Предрассудки крови

Сто дней пролетели незаметно для Гермионы. Всё это время она работала, училась у Люциуса и спала с ним. Драко привык видеть Грейнджер в их доме каждый день и привык видеть счастливого отца. С тех пор, как Гермиона поселилась в мэноре, Люциус ожил. Драко никогда не видел счастливого отца возле покойной матери. Однажды, когда прошло два месяца с тех пор, как соглашение вошло в силу, Драко завёл разговор с отцом, прогуливаясь двором. – Ты влюбился, – утверждал наследник. – Что за чушь, Драко. – Отец, ты хоть видишь, что перестал быть суровым и злым? Ты улыбаешься, идёшь на компромиссы, а с недавних пор впустил Грейнджер в свою спальню. – Мы проводим время с пользой и только, Драко. Ты ошибся. – Боишься, что однажды она потребует от тебя наследника или наследницу? Боишься, что в семье появиться полукровка? – Разговор окончен. – Пусть, но я посмотрю на твою ломку, когда Грейнджер покинет мэнор. Люциус не слушал сына, продолжая ласкать ночами и днями тело гриффиндорки, которое она с радостью дарила слизеринцу. Дни шли, а в голове Люциуса продолжали звучать слова сына. Когда наступило утро последнего дня, Люциус был сам не свой. Он помнил, что Гермиона переступила порог около двенадцати дня, а значит, после обеда уйдёт навеки. Гарри и Кэти предложили ей пожить у них, пока она не найдёт новую квартиру, чему девушка обрадовалась. Люциус заметил, как Гермиона сдружилась с его сыном и невесткой. Видел, что она часто по утрам болтала с Асторией обо всём на свете. Малфой начинал верить словам сына, но не поддавался им. – Двенадцать, – резко прозвучали слова за столом. – Не пообедаешь с нами в последний раз? – спросила Астория. – Кэти, Гарри, Оливер, Падма, Парвати, Дин и Симус уже ждут меня на площади Гриммо. Там накрыт стол. Думаю, я и так загостилась у вас. – Заходи в гости, – произнёс Драко. – Мы будем тебе рады. Астория обняла Гермиону, а затем обнял её и Драко. – Я провожу Вас, мисс Грейнджер. Драко удивился речи отца, но Гермиона и бровью не повела. Только согласно кивнула. Они шли медленно к воротам. – Ваши вещи уже перенесла Биби? – Да. Спасибо Вам за всё, мистер Малфой. Думаю, мои познания в работе выросли. – Рад, что смог помочь. – Я буду вспоминать тебя с благодарностью, Люциус. Думаю, мужчины лучше я уже не встречу. – Наоборот. Ты заслуживаешь как раз самого лучшего: без предрассудков и снобизма. Ты хороший человек, прекрасная волшебница и великий политик в будущем. Желаю успехов в начинаниях. Нужна будет помощь – мои двери открыты. – Спасибо, но теперь я буду стараться с тобой не пересекаться. Извини. Люциус учтиво поклонился, а девушка, тяжело вздохнув, аппарировала на площадь Гриммо. Там её ждали друзья. За последние три месяца многое изменилось. К примеру: Оливер Вуд начал встречаться с Падмой Патил, а Дин Томас с её сестрой Парвати. Симус недавно познакомился в одной симпатичной магглой, которой умудрился всё рассказать, и она ответила ему любовью. Девушка была такой же низенькой, как и он. Гермиона пошутила, что их имена созвучны, ведь девушку звали Сильвия. Когда гости разошлись, Гарри и Кэти подошли к Гермионе. – Ты как? – первой задала вопрос Кэти. – Держусь. Я устала и хочу спать. – Не вздумай реветь, – пригрозил Гарри. Гермиона не ответила. – Я видела в газете, что пару дней назад ты посадил в Азкабан Дафну Гринграсс, а Нотту сократили срок. – Да, крыло с дементорами ей обеспечил. Рон отсидит за покрытие тёмной магии два года в обычном крыле. Я попросил поместить его в камеру Люциуса, чтобы того тошнило днём и ночью, – Гермиона улыбнулась. – Джинни оказалась непричастной. Я не нашёл улик, но не думаю, что это так. С недавних пор она встречается с Грегори Гойлом. – Спокойной ночи, ребят. Гермиона решила забыть о Люциусе. Она получила его сполна: больше, чем могла мечтать, поэтому злиться не было смысла. На работе очень часто встречала Драко, которого отец старался таскать с собой и учить привлекать инвесторов. С самим Люциусом Гермиона сталкивалась буквально пару раз за конец августа, а вот с Драко почти каждый день. И сентябрь мало что поменял. Малфой-младший часто заглядывал к девушке, учитывая, что в начале сентября таки открыли приют для волшебников. И до сентября детей стало больше на три человека. Слава Мерлину, самому старшему среди них было семь, поэтому лепить хороших детей взялись сестры Патил, а главой приюта избрали Чжоу Чанг, которая с удовольствием там вызвалась работать. Гермиона уходила в работу с каждым днём всё сильнее, и мысли о Люциусе возвращались только по вечерам перед сном. Закрывая глаза, она видела сероглазого мужчину с платиновыми волосами, бледной