Капля яда на лезвии сабли

— Ты уверен, что хочешь отправиться сейчас? — адмирал Антонио крепко сцепил руки за спиной и зашагал к кораблю, немного насупившись и громко отстукивая каблуком тяжёлых сапог маршевый ритм. Он буравил взглядом уверенно державшего осанку Васко, который шёл впереди. — Абсолютно. Если мы отбудем утром в воскресенье, то не успеем уложиться в срок. Чувствую, что погода ухудшится в ближайшие дни, а это задержит доставку. Даже его задорный голос не успокоил пожилого мужчину. Он продолжал хмуриться и вдруг остановился перед сходнями. — В эту ночь плыть через Венец королевы опасно. Считай меня суеверным стариком, но об этом тебе скажет каждый навт, — Антонио обвёл рукой весь островной порт. На верхней палубе “Морского конька” собралось несколько любопытных юнг, чтобы засвидетельствовать перепалку. Васко обернулся к мужчине и ответил более спокойным голосом, задумчиво рассматривая сморщенное от недовольства лицо. — Адмирал, вы прекрасно понимаете, что сроки для клиента — дело весьма важное. Как и качество доставленного товара. Мы и так пережидали здесь слишком долго, — капитан скрестил руки перед грудью и с долей надменности улыбнулся, обнажив зубы, будто оскалился. — Своевременная доставка принесёт нам много денег. А здесь как никогда важна хорошая реклама качества наших услуг. Вы так не считаете? — брови Васко поднялись в удивлении. Он понимал: адмирал больше не станет спорить и отпустит его в свободное плавание до следующего месяца. Однако он бы соврал, если бы сказал, что не боится слухов, которые ходят среди его товарищей из года в год. Настроение команды на корабле тоже было неоднозначное. Главный помощник то и дело сверялся с карманными часами и нервно протирал крышку компаса. Матросы на нижней палубе переговаривались между собой полушёпотом, а боцман, казалось, готов спрыгнуть с корабля при любой возможности. Остальные же готовились к отплытию в штатном режиме. Васко решил, что верным решением будет спрятать весь алкоголь и острые приправы, а также порох и любое холодное оружие. Он, конечно же, не думал о том, что все могут внезапно сойти с ума и попросить капитана покинуть корабль, устроив настоящий бунт, но обезопасить себя и других от необдуманных действий он обязан. Прямо перед отплытием Васко встретился взглядом с Флавией, которая скручивала рваными движениями толстый канат. Даже она почему-то переживала об отплытии — самый наименее суеверный человек на судне. Это ещё больше насторожило капитана. Через два часа Васко крепко держал штурвал обеими руками и вглядывался в горизонт. Там, совсем далеко, виднелись острые вершины затопленных скал, выглядывающие из-под толщи тёмной воды. То место, которое им предстояло пройти — Венец королевы. Организация своевременных поставок дорогого сырья для людей с большим кошельком — весьма нелёгкая задача. Договорные отношения с аристократами приносили прибыль навтам и их союзникам. Условия часто не устраивали навтов, но если в одном случае договориться не получалось, в другом всегда находились лазейки для своего рода отступления от условий поставки. Подворачивалась та или иная работа для кораблей в обмен на нечто очень ценное — спокойное проживание на отдалённом острове, скрытом от чужих глаз густыми туманами и опасной вереницей скал, которые могут обойти только опытные моряки. Кое-где эта горная цепь выглядит словно кропотливо заточенные бритвенные ножи, направленные в противоположную сторону от острова. Природный частокол вокруг таинственной обители навтов, получивший громкое название "Венец королевы". Но опасными эти скалы считались не только благодаря своему устрашающему виду. Некоторые старые моряки верили, что там раз в году выходят на охоту чудовищные существа. В это время не ходят корабли, рыбаки не копают червей для наживки, даже прогулочные лодочки у берегов континента одиноко плещутся, пустые и пришвартованные. “Морской конёк” оказался единственным кораблём, отправляющимся в плавание этим вечером. Хорошо это или плохо — Васко пока сказать не мог. Корабль раскачивало с одного бока на другой, хотя волны казались в темноте не такими высокими. Полная луна хорошо освещала окрестности, скалы впереди зловеще возвышались над водой, отпуская огромные тени. Плавание проходило более спокойно, чем ожидал Васко, однако давящая тишина, нарушаемая только всплесками воды, скрежетом размокших досок и порывами ветра между