Питомец вампиров или как не умереть от одного укуса.

Белла отказалась от помощи Калленов, поскольку не желала вновь врать своему отцу, который и так уже настрадался за время "приключений" дочери. Было бы куда проще, не будь она столь упряма, но ради её безопасности, вампирам пришлось временно объединиться с оборотнями, потомками квилетов. Тогда-то Лия и смогла впервые увидеть этих созданий. Джейкоб Блэк – друг Беллы, по совместительству оборотень. Молодой загорелый парень с коротко стриженными чёрными волосами и миндалевидными тёмными глазами. Он – индеец, снаружи и внутри. Придерживается правил своего племени, но готов их нарушить только ради Беллы, в которую, похоже, влюблён. Суровый, холодный и дерзкий. Ох, а его животная форма! Огромный волк с коричневой шерстью, отливающей медным оттенком. Большие карие глаза часто выражают его настоящие эмоции, а громадные клыки и когти любому врагу способны дать отпор. – Это ещё кто? – холодным тоном спросил Джейкоб, выйдя из лесу к дому Калленов и взглянув точно на Лию, стоящую позади всех. – Очередной вампир? – Нет, Джейк, она человек. – Белла вышла вперёд, дав еле заметный жест Эдварду, мол всё в порядке. – Нам нужна твоя помощь. Мне нужна. – Виктория, знаю. – Нет, не только она. В её доме был кто-то чужой. Вампир, скорее всего. Да и эти новости... – Эдвард старался оставаться холодным, но лёгкая дрожь в голосе присутствовала. – О том, что творится в Сиэтле? – оборотень усмехнулся. – Слышал. Вампиры, верно? – Новорождённые. Те, кто обратились совсем недавно, – в разговор вступил Джаспер, скрестив руки на груди, – и, похоже, кто-то собирает армию. – Разве ваши верхушки не должны с ними разобраться? – Вольтури, скорее всего, не знают о них пока, – Карлайл раздосадованно покачал головой. – Либо же это они и собирают армию, – холодно отозвался Эдвард. – Они бы не стали, – все обернулись к Лие, которая тяжело вздохнула и продолжила, – я видела, как они разбираются с врагами. Пожелай они того – сделали бы всё тихо. То, что творится в Сиэтле, по новостям, опасно для них. Люди могут заподозрить что-то. Это нарушит их же законы. – Тут Ли права, – Элис нехотя кивнула, – Аро не стал бы рисковать. Кай и Марк тем более. А их свита без приказа не действует. – Допустим, это не их рук дело. Проблема всё та же. Армия вампиров, новорождённых или как там, не суть, – Джейк нахмурился, – их нельзя оставлять в живых. Они – угроза людям. – Ты прав, однако есть несколько проблем. Их там не меньше десятка. Никогда вампиры не бывают столь сильны, как в первые месяцы своей новой жизни, – Джаспер взглянул на оборотня и кисло улыбнулся, – нам нужно будет уехать в Сиэтл. Остановим их, пока армия не выросла ещё больше. Таков был план. И дата поездки назначена – через четыре дня, как раз после выпускного, чтобы не пришлось потом иметь никаких проблем со школой. Благо, в такое время возлюбленная вампира смогла ненадолго забыть о проблемах и отдохнуть. Белла и Эдвард проводили немало времени вместе в дневное время, а в ночное юную Свон в её доме охраняли оборотни в своём зверином обличье. Незванных гостей пока не было замечено. В первый же день после известия о Виктории и новорождённых Лия попыталась уехать, но её остановила Белла. Как ни странно, она беспокоилась за девушку, не хотела, чтобы кто-то пострадал из-за её привязанности к вампиру. С горем пополам, но Моретти согласилась остаться на время, пока всё не уладится. Более того, во избежание конфликтов с Вольтури, девушка написала и отправила небольшое письмо в Италию, где сообщала о том, что остаётся в Форксе ещё на пару дней, а объяснит подробности по возвращении лично; просила не беспокоиться и не считать "предателем". Последняя пометка была сделана скорее лично для Кая. День за днём проходили в относительном спокойствии. В Форксе пока всё было тихо. Оборотни и вампиры каждый день обходили свои территории, пытаясь защитить их от врагов, но, к сожалению, даже не могли учуять тех. Каллены внимательно следили за новостями, ждали каких-либо известий от Элис, возможных видений, но не было ничего. Словно бы опасность отступила. И вот наступил