Семья

      Солнце летом всегда поднимается очень рано, словно торопится осветить мир своими золотыми лучами и подарить новый день. Ночь выдалась теплой, для кого-то даже обжигающе жаркой.       Вэнь Кэсину не спалось. Несмотря на то, что он истратил много сил, несмотря на сладкую негу. Глаза не хотели закрываться, пусть и тело просило о сне. Кэсин лежал на своей части постели, гладил тонкими пальцами волосы Чжоу Цзышу, что уже спал крепким сном, будучи измотанным Кэсином. Мужчина ровно и глубоко дышал, он так расслабился. Владыка Призраков мягко улыбнулся. Он так сильно любил этого мужчину. Настолько сильно, что был готов бросить свой титул Владыки. Настолько сильно любил, что хотел прожить с ним каждый миг своей жизни. Кэсин был готов умереть и воскреснуть вновь от тех тёплых чувств, которые в нём будил человек рядом, при этом даже ничего не делая. Одно только имя способно привести всё существо Кэсина в восторг. Он чувствовал себя так, будто находится под тяжёлым дурманом. И этот дурман звали Чжоу Цзышу.       Где-то снаружи Владыка Призраков услышал странный звук. Пение птиц сильнее заглушали этот глухой стук, но его можно услышать, если напрячься. Кэсин не смог сдержать своего любопытства. Он поднялся на ноги, накинул на себя ханьфу. И босиком вышел из покоев. Так тихо, как мог. Чтобы не дай Небеса не потревожить сон Цзышу.       Утренняя летняя прохлада бодрила. Воздух, наполненный ароматом здешних цветов, приятно заполнял лёгкие. Кэсин немного улыбнулся сам себе и пошел дальше, к тренировочной площадке.       Как и предполагал мужчина, там оказался Чэнлин. Он упорно тренировался, не замечая вокруг себя ничего. Так что и чужого присутствия он не ощутил. Этот ребенок так наивен, но так напорист. Он вызывал в Кэсине что-то, что у женщин называется материнским инстинктом. Ему хотелось заботиться о мальчишке, укрыть рукавом своего ханьфу и прижать к себе, мягко поглаживая его волосы. Нет смысла таить очевидное — и Цзышу, и Кэсин видели в Чэнлине не своего ученика, а своего сына.       Владыка Призраков подошёл к юноше со спины, намереваясь его опрокинуть на пол, чтобы потом преподать небольшой урок, но вдруг его руку схватили, а тонкая нога ударила под коленями, вынуждая упасть. Кэсин улыбнулся.       — Быстро учишься, малыш, — похвалил он его.       — Спасибо, младший Учитель, — довольно улыбнулся Чэнлин, помогая мужчине подняться снова. — Почему Вы не спите в такой час?       — Не знаю, не хочется, — Кэсин пожал плечами. — А ты?       — Тренируюсь, чтобы Учитель смог поскорее научить меня чему-то новому.       Чэнлин тянулся к миру боевых искусств так яростно! Он хотел поскорее овладеть навыками боя в совершенстве и очень для этого старался. Конечно, это было хорошо. Цзышу очень радовало упорство его ученика. А вот Кэсин, пусть и не осуждал цели обоих, но и не разделял с ними подобного мнения: Чэнлин ведь ещё дитя, ему и играть нужно успевать. Сам Кэсин мало успел так вдоволь насладиться детством, особенно когда попал в Долину Призраков. Поэтому не хотел, чтобы и его сын через это прошёл.       — Ты хотя бы высыпаешься, боец? — Кэсин немного посмеялась, щекотнув ребра Чэнлина.       Тот коротко посмеялся и с улыбкой, искренней и широкой, ответил:       — Я рано ложусь спать, поэтому высыпаюсь. У меня режим. Учитель сказал, что хорошему заклинателю он необходим.       — Верно. И я рад, что ты это понимаешь. Хочешь попрактиковаться со мной?       — Нет, я ещё недостаточно размялся. Младший Учитель, Вам стоит пойти спать.       — Мне не спится.       — Вам тоже нужно было послушать Учителя и завести режим.       — Эй, ты учить меня собрался?! — Кэсин снова потянулся пощекотать Чэнлина, но тот ловко отбился. — Ах, вот ты какой! Совсем меня не уважаешь!       Владыка Призраков повысил голос, театрально хватаясь за сердце и изображая удивление. Цзышу их не услышит, тем более сквозь крепкий сон после бессонной ночи.       Чэнлин посмеялся, а затем стал настаивать на сне Кэсина, но тот остался непреклонен. И решил, что лучше пойдет готовить. Ученик пообещал, что, как только закончит с разминкой и повтором техники Плывущих Облаков, придет помочь. Надо же учиться готовить! Не одному Кэсину тут пахать, в конце концов!       