда был на них? Может, ты сейчас только заметил, что они так пахнут? — Нет, я уверен в этом. Я очень чувствителен к запахам, поэтому сразу его почувствовал. Только не могу понять, откуда он мог взяться? В лесу не пахнет пожаром или чем-то подобным, все по-прежнему, — сложил руки на груди капитан. — Мм, — Юнги как-то напряжённо поправил воротник плаща у горла. Наверное, он ему давит на шею или ткань с непривычки раздражает кожу. Чимин не заметил, как задержал дыхание, следя за каждым движением рыцаря, — У меня есть одна теория, но я не знаю, как её объяснить. — Попробуй так, как есть. Я постараюсь понять. — Если мы все же ищем магов… Черт, я не знаю, способны ли они на такое… — Юнги яростно растрепал свои волосы. Забавно, а ведь Чимину с утра говорил так не делать. — Допустим, что способны. Что ты хочешь сказать? — Чимин примерно уже понял, о чем думает Юнги. У него тоже закрадывалась эта мысль. — Все эти монстры, которые пахнут гарью — может, они использовались магами? — договорил Юнги, подняв голову и посмотрев на Чимина с сомнением. — Ты имеешь в виду, что они усиливались за их счёт? Ты уже говорил об этом, — Юнги согласно буркнул, а Чимин снова посмотрел на лебедя, — Очень может быть. Потому что эти монстры гораздо слабее тех, что мы встречали раньше. Этот даже не шевельнулся, когда я его убил. — И гадать не нужно, для чего они это делают. Если все верно, то они готовят новое нападение. Только когда оно будет? — Если не в ближайшее время, то точно на балу, — тяжело вздохнул Чимин. Мысли вяло появлялись в его голове, всплеск адреналина прошёл и теперь хотелось только добраться до дома и увалиться на кровать, — Ничего не понимаю уже. На кой черт им понадобилось именно сейчас действовать? Когда на носу ещё и праздник. Могли подождать до того, как кончится Цветение... — Как раз поэтому они и решили проявить себя. Потому что на крупном торжестве мало кто заметит необычных гостей, — пожал плечами Юнги, — Но это действительно проблема. Бесит. Юнги тоже устал, теперь это заметно. Они на пару работали все эти дни, думали над этими вопросами, ходили кругами… А теперь они нашли ответы на пару вопросов, но появились новые. Всего слишком много. Чимин однозначно потребует отпуск по окончанию этого дела. Намджун должен ему позволить отдохнуть, потому что Чимин так редко это делает. — Ещё из-за монстров животных стало меньше. Волков мы не видели уже довольно давно. Чудовища подстраиваются под них и живут их жизнью, не отличишь даже, — он от нечего делать положил руку на навершие меча. — На Севере также. Иногда мне кажется, что это обычные медведи — монстры, а те, кого мы убиваем, — обычные звери. — Но это не так. Черт его знает, что творится. — О чем разговариваете? — к ним подошёл Хёсон, встав ближе к Чимину, чем к Юнги. Чимин это подметил сразу, Юнги тоже, но не подал виду, что его это как-то волнует. Его лицо снова заледенело и не было того дружелюбия и расслабленности (?), что была только что с Чимином. — Странно, что мы ничего не нашли. Вот и обсуждали варианты, почему так, — соврал Чимин, слегка улыбаясь. Хёсон внимательно смотрел на Юнги, будто видит больше, чем кто-либо. Юнги тоже прищурился, подняв чуть выше подбородок. Из-за разницы в росте с Хёсоном даже Чимин чувствовал себя иногда не очень комфортно. Он и Юнги одного роста, так что Чон Хёсон как башня для них. — Вот как, понятно, — в конце концов улыбнулся друг и, похлопав Чимина по спине, махнул рукой уже собравшимся рыцарям, — Мы идём дальше, капитан? Здесь нам, очевидно, делать уже нечего. — Будем надеяться, что это последнее нападение на сегодня, — Чимин пошёл за ним, повернувшись к Юнги. Тот все ещё настороженно пялился на Хёсона, — Ты идёшь? Юнги перевёл взгляд на него, на пару секунд теряя маску безразличия. Чимин с удивлением для себя понял, что Юнги, так или иначе, комфортнее все же с ним. Разумеется, среди южных рыцарей в той же городской страже, в которой они пробыли эти два и больше дней, нашлись