На крыльях Времени

      Пламя неподвижно распластался на животе и уткнулся в мягкий мох жвалами. Нижние ветви раскидистого дерева укрывали его от посторонних глаз, как пологом шатра. Не было желания думать, а просто хотелось валяться с пустотой в голове и прислушиваться к шелесту пурпурных листьев. Так самец лежал уже долго: несколько часов, а может — лет… Всё равно… Ведь Пусечки, его детища, больше нет рядом. Столько сил вложено в эту Машину, и теперь её отобрали загребущие руки Старейшин. Молодой изобретатель чувствовал себя опустошённым.              — А-а, вот ты где! Так спрятался, что насилу тебя нашёл. Что с тобой, Пламя? Неужто заболел? — раздался насмешливый голос Светлого Полдня.       Самец нехотя пошевелился, перевернулся на спину и подложил под голову согнутые в локтях руки. В его жёлтых глазах затаилась тоска. Даже чешуйки на пятнистой серой коже побледнели от расстройства. Товарищ присел рядом, продолжая иронично улыбаться. Пламя бросил на него укоризненный взгляд и со вздохом прикрыл веки.             — Ты расстроился, что нашу Машину забрали? — участливо спросил Светлый Полдень и напомнил: — Так мы же с самого начала знали, что её заберут.       Пламя разлепил грязные жвала, измазанные влажной почвой, и глухо щёлкнул:             — Да, мы знали, но я оказался не готов.             — И что? Ты и дальше собираешься страдать?       Бывший охотник печально посмотрел на друга.             — А мы ещё хотели в будущее смотаться… Э-э-хх, — и вдруг злобно рыкнул: — Чтоб этих Старейшин Матка жёсткотелых на хвост насадила!       Светлый Полдень ободряюще похлопал его по плечу.             — Успокойся, Старейшины сделали свою работу. А будущее мы творим себе сами, в настоящем.             — Да-а уж, творим… Любопытно посмотреть на результаты нашего творчества, но теперь точно не увидим, — проворчал Пламя, повернулся на бок, подпёр голову рукой и неожиданно спросил: — Ты заметил, когда мы, как сумасшедшие, мчались по коридору времени, он постоянно шёл под уклон вниз? Это потому что мы летели в прошлое? А если рвануть в будущее, тогда коридор устремится вверх? Мне о-очень интересно это узнать!       Пламя оживился и взглянул на друга загоревшимися глазами.       Друг бросил на него хитрый взгляд.             — Возможно, узнаем.             — Ну, только если со Старейшинами отправимся как личные пилоты. И будем их ждать без права выйти наружу, — снова разочарованно прогудел Пламя.             — Не только!             — Как ещё? Нам запретили создавать вторую Машину, и чипы вот уже успели вшить в загривки, словно подопытным тварям. Всё, влипли по полной! Мы в руках Старейшин, как их личная собственность.             — Значит так! Кончай страдать. Вставай и пойдём со мной! — решительно произнёс Светлый Полдень, который уже начал терять терпение с этим бедолагой.             — Зачем и куда, — лениво проворчал Пламя и нехотя поднялся.             — Увидишь и обрадуешься, — загадочно подмигнул ему друг.       Они углубились в лес. Светлый Полдень уверенно шагал в сторону невысоких гор, где Пламя ещё ни разу не бывал. Хотя он и прилетел на Альтанус больше двух лет назад, но как-то не находилось повода туда идти. Эта необитаемая зона пользовалась дурной славой, все старались обходить её дальними путями. Аборигены в своих разговорах так вообще боялись упоминать сей холмистый массив. А яутжа здесь просто делать было нечего: дичь для охоты не водилась, и крылатые создания не вили гнёзд. Но Светлый Полдень шёл себе спокойно, и даже намёка на страх не отражалось в его голубых глазах. Наконец, товарищи вплотную приблизились к серым скалам. Вдруг Светлый Полдень исчез, как испарился. Пламя ошарашенно завертелся на месте: «Что за шутки?»             — Эй, Пламя, что ты крутишься? Спускайся ко мне, только осторожно, здесь камни шатаются. Можно запросто свалиться и сломать жвала, — раздался откуда-то снизу глухой голос товарища.       Пламя опустил голову. Он увидел неширокую дыру между валунами, которая вела под землю. Самец начал осторожно сползать в отверстие, попутно увлекая за собой мелкие камешки и кусочки почвы. Неожиданно булыжник под ногами скалолаза покачнулся, и тот полетел в пустоту. Впрочем, падал он недолго и вскоре удачно приземлился на кучу прелой листвы и травы. Светлый Полдень протянул руку, Пламя поднялся и удивлённо воскликнул:             — Ну и ну! Это что за кривозубкина нора?             — Совсем даже не нора, а моё тайное убежище! — засмеялся Светлый Полдень. — Тебе одному только и раскололся, никто до тебя не знал. Радуйся!             — Радуюсь, — кисло проворчал напарник, — и что дальше?             — Пойдём вперёд и узнаешь.       Провожатый достал маленький фонарик. Вспыхнул свет. Из темноты выступил низкий сводчатый коридор, проход вёл куда-то дальше вглубь. Товарищи молча двинулись по каменистому полу и вскоре очутились в просторной пещере с высоким потолком и гладкими стенами, на которых поблёскивали золотистые металлические вкрапления. В лучах фонаря многочисленные пятнышки вспыхивали сверкающими искорками, от чего вся пещера казалась наполненной солнечными зайчиками. Светлый Полдень пошарил рукой по стене — зажглось яркое освещение. Пламя любопытно огляделся по сторонам: в большом зале даже обнаружилось несколько предметов деревянной мебели, и удивлённо воскликнул:             — Да здесь жить можно!             — И не только жить, но и работать, — в ответ довольно проурчал товарищ, прошёлся по пещере и нажал ногой на небольшой выступ в полу.       В углу открылась глубокая ниша, а там, на мягкой подстилке… лежала вторая Машина Времени! Скромный серый шар, немного сплющенный с боков. От такого неожиданного сюрприза Пламя аж подпрыгнул на месте.             — Р-р-разде-р-ри меня маракушка, если это не наша Пусечка! — восторженно вскричал он и мигом подскочил к Светлому Полдню. Тот стоял с довольным видом, со сложенными на груди руками.             — Когда ты успел её сделать? И даже не сказ-зал. Ах ты ж… хитрюга! Не-ет, жёсткотелому до тебя далеко в своём лукавстве! — возбуждённо стрекотал Пламя и колотил друга кулаками по плечам.             — Тише, тише! Ты забьёшь меня до смерти! — со смехом отбивался от него тот. Наконец, Пламя шлёпнулся на пол задом, скрестил ноги и приготовился слушать объяснения. Светлый Полдень присел рядом и спокойно сказал:             — А всё очень даже просто. Я всегда помнил, что у нас заберут первую Машину, поэтому потихоньку натаскал в пещеру материалов, запчастей, а главное — корпус заказал заранее, когда мы работали над первой нашей деткой, в двух экземплярах. И потом приволок ночью тайком. Объёмная вещь, пришлось таскать по частям. Так, мало-помалу скопилось всё необходимое для создания второй нашей Пусечки. Ну а руки и голова у меня всегда при себе.             — Да, ты, конечно, молодец! Но даже мне не сказал. Мне-то уж мог сказать, — обиженно проворчал Пламя.             — Не сказал, потому что, если секрет известен двоим, это уже не секрет. Притом, в то время мы совсем мало знали друг друга. И вообще, я скрытный тип, ты это правильно понял, — усмехнулся Светлый Полдень.             — Скрытный! Не то слово! Ладно, я тебе прощаю. Думаю, сейчас ты мне точно доверяешь, если привёл к себе в тайник. Хоть на этом спасибо, — шутливо поклонился Пламя.             — Доверяю, не сомневайся! Даже своё биополе с твоим объединяю!       Пламя довольно застрекотал и следом с сожалением заметил:             — Плохо, что наша детка пока неживая, грустно лежит на боку, а не парит в воздухе.             — Да, теперь наша задача — вдохнуть в неё жизнь.             — Будем делать это сейчас?             — Нет, завтра с утра. Нам надо выспаться, отдохнуть и с новыми силами заняться оживлением нашей Подружки.             — Не один час пройдёт, потом отлёживаться будем, но я согласен и не на такое! — с энтузиазмом воскликнул Пламя.             — Завтра она у нас воспарит!             — Только потом сразу пасти заткнём! Иначе и её отберут, и посадят под замок. А нас накажут, запрут где-нибудь на Яутжа-Проксиме и будем там вкалывать под строгим надзором, без права выхода за пределы территории, как узники. Особо охраняемые объекты!             — Вот именно. Да и в пещеру придётся приходить только ночами. Хотя от слежки это не спасёт: сигнал от чипов-маячков идёт круглосуточно. Но мы с этим справимся. У меня уже есть идея, как заглушать импульсы чипов по ночам, — хитро подмигнул Светлый Полдень. — Отцу ничего не скажу, а то по доброте ещё надумает избавить меня от возможных напастей. Возьмёт, да и запрёт нашу детку в Сфере. Короче, молчим, как ушастые топтуны. Нет тихушнее этих зверей во всём лесу, ты же знаешь.       Пламя весело блеснул янтарными глазами, бодро вскочил на ноги и в два прыжка оказался рядом с лежащей на боку Машиной Времени.             — Ах ты наша маленькая Подружка! — нежно прострекотал он и погладил округлый металлический бок аппарата. — Вот, подожди, завтра ты у нас воспаришь и засияешь! Будем опять с тобой обмениваться мыслями. Ты ж моя Пусечка!       Светлый Полдень добродушно засмеялся, радуясь, что удалось утешить друга. Он тоже подошёл, присел на корточки возле Машины и ласково провёл по её поверхности длинными пальцами.             — Да, завтра наша красавица заиграет! Уж мы постараемся, выложимся сполна! — проурчал он и обратился к товарищу: — Пламя, пойдём сейчас поохотимся. Нам надо запастись силами для завтрашней работы, поэтому стоит поплотнее набить брюхо свежим мясом. Пойдём подальше в лес, там много дичи водится.             — Чтобы охотиться, нужно оружие, а оно осталось дома, — с сожалением откликнулся товарищ.       Светлый Полдень поднялся на ноги, отошёл в угол и, точно фокусник, быстрым движением открыл в стене нишу поменьше, сплошь увешанную холодным оружием и доспехами.             — А вот это видел! — воскликнул он и хитро подмигнул.       Пламя в ошеломлении вытаращил глаза.             — Ну, ты устроил мне сегодня день сюрпризов…       Светлый Полдень довольно застрекотал:             — Я запасливый! Обо всём забочусь наперёд и тащу себе в нору на всякий случай.             — Ну ты и дока-а-а… — только и смог вымолвить вконец сражённый Пламя.       Напарники облачились в доспехи, взяли копья и, осторожно цепляясь за острые выступы, выбрались из подземелья. За два часа они завалили крупного рогатого строкача, ловко сняли с него шкуру и поджарили куски мяса на огне. После, сытые и довольные, вернулись в убежище, где улеглись отдохнуть на двух деревянных лежаках. Освещение в пещере приглушили. Оставили гореть только одну лампу.       Незаметно друзей сморил глубокий сон. Пламя сладко похрапывал с блаженным выражением на расслабленной физиономии. Светлый Полдень спал и видел сны, как их дорогое детище летает по пещере, переливаясь разными цветами.       Между тем, пока друзья спокойно предавались сонным грёзам, в стене отодвинулся небольшой плоский камень, и в проёме заблестели небесной синевой четыре глаза. Спустя минуту сбоку пристроились ещё две гляделки: маленькие, розоватые, почти бесцветные, с горошинами чёрных зрачков, которые попеременно то ярко вспыхивали, то снова гасли. Раздался невнятный шёпот. Странные типы смотрели ещё какое-то время. Потом заслонка захлопнулась, и вновь пещера погрузилась в полумрак.       Стояла ясная звёздная ночь. Было так тихо, что даже не слышалось малейшего шелеста листьев на деревьях. Подлунный мир замер.

