Yong-Bok The Unveracious

      Кристофер помнит, что это был дождливый поздний вечер. Он тогда снова предложил Феликсу остаться у него на ночь (с тридцать первого на первое. Предварительно он посоветовал ему взять с собой сумку или рюкзак, чтобы тот сразу от него направился по направлению к учебному заведению), и тот охотно согласился, продолжая слушать какую-то не очень интересную лекцию про Аляску по радио.       Стоит упомянуть, что Феликс решил уволится с подработки, аргументируя это тем, что скоро нужно будет рано вставать, и, если у него ещё будет какая-то работа в это время, то он ничего не будет успевать. Крис, в принципе, согласен.       Бан отправил парня в душ, а после просидел ещё минут пятнадцать с бумажками на столе и скребущимися кошками на душе. Он был немного взволнован новостями, которые успел прочитать сегодня утром: один из владельцев крупных акций начинает понижать на них цены на рынке. Казалось бы, ничего такого, это иногда бывает, но всё равно мужчине было неспокойно на душе.       Когда с макулатурой было покончено, старший переместился на кресло напротив кровати, где увлекся чтением одного нового романа, и где ожидал возвращения Феликса. Он слышал, как открывается дверь ванной в коридоре, как парень щёлкает выключателями, погружая комнаты во мрак, и как он возвращается в комнату, аккуратно прикрывая дверь за собой. Ли прошёл к кровати и сначала лег на противоположную от старшего сторону, а потом, ничего не говоря, перекатился поближе к нему. Он снова был в крисовой ночной рубашке и старых клетчатых штанах, которые Бан дал ему.       Мальчик лежал на спине с одной рукой на животе и второй чуть выше, почти на груди; чтобы создать и, позже, сохранять зрительный контакт с Кристофером, ему приходилось лежать с повёрнутой в сторону головой, пока его глаза были немного прикрыты, из-за чего казалось, что он смотрит на старшего с малой долей самоуверенности и даже наглости. Взгляд парня небрежно пробегается по комнате, и, тяжело вздохнув, Ли снова смотрит на мужчину, улыбаясь. Убеждается, что тот внимательно смотрит в ответ.       Вдруг Феликс будто забывает о его существовании. Он устремляет взгляд вниз, а руки на животе оживают, приподнимая края рубашки и будто случайно показывая обнажённую кожу, пока маленькие пальчики играются с тканью. Далее он оставляет её в покое и предельно медленно движется ладонью к резинке спальных штанов, пропускает её и улавливает искру внимания в глазах старшего. Мальчик томно прикрывает глаза и обхватывает кольцом из пальцев собственный член, шумно выдыхая. Кристофер видит, как Феликс сгибает обе ноги в коленях, чуть разводя их, и поджимает пальцы ног, так что слышно несколько тихих щелчков.       Пока одна рука находится внизу, пальцы другой, — покоящейся рядом с головой, на подушке — вновь находят, за что зацепиться: на этот раз это были те короткие кружева вдоль шва на подушке.       Парень понемногу ускоряет движения рукой, и видно, как его коленки мелко подрагивают, а Крис, смотря на всё это уже не в первый раз, не понимает, что же он всё-таки должен испытывать: недовольство? Зависть? Желание присоединиться? Во всяком случае, отсутствие точного ответа вызывает лишь откровенное недопонимание, которое Бан не спешит демонстрировать. Он откидывается на спинку кресла, и с лёгким недовольством и, может даже, разочарованием смотрит на Феликса. — Феликс, если я тебя попрошу остановиться, ты же этого не сделаешь? — зная ответ наверняка спрашивает старший. — Не-а.       Как и было сказано ранее, это уже не первый раз, когда младший так нагло своевольничает, даже не задумываясь о последствиях. Если поднапрячь память, это, кажется, уже четвертый, а то и пятый раз. Крис просил того перестать, но он всегда отвечал отказом и доводил дело до конца, поэтому как бы неприятно это было осознавать, но Феликс был прав, когда сказал, что доминантность Кристофера под вопросом, что это не может не задевать эго старшего. Собственно, поэтому Чан намерен это исправить.       Через несколько минут Ли мелко задрожал, после чего ослаб и замер на пару секунд, отходя от оргазма. Он полез в ящик за салфетками, и, приведя себя в порядок, перебрался на свою сторону кровати, зарываясь под одеяло. — Спокойной ночи, — звучит из-под него. — Спокойной ночи.