те, кто принял Юнги, но самому мужчине не всегда было уютно в их обществе. И сейчас Чимин ясно это видел: Юнги напрягся сразу, как подошёл Хёсон. При Чимине он более… Открытый? — Да, иду. Ночь прошла спокойно. Никакого тумана и других чудищ. Чимин радовался этому, потому что сил под конец почти не осталось. Когда они вышли из леса, он сел на лошадь и молился, чтобы его потом оставили хотя бы до обеда в покое. О да, он планировал провести все это утро в постели. Он даже не услышит громких голосов спорящих соседей, так крепко он будет спать. В городе, сдав лошадей в конюшню, Чимин протяжно зевнул, прикрывая рукой рот. Отряд разошёлся по домам и они остались с Юнги наедине. Только почему северный рыцарь не уходит не понятно, ведь ему недавно выдали пропуск во дворец. Его должны пропустить стражники на воротах. — Чимин, можно кое-что сказать? — Юнги смотрел в ту сторону, куда, вроде как, ушли Хёсон и парочка знакомых Чимину рыцарей, которых определили на эту ночь в их отряд. Парень кивает, прислушиваясь к хриплому голосу старшего, — Этот Хёсон… Он подозрительный. — Чего?! Сэр Мин, если это шутка такая, то она неудачная. Мы все устали и… — Он не встал на пути у этой выпрыгнувшей из кустов птицы, — прервал его серьёзно Юнги, — Он не защитил тебя, когда это было нужно. И он не доставал все это время меч, хотя все остальные это сделали сразу, как только появился этот монстр. — Потому что Хёсон уверен в своих силах. А меня он не защитил, потому что знает, что обычно я первый все замечаю и не упускаю врага… — В этот раз нет. Сегодня ты выглядел уставшим и он не мог этого не видеть. Растерянность можно понять, но он же стоял рядом с тобой и ничего не предпринял, — Чимин сделал шаг назад. В глазах Юнги упрямство, но… Чимин тоже упрям. И он не позволит ему клеветать на друга за его спиной! — Он точно слышал, что в кустах кто-то есть, но он ничего не сделал..! — Юнги, хватит, — Чимин крепко сцепил зубы, подняв голову. Ярость кипела в нем, заставляла сжимать кулаки, — Довольно. Я устал и ты тоже. Нам следует отдохнуть, чтобы думать на свежую голову. И перестань обвинять Хёсона, — Юнги закрыл рот, принимая поражение… Или просто решая подождать. Чимин не хотел знать, что это на самом деле значит. Он отвернулся, идя к своему дому. Его ждала кровать и хороший сон… Но голос Юнги, утверждавший, что Хёсон вёл себя подозрительно, залез ему в голову и не покидал до самой подушки. Чимин и представить не может, что Хёсон какой-то предатель. Это просто неожиданное нападение. Хёсон всего лишь человек, как и они все. Юнги так говорит только потому, что услышал их разговор с Хёсоном. И ведь друг тоже говорил о Юнги тоже самое… Но его можно понять! Даже в книгах по истории пишут, что северянам нельзя доверять. Но до этого Юнги помогал ему, соглашался почти со всем, что говорил Чимин. Словом, он вызывал именно доверие своими действиями. Чимину было спокойно с ним, что уже неправильно, если следовать логике прошлого. А сейчас Юнги взял и обвинил друга, с которым Чимин послужил очень долго. Хёсон старше него на два года, но в армии они оба пробыли одинаковое количество времени. И хотя Чимин поднялся вверх по карьерной лестнице (все из-за Намджуна, являющегося, по факту, лучшим другом Чимина с детства), они с Хёсоном поддерживают общение до сих пор. Они спины друг другу прикрывают в бою! Так почему же Юнги так уверен, что поведение Хёсона странное? Сложив форму на стуле, Чимин умылся. Посмотрев в зеркало, он понял, о чем говорил Юнги: у Чимина под глазами такие большие тени, каких раньше не было, а кожа подсохла. Ещё бы немного и дошло до полного истощения. Сколько он не спал нормально? Дня три-четыре? Кровать не видела его так давно… Откладывая все мысли на условное завтра (и плевать, что оно уже наступило), Чимин закрывает глаза. Он надеется, что Юнги возьмёт свои слова назад и поймёт, что Хёсон хороший. Ошибаться же всем можно, верно? Главное — признать свою вину за это, так..?