***

      Утром Пламя проснулся в прекрасном настроении, полным сил и здоровья. А как же! Так и надо! В самый раз для трудной, но такой необходимой работы по вдыханию жизни в дорогую Пусечку. А как она потом начнёт переливаться радужными красками и скакать по пещере! Это же просто праздник — за ней наблюдать! Светлый Полдень до сих пор спал, но Пламени не терпелось приступить к процессу. Он ещё полежал немножко, не желая будить товарища, вот только ноги сами спрыгнули с лежанки и понесли создателя к заветной нише с детищем. Пламя наклонился и начал потихоньку гладить свою «малышку», нашёптывая ей ласковые слова и прозвища. Та как будто слышала и отвечала еле заметным подрагиванием корпуса.       Раздалось смешливое стрекотание Светлого Полдня:             — Пламя, похоже, ты никого в жизни так крепко не любил, как нашу Пусечку.       Тот поднял на друга сияющие глаза.             — Точно, не любил. А кого было любить-то?             — Ну, ты ведь старше меня, к тому же числился клановым охотником. Значит, самочки на тебя западали. Или нет?             — Может, и западали, да я на них нет! — весело застрекотал Пламя.             — Жаль, а мне вот показалось, будто тебе Ирис понравилась, — хитро подмигнул другу Светлый Полдень, усаживаясь на лежаке.             — Понравилась, не отрицаю, но разве я сравнюсь с твоим братцем Ониксом? Когда этот красавчик гулял с нами по выходным на Яутжа-Проксиме, так все самки враз от его вида млели. Только скромник их не замечал.             — Да, мой братец — яркий самец! — довольно улыбнулся Светлый Полдень.             — Вот и я о том же, — согласно кивнул Пламя.       Его товарищ опять откинулся на лежанку, подложил руки под голову и уставился мечтательным взглядом в потолок.             — Я чувствую, что если полюблю, то это на всю жизнь! Мне кажется, любовь уже бродит в моей крови и, словно водопад, готова вырваться наружу. А ещё чувствую, скоро со мной случится что-то особенное, которое перевернёт всё моё привычное существование. Я хочу этого всей душой и в то же время боюсь… — разоткровенничался Светлый Полдень.       Пламя посмотрел на него и покачал головой.             — Любить хорошо, если тебя тоже полюбят. Но когда только ты один станешь отдаваться чувству целиком, а в ответ получать обман или, хуже того, начнут тебя использовать для их собственных выгод, вот это неприятность, так неприятность! Врагу не пожелаю! Мой тебе совет: будь с самками поосторожнее. Твоё сердце сейчас открыто для любви, и тебя легко обмануть. Включай разум вперёд сердца, — серьёзным тоном посоветовал Пламя и тут же следом насмешливо застрекотал: — А ещё лучше, пусть самки за тобой бегают. Этих негодниц надо брать и драть, пока дают, без всяких там сантиментов!       Светлый Полдень весело фыркнул и спрыгнул с лежанки.             — Ты прав! Нечего сейчас голову забивать всякими самками. Нас Пусечка уже заждалась.       Пламя задорно выдал:             — Ну их, этих самок, жёсткотелому под хвост! Наша Подружка нас никогда не предаст!       Светлый Полдень предложил:             — Пламя, давай сейчас сделаем дыхательную гимнастику, поедим мяса, а после сразу приступим к нашему делу.             — Давай! Тащи покрывало и стели на камни.       Друзья уселись рядом, зажмурились и мерно задышали, стараясь отвлечься от посторонних мыслей. Минут через двадцать они усилили вдохи-выдохи. Наконец, раскрыли веки. В глазах отражался полный покой и отрешённость от всякой суеты. Потом они встали и неторопливо съели несколько ломтей мяса. Подкрепившись, изобретатели подошли к Машине, подняли её на руки и осторожно положили на пол посередине покрывала. Затем сами разделись и буквально обвили обнажёнными телами выпуклые бока металлического корпуса с обеих сторон. Свернулись в клубок вместе с шаром, плотно-плотно. Закрыли глаза и замерли.       