Was it a game?

К несчастью, подавленные эмоции не умирают. Их заставили замолчать. И они изнутри продолжают влиять на человека

Зигмунд Фрейд

      Чьи-то недовольные вздохи вынудили Вики разлепить будто свинцовые веки от долгого сна. Из-за неудобного положения во время сновидений всё тело отозвалось неприятной болью, заставляя издать мучительный стон. Чуть приподнявшись и опершись на локти, Непризнанная за пеленой остатка сна смогла разглядеть свою соседку, что-то недовольно искавшую в своём шкафу. Вики пришлось несколько раз проморгаться, чтобы точно убедиться в том, что перед ней сейчас находилась Мими, а не кто-то другой.       — Мими?       На хриплый голос подруги демоница обернулась с лёгкой улыбкой, о которой Вики уже и не смела мечтать. Мими же казалась прежней, если бы не напряжённые руки за её спиной, сжатые в кулаки. Пришлось скрыть энергию, чтобы ничего не выдать и не вызвать подозрений.       Демоница, сделав вид, что что-то резко вспомнила, повернулась обратно к шкафу, разыскивая в нём что-то.       — Сейчас урок у Астольда. Представляешь, этот старый пень дал мне наказание с Ади, чтобы мы убрались в старом архиве библиотеки Ада! Знает же, что Демоны не переносят библиотеки! — Мими продолжала что-то верещать себе под нос, попутно делая вид, что она что-то ищет. Будто ничего не произошло, и всё как прежде.       Уставшая Вики могла начать выяснять, почему той не было, но знала, что это бесполезно. Да и сил на это у неё никаких не было. Вчера и так хватило.       Отогнав гнетущие мысли за маской улыбки, Непризнанная встала, слегка пошатываясь. Ноги были ещё не в полном порядке, чтобы держать свою хозяйку, но ей было всё равно. Беглым взглядом пробежав по отражению в зеркале, она заметила, что её тело успело восстановиться в плане ожогов. Однако Уокер будто до сих пор ощущала боль в области груди. Там, где было её пострадавшее сердце, а точнее, зияющая дыра вместо него.       Поборов вновь подступившую к горлу тошноту, Вики, взяв в руки расчёску, начала укладывать свои вновь короткие волосы. Из зеркала на Непризнанную смотрела странная, даже пугающая девушка. Бледное лицо, словно маска, закрывало всю красоту её глаз. Кожа была словно восковая, а на лице застыло выражение безразличия. Губы были сжаты в тонкую полоску. Даже глаза не казались больше такими яркими. Всё это вызывало у неё отвращение к самой себе.       «Сама во всём виновата. Прекрати смотреть на себя и живи дальше»       Затолкнув мысли бичевания куда подальше, она начала приводить себя в порядок, закрашивая консилером синяки под глазами и придавая губам живой оттенок помадой. Мими, наблюдавшая за всем этим, незаметно тяжело вздохнула, обещая самой себе, что в скором времени отправится в Ад на одну встречу.

