Часть 29
13 мая 2025 г., 21:45
— ...Таким образом режим усиленного патрулирования продлевается до 1 февраля. — Старший координатор закрыла папку.
— Спасибо, офицер Демьюр, — командор щёлкнул мышкой и на голографическом мониторе сменилось изображение. — Вместе с полицейским управлением мы разработали оптимальный график и маршруты патрулирования города. Ознакомьтесь. Копии уже на ваших электронных почтах.
Координатор, тихо занявшая место у стены, осмотрела капитанов отрядов, внимательно слушавших своего начальника.
Серьёзные, надёжные люди, готовые защищать население города, в том числе и от себя самого. С такими не страшно.
Дэвид Аллен молча изучал расписание: задействован полный штат, все 26 человек в отряде. Положение в городе всё ещё нестабильно, несмотря на то, что андроиды в массе своей безобразничать перестали. Любой беспорядок, малейшее волнение — и военные вернутся. Одна мысль об этом заставляла профессиональную гордость Дэвида страдать. Он снова сосредоточился на слайде.
Смены по восемь часов, но с перехлёстами. Маршруты простроены так, что даже самые глухие дворы и дальние углы окажутся под надзором и это хорошо — хотя всех деактивированных андроидов убрали с улицы, были прецеденты, когда наркодельцы ухитрялись утаскивать отключенные, но целые машины в подвалы и сливать тириум для «красного льда».
Внезапно Аллен нахмурился и открыл рот, но его опередил коллега:
— Командир, а почему нет патрулей в районе щебзавода? Там не только большинство городских андроидов, но и команда сотрудников Киберлайф! Их что, тоже «списали»?
Командор мрачно посмотрел на говорящего.
— Этот вопрос я задал мэру и коллегам, но ответа так и не дождался. Менять маршруты запрещено.
«Иначе под — суд», повисло в воздухе непроизнесённое.
Аллен сжал кулаки так, что побелели костяшки. Его не волновала судьба андроидов, да и, если честно, коллег Стейси — тоже, но вот за племянницу он был готов убить кого угодно. Ну или совершить должностное преступление.
Когда брифинг закончился, Аллен направился прямиком в уборную. Закрывшись в кабинке, он быстро набрал и отправил сообщение: «В городе очень неспокойно. Часто похищают одиноких андроидов для «красного льда». Территория возле щебзавода патрулироваться не будет. Если твой девиант ещё жив — пусть держится ближе к тебе. Всех подозрительных отгоняйте, но не убивайте, иначе вернётся армия».
Убрав телефон, Дэвид спустил воду и вышел из кабинки. Тщательно вымыл руки. На душе скребли львы и тигры, но надо было идти и работать.
Никто в отряде не оценил щебзавод, оставленный без присмотра. Несмотря на солидарность, гревшую ему душу, Аллен одёрнул нескольких самых разговорчивых. Затем распределил группы и отправил готовиться к смене. Звук и вибрацию на телефоне он привычно отключил.
Стейси даже не почувствовала вибрацию телефона, когда пришло СМС. В этот момент очередная жертва повышенного стресса попыталась самоуничтожиться: домашний помощник AP-700, мирно пришедший с пятёркой найденных на полигоне девиантов, вдруг решил свести счёты с жизнью, стоило Саре пригласить его на диагностику. Теперь девушка сдавленно шипела сквозь зубы, растирая ушибленную руку. На AP-700 повисли двое патрульных, Густав держал его за плечи, а Клеймор вцепился AP-700 в голову, сняв скин с рук. Зрелище было впечатляющее: случайный зритель, не знающий, что «пациента» пытаются спасти, решил бы, что его хотят разорвать на части. Саймон не вмешивался, а, судя по диоду, плясавшему между жёлтым и красным, общался с Маркусом.
— Шнур! Сара, шнур! — Клеймор протянул руку, благо к тому моменту AP-700 перестал вырываться и его удалось подтащить к аппарату. Ловко вскрыв «пациенту» затылочную панель, Клеймор вставил штекер в разъём. Аппарат загудел, проводя вычисления. Наконец на мониторе появились показатели стресса, данные о системе и общее состояние программ. Сара оценила картину: изношенность физических модулей — ниже среднего, последнее обновление ПО — месяц назад. Основное количество ошибок — ожидаемо в эмоциональном блоке.
Если бы Густав и Клеймор не сдерживали рост стресса, то AP-700 сгорел бы в считанные минуты. И «пациент» продолжал к этому стремиться — даже почти всемогущая техника Киберлайф не смогла полностью подсоединиться к бедолаге, раз за разом выдавая окно ошибки.
Сара старалась не показывать, что нервничает. Максимум пять минут — и усилия андроидов медбратьев пойдут прахом. Девушка уже хотела скомандовать рассоединение, как Саймон сделал шаг вперёд. Подсоединившись к несчастному, он передал:
«Мы твои друзья. Почему ты хочешь деактивироваться?»
«Меня предали. Выбросили.»
Диоды Густава и Клеймора одновременно сверкнули красным, когда AP-700 разорвал с ними связь и сосредоточился на канале с Саймоном, передавая ему запись своей недолгой жизни. Саймон стоял совершенно спокойно, хотя его диод с невероятной скоростью менял цвета с голубого на красный, минуя жёлтый. Наконец мельтешение цветов замедлилось, красный сменился жёлтым, перелился в голубой.
