ОМОН и любовь

      — Погоди-ка, — Игорь остановился у самого выхода из аллеи и зашарил по карманам. — Что такое? — Я, кажется, карточку потерял. — Как это? Где? — сердце Арсения упало в пятки. Ему стало жутко обидно — такой хороший вечер испорчен — а ещё страшно за Игоря. — Пойдём искать, — он потянул брюнета за руку. — Куда ты! — натянуто усмехнулся он. — Ночь на дворе. — Но светло же! Пойдём. — Недостаточно. Карточка маленькая и чёрная. А где её выронил непонятно. Иди сюда, — Игорь притянул Сеню спиной к себе и обхватил рукой за плечи, свободной же что-то листал в телефоне. — Что ты делаешь? — парень в первый момент напрягся, но заставил себя расслабиться и теперь косился в экран. — Звоню на горячую линию банка. Пусть заблочат карточку. — А деньги? — Буду платить с телефона или побуду содержанкой Костика. Сеня фыркнул и откинул голову ему на плечо. Игорь разговаривал с консультанткой, и голос его вибрировал в груди, передаваясь зеленоглазому. — Вот и все. Завтра съезжу в банк, оформлю перевыпуск. Пойдём, я тебя провожу.       Арсений стоял, прислонившись к входной двери, и слушал удаляющийся шум мотоцикла. Когда тот окончательно стих, парень вышел на улицу и направился к аллее. Проходя мимо гаражей, его окликнули: — Эй, голуба, куда ты идёшь? — Витек, казалось, преследовал его сегодня. А может, не казалось. — И вам здрасте, — уныло ответил Сеня, останавливаясь. — Виделись. Так куда ты? — На аллею. Там Игорь карточку где-то посеял. —Кредитную? — Ну наверно. — Вот лошарь, — ехидно цыкнул мужик. — Жди, я фонарь возьму. — Да не надо, — вяло возразил Сеня, но Витек уже убрел за гаражи. — Нашёл! — крикнул мужчина через 20 минут поисков, когда Сеня уже отчаялся. Они с Игорем прошли всего ничего, а теперь прочесывали маршрут уже третий раз. — Где? — На газоне почему-то. Проверь, твоего? — Игорь, да. Германов — теперь его фамилию знаю. — Миленько, — проворчал Витек. — А теперь рвём по домам. Потому что, не знаю как ты, но я уже конкретно задубел. Сеня только сейчас обратил внимание, что тот был в трикотажном спортивном костюме. — Извините, пожалуйста! Простите! — Я твоими извинениями не согреюсь, — хохотнул мужчина. — Проехали. Пошли. Эх, Галька пилить опять будет. — Простите, — пискнул Арсений, но Витек только отмахнулся.       Мужчина проводил Сеню до самого подъезда, отмахиваясь от возражений и извинений. После очередного Сениного «извините» он остановился и сказал: — Перестань извиняться за каждый свой чих. Что суетишься как твоя канарейка? — парень вздрогнул, вспомнив Цыпленка. — Ты своими вечными извинениями себя растрачиваешь. Будешь, как пустая бутылка, любой ветерок уронит. Просить прощения надо, когда видишь, что реально накосячил человеку. И в основном один раз, есть, конечно, исключения, но так, в целом, один. А что уж человек с твоим «прости» делать, это его уже выбор и решение. Понял? — Да. Вы извините, я вас собой напрягаю. — Да елы-палы, Сень! Вот с чего ты взял, что ты меня напрягаешь и мне нужно твоё извинение? — Ну, вы замёрзли, вы злитесь, у вас будут проблемы из-за меня. — Я замёрз, потому что лень было куртку брать. — Я вас припряг искать карточку! — Голуб моя, — Витек посмотрел с ласковой укоризной. (прим.автора как на чихуа, которой никак не объяснить, что не стоит лаять на собаку в зеркале) — Ещё не встречался мне такой человек, кроме моей жены, который мог бы меня куда-либо припрячь. И если вспоминать, то навязался тебе как раз я. Злюсь, да и не злюсь я на самом деле, так, поражаюсь твоей упертости. Но то не твоя вина, а твоя беда. А проблемки у меня будут только из-за за моего собственного решения. Дошло? — Ладно, — кисло отозвался парень. И они молча побрели дальше. — Голуба, у тебя телефон с собой? — спросил мужчина у дома. — Да. — Пиши мой номер. Сказав цифры и удостоверившись, что парень номер сохранил, Витек почти побежал домой, приговаривая, что Галик точно намылит ему шею. — Спасибо! — крикнул вслед сбитый с толку Сеня, мужчина, не оборачиваясь, махнул рукой.       