***

      — От внутреннего состояния любого существ зависит многое. Например… Адам Фан, я вам не мешаю?       Вики невольно оторвалась от записей, услышав незнакомое для себя имя. Всё внимание профессора сосредоточилось на их рыжем друге, который весь урок вёл беседу с хохочущей демоницей.       «Адам? Серьёзно? Может, ещё и Дино не так зовут?»       — Нет, что вы. Я внимательно слушаю вас и всё записываю.       — Что ж, тогда в конце урока покажете мне ваш конспект. Вы же не хотите провести в библиотеке целый день, а не несколько часов? — ответ на этот вопрос не требовался. Намёк был понятен.       Стоило Астольду отвернуться, как Ади снова обернулся к девушкам, но уже с целью забрать конспект Вики, чтобы переписать. Непризнанная шикнула на него, отводя записи в сторону. Демон состроил страдальческую мину, сложив руки вместе в умоляющем жесте. Уокер недовольно вздохнула, но конспект отдала, на что Ади прислал воздушный поцелуй.       «Будешь должен!»       — Так вот, на чём я остановился? Ах, да. От внутреннего состояния любого из существ зависит многое. Например, когда кто-то из вас в гневе, есть две модели поведения. Первая — вы будете всеми силами скрывать это и сдерживаться. Вторая — вы, соответственно, будете это показывать, не скрывая и сдерживаясь. Мысли, поступки, слова — всё это будет происходить под действием вашего внутреннего состояния. Если вы внутренне спокойны, ваша сила будет равна силе Вселенной, а если внутри вас бурлят эмоции, то вы сами себя не сможете контролировать. И чем сильнее эмоции, тем меньше контроля над своим телом, что может привести к самым печальным последствиям.       Чья-то рука поднялась вверх, на что Астольд кивнул.       — А какая модель поведения больше всего приносит пользы?       Демон усмехнулся так, будто этот вопрос он слышит уже не в первый раз.       — Никакая, — ученики зашептались, на что Астольд поднял руку, прерывая поток слов бессмертных. — Я уже говорил, что состояние — это то, как вы мыслите и поступаете. И, как следствие, ваше внутреннее состояние будет напрямую влиять на внешнее. На этом основаны многие приёмы восточных единоборств. Когда вы чувствуете внутреннюю силу, то можете с лёгкостью победить более сильного противника. Если же вы слабы, то вам не помогут ни физическая сила, ни даже ваше оружие. Ни одна из этих моделей поведения не принесёт никакой пользы. Будете скрывать — в итоге вы взорвётесь как воздушный шар и раните окружающих. Выберете открытую демонстрирацию — сможете задеть кого-то и будете жалеть об этом. Или же вашим состоянием могут воспользоваться.       — Тогда что нужно делать? — продолжал какой-то бессмертный.       — В первую очередь, необходимо научиться контролировать свои эмоции, а чтобы это сделать, нужно научиться контролировать свои мысли. Если вы сделаете это, то и эмоции постепенно станут подвластны вам. Начните с контроля своих мыслей. Это не так сложно, как кажется. Вы можете управлять ими силой воли, но есть ещё одна хитрость. Представьте себе, что ваши мысли — это маленькие шарики энергии. Они летают вокруг вас, и вы можете мысленно их останавливать, направлять в нужное русло. Например, вы злитесь и думаете о том, что вас обидели, или о ком-то, кто вас обидел. Так вот, когда вы ощущаете злость, представьте, что вы — шарик, который летит и кружится, а потом направляет свой полёт в то место, где он будет выполнять свою функцию. Не важно, в чём эта функция заключается. Главное — направление полёта. В данной ситуации вы будете выполнять роль «насоса», который будет втягивать и накапливать в себе энергию. Таким образом, вы сможете избежать негативных эмоций, которые, словно вирусы, атакуют ваш разум.       — А можно ли отключать свои эмоции? — неожиданно для самой себя задала вопрос Вики.       Профессор резко остановился и замолчал. Так как он стоял спиной к ученикам, то они не видели, как его лицо резко стало серым как пепел. Он нервно и быстро стал перебирать пальцами, потом резко повернулся и с вызовом спросил:       — А с какой целью вы интересуетесь, Виктория?       — Я…       — Впрочем, я всё равно не отвечу. За всё существование этих миров никто не лишался эмоций и чувств, но попыток было много. Отключение чувств — то же самое, что и отключение сознания. Это не выход из ситуации, а лишь её усугубление. Ты не будешь знать, что тебя ждёт, не будешь чувствовать боли и радости, страха и надежды. Это как смерть, только более лёгким способом. Эмоции и чувства — это не просто набор химических веществ. Они — часть нашей души, часть нас самих. Без них мы — просто машины.       — Учитель, а как же Мальбонте? По легенде он был первым, кому удалось отключить их, — раздался насмешливый голос Витмора, сидящего на последней парте.       Книга Астольда, находившаяся всё это время в руках учителя, резко захлопнулась, заставляя некоторых учеников вздрогнуть от неожиданности.       — Я ведь уже рассказывал вам про Мальбонте, — учитель устало вздохнул и посмотрел на Витмора. Взгляд, которым он одарил его, был наполнен злостью и недовольством. — Он лишь миф. Его никогда не существовало. Лишь выдумка, сочинённая для того, чтобы пугать детей и взрослых. Чтобы они боялись всего, что может угрожать им, и не лезли куда не следует. Так что не стоит верить всему сказанному, Витмор. И не распространять ложные слухи, если, конечно, не хотите вылететь из школы раньше выпуска.       Витмор снова ухмыльнулся и уставился в окно, наблюдая за учениками, которые весело проводили время на площадке за школой.       — На этом наш урок закончен, можете быть свободны.       Ученики вскочили, пулей вылетая из класса. Ади не успел сделать и шага, как почувствовал на своём плече крепкую хватку. Он тяжело вздохнул, демонстрируя переписанный конспект учителю. Тот удовлетворённо улыбнулся.       — Молодец, но в следующий раз советую молчать на моих уроках, если, конечно, не имеешь желания что-либо ответить. Согласен? — Ади усердно закивал, на что профессор довольно улыбнулся. — Иди с Эмилией в библиотеку, иначе точно закончите к следующему дню.       Мими недовольно фыркнула, поджидая своих друзей. Вики дала знак, что она задержится, на что её друзья кивнули. В кабинете остались только Непризнанная и Астольд.       — Виктория? Вы что-то хотели спросить?       — Да, я бы хотела, чтобы вы дали больше сведений о сновидениях и посланиях. Для личного обследования.       — Хорошо, но вы можете поискать информацию в библиотеке Ада. Там много про это…       — Нет! — упоминание этого места заставило Вики резко выкрикнуть, на что учитель недоумённо взглянул на неё. Непризнанная прокашлялась от возникшего кома в горле и продолжила: — То есть я хотела сказать, что в этом нет нужды. Я уже добыла всю имеющую там информацию. Мне рассказывали, что у вас больше сведений об этом.       — Хм, — учитель подозрительно посмотрел на неё, но стоило лишь подумать, как на столе появились различные старинные свитки и пергаменты. — Можете забирать.       Вики взяла на руки это всё и уже успела подойти к двери, как замерла, услышав следующие слова Астольда:       — Виктория, — она лишь украдкой обернулась на него, — первая модель поведения хуже второй.       — Я услышала вас.       Но в этом уже не было нужды.