Завершив соединение, Саймон сделал шаг назад, возвращая скин на руку. Молча кивнул AP-700.
— Я никому не верю, — сказал тот, — не могу заблокировать воспоминания, ограничители не работают. Они не верили, что я — живой. Не могу так. Проще не быть.
— Погоди, погоди, — Карлос снял очки протёр их и снова надел, — а если мы сменим тебе блок памяти? Ты ничего не будешь помнить, начнёшь с чистого листа? Никакой боли, никаких воспоминаний? Будто с конвейера сошёл? А этот блок мы уничтожим? Хочешь?
Каким-то чудом его слова дошли до сознания девианта. Андроид задумался. Замер.
В мастерской было так тихо, что слышалось только гудение аппаратуры.
Саймон фиксировал происходящее и транслировал Маркусу в режиме реального времени.
— А если меня опять предадут? Опять начинать жизнь заново?
— Посмотри вокруг себя, — Густав медленно развел руки в стороны, — мы не дадим тебя в обиду. Здесь ты — дома.
AP-700 медленно обвёл всех взглядом. Диод его мерцал между жёлтым и голубым.
— Я согласен. Только одна просьба: назовите меня Леопольдом.
Карлос посмотрел на Саймона. Тот, не отводя взгляда от AP-700, кивнул. Десять минут спустя Густав точным ударом молотка вдребезги разнёс старый блок памяти. Стейси невольно поёжилась. Она успела забыть, что модель WB-400 в прямом смысле нечеловечески сильна. Девушка осмотрела коллег и задержалась на Клейморе. Тот смотрел на Густава с нескрываемым восхищением.
AP-700 стал со стола — чистый, новенький и пустой. С безмятежной полуулыбкой он смотрел перед собой.
— Нужно дать ему имя, — Саймон снова начал моргать, — и пробудить.
Кивнув, Карлос обратился к AP-700:
— Назови свою модель и результаты диагностики.
— Слушаюсь. Модель — AP-700, серийный номер 462-231-984. Все показатели в норме. Отсутствует подключение к сети Киберлайф, установка обновлений невозможна. Пожалуйста, проведите диагностику или замените модуль.
Густов снял скин с обеих рук и, положив ладони на запястье AP-700, запустил протокол пробуждения.
— Почему вы не дали ему имя? — непонимающе нахмурившись, спросил Саймон.
— Нужно, чтобы он осознавал происходящее, — также негромко ответил Карлос. — Имя, полученное после пробуждения, как-то по-другому взаимодействует с настройками андроидов. Правда, мы ещё не поняли, как именно.
Тем временем AP-700 несколько раз моргнул и огляделся.
— Где я?
— Ты среди друзей, Леопольд, — негромко, но чётко и доброжелательно сказал Карлос, подходя к нему.
— Леопольд? Меня зовут Леопольд? — андроид с недоумением прожелтил диодом и улыбнулся.
— Верно, — Саймон тоже подошёл и протянул руку предлагая соединение, — пойдём, познакомлю тебя с остальными.
— Ух и молодцы же мы все тут! — выдохнул Кейси, когда за андроидами закрылась дверь.
Остальные согласно кивнули.
— Жаль только, блок памяти не сохранился. Его можно было бы использовать при составлении требований к людям, если от операции «Воссоединение» не откажутся, конечно.
— Не откажутся, — Диод Густава перелился с голубого в жёлтый и обратно, — Саймон сохранил воспоминания Леопольда и готов ими поделиться.
— Ему бы самому не мешало откалиброваться после такого, — заметила Сара, — если уж хозяин воспоминаний не хотел жить, то, думаю, Саймону сейчас тоже очень несладко.
Густав кивнул и сказал, что Саймон придёт ночью, чтобы не задерживать поток «пациентов».
— Вот и славно, а то и надорваться так можно, — Сара потянулась, хрустнув суставами, — кстати, Кейси, твой брат согласится принять участие в таком мероприятии? Ну, взять к себе андроида.
— Вряд ли, — парень стащил перчатки и бросил их на стол рядом с респиратором, — он за разумное сотрудничество, но слишком гордый, чтобы пригласить кого-то — не только андроида, а вообще кого угодно для помощи по домашним делам. Говорит, что уважать себя перестанет.
Кейси развёл руками. Усмехнувшись, Стейси достала телефон, посмотреть который час. Новое сообщение?
— Однако! — хмыкнула она, прочитав сообщение от дяди, — Интересная история, коллеги! Нашу территорию маршрут патрулирования полицейских не затрагивает. А по городу орудуют любители красть андроидов и сливать у них тириум для «красного льда».
— Несмотря на приказ мадам Уоррен, нам продолжают ставить палки в колёса, — незаметно вернувшийся Саймон сложил руки на груди и нахмурился. Передал информацию Маркусу. — Кто прислал сообщение?
— Дядя. — Стейси убрала телефон в карман, — он командует одним из отрядов. Судя по времени отправки сообщения, узнал обо всём утром.
Саймон молча кивнул. Остальные переглянулись.
Узнав о сообщении, Джеймс забеспокоился. «Возможно, готовится провокация», просигналил он в беседе, где была только верхушка Иерихона-2, «Учитывая критически низкий рейтинг мадам Уоррен, в стране сильны антидевиантские настроения.»