Игорь сидел за компьютерной игрой, все-таки она его зацепила, когда зазвонил телефон. — Привет, Сень. Ты чего не спишь? — Мне завтра ко второй, — его весёлый голос заражал, и улыбка сама тянулась на губы. — Угадай, что я нашёл? Брюнет замер, соображая, понял, открыл и закрыл рот, не зная, что сказать. — Сеня, — выдохнул он. Внутри согрело теплом. — Непослушная, ты, зараза. Телефон ответил тихим смешком. — Её ведь ещё можно разблокировать? — Думаю, да. — Тогда я к тебе завтра подъеду. Ты мне адрес скинь. Ты на работе будешь? — Да. Поэтому не морочься, я сам к тебе приеду после или послепослезавтра. — А как же карточка? Не боишься оставлять её в моих руках, — Сеня изобразил коварный тон. — Семь-восемь-шесть-четыре. — А? — Семь-восемь-шесть-четыре. Это код моей карточки. У меня там, — Игорь открыл приложение банка — 28 тысяч, распоряжайся, как хочешь. Я позвоню завтра в банк, чтобы её разблокировали. — Ты серьёзно? — голос едва слышно дрожал от нервов. — Абсолютно, — нервяк перекинулся и на Игоря, выражаясь в смешке. Почему то, обсуждение карточки ощущалось как-то интимнее, сокровеннее, чем если бы они, наверно, говорили о сексе. — Я же проверю код. — Я абсолютно серьёзно. Я пришлю его смс-кой. — Не надо, я запомнил. Повисла неловкая тишина. — Игорь? — Да? — А это Виктор, ну ты его знаешь, твою карточку нашёл. — Ну купи ему солёных огурцов от меня. Оба рассмеялись от этой незамысловатой шутки. — Ты сейчас то хоть дома? — Не-а. Я на балконе стою. Луна такая большая и яркая. — Да? Пойду тоже гляну. На кухне с телефоном возле уха сидел Костик, и судя по расслабленно-счастливому выражению лица, болтал с Никой. Луна и вправду была огромной и сияла, словно её подсвечивал прожектор. — Вау. — Ага, — выдохнул Сеня. — Знаешь, я где-то в интернете прочёл цитату, мол, и Шекспир, и Лермонтов, и все короли, цари и королевы смотрели на одну Луну. А теперь смотрим на неё мы. Вот такая связь поколений сквозь века. Ух, жутковато стало. — Тебя не тронут, — сказал казах, вспоминая рассказы своей бабки про духов предков. — Аруахи защитят, и я тоже. — Ару…? Это кто? Расскажи про них? — Это долго будет, иди в комнату, — сам Игорь уселся на табуретку и вытянул ноги. — Мне тепло, я в кофте. Скрипнула дверь балкона и в лицо полетело что-то мягкое. — Укройся, — буркнул Костик и уже в телефон ласково сказал — Нет, Ник, это я не тебе. Тут один филин решил перья поморозить на балконе. Ага, я про него. Да, можешь сейчас не звонить. — Это Костик? — спросил, прислушиваясь, Сеня. — Ага. Можем не беспокоиться за Нику, она в надёжных, бережных руках. — Это кстати взаимно. Так я тебя слушаю, что ару.-кто-то-там? — Аруахи — это духи предков. Они защищают и помогают роду. Я каждое лето ездил к бабушке в Казахстан. Она хранила хранила нашу историю и нашу религию и старалась передать внукам. Я обожал её легенды. Игорь завернулся в плед, подогнул под себя ногу и откинулся на стену, рассказывая бабушкины истории. Незаметно увлекшись, он стал вспоминать свое детство, бескрайнюю степь, пахнущую терпко и пряно, сизые очертания гор вдали, праздники, на которые съезжалась вся многочисленная родня, пироги, которые бабушка смазывала масляным перышком. Парень был готов ещё много чего рассказать своему…парню? Нет, он чувствовал, что его чувства, их отношения глубже, плотнее, чем «парочка». Но пока не знал или не был готов дать название. — Сеня, — позвал он, слыша в телефоне слишком размеренное дыхание для бодрствующего. — Я не сплю, — сонно отозвался Арсений. — Расскажи ещё. — Я расскажу тебе много-много историй, я покажу тебе много красивых мест, я познакомлю тебя с удивительным людьми, обещаю. — А я спою тебе свои любимые песни и стихи. И они будут про нас? — Будем колесить на машине с картой и гитарой? — И станем дорожными суперзвездами? — Как крутые ребята в вестернах? — Ты прав. — Обязательно будем в следующий раз. А теперь пора спать. По звукам, Сеня завозился и куда-то пошёл, скрипнул диван, что-то зашуршало. — Всё, я под одеялом. Догоняй! — Дай фору в 10 минут, — хмыкнул Игорь, выползая с балкона. — Ждууу… — зевнул парень. — Давай, я смской отчитаюсь? — Ладно. Доброй ночи? — Сладких снов. Увидимся во сне. Целую. — Х-хорошо. И я тебя целую. Брюнет завершил вызов и уставился на себя в зеркале в ванной. Между ним и Сеней все ещё было не до конца ясно, но он для себя принял, что хочет быть с этим парнем с цветными волосами. Все у них сложится, а несогласные пусть не лезут, если дороги зубы. Сеня улыбался, вспоминая вечер. Пусть все ещё между ними было зыбко, но парень чувствовал себя уверенно и спокойно рядом с этим ОМОНовцем. Все будет замечательно, каким бы боком жизнь не повернулась, потому что рядом есть близкие люди.