***

      Им пришлось встать гораздо раньше, чем обычно. Несколькими днями ранее Феликс неохотно соглашался на предложение старшего о том, чтобы Ли пошёл в школу прямо от Кристофера, подкрепляя это аргументами, вроде «тебе так будет ближе», что было недалеко от правды. Поэтому на кануне немного напряженный и взволнованный («Я, мм… просто переживаю из-за завтрашнего дня») Феликс притащил сумку, в которой, по его словам, валялись несколько карандашей с тетрадями; учебники он возьмёт в школьной библиотеке.       Крис встал чуть раньше и относительно легко — ему привычнее, — в то время, как Феликса ещё нужно было заставить открыть глаза и идти на кухню, противясь желанию присоединиться к тёплому телу младшего под одеялом (он слабо мычал, когда Кристофер тормошил его за плечо, и мило морщил носик, чувствуя утреннюю прохладу в комнате) и заснуть до полудня. В итоге Феликс всё-таки вылез на кухню, сел за стол, где получил свой омлет, и принялся лениво пережёвывать горячие кусочки. — Тебе во сколько надо выходит? — спрашивает старший. — Ммм… Я точно не помню, но наверное где-то к девяти, — делает паузу, — Я выйду позже тебя. — Хорошо, проконтролируй себя сам тогда. — Угу.       Бан уже затягивает галстук, когда видит в отражении проходящего за его спиной младшего, который ещё даже не переоделся. Он шуршит чем-то неизвестным в гостиной, после чего выходит в прихожую и облокачивается спиной на дверной косяк, сцепляя руки где-то внизу, и смотрит на мужчину. — Не опоздай, — напоминает Крис, смотря на часы, и боковым зрением улавливает кивок младшего. Он предполагает, что Феликс наверняка волнуется и переживает из-за учебы и встречи с одноклассниками, поэтому ловит себя на мысли, что хочет, чтобы всё прошло гладко. — Если хочешь, можешь после уроков прийти ко мне. Там, пару часиков подождёшь, и потом я приду.       Феликс ненадолго задумывается, хмуря брови. — Да, давай. Ты же ключи от квартиры мне оставишь?       Крис достаёт свою связку ключей, от которой отцепляет один запасной ключ от квартиры и оставляет его на комоде в прихожей. Они прощаются и Бан выходит в коридор.

***

      На улице солнечно, так что день обещает быть хорошим. Улицы, как того и следует ожидать, очень людные с утра, поэтому втиснуться между работниками всевозможных офисов было нелегко. Кристофер был прижат массой людей к окну трамвая, что позволяло рассматривать засвеченные улочки. Мимо них проехал красный Шевроле, а за ним парочка белых Кадиллаков с развивающимися флажками штатов на бампере. Крис тогда задумался о покупке машины. Собственно, почему бы и нет? Трамваи тесны и безобразны своими внутренностями, а в своей машине всегда хорошо будет. Может даже Крис сможет съездить в соседние штаты, когда отпуск дадут. Один или с Феликсом.       Очень в помощь таким мыслям у какого-то клерка под боком оказалась в руках газета, где вверху были представлены кое-какие марки машин. Мужчине особенно запомнились Линкольн и Форд. Наверное, можно будет в этом месяце присмотреться к конкретной модели, а может даже и приобрести.       С этими мыслями он и добирается до здания банка. Как только он заходит в офис, его подзывает к себе коллега, показывая что-то на тёплом листе с диаграммами, когда Крис понимает, что забыл свои бумаги, с которыми возился вчера весь вечер. Он на всякий случай проверил содержимое своего портфеля и, когда понял, что там ничего так нужного сейчас нет, понёсся к лифту.