день выпускного. Все были заняты подготовкой, а потому, казалось, и вовсе забыли о новорождённых. Когда все ушли на праздник, Лия осталась сидеть на чердаке в доме Калленов, с интересом наблюдая за проливным дождём снаружи. Где-то в глубине леса прямо сейчас, возможно, бегали волки, но девушка, даже если бы очень захотела, не смогла их увидеть. Бледные ладошки, обхватившие колени, невольно вздрогнули. Какой-то тихий шорох в лесной чаще – птица взлетела – заставил девушку отвлечься от собственных мыслей. У неё было плохое предчувствие. Словно вот-вот случится что-то ужасное... Руки сами потянулись к бумаге и чернилам. Тонкие пальцы быстро выводили аккуратные буквы: "Я тут, в Форксе, немного нарвалась на неприятности с нашими общими знакомыми, не помешала бы помощь..." Девушка резко зачеркнула написанное и, скомкав лист, бросила бумажный мячик в мусорную корзину. Вольтури подобного не оценят. "Кай был прав...." Нет, сразу не то! Правоту Кайуса доказывать не будем. Да, от девчонки одни неприятности, но ему этого знать необязательно. Этому нахалу только дай повод – тут же нос задерёт выше крыши. "В общем, я попала в неприятности. Всё плохо. Тут и Каллены. Им тоже плохо. Армия новорождённых движется из Сиэттла, командир..." Лия горько усмехнулась. Почему-то в голове вспыхнули кадры из одной знакомой военной кино-картины, где солдат рассказывал план атаки. Вот и получилось подобное. Так, всё, собрались. Это вовсе не шутки. На кону многие десятки, нет, сотни жизней, а то и тысячи. Попросить помощи у Вольтури напрямую – глупо и самонадеянно. Можно попытаться разыграть спектакль. Марк и Аро точно оценят. А вот Кай... А что Кай? Ему остаётся лишь смириться. "Если вы прочтёте это раньше, чем я вернусь, то, боюсь, я ошибалась. Волноваться было о чём. В Сиэтле появился опасный вампир и, похоже, не один. Они не боятся быть обнаруженными – крушат, что не попадя, убивают всех подряд... И они приближаются к Форксу. В общем, я осталась тут, наверное, зря, но бежать уже не стану. Пишу, чтобы попросить об одном – не вините ни в чём Калленов. Они не нарушали законов." Вот так лучше. Заодно и предсмертная записка... Хотя, такую лучше писать семье. Нет, даже если опасения Лии и окажутся правдивыми, знать о событиях минувших и будущих дней её родным не стоит. Сложив письмо в конверт, девушка осторожно вышла из дома и, оглядевшись по сторонам, направилась по дороге прямо через лес. Холодные капли барабанили по чёрному зонту, взятому в прихожей, а невысокие сапожки хлюпали в мелких лужах. Мысли заполняли хрупкий разум. Почему именно сейчас? У Виктории было около полугода на свершение мести, но она решила наращивать силы именно сейчас. Да, думается, это именно её рук дело. Она создаёт армию новорождённых вампиров. Возможно, Виктория знала о том, что Вольтури следили за Калленами и Изабеллой, а потому не решалась на подобные действия, которые могли бы спровоцировать "элиту" мира вампиров. И вот, когда вопрос разрешился, всё стихло, она приступила к осуществлению плана, не так ли? Ах, голова кругом. Хотела ведь просто отдохнуть, а что получила в итоге? Кучу новых проблем. Даже ведь самостоятельно разобраться во всём не смогу! А что, если Каллены ошибутся? Что, если отправившись в Сиэтл, они подвергнут Беллу большей опасности? Белла и Эдвард... Красивая пара. Вампир и человек. Как же фантастично звучит. Не понимаю, как можно полюбить вампира? Нет, ей приглянулась не его красота, что-то иное. Но, даже понимая, что не сможет быть рядом с ним, Белла решилась открыться ему? Да уж, ей, конечно, повезло – парень всё же обратит её однажды (хах, и то не факт, что он решился бы на это без вмешательства Вольтури). Но, что было бы, будь на её месте кто-то другой? Пусть и столь же упрямый. Жить вечно – не счастье. Бессмертие – это проклятье. Я хорошо понимаю это, даже будучи человеком. Но она не видит этого. Просто игнорирует тот факт, что, став бессмертной, она будет неимоверно страдать, ведь все те, кто был ей дорог, будут умирать у неё на глазах. Друг за другом, сколь бы молоды не были. Семья, друзья... Все. Следом эти бесконечные переезды, страх