На крыльях Времени

      Звуки ритуальных завываний и тамтамов проникали в каменную спальню через щели запертой двери. Упорно пробивались сквозь мрак забытья больной арианки и отдавались гулким набатом в тяжёлой голове. Райда разомкнула потрескавшиеся губы — живительная влага тонкой струйкой полилась в пересохший рот. Чьи-то заботливые руки аккуратно убрали спутанные пряди волос с лица и теплее укутали дрожащую в лихорадке измученную плоть. Стало легче дышать. Несчастная арианка только вышла из беспамятства, как вновь провалилась в теперь уже благодатный, спокойный сон. Спала она долго, очень долго. Но вот с глубоким вздохом приоткрыла тяжёлые веки. Кровавые прожилки густо пронизывали белки отёкших глаз. Всё тело ломило, и не хватало сил даже подвигать конечностями. Кости таза и ног казались вывернутыми из суставов. Хотелось умереть, чтобы не чувствовать этой мучительной тянущей боли внизу живота… Кожа горела, как будто её сдирали заживо.       Страдалица протяжно застонала. Сразу же над ней склонилась красная морда манака, которая выглядела очень опечаленной. Такая бывает у доброй домашней собаки, когда та терзается вместе с хозяином. Грустные жёлтые глаза сочувственно смотрели. Арианка слегка пошевелила губами. Манак осторожно застегнул ей на запястье браслет-переводчик и прикоснулся к предмету.             — Что хочет моя дорогая госпожа? — участливо позвучал голос неожиданного помощника.       Райда с трудом тихо прохрипела:             — Кто ты? Расскажи мне всё.             — Меня зовут Ре. Я из племени манаков, как ты наверняка догадалась по моей красной коже, прекрасная арианская дева. Я невольник. Занимаюсь разной работой, какую велят. Ты удивлена, почему меня не съел Великий Номбо? Должно быть, я оказался ему не по вкусу, — тихонько засмеялся краснокожий раб.             — Как долго я болею? — прошептала она еле слышно.             — Двое суток не приходила в себя. Думал, что не выживешь.             — Жалко, что выжила, — с горечью выдохнула Райда.             — Нельзя так говорить, дорогая госпожа. Ты очень молода и ещё будешь счастлива! Поверь, я знаю, что говорю.             — Откуда ты можешь знать? — попыталась она улыбнуться распухшим ртом.             — Я не всегда был рабом. Соплеменники меня почитали как хорошего знахаря и шамана, несли богатые дары. — Манак перешёл на шёпот: — Однажды, много-много лун тому назад, ночью на посёлок налетели эрлы и угнали всех жителей в рабство. Детей и стариков убили, самок замучили, участь молодых самцов решил Великий Номбо, ну а я остался. Так с тех пор и живу среди эрлов.             — А бежать не пробовал?             — Нет, манаки боятся всех, кто побывал у эрлов. Сильно опасаются мести. К тому же не хотят остаться без соков Отца Отцов. Только эрлы владеют эликсирами жизни и смерти.       Райде хотелось задать ещё и другие вопросы, но неожиданно на неё навалилась такая сильная усталость, что она не заметила, как провалилась в сон. Ре поправил покрывало, посидел ещё немного рядом и отошёл в уголок, чтобы устроиться там на облезлой шкуре до утра. Он остался доволен собой, ведь благодаря его знаниям трав и умелым рукам арианка выжила и очнулась. Теперь предстоял трудный разговор с Гардом. Надо выпросить у него сок жизни Великого Номбо, чтобы больная окончательно поправилась. Вождь мог убить Ре за дерзость, но отважный раб всё-таки рискнёт: жалко горемычную, ведь она так молода и прекрасна! С этими намерениями манак заснул.      