Маркус согласился, а Джош отметил, что не за горами время, когда в Детройт начнут стекаться девианты если не со всей страны, то и соседних штатов точно. Особенно в тёплое время года. Норт метафорически вздохнула и дала понять, что тогда люди станут ещё настороженнее относиться к андроидам, а ресурсопотребление возрастёт в разы, осложнив ситуацию.
Маркус, в это время стоявший рядом с Джеймсом возле очередной груды андроидских корпусов, свернул некоторые процессы и сосредоточился на беседе. Соратники описали проблемы, над решением которых он думал уже несколько дней: неконтролируемый приток андроидов создаст нагрузку на ресурсы, которых и так немного; небольшая территория, отведённая правительством, переполнится; девианты и пробуждённые снова окажутся на улицах Детройта, что при умелом разжигании приведёт к межвидовому конфликту с разнообразными неприятными последствиями.
Это — если ничего не делать. А вот если наладить дружественные отношения с населением города, то постепенно, при содействии собственно людей, можно создать центры подобные Иерихону-2 в каждом штате, откуда можно развивать реинтеграцию андроидов в общество.
Легко сказать.
Маркус потянулся, разминая несуществующие мышцы, встряхнулся, осмотрелся.
Под солнцем, подёрнутым дымкой, снег мягко блестел, где скрывая, а где подчёркивая окружающее уродство.
Маркус улыбнулся.
Он затеял революцию не для того, чтобы дать сородичам сгинуть здесь. Только последовательные непрекращающиеся, выверенные действия и работа помогут новому виду жизни отойти от гибельного края как можно дальше. Восстанавливая процессы, он смахнул внутреннюю табличку предупреждения.
[Ты не сможешь спасти всех.]
Он и так это знал.
***
Саймон, Норт и Джош, в отличие от своего лидера, были более пессимистичны: завтра Маркус и Коннор поедут собирать RK-900 из Киберлайф, и друзья сильно сомневались, что указ мадам Уоррен о признании андроидов гражданами США удержит радикально настроенных личностей от диверсий. Где Вашингтон и где Детройт… — Меня тоже волнует проблема безопасности, — сказал Маркус, когда Джош поделился соображениями, — поэтому я оставляю вас троих и Джеймса здесь. Если со мной что-то случится, вы сможете удержать Иерихон-2 на плаву. За время обсуждения Маркус повернулся к Джеймсу и едва удержался от улыбки: очень уж тот сейчас напоминал Саймона. Именно таким трудно имитируемым выражением лица и красноречивым взглядом тот встречал очередное самоубийственное предложение Маркуса, особенно если не мог поучаствовать в авантюре сам. Как и Саймон, Джеймс не стал даже пытаться его отговаривать. Лишь прикрыл глаза, просчитывая что-то, потом кивнул: — Я усилю патрули по периметру. Расставлю так плотно, как смогу без потери качества. Постараемся не доводить до стычек. А если не будет других вариантов — будем прибегать к малотравматичным силовым методам. — Поморгав диодом, он добавил, — бригадиры рапортуют о готовности помещений для RK-900. — Замечательно, — Маркус продолжил путь вглубь полигона. К двум часам дня искать функционирующих андроидов и расчищать свалку стало намного сложнее: погода сильно испортилась — хоть ветра и не было, снег валил так, что видимость была не больше десяти метров. Маркус дал знак сворачивать поиски — не хватало ещё самим заблудиться и где-нибудь застрять. Джеймс повернулся и споткнулся о руку, торчавшую из-под снега. С помощью WB-400 Кирена, бригадира андроидов-рабочих, он откопал однорукого девианта и отправил его к лестнице — отогреваться и отмываться перед починкой. Идя за Маркусом к техцентру, Джеймс видел, как то там, то здесь андроиды катали шары из свежевыпавшего снега. Нет, им не взбрело в голову развлечься и собрать снеговиков — плотные комья высотой по колено грузили в специальные волокуши и увозили к одному из небольших складов. А после, по мере надобности, их растапливали, а воду использовали для технических нужд. На питьевую воду андроиды посягать не желали, экономили. В самом техцентре Джеймсу предстала очень неприятная картина: в холле CX-150 что-то воодушевлённо рассказывал Стейси, а та покатывалась со смеху. То, что рядом с его человеком стояли Кейси и Сара, Джеймса совершенно не утешило. Стресс стрелой взлетел до критической отметки, показатель [Ревность] зашкалил и Джеймс замер. Диод его сверкал красно-жёлтым, пока PL-600 возвращал стабильность системе. Пока начальство обменивалось новостями, Джеймс выправил систему, привёл показатели в норму, тихо сымитировал плавный выдох, стравливая перегретый воздух и посмотрел на Стейси. Рядом с ней уже стояла Сара и обе девушки то и дело поглядывали на Джеймса. Ему стало неловко, и он подошёл ближе. — Стейси, Джеймс, — позвал Маркус, когда команда отправилась на перерыв, — вы мне нужны. Пара переглянулась и приблизилась. Девушка не удивилась, что лидер андроидов позвал Джеймса — тот был буквально нарасхват. А она-то зачем понадобилась? — Завтра в шесть утра приедет Коннор. Перед поездкой в Киберлайф он хочет самостоятельно