***

      Когда он подходил к дому, то успел глянуть на наручные часы — Феликс уже должен был быть в школе. Как только Бан открыл дверь квартиры, то услышал, как что-то шумит в гостиной и сразу же выключается. В прихожей Крис замечает ботинки Ли. Он проходит вглубь квартиры и заглядывает в гостиную, где видит неожиданный сюрприз — выглядывающую из-за спинки дивана голову младшего, который немного испуганно и даже жалостливо глядел на мужчину.       Крис выдыхает, покачивая головой. — Быстро сюда, — в голосе мужчины нет явного гнева, скорее стальная жёсткость, не свойственная его будничному образу. По лицу Ли видно, что он ожидал немного другой — яркой — реакции, поэтому то, что он получил сейчас, вводит его в замешательство: может то, что Крис не кричит и не грубит (как мальчик того ожидал) говорит о том, что всё не так уж и плохо? Или наоборот, всё настолько ужасно, что старший даже эмоций лишился? Феликс послушно встаёт с дивана, чтобы не ухудшать своё положение, и идёт в прихожую. Старший к тому времени ушёл в комнату, откуда вернулся запихивая всё, что успел забыть утром в портфель. Он берёт ключ со стола, оставленный младшему, и, вручив его Феликсу, открывает дверь в коридор и ждёт, пока мальчик выйдет. — Видимо, мы оба опоздаем. Сегодня после уроков теперь точно идёшь ко мне. Ты услышал? — Угу…

***

      Честно говоря, пусть Кристофер и понимает, что никаким родителем или опекуном Феликсу не приходится, его всё равно искренне волнует вопрос образования младшего. Собственно поэтому он продолжает холодно смотреть на мальчика, когда возвращается домой уже вечером. Тот тихо сидит на диване теребя край свитера и со школьной сумкой рядом; его голова виновато опущена вниз и сам он кажется очень взволнованным. Крис разувается и снимает пиджак в прихожей. — Феликс, — зовёт старший. — Феликс, иди сюда, — в прихожей слышно, как звенит пряжка ремня, когда мальчик встаёт с дивана. — Встань лицом к стене и руки заведи за спину, — командует старший и ждёт, пока Ли послушно выполнит все указания. Феликс долго ничего не говорит, однако, когда старший обмотал один раз ремнём сложенные запястья младшего и стал отмечать карандашом, где сделает дополнительное отверстие, он всё-таки подает голос. — А зачем это? — старший вздыхает. — Я заметил, что ты совсем не умеешь себя контролировать. Я тебе говорю не трогать себя, но ты всё равно это делаешь. Раз пять ты вытворял что-то невероятное на моей кровати, где во всей красе демонстрировал мне свою дерзость и непослушание, и даже после моих замечаний ты не перестал это делать. Я так понял, ты себя не контролируешь и тебе нужна «помощь из вне», — молчит, после чего добавляет. — Ты доигрался, понимаешь? — Крис не расслабляет ремень и спускает его с запястьев, после чего открывает верхний ящичек комода, в котором обычно валялись всякие шнурки, ленточки, бичёвки, пуговицы и прочие случайные вещи, однако мужчина рылся в поисках шила. — Мало того, что ты меня не слушаешь, так ты ещё и врёшь, а это очень некрасиво, Феликс. — он кивает в сторону телефона на комоде. — Звони матери, говори, чтобы к ужину тебя не ждали. — Хорошо, — Феликс чувствует себя очень неловко и это видно по его напряжённым действиям. Он берёт трубку и вводит номер домашнего телефона, слушает несколько секунд гудки, пока мужчина за ним возится с ремнём. Слышно, как на другом конце взяли трубку, — Алло? Да, привет… Извини, я сегодня наверное тоже не приду. Я у Яна останусь, — что-то слушает, — Чего? Ты к ним заходила? — снова что-то слушает, но на этот раз дольше, а в микрофон на том конце говорят громче. Феликс от этого совсем стих и покраснел, — Извини… — кидает взгляд на Кристофера. — Я просто не хотел го-… — слышно, как мать Феликса перебивает его и что-то громко говорит (ругает или жалуется). Бан тем временем предполагает, что может Феликс и в школе-то не был, и весь день ходил где-то, после чего просто пришёл сюда и дождался старшего, поэтому Бан решает проверить его сумку.       