***

      Наутро Ре задумал осуществить свой план. Райда нуждалась в помощи, хоть и травами её лечил, но слабо помогало. Здесь необходим живительный бальзам двухголового ящера, а иначе начнётся воспаление, следом — горячка, и арианка погибнет. Поиздевались изуверы над несчастной и бросили. Манак знал, как жестоки эрлы к неугодным. Сам-то он чудом остался в живых.       Несколько лет тому назад совсем ещё молодой Ре славился среди собратьев как искусный знахарь и шаман. В одну из тёмных ночей эрлы круто изменили его судьбу вместе с соплеменниками. Манаков угнали в рабство, где постепенно всех зверски уничтожили. Ре тоже ждала участь превратиться в жертвенное мясо. Но произошло удивительное событие: Гард трижды ронял ритуальный меч, как только заносил над головой краснокожего шамана! Такой промах с вождём эрлов произошёл впервые! И тогда суеверный правитель, от страха нарушить запрет Великого Номбо, который явно подал знак оставить в живых этого манака, отказался убивать обречённого на смерть пленника и сделал своим рабом.       С тех пор Ре так и обретался в племени эрлов. Всегда тихий и скромный, исполнительный и доброжелательный, он не вызывал агрессии у заносчивых хозяев. Сейчас же ему предстояло невозможное: выпросить у Гарда эликсир здоровья. Всего-то нужно с небольшой флакончик, капать понемножку в тёплую воду, и Райда вскоре поправится. Снова с весёлым смехом умчится в лес гулять! Ре часто любовался, как арианка легко скользила между деревьями. Ему и самому не раз хотелось сорваться с места, броситься следом, вдыхая свободу вместе с ней. Но сейчас Райда безвольно застыла на убогом ложе, точно сломанная кукла, и никому до неё не было дела.               Ре осторожно крался по мрачному коридору и вскоре выбрался к ярко освещённой галерее, которая вела напрямую к апартаментам Гарда. Манак знал, что сильно рискует жизнью, ведь в этой части жилых пещер запрещалось появляться такому ничтожному рабу, как Ре. «А впрочем, ладно, может всё и обойдётся, надо попробовать. Тем более вчера проводился ритуал жертвоприношения. Вождь эрлов до отвала нажрался свежей требухи и теперь наверняка пребывал в благодушном настроении», — с такими мыслями Ре приблизился к спальне правителя. Через щель неплотно закрытой двери слышались голоса и томные стоны. Похоже, он пришёл не вовремя: властитель предаётся плотским утехам. Придётся подождать. Так даже лучше получится: после эротических забав Гард вообще расслабится и тогда наверняка снизойдёт до просьбы краснокожего невольника.       Ре спрятался за колонну и просидел там примерно час. Но вот из покоев больше не доносились громкие вопли страсти. Две наложницы выскользнули из дверей и побежали к своим товаркам. Значит, вождь сейчас один. Всё, теперь самая пора! Манак робко заглянул в щель приоткрытой створки. Гард вальяжно развалился в постели, на его спесивой морде отражалось явное удовольствие. Неожиданно взгляды эрла и манака встретились. Вождь в изумлении рыкнул:             — Что ты делаешь в моих покоях, презренный раб?       Ре вошёл в помещение и сразу повалился на колени:             — О, мой повелитель! Прости презренного раба, который дерзнул нарушить твой отдых. Прошу, не гневайся, позволь говорить. То, что я скажу, очень важно!       Гард повернулся на бок, подпёр башку рукой и с насмешкой поглядывал на краснокожего невольника. Редкий тип манаков! Как-то ухитрился прижиться в чуждом для себя обществе эрлов? Хотя Великий Номбо за него заступился, но говорят, Ре раньше шаманил, возможно, это и спасло пройдоху от смерти. Ведь Отец Отцов тоже ведун — предсказывает будущее, даёт советы, оберегает от несчастий. Правда, делает такое, если сам захочет: так вдруг войдёт в голову нужная мысль, когда не знаешь, как поступить. Значит, Достопочтенный послал подсказку, не оставляет детей своих без внимания. Ладно, пусть пока живёт этот ловкий манак — убить-то его всегда успеется!             — Говори, что тебе надо? — небрежно буркнул Гард.       В глазах манака вспыхнула надежда.             — Ты приказал привести арианскую деву в сознание. Я выполнил твой приказ, только она очень больна и слаба. Без живительного сока Великого Номбо будет долго болеть.       Властелин возмущённо фыркнул:             — Эта тварь недостойна вкушать живительный сок! Она посмела оскорбить Отца Отцов! Самки — живучие гадины, ничего с ней не случится.       Ре умоляюще протянул руки.             — Уверяю тебя, Повелитель, самка очень плоха.       