открыться перед другими, а потом – вечная скука. Бессмертие причиняет боль. А любить смертного ещё больнее. Поэтому никто из вампиров раньше не влюблялся по-настоящему в людей. И не влюбятся больше. Потому что знают, что придётся однажды потерять дорогого сердцу человека, или же причинить ему неимоверные страдания, обратив в себе подобного. Вампиры прекрасны, спору нет. Элеганты, умны, честны. Они не предают то, что им дорого. Они – собственники. Они действительно отличаются от людей, но не сказать, что в худшую сторону. Но я никогда и не думала влюбляться в вампира. Так почему же Белла решилась на это? Зараза... На ум приходит лишь дурманящий разум запах. Сладковатый с лёгким виноградным ароматом, словно дорогое вино. Такой же, как у Аро... Нет-нет, это просто одно из оружий вампиров. Приманка. Как и эта внешность... Прекрасные аристократические черты лица, невероятно бледная кожа, удивительные алые глаза, словно отражающие закатное солнце. Нет-нет, у Эдварда же другие глаза... Золотисто-карие, подобные пириту(*). Может, она полюбила его голос? Бархатистый, обволакивающий, способный пробуждать какое-то пламя глубоко в груди. Нет-нет-нет, она не могла влюбиться в это... Это ведь просто физические качества вампиров, заманивающие людей. И, если полюбить всё это, то пути назад уже не будет, – ты попадёшь в ловушку, в лапы к пауку, подобно хрупкой бабочке. Щёки Лии вспыхнули алым румянцем, а глаза начало щипать от непрошенных слёз. Она не хотела признавать этого, но, похоже... Влюбилась в вампира. Перед глазами, подобно иллюзии, созданной разбушевавшимся воображением, появился образ. Казалось бы, провела в Вольтерре всего-ничего, общалась со всеми, была игрушкой в руках вампиров, тешила самолюбие Кайуса, помогала избавиться от скуки Маркусу и... стала частью коллекции Аро. Но почему образ лишь одного? Она видела лишь Аро. Лишь его насмешливую улыбку, заинтересованный взгляд ало-малиновых глаз, белоснежные зубы, тонкие губы, покрытые её же кровью... Я влюбилась в вампира. Почему? Его голос, красота, аромат, – лишь часть того, что привлекало. То самое, вампирское. Но должно же быть что-то ещё? Что же? Да, конечно... Его забота. Сколь бы ему не было интересно, он ни разу не выходил за рамки. Не бил, не унижал, не заставлял "умирать". Нет, он дорожил своей игрушкой. Всего лишь игрушкой. Частью большой коллекции, которая постепенно пополняется. Я не Белла. Мне не дано понять её. Не дано понять Эдварда. Потому что я знаю, что конец моей истории будет совсем иным – смерть или разбитое сердце. И если к первому я была готова изначально, то второго не допущу. Она смогла признаться. Он же принял её чувства. Я так не могу. Не хочу причинять боль ни себе, ни кому-то ещё. Потому что терять всегда больно. Центральная улица Форкса, где располагалось почтовое отделение, встретила Лию абсолютной пустотой, словно вторя её душевному состоянию. Моретти была опустошена. Отрицать собственные чувства куда проще, чем осознавать их. Но жить как-то придётся и дальше. И желательно также, как и прежде. Словно позабыв о собственных эмоциях, заглушив их. Отдав письмо молодому парнишке и попросив отправить срочной доставкой, а также уточнив ближайшую дату доставки, Лия собралась возвращаться домой. Если всё пройдёт гладко, то завтра же письмо окажется у Вольтури. Нет – послезавтра. Но тогда, возможно, сама девушка уже вернётся домой. К чему же такие крайности? Письмо с каким-то драматичным посланием, отправление первым классом... Всё то предчувствие. И Лия оказалась права. На её мобильный, временно одолженный у Эдварда, поступил звонок от Беллы. – Лия, послушай, ты сейчас в доме? Закрой окна и двери, не смей выходить на улицу. – Взволнованный голос Свон заглушал даже шум дождя. – У Элис было видение. Словно Виктория вот-вот прибудет по моему следу. Поэтому никого не впускай. Джаспер, Розали и Эммет уже возвращаются. Жд... Телефон упал в лужу на тротуаре. Тихие гудки обозначали преждевременное завершение разговора. Чёрный зонт отлетел на несколько метров в сторону. От девушки, только что стоящей посреди пустынной улицы, не осталось и следа.