Раскрытие тайн

Рома оцепенел от ужаса. Парни вдвоём были в шоке от увиденного. «Ученик, которого звали Бяшей вышел погулять и не вернулся домой…» Антон медленно повернул голову в сторону друга, который стоял с открытым ртом. Резко оскалившись, Пятифан ударил кулаком стенку. Петров не знал, что делать: он попытался успокоить разьяренного друга, схватив за руки. — Успокойся! — Оно все-таки дошло до него, блять! — Ромка смотрел в сторону. — Он найдётся! Обязательно найдётся! — Антон смотрел из-под очков на парнишку, который взглянул в глаза светловолосого. — А ты… — Ромка дёрнул рукой, отцепившись от Антона. Отойдя на пару шагов назад, Пятифан повернулся спиной: -… веришь в свои слова, Тоха? Петров повернул Пятифана к себе, и, обхватив шею, обнял его, словно как маленького ребёнка. — Не верю, но пытаюсь. Отойдя от темноволосого, который стоял в недоумении от происходящего, Антон схватил свой рюкзак, заполненный книгами и пошёл к своему классу, оставив Рому в коридоре.

Петров крутил ручку между указательным и средним пальцем, потом стукнул ею по столу. Взялся за голову: совсем ничего не понимал. И это не о математике, а об этом городе, полный тайн. То пропал Матюхин, а за ним Бабурин, а сейчас и вовсе Бяша. Мальчишка с чёрными волосами и выбитыми передними зубами, который всегда в конце своих слов говорил «На!». Бяша был лучшим другом Ромки и его нужно было найти. «Но, вот черт, как?» — мучали Антона мысли. И сегодня как-то Петров странно себя повел: ему резко захотелось обнять Пятифана. По-дружески. В то время, как раздумывал Антон о странном городке и о исчезновении одного друга, Рома сидел на кухне. По стенке бегал таракан, жил своей жизнью и не мешал Пятифану. Парень сидел за столом в развалившийся позе: почти лежал на стуле, голову закинул назад, смотря в потолок, а ноги были согнуты в коленках (только одна нога была на другой ноге в полуразвёрнутом виде). Руки положил на затылок, локти торчали в разные стороны, что помешало пройти матери в комнату. — Развалился здесь, Ей Богу! — женщина подошла к горе немытой посуды. — Помыть не мог?! — Ма, какой мыть, — Ромка разговаривал в тихом и спокойном тоне, совсем не в том, который слушают окружающие на улице. — у меня друг пропал, Бяша. — Да что мне с Бяши твоего, друг врагом за считанные минуты может стать, — Мать терла тарелки губкой. Взяла в руки моющее средство. Банка издала смешной звук и из неё, прямо на губку для посуды, вылетела капелька оставшейся жидкости. — Мам, он пропал! Женщина, худощавого телосложения, кинув полотенце в сторону, повернулась к сыну: — Я повторяюсь: мне совершенно плевать, что с ним и кто он. Не ной. Лучше вон, — Женщина махнула рукой в сторону. — работать иди, денег на жизнь не хватает, мать не успевает твоя, совсем не жалко меня?! Рома тяжко вздохнул, и, встав со стула, пошёл в сторону выхода. — Как что, мы сразу уходим! Надоел! На шее у меня сидишь! Время трудное, денег нет! Помог бы, действительно! На кухне вдруг раздался шум разбивающейся тарелки, но Пятифану было плевать также, как и его матери на жизнь сына. Парень медленно обувал кроссовки, и, взяв спортивную лёгкую куртку, потому что другой толстой не было, вышел из коммунальной квартиры. Шагая по снегу, большинство которого уже расстаяло и появлялись тропинки по которым можно спокойно идти, Пятифан остановился около леса. Повернув голову влево, Рома присмотрелся. Днем лес напоминает обыкновенный лес, но ночью это было совсем другое место. Место, готовое словно убить тебя.       Антон открыл дверь. За порогом стоял Рома. Петров повернулся назад, чтоб глянуть, нет ли где поблизости мать, которая бы стала расспрашивать у Ромы кто он. И, впустив друга в свой дом, Антон тихо закрыл дверь. Пробегая мимо Оли, Рома подмигнул ей и приложил палец ко рту, который даёт намёк на то, что нужно быть хорошей девочкой и не сдать матери о том, что в доме есть кто-то чужой.       Петров сел на кровать, а Пятифан на полу. Ждали, кто первый начнёт и начал Антон: — Мы можем сказать офицеру милиции, что произошло на самом деле… … Тогда, когда к ним подошёл офицер, подслушавший разговор о Бабурине, парни соврали. Сказали, что редко с ним общались и вообще тип был какой-то странный: к девочкам приставал, мальчишек обижал и грубо отвечал учительнице. Хотя половина из того, что они сказали, было правдою, но настоящую тайну не стали раскрывать. — А что можете ещё сказать? — спросил офицер, заполняя какие-то бумаги. — Да все, вроде. — Пятифан взглянул на Петрова, тот, словно боясь чего-то, медленно кивнул. — А! Этот звук заставило дрогнуть сердце Антона. Что ещё придумал Рома? — Он все вечно прикрывался своей бабкой, а по школе слухи ходили, что бабка у него с поехавшей крышей, — сказал Рома, глядя четко на лицо офицера. Мужчина лишь взглянул на Пятифана, и, кажется, усмехнулся, отведя взгляд в сторону: — Спасибо, мальчики...... — Ты совсем больной, бля? — Ромка выругался, взглянув на друга. Антон подставил палец ко рту, разозлившись: — Не ругайся у меня дома! И я не больной. Я просто переживаю. — О чем? — Рома улыбнулся. — О ком. Я не хочу, чтобы кто-то ещё пропал, — Антон посмотрел в окно. За окном светило солнышко, лучи которого слегка попадали в комнату, освещая некоторые частички места. То в стенку, то лучик попадал прямо в глаза. — Антон! — крикнула мама, приближаясь к комнате. — С кем ты разговариваешь?