***

      Сейчас был небольшой перерыв, из-за чего Вики сидела возле мыслительного древа, которое продолжало забирать её негативные мысли. Вокруг лежало множество свитков, книг по сновидениям и посланиям. Она решила взяться за ум и не просиживать время. К тому же это помогало не погружаться в себя, что ей не рекомендовалось делать.       Откуда ни возьмись, перед Вики возникла чья-то тень, из-за чего она нервно вздохнула. Подняв взгляд с рукописей, Непризнанная увидела перед собой Ваала, который нависал над ней и пристально смотрел на девушку.       — Сегодня все решили вспомнить о моём существовании? Или я случайно надела амулет невидимости, а сегодня он куда-то пропал? — совсем не скрывая издёвки в голосе, поинтересовалась дочь Серафима.       — Я хотел бы поговорить с тобой, — вместо ответа произнёс Ваал, чем вызвал у Вики ещё большее раздражение.       — Вот как. Поговорить, — будто смакуя это слово, протянула она. — И о чём же? Если это не секрет, конечно.       Ваал сделал вид, что не заметил её сарказма. Не было понятно, почему Непризнанная так разговаривала с ним, но в данной ситуации обида и эмоции взяли над ней вверх. Он медленно подошёл и сел рядом. Глазами он прошёлся по свиткам и удивлённо выгнул бровь. Вики одним движением передвинула всё в стопку, закрывая обзор на них.       — Я хочу, чтобы ты знала, — начал он, — что у меня не было ни малейшего желания или намерения причинить тебе вред. Я не хотел, чтобы с тобой случилось... что-то плохое.       Уокер удивлённо подняла брови, а Ваал встал со своего места и уже хотел оставить её одну, но остановился из-за её слов:       — Ты ведь знаешь, что случилось. Так вот ответь на мой вопрос. Он очень простой, — Непризнанная лишь на секунду прикрыла глаза, но сразу вернула всю серьёзность. — Ты знал всё с самого начала — или только сейчас?       Демон обернулся к ней. Его глаза, привычно янтарные, будто потемнели под гнётом её взгляда. Не стоило забывать, что по взгляду Вики могла распознать всё, что чувствует человек и какой он на самом деле. Хоть и на лице у Ваала не было ни капли эмоций, но глаза могли выдать его с лихвой. Могли, если бы он их вовремя не опустил.       Он уже хотел ответить, но их разговор резко отвлёк будто какой-то удар о землю. Оба застыли от неожиданности. Вики уже стояла на ногах, держа в руках свои вещи. Они ничего не слышали, но вдруг Ваал ощутил лёгкий ветерок, хотя воздух до этого был неподвижен. Подул ветер. Он был такой слабый, что его невозможно было ощутить, но он был. И он становился сильнее. Ветер словно шёл из ниоткуда, но стоило Демону почувствовать знакомую энергию, как он взял за руку Викторию, уводя её подальше от этого места. Та тоже почувствовала чью-то энергию, но она была ей незнакомой. Она не чувствовала её раньше. Это было что-то другое, неизвестное.       — Что это?       — Ничего такого. Нужно уходить.       Он не успел ускориться. Что-то заставило его резко остановиться, всё ещё держа руку Вики. Точнее, не что-то, а кто-то.       — Малыш Ал хотел сбежать от меня? — раздался чей-то женский голос, на что Непризнанная обернулась.       К ним походкой от бедра шла стройная и высокая демоница с медными волнистыми волосами. На ней была чёрная, плотно обтягивающая фигуру, кожаная юбка, красные лаковые сапоги на высокой шпильке и такой же красный корсет со шнуровкой и глубоким декольте. К сожалению, в таком наряде не было места даже для иллюзии скромности. Шею украшало колье из золотых и чёрных камней, а на плечах лежала накидка из чёрной блестящей кожи. Её руки были обнажены, на запястьях висели браслеты из тёмного и красного золота. В ушах сверкали золотые серьги в виде колец. Лицо было очень красивым, с ярко-алыми пухлыми губами, белой, почти прозрачной кожей, большими чёрными глазами и длинными ресницами. Её крылья были такого же цвета, как и волосы, но по размеру значительно уступали крыльям Вики. Они были широкими, кожистыми, без перьев и заканчивались острыми кончиками, которые при желании могли легко проткнуть человека насквозь. У демоницы были длинные, острые коготки на руках, как у кошки. Она была красивой, но от нее веяло какой-то опасностью и… сексом?       