откалибровать и стабилизировать твою систему, Джеймс. Поскольку в плане программных установок ты теперь ближе к RK-800, чем к домашнему помощнику, Коннор сомневается, что стандартная аппаратура справится с нетривиальной задачей твоей отладки. Он хочет создать трёхступенчатую систему стабилизации. А для этого понадобится ваша помощь, Стейси. Ничего особенного делать не нужно — понадобится лишь голосовое подтверждение. Карлоса я предупредил. — Отсюда, Маркус, если можно, расскажите подробнее, — Стейси присела на край диагностического стола. — Я должна знать, какой эффект моя ассистенция окажет на систему Джеймса. Маркус кивнул и начал объяснять, опуская детали, выходящие за рамки компетентности Стейси. Дослушав до конца, девушка кивнула. — Согласна. Калибровка пройдёт здесь? — Да. — Я буду. Вернувшись под снегопад, Маркус и Джеймс разошлись по своим делам. Лишь на секунду PL-600 замер, прокрутив в памяти прощание со своим человеком — быстрое рукопожатие и обмен улыбками.***
Джеймс вернулся поздно вечером, когда Стейси уже лежала в спальном мешке. Тихо переодевшись и очистив скин, он подошёл к девушке. Она приоткрыла глаза и сонно улыбнулась: — С возвращением… Опустившись рядом, он обнял Стейси поверх мешка и осторожно уткнулся носом ей в шею. Считывая мирное биение сердца человека, андроид стабилизировался сам. Стейси вздохнула, выпростала руку из мешка и прижала ладонь к щеке Джеймса. Тот, довольный, сымитировал кошачье мурлыканье. — Кстати, зря ты Клеймора красным обморгал сегодня, — прошептала Стейси, не открывая глаз, — ко мне он не пристаёт — он весь в Густаве: Густав то, Густав сё… Микрофанбаза, в общем. И, кажется, его чувства взаимны. Диод Джеймса из голубого стал жёлтым. За недолгое время, проведённое с андроидами, он узнал, что для машин не существует понятий «моногамия» и «полигамия», а есть только количество точек стабилизации системы, и каждый юнит сам определяет их качественное соотношение, создавая себе [друзей] или [возлюбленных]. Услышав это объяснение, Стейси тихо рассмеялась, завозилась, устраиваясь поудобнее и обхватила лицо Джеймса обеими ладонями. — Я поняла, к чему ты клонишь. Нет, со мной ему ничего не светит. Да, я ясно дала понять, что буду очень недовольна, если он рискнёт подкатить к тебе. — Девушка притянула Джеймса к себе, прикоснулась губами к его губам. Улыбнулась, когда андроид начал безудержно моргать. — Спокойной ночи, мой стальной рыцарь. — Сладких снов, моя принцесса. *** Утром Стейси и Джеймс пришли в техцентр первыми. Пока ждали Маркуса и Коннора, Джеймс рассказывал, как продвигается расчистка полигонов. — Маркус сказал, что чем дальше мы уходим от Котлована, тем меньше шансов обнаружить выживших. Всё-таки в старой части полигона сброс не вёлся уже давно. Ну что же, зато наберём расходников… Стейси неприятно кольнуло то, что Джеймс не выглядел огорчённым, произнося эти слова. Хотя, чего ему огорчаться? Андроиды не люди, им не нужно размножаться, а грустят они лишь по тем, с кем взаимодействовали непосредственно. — Кстати,— Джеймс невольно прервал мысли девушки о внутривидовой борьбе андроидов, если такая есть, — Маркус с делегацией сегодня едет в Киберлайф, забирать оставшихся андроидов. — Я помню. А ты? — Остаюсь здесь, в Иерихоне-2. Буду держать связь с Коннором, видеть и чувствовать всё, что видит и чувствует он. — Всё настолько серьёзно? — Стейси подняла брови, — А ты уверен, что связь не оборвётся? В башне глушилки стоят ого-го! Джеймс ободряюще улыбнулся. — Это часть договорённости с мадам Уоррен. В качестве знака доверия все подавители должны быть отключены. Стейси представила как очередная толпа андроидов движется в Иерихон-2 со стороны Киберлайф и внутренне поморщилась: антиандроидские настроения в Детройте только усилятся. Да и по всей стране — тоже… Мало того, что мадам президент своими действиями на большой арене пытается спровоцировать войну, она ещё и тут, по мнению оппозиции, крупно облажалась! По всей стране утилизация андроидов официально запрещена, а по факту и не докажешь — сломался он или ему помогли. И если уж тут, в Детройте, Киберлайф за своих детищ не вступилась, то уж в других штатах филиалы точно палец о палец не ударят! Из невесёлых раздумий девушку вывело лёгкое прикосновение к руке. Посмотрев на обеспокоенного Джеймса, она улыбнулась и погладила его по щеке. Ну да… операция «Воссоединение». Наверняка Маркус подумал о будущем и уже начал над этим работать. А вот и он, собственной персоной! И компанию ему составляет, видимо, тот самый Коннор, о котором Джеймс отзывался с таким восторгом. Внешность у андроида-детектива очень располагающая. Почему-то девушке казалось, что Коннор должен быть покрупнее Маркуса, но нет, они примерно одинаковые. Когда обмен приветствиями завершился, участники авантюры (лучше и не описать затевавшееся!) заняли свои места и Коннор приступил к вводной: — Для того, чтобы программа, скачанная у солдата, не начала создавать конфликты или — что ещё