Sacrifice

- Завод правда есть. С этих слов Хенджин начал свой рассказ, и, допустим, я уже верил ему. - Некоторые люди, синтетики, думают, что попасть туда – большая радость или удача, вот только это чушь и бред. - Синтетики? Это как? – непонимающе я отстранился от спинки дивана. - Это как…Мы с тобой. Живём от провода. Без подзарядки не можем. Но существуют другие люди. Они могут жить за счёт своей энергии. Главное научиться вырабатывать свой собственный ритм. Например, в танце. Раствориться в нем, наполнить движения смыслом. Научиться управлять не только своим телом, но и разумом. Я знаю таких людей, поддерживаю с ними связь. - Откуда ты их знаешь? - Сейчас это не совсем важно. Есть закрытые клубы, я знаю, как туда попасть. Дело в том, что… – он на секунду замялся – Я хочу уберечь отца. Он уже пожилой, и я боюсь, что его отправят на Завод. Я не уверен, что там происходит, но точно знаю, что после этого никогда его больше не увижу. После этих слов он ненадолго замолчал. - Так ты считаешь, этому можно обучиться? Можно стать такими, как те люди? - Нет, не совсем… Всё немного сложнее. Старейшины считают, что такими рождаются. И я думаю… Мы могли бы сходить в такой клуб, попробовать станцевать. - Что? – от удивления я даже немного вздрогнул – Пойти туда? К тем, другим? – волнение внутри меня нарастало. - Ликс, послушай меня. Я сразу почувствовал в тебе что-то особенное. Я танцевал с другими, их ритм был сбивчивый, нечеткий. Ты умеешь правильно собой управлять. И за год работы не допустил ни единой осечки. Даже я ошибался, дважды. - Ты не рассказывал… Я даже не знаю, как это все… – я замялся в противоречивых чувствах. - Я буду с тобой – его ладонь успокаивающе накрыла мою – Станцуем вместе. - Но… Как же это проверить? Мы должны что, не подзаряжаться перед этим? – мне становилось откровенно не по себе – Иначе как мы узнаем, можем мы прожить без подзарядки или нет? - Именно так. Пойдем без подзарядки – его хладнокровия меня поражало – Я не пробовал делать это раньше. Я хочу подстраховаться. Мы оба должны получить премию. Мне обещали на следующей неделе. Значит и ты получишь. Мы сейчас примерно на одинаковых условиях. Если что-то пойдет не так и основной пакет сгорит, мы используем дополнительный. Никаких рисков. - А для чего нам вообще куда-то идти? Мы сами никак не можем это проверить? - Нет. Во-первых, в клубах есть специальные мембраны, подсоединённые к динамо-машинам. Они впитывают энергию танца и заставляют колёса вращаться. Во-вторых, нужна оценка старейшин. Они чувствуют настоящую энергию как никто другой. - Ох… Вот это ты меня загрузил – я устало потер виски и глаза – Пойдем, у нас 10 минут до подзарядки. Я не хотел больше слышать об этом. Всё, в чем я сейчас нуждался – это моя доза. Да, черт возьми, доза синтетической искусственной энергии. Я хотел получить её как никогда сильно. Подсоединив шнуры и повязав манжетки, мы оба ждали – на этот раз уже не отсчитывая секунды. Кажется, в этот раз меня размазало сильнее обычного, и я отключился на добрых полчаса. Очнулся уже лёжа на кровати, свернувшись в позе эмбриона. Отчего-то в комнате было слишком прохладно – осмотревшись, я заметил открытое настежь окно и Хенджина, сидящего возле него, в одной майке. - Что такое? Тебе снова жарко? – я подошёл ближе, переставляя окно на проветривание. - Да. В этот раз доза была какой-то… Мощной. Я уселся на диван, а Хенджин подполз поближе ко мне, оставаясь сидеть на полу. Примостив голову на одной ноге, он мечтательно стал поглаживать моё колено. - Ты нарочно надел эти шорты? Знаешь же, что у меня слабость к твоим коленкам. Я опешил. Конечно нет, я этого не знал. Он поднял на меня глаза и улыбнулся какой-то новой улыбкой из своего арсенала – она была хитрой и игривой, с легким прищуром – он явно затевал какую-то шалость. В подтверждение моим мыслям, он слегка коснулся моего колена губами. Один раз, затем настойчивее, поглаживая при этом мою лодыжку с обратной стороны. Мне стало щекотно и жарко. Он продолжал покрывать поцелуями одно мое колено, затем другое, потом и вовсе совершил