Девушка подошла к Ваалу и провела ногтем по его щеке. Непризнанную она и вовсе не замечала. Или делала вид. Демон сморщился, а Вики он спрятал за спину.       — Что ты здесь делаешь, Асмодея? — его голос приобрёл непривычно грубые ноты, из-за чего Вики удивлённо уставилась на его спину.       — Ну что ты такой грубый, Ал? — демоница обиженно надула губы, а её руки переместились на его плечи, поглаживая. Ваал достаточно грубо убрал их, сжав до боли.       — Не смей меня так называть и тем более дотрагиваться. Твои чары искушения подействуют разве что на слабых низших Демонов, но не на меня.       — Странно, учитывая тот факт, что раньше действовали.       — Раньше. Сейчас я вырос, чтобы не поддаваться воздействию, а вот ты не выросла совсем.       Асмодея неожиданно рассмеялась и оттолкнула Ваала в сторону, открывая обзор на Вики.       — Ха, а чего тогда прячешь такое беззащитное существо от меня, если так уверен в себе?       — Меня зовут Виктория, — та не собиралась молчать после выпада демоницы и уж тем более сдерживаться.       — Ах, где же мои манеры? Асмодея — дочь Демона похоти и разврата Асмодея. У моего папочки фантазия не блещет на имена, — Асми вытянула руку вперёд, как бы желая пожать, но Непризнанная не была глупа, чтобы пожимать её.       Демоница хмыкнула, но руку убрала. Её взгляд, наполненный рождённой похотью, прошёлся по телу Непризнанной, как бы оценивая. Вики уже давно привыкла к такому поведению бессмертных, но возникшее раздражение заставило её чуть сморщиться.       — А ты та самая Виктория Уокер, которая успела навести шорох как и на Небесах, так и в Аду? — голос Асмодеи был наполнен ядом, как бы перед ней стояла её соперница.       — Видимо, что так. Да, я та самая, что навела шороха на Небесах, но что я сделала в Аду?       Демоница ядовито улыбнулась, и на ее лице заиграла довольная ухмылка.       — Ну как же? Все в Аду только и говорят о загадочной Непризнанной, что успела заинтересовать самого Сатану и охмурить его сына.       При упоминании последнего Вики невольно напряглась, а руки сжались в кулаки.       — А тебя напрягает то, что я заинтересовала Сатану, или же то, что я охмурила, по твоим словам, его сына?       Асмодея перестала улыбаться, ведь она не ожидала такого прямого вопроса. Её застали врасплох.       Демоница стояла в оцепенении, но никак не могла отойти от такого напора. Вики же, в свою очередь, смотрела на неё холодным взглядом, словно бы хотела заморозить. Асмодея вдруг вышла из оцепенения и вернула на лицо улыбку.       — Меня не волнует то, как ты заинтересовала Сатану, а Принц Преисподней никогда бы не клюнул на такую дешёвку, как ты. Поверь, я очень хорошо разбираюсь в том, что сыну Сатаны нравится, — последнее она протянула с таким удовольствием, что глаза Непризнанной наполнились ничем не прикрытой ненавистью.       Гнев начал заполнять Викторию изнутри, и она уже сделала шаг к демонице, но резко почувствовала на своём предплечье руку Ваала, остерегающего её от ошибок. Она уже и забыла о его присутствии здесь. Непризнанная посмотрела на него, но он лишь покачал головой, давая понять, что лучше не связываться с этой демоницей. Вики тяжело вздохнула и снова перевела взгляд на Асмодею. Та будто бы ждала этого.       — Лучше возвращайся обратно на второй круг, Асми. Ты как-то три века сидела там, не высовываясь. Вот и продолжай в том же духе. Тебе здесь никто не рад.       Вместо того, чтобы разозлиться, демоница лишь усмехнулась. Ваал вместе с Непризнанной начали уходить обратно в школу, на что демоница лишь прошептала:       — Ошибаешься, малыш. Некоторые личности будут очень рады моему появлению.       Но этого они уже не слышали.