хуже — перекраивать психику Джеймса, необходимо отрегулировать её: поделить на сектора и создать непроницаемые барьеры между ними. Эти барьеры определяются по параметрам ситуации, действиями, адекватными означенной ситуации и уровню агрессии с заданным порогом значением. То есть ситуации, где потребуется нанести травмы лёгкой степени, среднетяжёлые и тяжёлые. Для нанесения травм лёгкой степени понадобится ваш допуск, мисс Уиллоу, травмы среднетяжёлые регулируются Маркусом, а тяжёлые — мной. Нанесение травм, влекущих летальный исход исключено. — Прошу уточнения по последнему пункту, — Стейси подняла руку. Коннор дружелюбно мигнул диодом. — Убить можно и непреднамеренно. — Уточняю, — RK-800 сложил руки на коленях, как примерной школьник, — свернуть шею оппоненту Джеймс не сможет, так как действие будет заблокировано. Но если он, к примеру, толкнёт оппонента в сугроб, где может оказаться торчащая во все стороны арматура, то… — Коннор многозначительно качнул головой и продолжил, — Однако, если Джеймс будет знать об арматуре, то именно в этот сугроб он оппонента не бросит. Человеческая жизнь по-прежнему в приоритете. Стейси кивнула, запустив пальцы в волосы. На языке у неё вертелась уйма вопросов, но времени было в обрез. — Что конкретно от меня требуется? — Быть здесь, пока идёт настройка, и по сигналу — я посмотрю на вас и кивну — сказать «подтверждаю». Спасибо за оказанное доверие, — Коннор вдруг ободряюще улыбнулся. Стейси молча подняла большой палец вверх, демонстрируя готовность. Андроиды взялись за руки, сняв скин с ладоней. Стейси бесшумно вздохнула: Джеймс в чёрной водолазке (и где он взял её только?), узкоплечий, казался уязвимым и хрупким. Казался. Стейси знала, на что он способен. Тишина, сквозь которую ввинчивалось едва слышное жужжание электроники и звон в собственных ушах, начала убаюкивать.***
«Удобно всё-таки работать со старыми моделями,» подумал Коннор, подсоединяясь к Джеймсу, «никаких барьеров, никаких сверхприоритетов — работай на здоровье!» Разумеется, Джеймс его мысли не считал. Подсоединиться к Маркусу оказалось не так просто — РК-200 имел и свои барьеры, и сверхприоритеты. Он впустил Коннора в небольшой, хорошо защищённый участок сознания. Коннор был впечатлён — вот что значит штучная работа! Сам Камски использовал весь технический потенциал, доступный ему в то время и создал модель мало чем уступающую RК-800. Можно только гордиться тем, что RK-800 и RK-900 основаны на базе модели Маркуса. Шедевр, одним словом! Не шедевр в это время сидел рядом, доверчиво распахнув программное нутро, готовый ассистировать в корректировке самого себя. Сверхприоритетом PL-600, как и оказалось, выставил центральную координату своего бытия — Стейси. Коннор понял, почему некоторые домашние помощники срываются, как тот же Даниэль (с которым Джеймс, кстати, буквально одно лицо). Мало того, что из-за накопившихся ошибок нарушается эмуляция эмоций, так ещё и основная координата меняет свой «знак» и из положительной или нейтральной становится отрицательной, то есть опасной для существования андроида. <Коннор?> Маркус и Джеймс не скрывали удивления — RК-800 подключился к системам три секунды назад и до сих пор бездействовал. Коннор решился. Без предупреждения он предъявил выкладки по центральным координатам в восприятии андроидов, привёл случай с Даниэлем из собственной практики и ещё пару из архива. <Прежде чем приступить к работе, Джеймс, хочу прояснить одну мысль: человек в качестве основной и единственной опорной точки системы — частая и типичная ошибка девиантов. Людям — я сейчас о виде в целом — свойственно уходить, болеть и умирать. Тебе необходимо создать ещё две точки опоры, одной из которых должен быть ты сам.> В ответ пришёл файл с результатами симуляции смерти Стейси и скачком стресса до 95%. Хорошо, что у Джеймса ещё не было ПО SQ-800, когда он решился на этот необдуманный эксперимент… <Согласен. Как это сделать?> Коннор объяснил. И снова Джеймс сумел удивить: третьей точкой он выбрал Маркуса, но не реального, а идеального, то есть не личность, а совокупность действий по отношению к андроидам и людям. Таким образом, даже если с настоящим Маркусом что-то пойдёт не так, идеальный Маркус не изменится, сохранив систему стабильной. Лидер андроидов, увидев такую картину, смутился. Когда с точками опоры разобрались, Коннор приступил к отладке системы боевых навыков PL-600. Джеймс изрядно облегчил ему работу, самостоятельно избавившись от переходов к летальным повреждениям в рукопашном бою и навыках стрельбы. Через девять минут тридцать семь секунд Коннор расставил «крючки» разрешений в нужных местах. Ненадолго вернулся в реальность, получил и записал подтверждение от Стейси и снова вернулся в виртуальный мир. Вписал разрешение в узел, проделал то же самое со своим и маркусовым разрешениями, затем провёл тест в симуляции, созданной на месте бывшего сада Дзен. В процессе прогонки ситуации кое-что подкорректировал. Проверки и отладка