Он проходит к дивану, в одной руке держит ремень с шилом, а другой открывает сумку. На удивление, в ней и правда оказываются все учебники и даже какие-то тетради. Крис перебирает корешки книг и вдруг замечает один очень не вписывающийся в общую массу школьной «литературы» экземпляр. Он вытягивает журнал и сведя брови к переносице смотрит на полуголую девушку на обложке. Видимо, кто-то из одноклассников передал его мальчику интересное чтиво. — Хей, Феликс, — шёпотом зовёт старший и, когда Ли оборачивается к нему, продолжает, — Смотри, что нашёл. — показывает журнал.       Феликс тогда жутко краснеет, всё ещё слушая речь матери. Он поражённо опускает взгляд вниз и снова берётся за край свитера.       Тем временем Бан открывает журнал, пролистывая несколько пышногрудых чёрно-белых брюнеток; где-то в середине журнала находит рекламу чулков, прочего нижнего женского белья и даже какого-то громоздкого вибратора. Под названием магазина, в котором можно было приобрести хоть весь представленный ассортимент, был удачно вляпан номер, на который можно позвонить и сделать заказ анонимно. Крис думает, что может быть воспользуется как-нибудь предоставленной возможностью.       Пролистав к самому концу, Кристофер обнаруживает ещё одну рекламу, однако там уже были более экзотические приспособления, в частности эрекционные кольца. Крис приподнимает брови, читая незамысловатые описания к товару и рассматривая предоставленные картинки. Не сказать, что он сильно удивлен, ведь и до этого знал об их существовании и принципе действия, однако ему не доводилось видеть рекламу подобных вещиц даже в таких журнала. В верху страницы так же был телефонный номер, и на этот раз Бан всё же решил его выписать куда-то на салфетку. Попозже попробует позвонить, а щас будет пользоваться подручными средствами. — Прости… — говорит мальчик в трубку. — Но я всё равно не смогу прийти… Может быть завтра вечером. Да, пока.       Мальчик кладёт трубку, когда Крис возвращается к нему и заканчивает делать дополнительное отверстие в ремне. — Хороший тебе журнал передали, — Феликс ничего не отвечает, лишь опуская взгляд вниз. — Ну, не смущайся ты так. Иди в комнату, раздевайся. Я щас подойду. — Да… — мальчик уходит, пока Крис снова заглядывает в ящичек и роется в поисках какой-нибудь хлопковой ленты. Находит одну бордовую и достаточно длинную, и, решив остановиться на этом, закидывает шило и закрывает ящик.       Когда он заходит в комнату, то видит рядом с кроватью неторопливо снимающего штаны Феликса. Свитер уже валялся на покрывале. Понимая, что это может затянуться на неопределенный срок, Крис решает не ждать. — Рубашку можешь не снимать.       Видно, что Феликс взволнован, и Крис даже думает сделать обстановку менее напряжённой. Бан положил ремень с лентой на кровать и встал рядом с мальчиком, помогая расстегнуть пуговицы. — Но ты же сказал, что можно не снимать? — Ну, так мы её снимать и не будем. Просто переживаю, что тебе будет жарко. — Но мне не жарко… — Пока что.       Возможно Феликс хотел что-то сказать и спросить, но, во всяком случае, у него это не получается, потому что старший успел нагнуться к нему и поцеловать.       Крис целует с напором, но не слишком агрессивно, совсем не грубо, чтобы Феликс всё-таки чувствовал, что не имеет никого права сейчас пререкаться со старшим и всячески качать права. Когда Кристофер давит на плечи Ли, направляя его, тот послушно ложится на кровать, начиная отвечать тихими стонами на поцелуи мужчины. Бан забирается на кровать следом и двигает мальчика ближе к подушкам, нависая над ним. Ли хочет обхватить талию старшего ногами, но тот несильно сдавливает лодыжки пальцами, удерживая их на месте. Он отрывается от губ младшего и спускается к шее, к груди, где целует соски. Мальчик под ним млеет и расслабляется от этих ласок, и Крис выжидает ещё несколько секунд прежде, чем неожиданно стиснуть зубы, несильно прикусывая чувствительную розоватую кожу. Из-за этого Феликс вскрикивает, мычит и елозит на месте. Он уже понимает, что если попытается оттолкнуть старшего или хотя бы упереться ему в плечи руками, то тот