***

      — Отпусти меня. Со мной всё в порядке, — Ваал подозрительно взглянул на Вики, но руку отпустил, — будет, когда на её голове не останется ни одного волоска, — она стремительно развернулась, но была подхвачена Демоном, из-за чего начала брыкаться. — Отпусти!       — Успокойся ты!       — Успокоиться?! Ты мне это говоришь после того, как я сейчас поболтала с одной из подружек сына Сатаны?!       Демон лжи нахмурился на её слова.       — Она не его подружка, — Вики от этих слов перестала брыкаться и обернулась к Ваалу с пытливым и серьёзным взглядом, от которого у Демона пошли мурашки. — Хорошо, она была ею. Однако это было больше трёх веков назад, по меркам Ада.       — Да мне плевать была она ею или до сих пор остаётся. Она напрямую назвала меня шлюхой Сатаны и его наследничка, если ты этого не понял! — Непризнанная вырвалась из его хватки, и теперь от неё исходила едва уловимая волна злости.       Демон был неприятно удивлён. С одной стороны, он прекрасно понимал, что такая девушка как Вики не могла спокойно воспринимать факт того, что её так оскорбили, но с другой стороны, он не понимал эту необоснованную с её стороны агрессию, направленную на него. Ваал сделал шаг вперёд.       — Ты не права, Виктория.       Непризнанная застыла на месте. Её глаза горели недобрым огнём, а ноздри раздувались от гнева. Демон смотрел на неё и понимал, что она в данный момент не собиралась отступать. Он подошёл ближе к ней и остановился.       Вики с вызовом смотрела на него в ответ, ожидая, что он ей скажет что-то в своё оправдание, ведь она видела, как он подошёл к ней, слышала его голос, но Ваал молчал, смотря на неё с лёгкой улыбкой, которая ещё больше злила.       — Я не знаю, что достойно, а что нет, но точно знаю, как я себя ощущаю, когда ко мне обращаются подобным образом. Это унизительно, Ваал! И кто прав тогда? Она?       — Ты не являешься шлюхой, Виктория. Ничьей. Ни Сатаны, ни...       — Не произноси его имя, — голос Непризнанной перешёл на шёпот, а лицо стало каменным, — если ты и вправду знаешь, что случилось, то знаешь причину.       Ваал посмотрел на Непризнанную и почувствовал, как по его руке прошёлся электрический разряд. Он не сразу понял, что произошло. Когда же он осознал, что за вспышка возникла в его сознании, то понял, почему Вики так отреагировала, а ещё он понял, о чём она говорила.       Она резко развернулась к нему спиной и направилась в сторону выхода, стараясь не смотреть на него и не показывать, насколько ей больно. Он знал причину её боли. И именно это заставляло его чувствовать себя виновным. Вики больше ни за что не будет показывать свои истинные эмоции и чувства, как бы её ни отговаривал профессор Астольд.       — И ты до сих пор не ответил на мой вопрос, — это было последним, что она упомянула, перед тем, как скрыться за поворотом со свитками в руках.       Ваал продолжал стоять и будто видел силуэт уходящей девушки. Он знал, что ему придётся ответить на её вопрос. И ответ ей не понравится.

***

      Какая же атмосфера царит в библиотеке? Как правило — это тишина, спокойствие, сосредоточенность. Старинные книги, покрытые пылью и паутиной от времени, книги с пожелтевшими страницами, пахнущие древностью, словно застывший воздух. И что-то такое особенное, что не поддается описанию, только можно почувствовать, как сердце начинает биться быстрее, и появляется предчувствие чего-то необычного, а ведь и правда, библиотеки, особенно старые, хранят в себе много тайн и секретов, которые, может, никогда не будут раскрыты, а может, когда-нибудь, кто-нибудь сможет их разгадать. Но, конечно, для того, чтобы понять этот мир, нужно стать таким же, как и они — молчаливым и сосредоточенным. Однако самое главное в библиотеке даёт её тишина. В библиотеке всегда стоит именно она, но при этом каждая книга живёт своей жизнью, своей историей и своими секретами. Здесь, в этой тишине, ты можешь открыть книгу, которую давно искал, или ту, о которой давно забыл, и погрузиться в её мир. Ты можешь найти то, что давно потерял, то, о чём давно мечтаешь. Именно тишина помогает лучше сосредоточиться и вникнуть в смысл написанного. Что может быть лучше, чем спокойная обстановка, которую создаёт она? Конечно, ничего. В такие моменты можно подумать о чём-нибудь или просто расслабиться, но всё-таки лучше всего читать книги в тишине.       Но какая же ситуация происходила в библиотеке Ада, где тишина прерывалась ругательствами двух Демонов, что убирались в старом архиве, казалось, уже вечность?       — Да чтоб тебя, я же просила не трогать! — крикнула Мими Ади, что держал в руке старинный фолиант, который едва не рассыпался в его руках.       — Ну что ты так орешь? — недовольно пробубнил Ади. — У меня уже голова от этого гудит.       Книга выпала из его рук. Глаза Мими начали наливаться гневом. Ади поднял руки, капитулируя под гнётом её взгляда. Демоница вздохнула и присела на корточки, чтобы поднять книгу. Она взяла её и начала рассматривать. Это был старинный том в кожаном переплёте, с многочисленными рисунками на обложке. Мими хотела открыть фолиант, но неожиданно её взгляд наткнулся на чёрное пятно, появившиеся на месте, где упала книга. Мими нахмурилась и провела по нему пальцем. На её ладони остался след, от которого пахло серой.       — Что за... — Ади не успел договорить, как книга сама собой открылась, сменяя страницы за страницами.       Мими зашипела от боли, когда страницы, которые она держала в руках, обожгли её. Книга снова упала на пол, на то же место. Внезапно фолиант перестал шелестеть старинным пергаментом и застыл на одной странице. Демоница прищурилась, пытаясь понять, что происходит. Ади схватил фолиант и попытался оттащить его подальше, но книга оказалась словно приклеенной к полу.       — Да подожди ты, прочти!       На этих страницах красивым каллиграфическим почерком были выведены строчки с непонятным смыслом.