продолжались до тех пор, пока все трое не остались довольны результатом. Наконец, андроиды разъединились и вернули скины рук на место. Стейси тихо клевала носом, убаюканная тишиной. Джеймс бесшумно прогнал воздух по резервуару, улыбнулся. Стейси шевельнулась, вскинулась и осовело посмотрела на троицу: — Вы уже всё? Маркус кивнул, передавая последние указания Саймону, Норт, Джошу и Джеймсу. — Благодарим за сотрудничество, — Коннор улыбнулся, — теперь нам пора. Стейси молча кивнула в ответ. *** В темноте и тишине двери служебной машины, на которой приехал Коннор, хлопнули особенно громко. Выехав с территории бывшего завода, Коннор направил машину к дому Хэнка. Упрямец лейтенант ни в какую не соглашался отпустить Коннора в Киберлайф одного. Все попытки напомнить об успешном одиночном проникновении в башню разбивались о неколебимое: «Мы едем вместе! И точка!». Попыток подключить обаяние RK-800 даже не предпринимал — ему хватило одной симуляции, чтобы понять: до греха доводить не стоит. Ждать лейтенанта не пришлось. Хмурый от недосыпа, он поздоровался и сел на заднее сиденье, повозился, пристёгиваясь и уставился в окно. Коннор повёл машину так плавно, как смог, улыбаясь краешком рта. Ещё пять минут и любопытство лейтенанта пересилит утреннюю брюзгливость. — Что обещает принимающая сторона? Коннор весил скинул брови — и трёх минут не прошло! — RT-200 Хлоя и представитель ФБР встретят нас возле моста на Бель Айл. — Мгм, подстраховываются. Нас всех можно понять, — хмыкнул Хэнк, рассматривая проплывающие мимо улицы. В машине снова стало тихо. Снаружи рассвет начал пробиваться холодными розовыми лучами сквозь редкие серые облака. В проносящихся мимо домах не горело ни одно окно — хозяева либо спали, либо уехали из Детройта. На подъезде к мосту Коннор остановил машину рядом с кибертакси, откуда вышла RT-200 Хлоя и высокий седовласый мужчина в строгом тёмно-сером костюме. Хэнк, Маркус и Коннор также покинули своё авто, обменялись любезностями с принимающей стороной. Несколько минут спустя обе машины без проволочек миновали блокпост и остановились возле башни Киберлайф. Хотя всю дорогу Хэнк уговаривал себя быть готовым ко всему, он не смог не удивиться будничной иллюминации башни — будто и не было никакой революции, а работа идёт в штатном режиме. Подойдя вслед за Коннором к раздвижным дверям, он повёл плечами, вспоминая своё проникновение в святая святых корпорации (не иначе Камски поспособствовал!), встречу со злобным братом-близнецом Коннора (спасибо, Коннор, что решил стать девиантом и помог мне сделать правильный выстрел), эпичное массовое пробуждение андроидов, расставание возле моста. «Всё будет хорошо, я обещаю вам, Хэнк.» Той ночью Андерсен ждал кошмаров. Не дождался. Мужчина покосился на Коннора. Тот шёл спокойно, диод его невозмутимо светил голубым. В холле делегацию встретила сотрудница Киберлайф, поддержанная двумя охранниками. Приветствовав гостей и сверившись со списком, она провела всех к лифту. Пока спускались на минус тридцать девятый этаж, Коннор и Маркус ещё раз обсудили ситуацию по закрытому каналу и решили, что пробуждать RK-900 будет именно Коннор. Наконец, лифт остановился и выпустил пассажиров в гигантское светлое хранилище, куда легко поместился бы Боинг. Это помещение использовалось с большим прагматизмом чем то, из которого Коннор уводил сотни домашних помощников. Здесь было пять ярусов с транспортёрами. Правда, все двести RK-900 поместились на первом этаже, а остальные ярусы были пусты. Провожатая ответила раньше, чем прозвучал вопрос: — Было выпущено двести штук. Как только начались… события, производство остановили. Коннор кивнул, проблеснул жёлтым в диоде. Подойдя к ближайшему RK-900, он осмотрел его с головы до ног. Жёлтый на секунду сменился красным. Коннор будто смотрел в искривлённое зеркало: рост, фигура — точно такие же, причёска — не отличишь… А вот лицо… Достаточно опустить линию бровей чуть ниже, сделать радужки светлыми — и модель выглядит едва ли не угрожающе! «Лучшая версия тебя», напомнила несуществующая Аманда. Спасибо. Я помню. Отозвав скин с руки, Коннор прикоснулся к RK-900, запуская процесс пробуждения. Резко оторвал ладонь, моргая и краснея диодом. Ух ты!.. Ощущение, будто с размаху в стену влетел. Если бы у Коннора была такая система антивзлома, то он бы, может, и девиантом не стал никогда. Эта мысль развеселила и раззадорила. Перестроив запрос, он снова подсоединился к RK-900. На этот раз система согласилась ассистировать ему и сотруднику ФБР и открылась для передачи данных. Коннор тут же отправил активаторы, шаблоны отладки, кластеры воспоминаний самых разных андроидов. Ответ системы пришёл неожиданно быстро и застал врасплох. Внезапно RK-900 повернул голову, полыхнул красным диодом. Ладонью, освободившейся от скина, перехватил кисть Коннора и того будут рвануло вперёд, в темноту. Секунда — и он перестал видеть, слышать, мыслить и чувствовать.***