Прошло полчаса — ничего не поменялось. Самцы не двигались. Протянулось ещё какое-то время ожидания. Вдруг по серой оболочке компактного аппарата побежали первые золотистые змейки энергии. И вот, наконец, уникальное детище засветилось разными цветами! Яркие всполохи света то сплетались, то вновь разбегались по всей поверхности. Тела напарников мелко затряслись, чешуйки на коже вздыбились, пальцы рук судорожно сжались и снова болезненно расправились, жвала стукнулись друг о друга. Однако создателей ничто не волновало. Они впали в состояние нирваны и всецело отдались собственному порождению.       Так миновал ещё час. Машина уже вовсю сияла радужными красками со всевозможными оттенками. Она наполнилась жизненной силой своих создателей, стала их частью и продолжением. Размеры шара увеличились вдвое. Детище выскользнуло из крепких заботливых объятий, взлетело под потолок и выпустило голубой луч, который окутал молодых самцов лазурным сиянием. Казалось, они лежали без сознания. Узкая полоска света скользила по их обессиленной плоти. Спустя какое-то время напарники вздохнули и медленно открыли веки. В мутных глазах сквозила бесконечная усталость. Тогда сверкающая сфера распалась на множество разноцветных шариков, и те проворными стайками устремились к измученным друзьям. Маленькие помощники ласково прикасались к их ослабленным телам, стараясь вернуть хотя бы небольшие частицы энергии.       Это действие сработало: самцы сели, а затем встали на ноги и медленно побрели к лежанкам. Сфера стронулась с места и вдруг приняла форму широкого стола. На сверкающей столешнице лежало мясо, приготовленное с вечера. Напарники довольно застрекотали и не спеша принялись есть. Когда вполне насытились, они легли и с интересом уставились на уникальное создание. А эта Подружка не заставила себя долго ждать! Внезапно она разделилась на маленькие эллипсы, и те посыпались дождём с потолка. Словно расшалившийся щенок, Машина металась по пещере и раз за разом всё больше входила в азарт от своих умопомрачительных затей! Друзья заливались громким смехом от проделок весёлой резвушки. И вдруг не выдержали, вскочили и вместе с ней запрыгали по просторному помещению!             — Наша деточка смеётся, я слышу в голове её задорный смех! — радостно стрекотал Пламя.             — Я тоже слышу! — восторженно вторил ему Светлый Полдень.       Стены искрились в тон с красками разыгравшейся Подружки. Создатели носились по залу за своей Машиной, и казалось, что веселье никогда не кончится! Но вот их бренные тела налились усталостью, друзья свалились на лежанки и моментально заснули. Машина ещё немного полетала, потом погасла и неподвижно зависла над полом в нише.       Пещеру охватила полная тишина и темнота. Все спали. Слышалось только сонное ворчание Пламени да вздохи уставшего друга. Машина Времени свернулась в небольшой серый шар.       Так прошло несколько часов. Близилась ночь.       Внезапно в каменной стене образовалась щель, сквозь которую пробивался неяркий свет. Вот узкий проём начал понемногу расширяться и, наконец, раскрылся полностью. В освещённом прямоугольнике застыла стройная женская фигура в обтягивающем синем костюме. Длинные волосы лунного цвета пышными волнами спускались по плечам незнакомки. Лазурные глаза мягко мерцали. Тонкие черты лица выдавали её принадлежность не к расе яутжа. Эта красивая девушка была представительницей народа арианцев с уничтоженной планеты Ариана, чьи обитатели почти все погибли во время столкновения с космическими хищниками. Небольшая часть уцелевших арианцев поселилась на планете Эверио. Кто эта чудом спасённая дева и что она делает на Альтанусе? Ведь здесь никогда не бывали её соплеменники, а только живут гуманоиды с пёсьими головами. Хоть здешние туземцы разумны, однако пройдёт немало времени, прежде чем они уверенно встанут на путь прогресса.       Инопланетянка несколько минут молча смотрела на спящих изобретателей и вот кого-то тихо позвала. Рядом возникло странное существо. На вид рослый статный самец яутжа с серебристым чешуйчатым телом. Ребристый гребень увенчивал его голову. Длинные отростки чёрной гривы рассыпались по плечам этого существа, но его белое продолговатое лицо с большими голубыми глазами и без привычных жвал напоминало физиономии уманов. Так всё-таки, кто эти двое? Пока загадка. Неизвестная пара ещё немного постояла, потом проход закрылся и унёс с собой секрет.