обязательно поругает его и выкинет ещё что-нибудь внезапное, поэтому Ли лишь усердно старается удерживать руки согнутыми в локтях и прижатыми к кровати. Мужчина тем временем снова мягко целует мальчишку, так что тому не остаётся ничего, кроме как снова расслабляться и выгибаться навстречу, а потом резко напрягаться и сдерживать себя, когда старший опять кусает его. В конце концов мальчик не выдерживает и теперь пытается вообще не расслабляться, даже, если Кристофер внимательно смотрит на него исподлобья, а его руки спускаются к паху мальчика, мягко сдавливая через ткань нижнего белья уже практически полностью вставший член. Наверное после этого у него полностью едет крыша и он всё-таки тает и стонет, наступая на те же грабли и вновь получая неожиданный укус и лёгкий шлепок в районе паха. Феликс мычит. — Ну хватит так делать… — Терпи, — Крис повторяет так ещё один раз, после чего стягивает с Феликс боксеры и последний раз целует младшего в линию челюсти, — Перевернись на живот и руки заведи за спину. — сам тянется к ремню, которым обвязывает кисти Ли и на этот раз застёгивает, но так, чтобы мальчик не смог освободиться самостоятельно. Он смотрит на него пару секунд, думая, прежде чем решает сделать ещё кое-что.       Он садится у изголовья кровати, поудобнее устраивая подушки, и тянет на себя Феликса, придерживая его за плечи, чтобы тот не упал, неуклюже переставляя колени. Как только Феликс устраивается поудобнее, Крис вновь целует его, пробираясь руками под рубашку и за спину, спускается к обнажённым бёдрам. Видно, что смущяющемуся младшему тяжело из-за всех действий старшего оставаться в напряжении и как-то ещё держать себя на ногах, однако получившаяся картина просто не может не радовать глаз старшего, который коротко целует мальчика и тянется к прикроватной тумбочке, доставая смазку.       Феликсу приходится ещё тяжелее, когда Кристофер начинает его растягивать. Ли остро чувствует нужду в освобождении, потому что без рук ему правда тяжело ориентироваться в пространстве, причём настолько, что он даже немного наваливается на старшего, не в силах удержать себя на ногах. — Извини… — шепчет Ли. — Чш-ш, всё нормально. Можешь так и остаться, — спокойно говорит мужчина, добавляя один палец к двум уже имеющимся.       Получается так, что Феликс теперь лежит на груди у старшего, уткнувшись лицом тому в плечо. Он уже громко стонет, когда Кристофер чуть надавливает на простату, но толком насладиться секундным блаженством не даёт и, будто издеваясь, выходит из младшего. Феликс старается держать себя в руках, поэтому глубоко вдыхает и выдыхает, концентрируясь. Ему наверняка сейчас вообще нельзя высказывать своё недовольство Кристоферу.       Крис вновь входит в него пальцами, растягивает около минуты и выходит. Феликс к этому моменту с ужасом осознаёт, что его член уже полностью встал, требуя обратить на себя внимание, однако сам Ли никак не может этого сделать, а Кристофер, пусть всё прекрасно понимает и видит, но элементарно не хочет оказывать такую услугу. Феликс начинает жалобно хныкать, намекая на своё плачевное состояние, но никакой реакции не получает. Тогда он решает говорить. — Чан… — тихо зовёт мальчик. — М? — Ты можешь… м, — начинает мямлить Феликс, но прерывается на новый стон, когда старший задевает простату, — Чан… — Что, Ликси? — мужчина целует младшего в висок.       Феликсу безумно стыдно просить об этом, но он отчаянно хочет. — Ты можешь… коснуться меня? — Но я уже это делаю, — отвечает Бан, поглаживая младшего по бёдрам. — Нет, не так. Можешь коснуться меня там? — намекает Феликс, получая глубокий выдох. — А ты заслужил? Вспомни, как ты плохо вёл себя последние несколько дней и как ужасно поступил сегодня утром. Думаешь, ты заслужил?       