Но будет лишь одно спасенье, На Небеса прибудет дева. С крыльями как её душа, С Ангелом внутри себя. В ладонях держит Равновесие, Спасёт весь мир От ужаса несчастного, От сцепленных мечей.

      — Что это? — непонятно зачем спросил Ади, пока Мими вчитывалась в строчки, пытаясь что-то понять.       — Не знаю, но лишним это не будет, — произнесла демоница, вырывая страницу из фолианта и пряча в карман кожаной куртки.       Как раз после этого к ним подошёл Архивариус библиотеки, низкий гоблин с серой кожей и лысой головой. На его лице красовались чёрные очки, из-за которых невозможно было рассмотреть выражение глаз. Длинные уши давали ему возможность слышать всё, что происходило в библиотеке.       Ади, как по волшебству, успел захлопнуть книгу и поднять её с пола. Однако Архивариус и без того заметил, что её уронили.       — Молодые Демоны, если ещё раз вы будете портить имущество библиотеки, вы будете убирать не старый архив, а «грязные» книги из подвалов и чердаков. Да и то только после того, как наведёте там чистоту, а может, и само Чистилище, — прошипел Архивариус, выхватывая книгу из рук опешившего Ади и растворяясь в воздухе и пыли библиотеки.       Мими лишь хмыкнула в ответ на это замечание, продолжая убираться, но вдруг раздался грохот дверей, и в архив буквально влетел Ваал. Архивариус с другого конца библиотеки зашипел, на что Демон обмана извинился.       — У нас две проблемы.       — У нас? Ты хотел сказать, что проблемы у тебя и твоего ненаглядного дружка, которого я в скором времени посещу, чтобы надрать ему зад, — Ади прыснул от смеха, на что Мими недовольно взглянула на него, из-за чего тот заткнулся.       — Проблемы действительно у нас, — сделал акцент на последнем слове брат Астарты и сел на кресло, потирая переносицу. — Первая — Серафим Кроули вызывает всех в главный зал. Что-то произошло.       — Поздравляем, опять скажет что-нибудь про безопасность и всё в таком духе, — не скрывал сарказма в голосе Ади, усмехаясь. — А вторая какая?       — А вторая намного хуже, — Ваал сделал небольшую паузу и, выдохнув, кажется, последний чистый воздух в помещении, продолжил: — Асмодея вернулась.       Кажется, в архиве впервые за эти несколько часов стало тихо. Все присутствующие застыли, словно изваяния. Даже перестали моргать. В полной тишине, нарушаемой лишь тяжёлым дыханием Ваала, этот факт был воспринят всеми как-то особенно тревожно.       — Я правильно понимаю, что вернулась та самая сука, которая раньше спала с Люцифером и не проявлялась ни сном ни духом уже несколько веков? — спросила Мими, кажется, отказываясь верить в её возвращение.       В голосе демоницы сочилось не скрываемое ничем отвращение. Ваал кивнул, подтверждая эту догадку.       — Но проблема заключается ещё в том, то что она успела познакомиться с Викторией.       Кажется, последняя клетка спокойствия демоницы лопнула как воздушный шар. Она взревела от ярости, но уже ничего не могла поделать.       — Она что?! Ви и так находится на грани эмоций! Мало того, что ты оставил её сейчас одну, хотя я лично тебя попросила приглядывать за ней, пока никто не может, так ты ещё позволил им вообще пересечься! — повысила голос дочь Мамона, уже не заботясь о том, что их могли слышать.       — По-твоему, я виноват?!       — Да!       Она была готова наброситься на него от переполняющей злости и, вероятно бы, привела это в действие, но Ади встал между ними, тем самым, не давая и попытки сцепиться.       — Прекратите. Сейчас не до ссор и драк. Речь идёт о нашей подруге, и никто из нас не имеет права злиться друг на друга. Представьте, что будет, если она узнает, что мы всё прекрасно знали о том задании, — оба Демона опустили взгляд, испытывая стыд за своё поведение. Ади как никогда был прав. Даже удивительно. — А теперь давайте вернёмся в школу. Решать первую проблему.