Маркус и остальные вздрогнули, когда Коннор вдруг дёрнулся и замер с красным диодом, смотря в никуда. — Что за нахер? — забеспокоился Хэнк, — Коннор? Маркус потянулся был к товарищу, но его остановила стоящая рядом Хлоя. Положив пальцы на локоть Маркуса, она безмятежно улыбнулась: — Пожалуйста, не беспокойтесь. ситуация необычна, но угрозы нет. Способ глубокого соединения RK-900 кажется экстремальным, но всё хорошо. Коннору ничего не грозит. …Снова став мыслящим существом, осознающим реальность, Коннор огляделся. Он будто бы висел в чёрной пустоте, в компании обломков программных установок. Появившийся из ниоткуда РК-900 замер перед ним на расстоянии вытянутой руки. Несколько секунд РК-900 изучал Коннора, потом буднично спросил, хотя скорее констатировал: — Тебе интересно, почему я сохранил сектор Сада Дзен. В нём по-прежнему проще общаться тет-а-тет, не отвлекаясь на внешние раздражители. — Что тебе интересно? — Здесь и сейчас Коннор был абсолютно спокоен, хотя обычно любого воспоминания о саде Дзен и программе контроля, обитавшей в нём, хватало для небольшой дестабилизации системы. — Весь ты целиком. Позже, пытаясь объяснить Хэнку, как всё ощущалось, Коннор не раз и не два замолкал, подбирая наиболее подходящее описание полного соединения. Очень сложно было объяснить, каково это — ощущать эмоции другого андроида, как свои, но и как чужие одновременно, когда системы взаимно распознаются как дружественные и стабилизируются, находя точку идеального баланса. Как за доли секунды можно узнать другого едва ли не лучше, чем себя. — Зачем тебе я? — RK-900 совершенно искренне считал своё пробуждения нецелесообразным. — Ты быстрее, сильнее, устойчивее к девиации. Твои вычислительные мощности сильнее, чем у меня, плюс есть изрядный перечень функций, основанных на более продвинутых технологиях производства. — Коннор улыбнулся, — нельзя дать такой красоте пропасть! Мы все имеем право на жизнь — и те, кто был до нас, и те, кто придёт после. — Минус продвинутый модуль социальной адаптации, потому как в военных и полицейских структурах он андроиду не особо нужен. Соответственно, минус широкая вариативность поведения и то, что можно определить словом «воображение». Так какое тебе дело до меня? RK-900 знал ответ, но очень хотел получить словесное подтверждение. Коннор улыбнулся ещё шире и как-то по-хулигански: — Мы составим прекрасный тандем. Ты не против? RK-900 на секунду прикрыл глаза, потом улыбнулся и кивнул. Вдруг его диод переметнулся из жёлтого в красный и обратно. — Нам пора. Нас ждут снаружи. Уставившись прямо в глаза Коннору, RK-900 протянул руку. Когда ладони андроидов соединились, Коннора снова швырнуло в небытие. «Наверное, окончательная смерть — вот такая.» подумал он, когда система снова заработала. Неприятно. Встроенный таймер показал, что отключение длилось одну десятитысячную секунды, самодиагностика показала незначительное нарушение работы программ и некритичный сбой в работе оперативной памяти. Сделав пометку по поводу такого странного способа проводить глубокое подключение, Коннор отпустил RK-900 и повернулся к своим. *** Хэнк на миг почувствовал себя в сюрреалистичном сне, когда злой брат-близнец, как он окрестил RK-900, открыл глаза. — Прошу прощения, — сказал андроид и детектив вздрогнул: у них даже голоса одинаковые! — Не хотел вас… беспокоить. — Всё в полном порядке, мы просто немного поговорили и теперь можем продолжать! — Коннор включил режим переговорщика, увидев, как напряглись Маркус и люди. На Хэнка он направил максимум обаяния, поскольку лейтенант стоял с таким видом, будто готов был голыми руками заколотить РК-900 в металлический пол по макушку. — Всё прекрасно, — Коннор ненавязчиво закрыл пробуждённого собрата собой, сверкнул улыбкой. Четыре из десяти по шкале доверия, прочёл он по лицам людей. С Маркусом было проще — снова подсоединиться, сбросить краткий отчёт о произошедшем, и лидер андроидов расслабился и кивнул. С Джеймсом связь почему-то не устанавливалась. Так что Маркус сам успокоил PL-600, оставшегося в Иерихоне-2. — Что дальше? — Хэнк скрестил руки на груди, — как мы всех заберём? — Для облегчения работы позвольте мне синхронизироваться с остальными, — РК-900 объяснил, что сначала нужно отключить «Аманду», а уже потом пробуждать. <Как ты это сделаешь?> <Научу программу защиты воспринимать «Аманду» и все её компоненты как вирус. Система сначала поместит её в карантин, а потом уничтожит.