Я знаю три слова

Пейринг и персонажи: Тони Старк, ОЖП Предупреждения: обсуждается смерть неназванных персонажей, мистика, намек на счастливый конец — Можно? Тони поднял голову. Будь он чуть трезвее или не случись с ним вот это вот все — наверняка бы присвистнул от восторга — до того красивой была девушка. А сейчас... Какая, к чертям собачьим теперь разница? Но маме бы не понравилось, если бы Тони вдруг стал грубить девушкам. Мама... Тони схватил бутылку, но та оказалась пустой. Когда он успел все выпить? — Будешь? — Девушка протянула Тони початую бутылку виски и да, это было именно то что нужно, пить, пить и пить, пока не отключится голова, а может быть повезёт и остановится сердце? Перестанет болеть при каждом вздохе. Тони запрокинул голову глотая огненную горечь которая должна была помочь. Непременно должна, а иначе зачем ещё нужно это пойло? Но виски лилось в пустой желудок как вода не принося никакого облегчения. Только делало хуже. Перед глазами, как живые, стояли мама и Говард. Он ведь так и не сказал ему, что любит. А теперь... Кому теперь говорить? Кому нужна эта гребанная любовь, если твоей семьи больше нет? — Эй, ты в порядке? — Девушка оказалась совсем рядом. В длинных волосах её горели огоньки, словно запутавшиеся в нитях вселенной звезды. В другое время Тони бы непременно отвесил увесистый комплимент, потому что чтобы там себе не думал Роуди Тони умел в комплименты. Мама говорила, что в каждом человеке, даже в самом плохом, есть что-то прекрасное, что-то, что можно отметить и подчеркнуть, главное — посмотреть внимательно. Мама... Горло стиснуло так сильно, что Тони захлебнулся воздухом. "Старки сделаны из железа". Черта с два! Будь Говард железным разве лежал бы он сейчас под восемнадцатью дюймами земли? А Тони? Из чего сделан он раз не смог заплакать на похоронах? И ладно там, там стервятники, только и ждут чтобы Тони... Чтобы он... В общем там нельзя, маме бы не понравилось. Но здесь, он один и... Тони опустил голову между колен, укрываясь плащом. Блядская жизнь. Блядское Рождество. Блядские Гавайи и блядский Пентагон. Зачем, ну зачем Говард взял маму с собой? — Шшш... — кто-то обнял его за плечо и Тони вздрогнул, вскинул удивленно голову, почти сразу пожалев о резком движении. Прохладная ладонь легла на лоб и головокружение прошло так же внезапно как началось. Девушка. Тони думал, что она ушла. Хотя вранье все это, не думал он о ней. Вообще забыл, что кто-то рядом. Но нет, сидит обняв одной рукой. В другой — дотлевающая сигарета. Вот бы сейчас закурить... Говард и мама не одобряли. Им ведь уже все равно? — Знаешь, есть такая планета где живут только котики. Говорят когда кто-то умирает здесь он, если конечно хочет, становится котиком там, — она махнула узкой ладонью с зажатой между пальцами сигаретой куда-то в сторону тёмного неба. — Ты бы хотел стать котиком? Всё что хотел сделать Тони это покрутить пальцем у виска. Какая, нахрен, планета? Какие котики? У него... У него! — Шшш, — девушка отбросив сигарету моментально сгребла Тони в охапку. Тот и моргнуть глазом не успел как оказался у неё на коленях окружённый ею, казалось бы, со всех сторон. Как мамой в детстве. Тони хотел было что-то сказать девушке, оттолкнуть, но вместо этого, неожиданно для самого себя, уткнулся носом в плечо, чувствуя как дурацкие слезы наконец-то нашли дорогу наружу. Странно. Хорошо. Не так чтобы хорошо — хорошо, но... Немного менее дерьмово. Тони не знал сколько они так просидели. Девушка гладила его по спине, а Тони размазывал сопли ей по куртке. Так себе обмен, конечно. — Она была красивая, — тихо сказала девушка. Не спросила. Констатировала факт. — Очень добрая, — прошептал Тони в ответ. — И умная. Даже не знаю какая звезда с ней сравниться. Сириус? Тони слабо фыркнул. — Скажешь тоже. Сириус это мужик. Наверное Вега. Или Капелла. — Как считаешь ей бы понравилось быть звездой? Могу обеспечить, — девушка внимательно посмотрела на Тони и до него вдруг дошло, что она это всерьёз. И вокруг никого. Надо было испугаться. Закричать. Но все что хотелось Тони это спать. Внезапно, после стольких дней беспросветного горя. Лечь и заснуть. А утром встать и... Нет, не забыть. Но сделать так, чтобы другие помнили. Всегда. — Ты кто? — собственный голос показался Тони слишком хриплым. Словно он долго кричал. Разве он кричал? — Я? Я — все. — девушка улыбнулась невесело, — Иногда знаешь как это задалбывает? Бежишь, бежишь... Эй, да что я! Нашла время жаловаться. Ладно ты подумай, я не тороплю. Может и сам однажды захочешь. У тебя и фамилия подходящая... И вообще. Окей? — Окей, — согласился Тони. А что ещё он мог сказать? — А теперь спи. — Здесь? — Смешной. А если и здесь? Разница есть? — Да нет... — Вот и не спорь. Хотя нет, ты спорь, тебе можно. Но не сегодня. Потом. Как-нибудь. — Обещаешь? — к ресницами словно гири привязали, но услышать ответ было важно. — Антиматерия меня раздери! — поклялась девушка, — Ладно, давай, глазки закрывай, и это, как его, баю бай? Девушка кажется говорила что-то еще, но Тони уже ухнул в благословенно пустой сон как космический корабль в черную дыру. Туда, где ничто становится всем. Где новые звезды до которых он однажды непременно доберется. Гов... Отец. Анна. Джарвис. Мама. Семья.