Три четверти

Впервые ты пожалела о том, что решила идти в медицину в 11 классе, когда осознала, что придется зубрить биологию и химию. Ты целеустремленная, поэтому у тебя получилось поступить в СПБГУ. Второй раз ты пожалела о собственном решении, когда на тебя кровью стошнило человека на практике. Вины мужчины в этом не было, но было неприятно. Однако ты знала, что должна держать себя в руках, ведь ты пришла обучаться для того, чтобы спасать таких, как он, и не только. Третий раз произошел сегодня — в момент, когда Разумовский притащил раненого Олега с очередной миссии. Престижно ли быть подпольным врачом-хирургом, работающим на главного террориста России? А то, что этот террорист является твоим лучшим другом и хорошо платит тебе за твою деятельность меняет дело? Верного ответа на эти вопросы не существует, да и не очень хочется философствовать, когда перед тобой на хирургическом столе лежит твой возлюбленный и медленно дышит (уже большая радость). Волкова привезли с резаной раной в районе живота и пулевым ранением в зоне плеча. Каким-то чудом были задеты исключительно мышцы, ни органы, ни артерии не пострадали. Сейчас пациент находился в отключке, пульс был в норме, операция прошла успешно, а как иначе, ведь ты была профессионалом своего дела. Возвращать любимого человека обратно к жизни, безусловно, благородное дело, но выматывающее. Т/И достала зажигалку и закурила сигарету в палате. Возможно это было не очень корректно со стороны девушки, но было ли корректно посылать Волкова на спецоперацию без должного обмундирования? А то, что удары попали идеально в уязвимые места костюма было чудом? «Какая сейчас разница.» — Т/И взглянула на Олега, который все еще был без сознания, «Главное — что он жив. На счет остального пообщаюсь с Разумовским». Вспомнишь солнце — вот и лучик: в дверь постучались и Сережа зашел в операционную. Ты решила, что швырять в своего работодателя окурок будет слишком некрасиво, но вот дать заслуженную пощечину старому другу показалось отличной идеей. Т/И быстрым шагом подошла к Разумовскому и ударила его, однако рыжеволосый даже не пошатнулся, наоборот смотрел на девушку спокойно и выжидающе, лишь красный след от руки на его щеке говорил о произошедшем. — Ублюдок, Разумовский, какой же ты все-таки ублюдок, я - — Каково состояние пациента? — холодно перебил он, подойдя к операционному столу. — Жить будет, но мне кажется, что вот-вот на одного больного в палате станет больше. Как бы девушка не старалась сдерживать эмоции, Т/И все же хотела высказать все, что накипело Разумовскому. Как же так получилось, что гений и филантроп не смог защитить лучшего друга, который слепо следовал командам рыжеволосого? Почему Олег не среагировал вовремя? Почему самый слаженный дуэт на Земле чуть было не потерял одного участника? Что происходило в голове у знаменитого Сергея Разумовского? Тебя потихоньку начинало трясти, поэтому ты вновь достала портсигар из медицинского халата. Сережа посмотрел на твой рабочий стол и произнес: — Четыре окурка, значит это уже пятая за сегодня. Что такое, Т/И, ты же вроде бросила? — Заткнись. — огрызнулась ты и затянулась. Нужно было успокоиться. Когда-то, в юношестве, Олег курил. Семья Т/И была строга, не терпела неповиновения, из-за чего девушке с каждым днем все больше хотелось нарушать внутрисемейные установки и правила. Так, однажды во время прогулки на Обводном канале, ты попросила Олега закурить. Любой дурак знает о вреде алкоголя и табака, но бунтарский дух взывал тебя к тому, чтобы как минимум хотя бы попробовать что-то запрещенное. К слову, Олег не поделился сигаретой, аргументируя это заботой о здоровье девушки, которую этот довод выбесил. «Никто не имеет права решать за меня, что мне делать с собственным организмом и телом. Пожалуйста, дай закурить.» Олег потушил сигарету о собственную ладонь и быстро коснулся губ девушки. «Довольна? Считай, что ты косвенно затянулась сигарой. Поехали обратно на Купчино, я отведу тебя домой. Уже темнеет.» Это было так трогательно и неловко, что девушка залилась краской и боялась произнести хоть что-то вслух. С тех пор Т/И сильно изменилась, стала увереннее в себе и сильнее, и лишь бесконечная любовь к Волкову осталась той же. — Разумовский, скажи мне, как так получилось, что твой лучший друг оказался без должной «брони», а, гений? — Т/И, Олег профессиональный боец, машина для убийств в человеческом обличии. — он вздохнул — Я почти уверен, что он смог бы одолеть врага, даже связанным, но - Ты истерически захохотала и Сережа прикрыл глаза. Ваш диалог ему не нравился, однако он понимал твое волнение, потому что испытывал то же самое, в конце концов Волков являлся для него не просто старым приятелем. Рыжеволосый мастерски скрывал свою ненависть к самому себе за произошедшее. Мужчина взглянул на тебя и увидел то, как ты нервно покусывала ноготь большого пальца, в попытке сдержать слезы на глазах. Разумовский никогда не понимал твое стремление быть всегда сильной и не позволять себе чувствовать слабость, но и критиковать мышление Т/И он не стал, наверняка у такого поведения были свои причины. — В последнее время Олег был удивительно невнимательным. — начал он — Это было заметно даже на тренировках, и я не понимаю… почему я не оставил эту миссию на период, после венчания. — Потому что ты упертый черт, и.. — Т/И запнулась — После венчания ты сказал? Сережа грустно усмехнулся. — Да. Почему-то он очень хотел юридически закрепить вашу с ним любовь, хотя оно и понятно — мы общаемся с тобой чуть ли со средней школы и ты его миллион раз спасала. — Разумовский улыбнулся, на этот раз менее тоскливо, в конце концов вы же не смерть Олега обсуждаете, а кое-что теплое и приятное, в том числе и для Сережи — Трудно не влюбиться в обаятельного медика, который еще и так эстетично курит. Вот и настал момент, когда ты не выдержала и вновь нервно засмеялась, пряча лицо в ладонях, опасаясь того, что Сережа увидит твои слезы. — Блять, блять, блять, ахахах, я… — Осторожнее, дорогая, не умри от счастья — Разумовский нежно потрепал тебя по голове — Не думаю, что Олежа обрадуется, когда после восстановления найдет тебя закопанной в земле. Мужчина потушил свет в помещении - теперь в операционной горела только лампочка, освещающая «спящего» Волкова. — Пойдем, золотце, тебе нужно отдохнуть. Сережа приобнял тебя и осторожно вывел из помещения. Он был прав — Т/И срочно требовался сон, ибо стресс, который она испытала за сегодняшнюю ночь, сильно потрепал девушку и ее организм. — Дураки, вы оба — два клоуна. — Хорошо, допустим. — Разумовский накрыл тебя одеялом и прежде, чем закрыть дверь спальни, произнес — Но напомню, что ты добровольно вступила в наш «цирк» и пути назад уже нет.