Феликс долго молчит, когда понимает, что кроме «нет, не заслужил» ему нечего ответить. Он снова хнычет от безысходности, когда мужчина немного отстраняется от него, и по звукам слышно, что тот расстёгивает ширинку штанов и приспускает их. Потом снова тянется за тюбиком смазки и выдавливает немного себе на пальцы, распределяя её по члену. — Подвинься чуть-чуть назад, — говорит старший, придвигаясь, и они снова меняют своё положение: теперь Крис не облокачивается спиной на подушки, а находится чуть дальше от них, — Сядь на мои колени и стопы заведи мне за спину, — поясняет Бан, — Молодец. Теперь не двигайся.       Феликс не двигается. По крайней мере, он старается. Он чувствует, как мужчина подхватывает его за бёдра, приподнимая, и предельно медленно начинает опускать на член. Ли затаив дыхание чувствует, как твёрдость старшего начинает медленно распирать его изнутри, и всё бы ничего, но загвоздка в том, что это происходит ну очень медленно. Мучительно. Феликс даже начинает мелко подрагивать и снова хныкать от переполняющего нетерпения.       Младший пробует сам как-то насадиться или хотя бы ускорить этот процесс, однако старший лишь шлёпает его по бедру, говоря этим жестом не двигаться и не мешать ему. Феликс тогда думает, что может ему нужно просто сказать, как этого требовал всегда старший поэтому он ждёт пару секунд и говорит. — Можешь побыстрее? — Нет, Феликс, — отрезает старший, продолжая медленно опускать Ли, который следующие несколько секунд после этого ответа больше не пытается его просить о чем-либо.       Можно подумать, он и впрямь чувствует свою вину за все деяния, что не может не радовать Кристофера, который всё-таки опускает мальчика до самого основания и слышит вздох облегчения с его стороны.       Чуть отдохнув, Бан тянется к хлопковой ленте на кровати и несильно, но довольно ощутимо обвязывает ею член младшего чуть выше основания. — А зачем это? — тихо-тихо спрашивает Феликс. — Говори погромче, солнышко, тебя совсем не слышно, — отвечает Крис, однако в его словах есть доля правды, потому что он правда не расслышал то, что сказал Ли. — Зачем это? — Чтобы ты не смог слишком быстро кончить, — ровным тоном отвечает старший. — А через сколько ты его снимешь? — наивно спрашивает младший. — Кто знает, — Крис специально отвечает равнодушно, чтобы вызвать очаровательное волнение на лице Феликса. — Ну скажи точно, — он жалостливо смотрит мужчине в глаза, — Пожалуйста.       Бан выдерживает паузу, смотря в потолок. — Если ты будешь выполнять все мои требования, то я подумаю над тем, чтобы дать тебе кончить. — Хорошо, — соглашается с условиями младший, радуясь хоть чему-то.       После этого Крис откидывается на подушки и говорит ему самостоятельно приподниматься и опускаться на эрекции старшего, создавая трение. Мальчик упирается коленями в кровать и начинает старательно двигаться, как и сказали, но ему тяжело хотя бы потому, что руки всё ещё связаны за спиной, а сам он жутко возбуждён. У него получается медленно, из-за чего он отчётливо чувствует каждую неровность на члене старшего. В какой-то момент он останавливается, чувствуя, как эрекция мужчины будто увеличивается в размерах, но поймав взгляд Кристофера понимает, что нужно продолжать.       От смущения, преследующего его с самого начала, он опускает взгляд вниз и долго отказывается смотреть на старшего, концентрируясь на работе. — Быстрее, Феликс, — говорит Бан и обхватывает ладонями бёдра мальчика, когда тот снова задерживается, и с силой давит на них, опуская Ли с громким стоном. — Угу.       Феликс сейчас очень милый. Его кожа блестит от пота, и Крис почти уверен, что волосы на затылке чуть потемнели от скопившейся влаги. Младший глубоко дышит, когда старается осторожно и в то же время достаточно быстро опускаться, и Кристофер чувствует под собственными пальцами, как напряжены мышцы Ли. Смотря на лицо младшего, мужчина видит, что тот смаргивает мелкие слезинки (наверняка болезненное возбуждение начинает давать о себе знать), и ему даже на мгновение становится жаль его, но жалость вновь заменяется игривостью, когда он видит, как Феликс дёргает руками за спиной, пытаясь освободиться. Крис вместо каких-либо слов снова шлёпает того по бедру. — Но мне так не нравится. — Хочешь, чтобы я тебя опустил на кровать?       