парусами, вздымала волосы на смуглой коже. На верхней палубе матросы вдруг перестали суетиться, один из них держал фонарь и пытался всмотреться в воду, но только задумчиво чесал затылок, не найдя за бортом ничего интересного. Васко приказал замедлить ход и осторожно выруливал между острых выступов. Туман всё сильнее сгущался, ухудшая видимость, а спустя всего пару минут корабль вовсе остановился. — Что произошло? Капитан поднял голову вверх. Паруса плавно развивались, но “Морской конёк” стоял на месте. Где-то позади стали разноситься странные всплески — неестественно громкие, как от плавников тунца или акулы, которых не водилось в этих водах. Матросы метались по палубе то в одну сторону, то в другую, пытаясь хоть что-то разглядеть в кромешной тьме. Луна плавно спряталась за облаком, вокруг всё померкло. Всплески продолжались, учащались. Нечто подплыло настолько близко, что ударило плавником по днищу. Корабль чуть накренился вбок, но затем вернулся в исходное положение. Несколько матросов и юнг вцепились в фальшборты, чтобы не выпасть в море. Васко только открыл рот, чтобы скомандовать полный вперёд, как услышал голос. Женский мелодичный голос будто раздавался в голове, был нигде и везде одновременно. Капитан крепко сжал пальцы на штурвале, осматриваясь одними глазами. Паника на корабле только усиливалась. — Что это, чёрт возьми, такое?! — крикнул боцман прямо за спиной у Васко. Он выглянул за корму и куда-то указывал пальцем. Васко оставил штурвал и осторожно прошёл к боцману, чтобы разобраться, но никого там не увидел. Снова послышалось чарующее пение. Кто-то из экипажа вскрикнул, указывая рукой в сторону одной из скал. На ней как мраморное изваяние сидела девушка. Её бледная кожа заблестела в свете луны, когда облако рассеялось. Ярко-рыжие влажные локоны прикрывали нагое тело. Она только раскрыла пухлые губы, как раздалось несколько голосов, сковав тело. Незнакомка пела на неизвестном языке, но настолько чисто, чётко, красиво, что капитан поначалу был уверен: это просто сон. Васко был будто парализован нечеловеческим страхом и благоговением перед красотой этой песни. Он смотрел на незнакомку, зачарованный, не способный пошевелиться по собственной воле. Под ногами образовалась пропасть. Васко словно падал в бесконечную тьму, а сверху на него глядел бледный лик луны с рыжими локонами и очертаниями той самой незнакомки. Корабль резко качнуло вперёд. Капитан почувствовал, как его повело назад, но чудесным образом устоял на ногах. Пропасть исчезла и медленно обрела знакомые очертания палубы. Однако песня всё лилась из самого подсознания, пока "Морской конёк" приближался к острым скалам. Все остальные испуганно пялились в разные стороны, будто видели одну и ту же незнакомку, но в разных местах, или вовсе были очарованы и напуганы до ужаса той же песней. Капитан из последних усилий вцепился снова в штурвал и начал рулить во все стороны, цепляя боками скалы и утёсы, но маневрируя между самыми крупными, пытаясь уберечь корабль и команду от неминуемой гибели. Пальцы ощущались как деревянные, непослушные, чужие. Песня звоном тысячи колоколов разрывала перепонки. Васко понимал: стоит им выбраться из Венца королевы, как всё это прекратится. По крайней мере, он в это верил всей душой. Краем глаза капитан заметил, как боцман тянется к мушкету на набедренном поясе, однако его ловко остановила Флавия, которая, судя по всему, не поддалась влиянию песни. Раздался звонкий выстрел, и вмиг прекрасное лицо незнакомки окрасилось в болотно-зелёный оттенок. Вместо ровных чистых зубов из скривившегося в агонии рта показались гнилые клыки, а вместо волос на чешуйчатое тело спадали наросты водорослей. Песня прекратилась, а на её место пришёл истошный животный вопль. В нос ударил жуткий запах тухлой рыбы. Корабль ещё раз качнуло в сторону, заскрежетали доски от невольной встречи с парочкой подводных камней. А вскоре рассеялся туман, море успокоилось, и всё вокруг стихло. Ни хлопанья плавников, ни неестественных всплесков воды, ни песни. Только испуганное дыхание Флавии, державшей в дрожащих руках дымящийся мушкет. — В следующий раз… Мы останемся на острове, — заключил капитан, глядя на развивающиеся паруса. — Полный вперёд. Васко отдал последнюю команду и отбыл в свою каюту. К утру он придумает, как наградить Флавию за спасение и что сказать остальной команде. А пока истощённый странным мороком мозг требовал отдыха.