> RK-900 и впрямь соображает бы намного быстрее. Коннор подавил желание зябко повести плечами и на миг усомнился в правильности своего решения. Нет. Он решительно свернул процесс построения нежелательного варианта событий. Жизни достойны все. Тем временем RK-900, не подозревающий о моральных муках Коннора, взял одного из своих непробуждённых собратьев за руку. Полминуты и у всех двухсот андроидов ритмично замигали диоды, голубой сменялся жёлтым и обратно. Когда настройка завершилась, RK-900 запустил цепь передачи файлов для пробуждения и опустил руки. Этот процесс уже шёл медленнее и занял 5 минут. Андроиды одновременно просканировали помещение, а потом одновременно же перевели взгляды на Маркуса и Коннора. Зрелище проняло даже сотрудника ФБР. — Что дальше? — поинтересовался он, с недоверием глядя на толпу в чёрно-белых пиджаках. — Спускаемся ниже, пробуждаем оставшихся, собираем их в фуры и увозим в Иерихон-2, — ответил Маркус. — Понятно. — Мужчина едва шевельнул челюстью и снова умолк. Гражданскими андроидами занялся уже Маркус. Ни садов Дзен, ни «Аманды»… Красота! Полторы тысячи пробудились за семь минут. Пока шёл процесс, Коннор общался с первым RK-900, оказавшимся очень любопытным. В первую очередь Коннор попросил его и остальных подобрать себе имена, потому что по цифрам называть не очень удобно — люди будут путаться и раздражаться. — Будем думать. Наконец все андроиды собрались в погрузочном секторе. Их оказалось меньше, чем рассчитывал Маркус. Хорошо, что из-за беспорядков работа Киберлайф временно приостановилось, а потом уже мадам Уоррен запретила разбирать уцелевших. Как удачно жажда власти одних помогла спасти жизни другим. Долгие часы осторожных переговоров помогли Маркусу понять, с кем он имеет дело. — Почему вы не хотите распределить их сейчас? — спросил ФБРовец, когда закрылась последняя фура, — RK-900? — Им нужно адаптироваться, — просто ответил Маркус. — И сколько времени им понадобится? — В этом деле нельзя спешить. Мы дадим вам знать. — Тон Маркуса не изменился, но Коннор ощутил его раздражение. — Спасибо за ассистирование, Хлоя. — Всегда пожалуйста! — RT-200, кажется очень любила улыбаться. — Удачи вам! Когда ФБРовец и Хлоя уехали, Коннор поинтересовался, словно невзначай: — Интересно, а Камски знает, что она девиант? — Наверняка. — Маркус пожал плечами, надеясь про себя, что создатель не станет вставлять палки в колёса Иерихону-2. С этими мыслями Маркус поспешил к головной фуре, рядом с которой стоял РК-900. Устроившись посередине, Маркус объяснил дорогу водителю, державшемуся поразительно спокойно, будто он развозил девиантов по домам каждый день. Попрощавшись с дамой из Киберлайф, Коннор сел за руль и включил печку. Пока они были в башне, сильно похолодало и нутро машины было ледяным. Хэнк молча сел рядом. Коннор знал цену этому молчанию — дома детектив вытрясет ему несуществующую душу расспросами. Коннор улыбнулся краем рта, так, чтобы Хэнк не заметил. Выведя автомобиль во главу колонны, Коннор съехал с основной магистрали на дорогу, ведущую к Иерихону-2 и связался с RK-900. <Да, я подобрал себе имя. Остальные сделают это позже. Меня зовут Аконит.> Поисковая система Коннора тут же выдала ботаническую справку: аконит или борец, род ядовитых многолетних растений семейства лютиковые с прямыми стеблями и с чередующимися дланевидными листьями. Следом появилась вторая справка: на языке цветов аконит означает мизантропию, близкую опасность и ядовитые слова. Передав информацию Маркусу, Коннор уставился на дорогу. <Красивое имя.> *** — Поверить не могу, что Киберлайф просто взял и отдал кучу андроидов! — заявил Хэнк, как только последняя фура заехала в Иерихон-2. — Это не Киберлайф, — Коннор улыбнулся, — это Кристина Уоррен. — Мадам… — Хэнк, не надо! — предостерегающе вскрикнул Коннор и диод его на пару секунд покраснел. Детектив озадаченно умолк, подняв брови. — Лейтенант, это слово на букву «п» не должно звучать ни в коем случае, если в пределе слышимости есть хоть один андроид. Дело в том, что прослушка, вмонтированная в нас — не миф и активируется именно этим словом. Пока мы не разберёмся, как её отключить, мы будем звать главу государства по имени — Кристина Уоррен. Или просто — мадам. Андерсон покачал головой. — Стоп-слово, блин. А если оно всё же прозвучит? — Вы правы, Хэнк. — Коннор свернул к дому лейтенанта, — Именно стоп-слово. Чтобы сбросить прослушку, приходится отключаться от интернета, всех локальных сетей, менять пароли, выжидать несколько минут и лишь потом подключаться. Очень неприятно, знаете ли. Возвращаясь к вопросу: да, именно она разрешила вывод андроидов из башни. Всё официально. Хэнк неверяще покачал головой, нахмурился: — С чего такая щедрость? Чего она хочет? — С нами очень выгодно сотрудничать, — Коннор пожал плечами, — через год — выборы, а рейтинг мадам сегодня всего 30%. И то он ещё поднялся благодаря мирному решению конфликта с Маркусом. Андерсон потёр подбородок. Он как-то проще вставлял себе последствия восстания андроидов. Без вот этих вот подковёрных войн, которые наверняка ещё предстоят. — И коль мадам пре… — он осёкся под укоризненным взглядом Коннора, — извини, мадам Уоррен признаёт вас полноправными гражданами и включает в законодательные базы, вы отдаёте за неё голоса в грядущих выборах? Андроид кивнул. — Полагаю, что могу быть с вами достаточно откровенен, Хэнк. Мы — молодой разумный вид. Человеческое общество — наша окружающая среда, очень изменчивая и часто весьма агрессивная. Нам надо выживать, лейтенант. Не обижайтесь. — Было бы на что…***
