Russian Roulette

Ночь опустилась на гладко причёсанный город. Зажглись фонари. Было душно. Синоптики обещали грозу. Том и его напарник Джон выехали из тихого райончика, где жила Helen, на пустое шоссе. Холланд раздражённо снял рубашку, запятнанную кровью, и опустил окна в машине. — Смит, включи Scorpions-ов — Как скажешь, — брюнет нажал кнопку на экране, — Still Loving You? Тот лишь промычал в ответ. Будет упущением, если не рассказать немного о Джоне Смите. Надеюсь, вы не против? Это ненадолго, пока они едут. Начнём. Джон Смит родился в небогатой семье, жил в пригороде. Отец был работягой, пропадал сутками на шабашках. И терпеть не мог «белых». Джону же было плевать на все эти непонятные принципы и предрассудки как в свою сторону, так и в другую. Матери было всё равно на то, как там живёт старший сын — у неё ещё было пятеро детей. Она просто не придавала этому значения — жив и хорошо. И, возможно, именно поэтому, ещё с мальства он попал в «хорошую» компанию, в которой, по сути, и обрел всё. Там его большой Джо научил жизни уличной. Выдрессировал, как пса, обучил всему, что знал сам. Почему «выдрессировал, как пса»? Да потому что сам Джон был еще мальчишкой, «щенком». На тот момент это было его прозвище (тоже данное большим Джо). Да, этот грузный мафиози, никогда не имевший семьи и детей, взял к себе этого постреленка Реджинальда. Он сказал маленькому Реджи, что он теперь член «стаи» и имя у него теперь другое — Джон, и что нужно забыть своё старое имя, семью и дом. Шло время. Старый Джо умер, город как-будто вздохнул с облегчением. Но не тут-то было! Есть же наследник! Теперь возмужавший «маленький» Джон стал новым Джо, держащим в руках всю негласную власть над городом. Потом он познакомился с Томом. Юноше понравилась такая жизнь — клубы, девчонки, спортзалы, оружие, вседозволенность… От прошлого у него только и осталась приглушенная слава Человека-Паука и Helen. Том медленно положил голову на сиденье и закрыл глаза. Такое уже было. Он помнит такую ночь. Дежавю. Это было в начале его пути к низам. Он сидел за рулём, а Helen рядом. Также мелькали фонари, играла та же песня. Они пели вдвоём и заливались безумным смехом в ночи. Стрелка на спидометре не падающая ниже сотни. Её глаза — два уголька и дикий оскал… Внезапно поступил звонок с неизвестного номера.