Карина Петрова, улыбаясь, положила руку на бедро, наблюдая за тем, как гость пьёт чай и с удовольствием лопает приготовленную только что еду. Макароны с сосиской и чай с лимоном. Пятифан ел медленно, а хотелось быстро, потому что не ел нормальную горячую еду уже несколько недель. Взглянув на мать друга, парень произнёс: — Спасибо, это очень вкусно! У Пятифана на щеках появился лёгкий румянец, а мама Антона улыбнулась. Но пришлось Роме перевести взгляд, как Карина Петрова взглянула на сына со злостным выражением лица. Антон сглотнул ком, образовавшийся в горле. Спустя несколько минут, мать покинула комнату, оставив мальчишек наедине. — Твоя мама очень вкусно готовит, — Ромка усмехнулся. Антону было нечего сказать, он лишь только кивнул.

***

Ёлки в лесу уже были не все в снегу. Снег рассыпался и растаял, словно его и не было. Антон шёл медленно, осматривая окрестность и нет ли кого, а вот Рома шёл впереди, с засунутыми руками в карманы спортивных штанов с лампасами по бокам. Дул ветер, холодный, но не мерзкий. Лицам не больно от мороза и щеки с носом уже не такие уж и красные. Скоро наступит весна. Сразу же будет солнце или первые дни весны будут пасмурными и холодными, словно начало зимы? Изменится ли жизнь после наступления марта? Эти вопросы мучали не только Антона, но и Ромку. — Вот это дерево, — Пятифан показал пальцем на зарубку на дереве. — Специально пометил Его. А лиса эта сбежала видимо, как очнулась. Антон присел на корточки, провел рукой по дереву и почувствовал что-то мокрое в нижней части. Посмотрев на свою ладонь, на ней была размазанная красная точка. — Она ещё и головой ударилась? Так ей и надо! — Пятифан усмехнулся. — Мне её жаль, — сказал Петров, жалостно взглянув на место, где Алиса тогда лежала. Рома схватил друга за капюшон, и, подняв его перед собой, посмотрел на него злостным и испепеляющим взглядом, готовый вот-вот побить до потери сознания. — Она возможно, блять, причастна к пропаже детей, а тебе её, — Ромка оскалился. — блять, жалко! Отпустив друга, темноволосый парень спустя некоторое время сказал: — Давай искать Бяшу…