Конечно, мужчина согласился. И отправился на кухню, готовить. Ему нравилось стараться для своей маленькой семьи, нравилось видеть довольные лица, когда Цзышу и Чэнлин пробуют какие-то новые блюда. Кэсину нравилось, когда Цзышу с взглядом ребенка приказывал наложить ему ещё. Это дарило такую необъятную радость, что Кэсин иногда пугался этого. Нельзя же ему быть таким счастливым… Или всё-таки можно?       Спустя время к мужчине присоединился Чэнлин, активно помогая в готовке. Когда всё было готово, Цзышу всё ещё не объявился. И Кэсин решил, что должен позвать любимого завтракать. Тот даст Чэнлину задание, а потом, если сочтёт нужным, пойдет спать дальше, снова скинув на Кэсина заботу о своём ученике.       — Расставь всё, я пойду к твоему Учителю, — сказал Владыка Призраков Чэнлину и отправился в покои Цзышу.       Он снова тихонько зашёл. В комнате было темнее, чем на улице, из-за закрытых штор. Глава Тяньчуан мирно спал, сменив позу. И во сне он выглядел так беззаботно. Кэсин невольно умилился этой картине, засмотрелся. Цзышу такой идеальный, такой прекрасный, словно чудо, созданное небожителями. Что же такого сделал в прошлой жизни Кэсин, что Небеса отправили ему Цзышу и Чэнлина? Мир спас, что ли?       Мужчина приблизился к возлюбленному и наклонился к его лицу, чтобы коснуться губами его волос, мягких и шелковистых. Кэсин улыбнулся и сладко зашептал Цзышу на ухо:       — А-Сюй, вставай.       Но Цзышу вставать не намерен. Он пробурчал что-то вроде «лао Вэнь, отстань» и накрылся одеялом с головой. Кэсин хихикнул с такой ребячливости. Да, его мужчина такой ребенок спросонья! И он этим горд.       — А-Сюй, ну же, давай не будем препираться. Вставай, твой Ученик уже наверняка накрыл на стол, — продолжил уговаривать Кэсин.       — Лао Вэнь, я тебя ударю, если ты сейчас же не отстанешь. Сам выспался, так и другим дай, — хриплый от сна голос Чжоу Цзышу полон недовольства.       «Я даже не ложился», — подумал Кэсин, но не отстал от своего возлюбленного, лишь снова ответил нежным голосом:       — Вот поешь и снова пойдешь спать. А-Сюй, давай не будем вредничать, хорошо? Что же ты, в самом деле, как ребенок?       — Если я поем, ты отстанешь от меня?       — Я выполню любую твою просьбу, А-Сюй.       Цзышу молча вынырнул из-под одеяла. Кэсин хотел было помочь ему одеться, но глава Тяньчуан прогнал его из покоев, прежде отвесив крепкий подзатыльник. Конечно, Владыка Призраков ничуть не расстроился. Он привык, что Цзышу таким образом выражает свою любовь.       — Вам сегодня ночью хорошо спалось? — спросил Чэнлин за завтраком, чтобы разбавить тишину.       Кэсин ярко и немножко ехидно улыбнулся, поглядывая на Цзышу, который даже не собирался отвечать, потому что жевал. Так что отбиваться от вопроса сына ему пришлось самостоятельно:       — О, безусловно. А тебе, Чэнлин?       — С момента приезда в Усадьбу Времён Года я очень хорошо сплю, — ответил юноша.       — Это прекрасно.       После завтрака Кэсин и Цзышу сели на лестницу, пока Чэнлин отрабатывал новые движения. Вся троица улыбалась и была счастлива. День был солнечным и хорошим, прямо как на душе у всех. Теплый ветер ласкал кожу, приятно покачивая волосы. Что ещё может быть лучше?       Кэсин любовался Чэнлином и его по первости неудачными попытками в тренировках. С упоением слушал недовольный голос Цзышу, который направлял мальчишку. Владыка Призраков, что славился жестокостью и неутомимым гневом, сейчас был словно ручной зверёк. Он положил свою голову на сильное плечо Цзышу, все ещё наблюдая за Чэнлином. И не заметил, как сон одолел его.       — Учитель, — тихо позвал юноша Цзышу, — младший Учитель уснул.       — Я знаю, — кивнул глава Тяньчуан. — Продолжай тренировку.       Цзышу подозревал, что Кэсин не спал сегодня. Он аккуратно уложил его голову себе на колени и мягко погладил по волосам, наслаждаясь видом. Он любил Кэсина и Чэнлина ровно также, как и Кэсин их.       — Я люблю тебя, лао Вэнь, — тихо-тихо прошептал мужчине на ухо Цзышу, словно это был самый секретный секрет.