кожей и прекрасным телом. Видя его только в своих фантазиях, любить не переставала и кончала раз за разом. Люциус тоже изменился. Маги заметили, что он стал проще смотреть на многие вещи, поэтому сами предлагали ему свои услуги. Женщины не давали прохода, от чего мужья приходили в бешенство, но Люциус отвергал их всех. Он заболел грязнокровкой и признался себе в этом в начале сентября. Но как подступиться к девушке, которую сам отверг? – У неё через два дня день рождения. Мне Поттер сказал, – начал однажды за ужином Драко, видя, что отец постоянно где-то летает, не прикасаясь к еде. – Он сказал, что она любит ромашки и число девятнадцать. Драко специально не произнёс имени Гермионы, чтобы не смущать Люциуса, но тот кивком головы, сказал о своей благодарности сыну. Этой ночью Малфой-старший не мог уснуть, поэтому, как только наступило утро пятницы, он испарился из дома. На работе не оказалось ни её, ни Кэти. Секретарь сказала, что обе взяли на сегодня отгул. И Гарри Поттер тоже, но это уже было утром, чему все удивились. Значит в планы Поттера и Бэлл не входило сегодня брать отгул. Что-то случилось с Гермионой. Когда Малфой потребовал адрес новой квартиры Гермионы, секретарша смутилась, но дала. Она часто слышала разговоры начальницы с подругой о влюблённости Грейнджер. Люциус Малфой звонил в квартиру с букетом ромашек. Дверь отворил Гарри Поттер, чему удивился Малфой, но и сам Поттер был взбудоражен. – Вам уже доложили? – в испуге спросил Гарри. – И Вам добрый день! Я здесь из личных побуждений, а вот что Вы здесь делаете, мистер Поттер? – Проходите. Когда Люциус вошёл в единственную комнату в квартире, которая служила и гостиной, и спальней, заметил красные от слёз глаза Гермионы, которую пыталась успокоить Кэти. – Откуда ты узнал? – в ужасе спросила Гермиона. – Мне кажется, он здесь не по этому делу, Гермиона. Кэти, пойдём. – Оставим её с ним? – раздражённо спросила Бэлл, чему ещё больше удивился Малфой. – Сами разберутся. Пойдём. – Если что – вызывай Патронус, – Кэти обняла на прощание подругу и оставила квартиру, держа за руку парня. Люциус положил на кровать букет, и Гермиона улыбнулась цветам. – Почему ты плачешь? Он сел рядом и взял её за руку. Гермиона взглянула в серые глаза, которые тревожились за неё. – Зачем ты пришёл? – Просить для нас шанс. Гермиона всхлипнула и прижалась к мужчине, который крепко её обнял. – Люциус, я… Мне вчера было плохо весь вечер, и я утром перед работой пошла к врачу. Прости меня, видимо, я где-то неправильно применила заклинание… Я беременна восемь недель. – И что в этом плохого? – она удивилась его словам и снова заглянула в любимые глаза, которые улыбались от счастья. – Это мальчик. У тебя будет Малфой-полукровка… А ты чистокровный маг… Люциус заткнул её страстным поцелуем, на который Гермиона, как ни странно, жадно ответила. – Плевать мне на чистоту крови, когда дело касается нас с тобой. Гермиона, ты моя возлюбленная женщина, и я это признал, – не веря своим ушам, она улыбнулась, ухватившись за его ладонь. – Я пришёл сегодня, потому что больше не могу без тебя. И ты осчастливила меня. – Ты влюбился в меня? – Да, есть такой грешок, – оба засмеялись. – Мы немедленно поженимся. Не хватало, чтобы Малфои рождались не в браке. – А хочешь ли ты видеть меня леди Малфой? Или это всё ребёнок? – Гриффиндорцы… – фыркал мужчина. – Я люблю тебя, а ребёнок всего лишь ускорил процесс. Не сомневайся, что я его желаю. В доказательство этого мы назовём его именем основателя рода Малфой – Арманд. Нашего сына будут именовать Арманд Люциус Малфой – сын Люциуса Малфоя и прекрасной грязнокровки Гермионы Грейнджер. Точнее, Гермионы Малфой. Девушка засмеялась, услышав слово «грязнокровка». Оно прозвучало так любовно из его уст, что девушка невольно потянулась к нему за поцелуем, и тот ответил, а затем навис над любимой, укладывая на кровать. – Сегодня, завтра и даже после смерти я буду любить тебя, – шептал Малфой, кусая её за шею. – Я скучала. – И я скучал, девочка. И я. Люциус накрыл её губы своими, чтобы она сосредоточилась на другом занятии. Утром девятнадцатого сентября Гермиона переехала жить в Малфой-мэнор. Драко был рад узнать, что у него появится младший брат, ведь с Асторией точно решили до зимы не планировать детей. Когда её вещи внесли в спальню Люциуса, Гермиона поняла, что она наконец-то дома. Родители погибли в автокатастрофе ещё четыре года назад, и всё это время у неё был только Гарри, а теперь она сама создала семью. В конце апреля она взяла на руки маленького сероглазого светловолосого Арманда и поняла, что обрела счастье, пусть и с чистокровным бывшим Пожирателем Смерти.