Постучав в дом несколько раз и, не услышав ни единого звука, Рома выругался. Они пришли к дому Бяши, чтобы спросить у бабушки парня, куда он уходил в последний раз. Но дома видимо никого. Стукнув ещё раз, только уже громко, в ответ получили снова ничего. — А может и бабка его пропала? — Ромка взглянул на Антона, который стоял в задумчивой позе. — Кто-о? — громким и продолговатым звуком спросил кто-то, кто стоял позади. — БЛЯТЬ! — Пятифан дрогнул, услышав звук прямо перед ухом. Тем более с таким голосом действительно можно было открыть кирпичный завод.       — Бяша… — Бабушка взяла платочек, и, приложив к глазу, вытерла слезу. Поплачивая, бабушка стала рассказывать, куда собирался пойти её внук во время болезни. Антон встал с кресла и налил воду в эмалированную кружку, отдав её бабушке, чтобы та успокоилась. — Спасибо, внучек, спасибо! — Вздохнув, поблагодарила Антона бабушка, поставив кружку на тумбочку рядом. Рома поднял голову вверх, взглянув на Антона. Взгляды встретились и Пятифан подмигнул другу. Петров, лишь закатив глаза, посмотрел в сторону. — Бяша любил в футбол играть, — начала бабушка. — сказал, что хочет поиграть с друзьями. Мож, вас имел в виду. — А вы ничего странного не замечали в его поведении? — Нет, — бабушка задумалась. — но он говорил, что его зовёт Сова. Ромка резко взглянул на Антона, тот сделал то же самое.

 — Моя сестра тоже видит эту Сову и она жутко её боится, — сказал Антон, запыхаясь от бега. — Блять, это же получается, что возможно… — Возможно ночью что-то случилось, отчего Бяша пошёл «на футбол», — поделился догадкой Антон, перебив друга. Ромка остановился, положив ладони на колени. Перестанавливая дыхание, парень взглянул на Антона исподлобья. Петров остановился недалеко от Пятифана, и, смотрев на друга, мысленно повторял, что все будет хорошо. Рома ему не верил.

***

Ночь. Ромка забрался в комнату Оли, пока сестра друга спала. Тихонько взялся за дверь, но та заскрипела. Светловолосая девчонка открыла глаза, и, смотрев с ужасом на Рому, хотела закричать. Пятифан взглянул на сестру Антона, и, приподняв брови, понял, что очень неуклюжий. Быстро, но тихо подошел к кровати и показал знак «тихо». Никто не хотел, чтобы проснулись родители в данную минуту. Оля, кажется, вспомнила друга брата, который приходил недавно в гости. Антон взглянул в комнату сестры, и, тихо зайдя внутрь, закрыл аккуратно дверь. Парни переглянулись и на секунду поверили тому факту, что все идёт по плану.       Оля лежала на кровати, делая вид, что спит. Страшно не было, ведь в комнате сидели двое парней, которые защитят девчонку. Они втроём ждали птицу. Страшную птицу, которая причастна к исчезновению детей. Ромка и Антоном сидели за тумбочкой, чтобы их не было видно. Хотя, если Сова следит и наблюдает за окном Оли, то вряд-ли план сработает. Животные умные, а особенно Совы. Умное животное, наделенное магией.       Услышав, как кто-то распахнул крылья, встав на наружный подоконник. Парни насторожились. Свет луны попадал в окно комнаты, поэтому её тень была видна в помещении. А тень, как появился звук, пропала с комнаты. Складывалось ощущение, что кто-то закрыл луну или же встал у окна. Оля открыла глаза и, взглянув на окно, укусила нижнюю губу. Кричать не стоило бы, разбудили бы мать с отцом. Маленькая девочка закрыла рот рукой и стала плакать. Антон приподнял бровь, а сердцебиение участилось. Там что, не Сова? — Антон, мне страшно…       Взглянув на Ромку, которого не было рядом, Антон почувствовал, как дрожь пробежалась по телу. — Мразь! — Выбежав резко из-за тумбочки, Рома, появивший около окна, замер. Стоял сгорбившись, дышал однократно и тяжело, а глаза стали очень большими. Из-за тумбочки вышел Антон, появившись около окна. Кажется он понял, почему плачет Оля и почему Рома вдруг оледенел. Сова была не одна. — Ну привет, мальчики! — Алиса улыбнулась, сидя на наружном подоконнике.