Гард сердито рявкнул:             — Я слышал, ты был шаманом и знахарем, вот и лечи её сам! Сумеешь поставить сучку на ноги, хорошо, нет — пусть хоть сдохнет! Мне эта ничтожная чужеземка больше не интересна. А теперь убирайся, несчастный раб, и больше не смей показываться на глаза!       Вот только Ре не испугался и вновь подал голос:             — Прошу, Великий Вождь! Позволь ещё сказать!       Тиран в раздражении грозно зарычал:             — Как ты посмел вякнуть? Я приказал тебе убираться!       Смело глядя в глаза правителя, Ре не стронулся с места. Гард поднялся с лежанки и угрожающе надвинулся на манака, но тот неожиданно твёрдо произнёс:             — Скажу тебе правду, о Почтенный Вождь Эрлов. Сам Великий Номбо говорил со мной. Он велел вылечить чужеземку.       От этих слов эрл на несколько секунд замер, но потом встряхнул головой, словно отгоняя сомнение, и негодующе зарычал:             — Я не верю тебе! Не станет Отец Отцов говорить с жалким манаком. Эликсира жизни презренная самка не получит, поскольку вождю не пристало менять своих решений!       Ре опять смиренно склонил голову.             — Тогда позволь выводить её на свежий воздух. Дух пещеры плохо влияет на хрупкое здоровье арианской девы.       Гард в задумчивости провёл себе ладонью по морде, поскоблил тупыми когтями за стоячим ухом и, наконец, ответил:             — Раньше эта тварь меня недурно ублажала. Так и быть! Лечи её, ничтожный раб, выводи из пещеры на воздух. Пусть жарится сучка на солнце, сколько влезет. Я разрешаю! Если тебе удастся вернуть ей здоровье, снова сделаю своей наложницей. Только вначале пусть искупит вину. Заставлю арианку лизать мне ступни и скулить от восторга, а я пну эту стерву в морду! — грубо захохотал Гард.       Ре гневно блеснул глазами, пальцы крепко сжал в кулаки, но он быстро справился с собой и потупил взгляд.             — Благодарю тебя, господин. Ты очень добр!       Властелин нетерпеливо махнул рукой.       Манак выскочил из апартаментов повелителя и бросился по коридору восвояси. Он бежал, не переставая думать о тревожащих проблемах: «Подлый Гард! Не будет по-твоему. Я обязательно найду выход!»       Внезапно Ре остановился, да так резко, что чуть было не влетел в стену ближайшего поворота. Его осенила прекрасная мысль: «Как я мог забыть про Раска? Этот эрл такой ленивый — всегда норовит переложить свои обязанности на других».       Много раз старательный невольник работал за белоснежного лодыря, и теперь тот доверял манаку и даже слегка благоволил. Глупый белошкурый пёс как раз отвечал за чистоту в пещере Отца Отцов. А если учесть нерасторопность горе-работника, значит, посудины до сих пор вряд ли вымыты — и на их стенках наверняка найдётся несколько капель живительного эликсира! Снова набирая скорость, Ре кинулся вниз по галерее, преодолел ещё три зала, пока не оказался у входа в покои Великого Номбо и осторожно заглянул в проём.       Возле озера на золотистом песочке растянулся бездельник Раск. Грязные ёмкости из-под соков Благодетеля лежали небрежно брошенными неблагодарными потомками. Как раз то, что надо!       Ре проскользнул в помещение и с добродушной улыбкой приблизился к скучающему эрлу.             — Приветствую тебя, Раск! — начал краснокожий невольник.       Эрл нехотя скосил на него один глаз.             — И тебе привет.             — Что, сегодня много работы навалилось после вчерашнего?       Раск лениво перевернулся на живот и недовольно проворчал:             — Ты ведь сам видишь: до вечера не справлюсь.       Ре притворно скорчил сочувственную гримасу:             — Да, вижу. Тут не только до вечера, но и до следующего утра не хватит времени, чтобы навести порядок.       Лежебока снова распластался на спине и закрыл розоватые гляделки, явно не желая продолжать разговор.             — Хочешь, помою за тебя чаши? — с готовностью предложил манак. — Я пока свободен и могу помочь. Ведь ты всегда относился ко мне по-доброму, а я помню хорошее!       Эрл живо поднял веки и кинул на манака заинтересованный взгляд. Затем сел и строго спросил:             — Говоришь, тебе нечем заняться, дармоед? Так я враз подкину работёнку! А ну-ка быстро хватай горшки и начинай мыть! Да хорошенько постарайся, чтоб блестели! После выловишь весь мусор у кромки воды и подметёшь пещеру. А я пойду займусь другими делами, поважнее. Ты же знаешь, я не привык бездельничать.       С этими словами Раск вскочил и бросился бегом из зала. Ре тихонько засмеялся вслед: «Скоро косточки глупого оболтуса окажутся в озере».       