Капля яда на лезвии сабли

Утренний променад по верхней палубе, обдуваемой холодным морским бризом, прогонял сон быстрее любого бодрящего напитка. Лёгкое покачивание корабля вверх и вниз от невысоких встречных волн, бодрая перекличка матросов вперемежку с весёлыми песнями — это всё создавало совершенно иную, воодушевляющую атмосферу. Не ту, к которой привык Леандр. Он прогулочным шагом направлялся к корме и попутно рассматривал татуированные лица навтов. В порту капитаны и их помощники казались хмурыми, суровыми, чем-то даже пугали. Крысиная беготня юнг с тяжёлыми ящиками в руках выглядела слишком суетливой, торопливой, неорганизованной. Но здесь, в море, они вели себя иначе. Раскрывались словно бутоны цветов при первых тёплых лучах солнца. Д’Арси нашёл такое наблюдение занимательным и не отрывал взгляд от моряков, пока знакомый голос не раздался за спиной. — Вы сегодня рано, друг мой, — голос Де Сарде звучал ещё сонным и мягким. Не всем удавалось выспаться во время сильной качки. Эмиссар поравнялся с графом и приветливо улыбнулся. — Доброе утро, Де Сарде. Мне сегодня не спалось. Предвкушение скорейшего прибытия будоражит сердце. Леандр украдкой взглянул на Колдера и устремил взор вперёд, где сгущался туман. За ним и прятались земли, где царило господство природы. — Я вас понимаю. Оттого и сам проснулся. Чтобы ничего не пропустить. Оба мужчины посмотрели друг на друга. Леандр замешкался, чуть прищурился и открыл рот, чтобы кое-что сказать, но его прервал радостный возглас кузена эмиссара, который поднимался из кают-кампании. — Как же здорово! Мы уже совсем недалеко от Новой Серены! Дорогой кузен, я абсолютно счастлив, что мы скоро окажемся в оплоте комфорта и чистоты, — Константин подошёл к Де Сарде и похлопал его по плечу, разделив интерес спутников к укрытому пеленой горизонту. Леандр немного отстранился, осознав, что не выдерживает близкой дистанции с новым наместником — слишком активный и бодрый в отличие от других. Кажется, Де Сарде успел позабыть, что они с графом только что беседовали, и стал терпеливо выслушивать впечатления кузена о плавании. Впрочем, Д’Арси не смел обижаться — он снова вгляделся в горизонт и заметил крупных чаек, летящих в их сторону. С вороньего гнезда один из матросов звучно скомандовал: “Земля!” Сверху над пушистым облаком показалась шапка огромного вулкана, туман плавно рассеялся, открывая взору аристократов величественный вид острова Тир-Фради. Пока Д’Арси старший ведёт переговоры с семьёй нового наместника, его сын лицезрел почти нетронутую красоту далёкого острова, где открывалось много новых и перспективных возможностей. И где Бастьен продвигал знатное имя своей семьи. Леандр обязательно поблагодарит Де Сарде за то, что он смог взять графа с собой. Когда Константин будет достаточно занят вопросами своей новой должности. По прибытию их встретила бывшая наместница леди Моранж и несколько врачей, предложивших путникам лекарство для восстановления сил после долгого путешествия. Их путь пролегал через весь город ко дворцу наместника. Д’Арси ощутил облегчение, когда они наконец покинули порт: пристальные взгляды навтов, казалось, направлены на него. Хотя семья Леандра и сотрудничает с моряками, была какая-то причина, вызвавшая их неприязнь ко всей семье графа. О ней только предстоит узнать. Наверняка в этом был замешан Бастьен, в этом не было сомнений. Леандр заселился в небольшое поместье недалеко от дворца. Уютное двухэтажное здание с камином, большой гардеробной, компактной столовой и всем необходимым на первое время проживания в Новой Серене. Сравнимо с домом Д’Арси, поместье казалось совсем крохотным и неуютным, но жаловаться мужчина не смел — как минимум ради того, чтобы не обидеть Колдера. От него пришло приглашение отобедать в поместье, но ещё оставалось свободное время для небольшой прогулки. Леандру хотелось осмотреть город поближе и самое главное — найти брата Бастьена, который не написал ни одного письма за несколько месяцев. Самые худшие опасения лезли в голову словно голодные тараканы на вкусную закуску, оставленную неаккуратными руками где-то под обеденным столом. Обычно Бастьен всегда отчитывался перед семьёй, даже если ему нечего доложить об успехах. В последних письмах он только и говорил, что об убытках. Но такое поведение и полное игнорирование писем отца наводили на неприятные мысли. Вдруг брат кому-то задолжал и не смог вернуть долг? Очевидно, что могли с ним сделать наёмные вымогатели. Либо он уехал в соседний город, но по пути его настигло несчастье. Каждый из вариантов пугал графа, в подобный исход не хотелось верить, а каждый последующий вариант виделся хуже предыдущих. Прогулка по узким улочкам города, осмотр сочных персиков и яблок на рыночном прилавке, даже дегустация пряного вина не помогли Леандру расслабиться. Просить помощи у эмиссара он просто не смел. Слишком много Колдер сделал для него, и слишком малой казалась Леандру ответная оплата. Бесцельно слоняться по улице тоже не имело никакого смысла, однако, когда граф вышел в сторону порта и завернул к рыбацкой улочке, он заметил лавку со знакомым фамильным гербом, высеченным на прямоугольном выступе под крышей. К несчастью, за ним не обнаружилось никого, кто смог бы подсказать, откуда у лавки этот герб и где сейчас находится её хозяин. Судя по аккуратному виду и новеньким замкам на полочках за прилавком, здесь кто-то работал совсем недавно, но успел закрыться до прибытия Д’Арси. Не Бастьен ли держит тут лавку? Прознал ли он о прибытии старшего брата, потому решил скрыться? Из потока тревожных мыслей его вывел рослый мальчишка: он дёрнул Леандра за кружевную манжету рубашки и попросил явиться к званому обеду во дворец наместника Д’Орсея.