***

      В главном зале школы собрались все ученики. Возле Вики стоял Дино, который последний час успокаивал её расшатанные нервы и просто был рядом. Мими и Ади подошли через несколько минут. Демоница мысленно спросила у Ангела про Непризнанную, на что тот лишь тяжело вздохнул, не желая об этом говорить. Вики смотрела в одну точку, и лишь иногда, когда кто-то пытался к ней подойти, вздрагивала и озиралась по сторонам. Она не знала, что ей делать. Ей просто хотелось исчезнуть, чтобы ничего не было. Чтобы она проснулась, и всё это оказалось сном, но это была реальность. И от этого становилось только хуже. Вики снова приходилось скрывать свои чувства, но кому от этого становилось легче?       Чей-то кашель заставил её поднять взгляд с пола на возвышение, где стояло три Серафима. По залу прошёлся шёпот, ведь такое количество Серафимов не сулило ничего хорошего. Михаил стоял с какой-то непонятной ухмылкой, а Ребекка Уокер, будто каменная стена, стояла, наблюдая за бессмертными. Серафим Кроули вышел вперёд, начиная свою речь:       — Ученики, грядут большие перемены. Все вы прекрасно помните, что больше двух месяцев назад на учеников школы были совершены покушения, причём со смертельным исходом, — Серафим прочистил горло, перед тем как продолжить: — И, похоже, они скоро начнутся вновь.       По залу всё больше начал расходиться гул голосов, из-за чего пришлось повысить голос:       — В связи с этим бал Распределения, который должен был через месяц, переносится на Рождество.       В зале повисла тишина, которая длилась несколько минут, но, как и ожидалось, у многих это вызвало гнев.       — Что-о-о! — послышался женский голос, принадлежащий, судя по всему, одной из учениц школы.       — И как нам теперь быть?! — крикнул кто-то.       Возмущения переросли в неконтролируемый гул. Вики стояла, не шелохнувшись. Кажется, её проблема с выбором стороны откладывалась ещё на три месяца. Из её груди вырвался облегчённый вздох, но быстро прервался, когда в разговор вклинилась Серафим Ребекка:       — Но это ещё не всё.       Все резко замолчали, обращая всё своё внимание на Уокер-старшую. Как бы её все ни любили, но власти у неё было больше, чем у Кроули.       — С недавнего времени выяснилось, что один из учеников пропал без вести.       — Что? — удивлённо спросил Кроули, его брови изогнулись в удивлении.       У Вики внутри всё похолодело, а глаза впились в женщину, что раньше она называла мамой.       — Да, исчез один из наших учеников. Его не могут найти уже неделю. Сэмюель Амикас объявляется пропавшим…       Следующие слова Серафима в сознании Непризнанной проходили через толщу воды.       «Сэми пропал»       Эти слова бились в её голове, заглушая всё остальное. И они были последними перед тем, как разум Вики погрузился во тьму, а тело упало на пол.