Дальше, не теряя времени понапрасну, краснокожий лекарь вынул из сумки на поясе флакон и маленькую деревянную лопатку. После чего перевернул белую посудину и водрузил её на днище. Внутри на стенках чаши осталось немного светлых капель живительного эликсира. Обрадованный Ре начал осторожно соскребать вещество в широкое горло бутылочки. Так постепенно удалось насобирать половину склянки. Этого мало для полного излечения арианки, но поставить её на ноги точно удастся. А потом солнце, свежий воздух и настои целебных трав помогут вернуть Райде утраченное здоровье!       Бережно спрятав добычу в складках одежды, Ре приступил к работе. Примерно часа через два он окончательно справился с делами и, очень довольный собой, отправился в комнату подопечной больной, где в углу на коврике устроил себе временное пристанище.       Райда не спала. Она неподвижно лежала, уставившись пустыми глазами в потолок.       Заботливый помощник приблизился к постели и осторожно присел рядом на расшатанную скамью.       Арианка перевела на лекаря тусклый взгляд и бесцветным голосом спросила:             — Где ты так долго ходишь, добрый манак? Без тебя мне было очень одиноко.       Он грустно улыбнулся.             — Спасибо, прекрасная госпожа, что вспомнила о простом рабе.             — Не говори так. Ты не раб, а такой же пленный, как и я. Сейчас кроме тебя у меня никого нет во всём мире. Прошу, не бросай меня, Ре… — прошептала Райда, и слёзы потекли по её бледным щекам.             — Нет, нет, госпожа! Ты не одинока. Ты ещё будешь очень счастлива! Верь мне! Я шаман! — взволнованно вскричал отзывчивый манак.       Несчастная арианка приподняла уголки губ и прикоснулась к его руке.             — Пожалуйста, не называй меня госпожой. Зови попросту Райдой. Мы с тобой равны, и не надо меня возвеличивать.       Ре расплылся в доброй улыбке.             — Хорошо, Райда!             — Мы с тобой друзья, — продолжала она. — Своей постоянной заботой ты возвращаешь меня к жизни.             — Спасибо, мне приятно тебе помогать, — вежливо произнёс туземный лекарь и вдруг забавно подмигнул: — Райда, хочешь, я для тебя раскину камешки, и ты увидишь своё будущее?       В её глазах блеснуло любопытство.             — Как это раскинешь камешки?             — А вот сейчас узнаешь! — весело воскликнул Ре и отправился в угол, где хранилась облезлая шкура, что выполняла роль постели. Порывшись в небольшой котомке, манак достал маленький чёрный мешочек, в котором что-то тихонько гремело. Затем вернулся к постели арианки и высыпал на покрывало штук десять серой морской гальки.             — Вот смотри, — обратился к Райде шаман, — я раскладываю камешки в таком порядке, а ты думай о том, чего желаешь узнать больше всего.       Райда уставилась в пространство затуманенными глазами. В голове замелькали эпизоды прошлой жизни, когда были живы брат и сестра. Неожиданно перед мысленным взором всплыл образ нового знакомого — того влюблённого яутжа с нежным сердцем. Арианка светло улыбнулась, вспоминая его искренний взгляд: «Вот тот герой, кто по-настоящему умеет любить!» И вдруг её неудержимо потянуло разрыдаться у славного юноши на плече, поделиться с ним всеми своими горестями и невзгодами.             — Райда, посмотри на камешки! — вывел её из задумчивости голос Ре.       Она взглянула и увидела, что морская галька из серой превратилась в ярко-красную.             — Что ты сделал, Ре? Это такой фокус?! — удивлённо воскликнула Райда и впервые после перенесённых мучений негромко засмеялась; золотистые искорки засветились в бирюзовых очах арианки.             — Ничего не делал, — развёл руками честный предсказатель. — Я сидел на этом месте и даже не шевелился. Камни поведали, что тебя очень любит тот, о ком ты сейчас вспомнила. Он обязательно тебя найдёт и поможет!       От таких ободряющих слов бледные щёки арианки чуточку порозовели.             — Да-да, он меня любит и ждёт. Я тоже это чувствую…       Добрый лекарь протянул Райде сосуд с водой, куда добавил несколько капель живительного эликсира.             — Выпей это и постарайся заснуть. Завтра тебе станет лучше, мы выйдем из пещеры на воздух — там светит солнышко, ветер приятно шелестит листвой, сладко пахнет цветами! Ты отдохнёшь в тени деревьев, а я посижу рядом.       Райда приняла лекарство, поудобнее устроилась в постели, устало вздохнула и провалилась в крепкий сон, который нёс ей здоровье и надежду на счастье.       Ре свернулся калачиком в своём углу и вскоре тоже засопел.