Феликс не быстро кивает и тут же оказывается под мужчиной, который берёт дело в свои руки начиная быстро входить в тело Ли. Он как-то даже не пытается думать о том, проезжается-ли он головкой по простате мальчика, поэтому Феликс с какой-то детской обидой осознаёт, что старший будто гонится за собственным возбуждением, совсем забывая о Феликсе. Младший чувствует, как горячо старший дышит ему в плечо и практически рычит, когда тепло растекается по телу, а его сперма заполняет нутро Феликса, который опять жалостливо хнычет. — А я? — он большими глазами смотрит на Бана, дожидаясь ответа,— Я же всё делал правильно…       Кристофер приходит в себя лёжа рядом с Ли и неторопливо расстёгивая мокрую рубашку. Когда он более менее начинает осознавать себя и то, что говорит ему младший, то решает испытать терпение младшего другим способом. — Да-да, — равнодушно говорит мужчина, вытирая пот со лба. Он выпрямляется и спускает ноги с кровати, снимая рубашку. — Ты куда? Чан? — зовёт Феликс, и Кристофер еле сдерживает себя, чтобы не посмотреть на него, — А как же я? — Я сейчас вернусь, — он встаёт с кровати и уходит из комнаты, пока младший не понимает, что ему нужно делать. Он всё ещё возбуждён и безумно хочет разрядки, однако дать себе этого самостоятельно не может. Ему приходится около минуты или даже больше послушно ждать, пока не вернётся старший и не даст ему того, чего он хочет.       Когда Крис возвращается, он в очках и на нём его домашняя одежда, в которой он выглядит весьма расслабленно и совсем не так, как хочет сейчас Феликс. Он совсем не похож на прежнего себя. — Чан… — зовёт младший, когда видит, как Крис проходит к столу, не замечая его, — Чан… — Да? — Ты… ты можешь подойти сюда, — ему кажется, что просить напрямую слишком резко, тем более старший может как-нибудь обернуть его просьбу против него же.       Кристофер подходит к мальчику, который пересел поближе к краю кровати, и сел на корточки, положив ладонь на коленку Феликса. Он будто совсем не помнит то, что сейчас было, и Ли это очень обижает. Мальчик чувствует себя несправедливо обделённым вниманием. — Что такое? — спрашивает Кристофер. — Я… Ты можешь ко мне прикоснуться? Или хотя бы развязать меня? — Крис молчит несколько секунд, за которые Феликс успевает подумать, что мужчина сейчас ответит отказом, поэтому начинает тараторить дальше, — Я же всё правильно делал. И ты обещал подумать над этим… Ты же подумал? — Да, — спокойно отвечает Бан, — Но я решил, что нет. Сегодня ты до финала не дойдёшь. Ты слишком плохо себя вёл, так что, полагаю, один такой раз в качестве наказания ты стерпишь.       Феликс сжимает губы в тонкую полоску и шмыгает носом. Он что-то мычит, после чего опять начинает просить. — Ну пожалуйста, Чан. Я обещаю, что больше не буду так делать. Пожалуйста, — мужчина конечно думал, что если лишить мальчика оргазма, то тот будет не в лучшем расположении духа, но он не предполагал, что всё дойдёт до того, что по его красноватой щеке скатится маленькая слезинка, — Пожалуйста, прикоснись ко мне. — Скажи, за что ты извиняешься? — уточняет старший. — За то, что… — Феликс делает паузу, собираясь с мыслями, — За то, что плохо себя вёл, и… — И?       Вторую часть ему почему-то сложно сказать, но всё же Крис слышит: — И за то, что обманул.       Кристофер садится рядом, обнимая мальчика и целуя его в макушку. — Хорошо, — он вытирает рукавом халата щёки Ли, — Прощаю. Только знай, что это последний раз, — Крис знает, что он слишком добрый, — Но руки я тебе всё равно не развяжу. Ложись. — Угу.       Феликс ложится на подушки, однако севший рядом Крис притягивает его, устраивая у себя на коленях и приобнимая за плечи. Мужчина снова целует его в лоб и наконец притрагивается к немного покрасневшему члену мальчика, который сразу же начинает отзываться на эти прикосновения стонами. Феликс кладёт щёку на плечо Бана и каким-то пьяным взглядом смотрит на то, как старший давит большим пальцем на головку, размазывая природную смазку, капли которой остались кое-где на покрывале. Из-за этого действия Феликс стонет громче, щёлкая от напряжения пальцами ног. Но он всё ещё не чувствует свободы из-за той самой ленточки, которую Крис не спешит развязывать. — Чан… — между стонами зовёт младший, — А ты можешь развязать...? — Что развязать? — любезно переспрашивает Бан, потому что в данной ситуации и правда нет конкретики. — Ленточку.       