небольшой путь наверх – оставив несколько влажных следов на внутренней стороне моих бёдер. Мое сознание вновь поплыло. Очевидно, мне было сложно справляться с новыми ощущениями. Я подался вперед, обхватил обеими руками лицо Хенджина и потянул на себя. Он приподнялся на коленях, оказавшись меж моих разведенных ног. Мне захотелось увидеть его лицо перед собой – поэтому я так сделал, а Хенджин, по всей видимости, увидел в моём жесте какой-то иной умысел. Потому что в следующую секунду он плотно прижал свои губы к моим. Я замер. Бабочки в животе бились в агонии, а еще у меня бешено заколотилось сердце. Почувствовав мою панику, Хенджин отстранился, присел рядом со мной на диване и стал гладить мои волосы, постепенно переходя на уши, скулы и щеки. - Ты такой очаровательный – какое забавное слово – Такой невинный… – он шептал эти слова со всей нежностью, легонько очерчивая подушечками пальцев мое лицо. Я постепенно немного успокаивался. - Хочу тебя поцеловать – он выдохнул мне где-то в районе уха, а затем потёрся лбом о моё плечо – Можно? - Я не знаю, как это делается – я нервно улыбнулся – Но думаю, да. Не мешкая, Хенджин принялся покрывать мелкими поцелуями мои щёки, нос, глаза, и наконец, дошёл до губ. В этот раз он задержался на них дольше, постепенно углубляя поцелуй. Наши руки в это время блуждали по телам друг друга, я сделал то, о чём подумал еще пару недель назад – запустил ладонь под его майку и наконец смог ощупать твердые мышцы его спины. Как я и ожидал, она была крепкой, а кожа мягкой и упругой. Целуясь, я старался делать всё то же, что и Хенджин. Он приоткрыл рот – я следом за ним, он стал касаться своим языком моего – я ответил ему тем же. Мне было горячо и мокро, кажется, каждый нейрон моего мозга взорвался от огромного выброса эндорфинов и я сосредоточился лишь на одном – отвечать на ласки Хенджина так долго, как получится, исступлённо сталкиваясь с ним языками и поглаживая нежную кожу на его пояснице. Мои шорты стали казаться мне тесными, а свитер начал колоть разгоряченное тело. Я поспешил избавиться от него, оставшись в домашней футболке. Тогда Хенджин, довольно хмыкнув, принялся обцеловывать мою шею, открывая во мне еще больше чувствительных мест, о существовании которых я не догадывался. Он гладил мои бедра, поднимая ладонь всё выше и вдруг легонько коснулся меня между ног, из-за чего я сдавленно выдохнул, прерывая наш поцелуй. Затем мы оба вздрогнули от сигнала включения динамо-машины, ее экран загорелся и осветил комнату блёклым синим экраном. - Не понял – я поднялся с дивана, попутно отгоняя от себя дымку нахлынувшего возбуждения. - Как она включилась? От чего? – Хенджин последовал за мной. - Я и сам не знаю. Может я хорошо покрутил педали после подзарядки, я выпал на полчаса и не помню, что происходило. - Очень странно… – он потёр глаза – Пойдем спать. Засыпали мы снова в обнимку. Я долго елозил и не мог уснуть, а Хенджин отключился практически сразу. Утро было хмурым и бессолнечным. Выпив синтетический кофе и пролистав свежую газету – я сам не знаю, зачем брал её из почтового ящика, – я вновь уставился в окно на серые громоздкие тучи. Статья пестрила фразами вроде «Работай честно – получи энерго-пакет», «Не покупайте энерго-пакеты у случайных перекупщиков» и всё в таком роде. Я вспомнил вчерашний разговор, когда Хенджин проснулся и пришёл ко мне на кухню. Вид его босых пяток вызвал во мне очередную щемящую неконтролируемую волну нежности, от которой я подорвался с места и поспешно расцеловал его сонное лицо. - Так какой у нас план? – я вдруг осознал, что очень хочу поддержать Хенджина, даже если эта затея казалась непонятной и нехарактерной для меня. - Ну, для начала ждём запаску. Думаю, на неделе поступит. Потом пойдём в клуб и зажжём там как следует – он сделал несколько глотков кофе – Хотя, с ребятами я могу познакомить тебя и раньше. Может, сходим сегодня? Только к четырем часам вечера мы вышли из дома, с пылающими щеками и губами после долгих поцелуев и объятий. Тихонько накрапывал дождь, Хенджин взял меня за руку и повёл в неизведанный – свой мир.