Слышно смешок старшего. — Чуть-чуть попозже. Потерпи.       Он продолжает дрочить младшему, но когда до него начинают долетать более отчаянные стоны, он замедляется. Всё-таки ему нужно чуть-чуть помучить младшего.       Феликс разочарованно стонет и опять утыкается мужчине в шею, и Крис чувствует лёгкую вибрацию у себя на коже, когда мальчик говорит: — Ну хватит.       И Феликс снова дёргается, когда Кристофер опять давит на головку, заставляя нервные окончания сходить с ума. Он несколько секунд уделяет одной только головке, после чего опускается ниже, совсем слабо сдавливая яички и слыша нежный стон мальчика. Однако он снова покидает его, убирая руку в сторону. — Крис…       Ему бесконечно приятно слышать своё имя в подобной обстановке и с подобной (просящей) интонацией, поэтому он с улыбкой глядит на мальчика, который смотрит на него в ответ. — Ты смеёшься? — спрашивает Феликс. — Нет, с чего ты взял? — он целует младшего в щёку, который стал похож на котёнка.       Феликсу определённо гораздо больше идёт нежность и обилие внимания в постели, нежели жёсткость, и это ещё одна причиная по которой Крис всё-таки решил выполнить просьбу Ли. — Мне нравится, как ты выглядишь сейчас. — Жалко и беспомощно?       Крис снова улыбается, видя похожую, но более слабую улыбку на лице мальчика. — Ну, в этом есть своё очарование.       Кристофер продолжает ласкать Феликса, водя рукой по его члену, и, когда по зажмурившимся глазкам и плотно сжатым зубкам понятно, что тот на пределе, Бан всё-таки снимает ленту и доводит Ли до оргазма. Они в тишине ждут, пока Феликс переводит дыхание. После этого Кристофер расстёгивает ремень на запястьях мальчика, и тот наконец обнимает старшего, устраивая голову у него на груди. — Ну, ты же понимаешь, что твой прогул — это правда плохо? — говорит Крис, — Я очень хочу, чтобы ты прилично окончил школу и поступил в университет. Неважно какой, главное, чтобы тебе это нравилось. Сейчас правда зарабатывать деньги гораздо легче, чем раньше, однако я хочу, чтобы ты был образованным и видел всю эту систему изнутри. Тебе так будет легче подстраиваться под внешние обстоятельства, ты будешь более м... гибким в этом плане. Понимаешь? — Крис чувствует, как ткань его халата чуть сминается под щекой Феликса, когда тот кивает. — Но Минхо ведь не закончил университет, — вспоминает мальчик, — И школу вроде тоже. — Да. То есть нет, — Крис хмурит брови, — Школу он закончил, просто последние года два он её практически не посещал, а если приходил, то только для того, чтобы сдать экзамены. Однако у него были желание и неподдельный интерес, поэтому он и смог добиться таких успехов. Но, опять-таки: пусть у него есть работа и постоянный заработок, я считаю, что он всё же зависит от внешних обстоятельств. Не знаю, в чём дело: в образовании-ли, в характере-ли — он достаточно импульсивен. Но он всё равно зависим, как и очень многие, включая меня, — говорит старший, — Так что я настоятельно советую тебе делать всё по старинке и закончить сначала школу, потом университет. Сейчас такая схема надёжнее. Не бери с него пример. — Хорошо, — отвечает Феликс, и они оба замолкают. Слышно, как проезжают машины на улице, как тикают часы в комнате. Ли чувствует, как его голова приподнимается, когда мужчина вздыхает, и опускается, когда тот выдыхает. Он чувствует себя таким маленьким и защищённым, однако слова старшего поселяют в его сердце волнение, переходящее в страх. Весь этот путь, который старший описал как «школа-университет», начинает казаться жутко страшным и тяжёлым. Он же не может так продолжать жить и вести себя. Крис прав, говоря, что ему, как человеку, нужна независимость. Он краснеет и обнимает старшего поперек грудной клетки. — Прости, — шепчет Феликс, — Я больше так не буду.