ice in your eyes

Неужели всё-таки оттолкнула?.. Три секунды длились словно вечность. Лёд в глазах Тодороки… Этот взгляд был устремлён на Хотидзуми, которая впала в ступор, не понимая происходящего. Что произошло с этим юношей за эти несчастные несколько часов? Сглотнув ком в горле, Мина неуверенно произнесла: — Привет, Тодороки. — Ага, привет, — без какого либо интереса ответил парень. Всего три секунды он уделил однокласснице и продолжил есть собу. У Хотидзуми пропало всякое желание говорить с ним. А почему нет? Если он не хочет с ней общаться, то всё бессмысленно. Девушка натянула привычную улыбку и обратилась к Ииде и Мидорие, которые лицезрели данную картину: — До встречи в классе! — Увидимся! — с тёплой улыбкой ответил Мидория, а Иида, слегка улыбнувшись, кивнул девушке. Всё таки, Мидория неплохой парень. Пусть он пока не обладает такой физической силой как, к примеру, Бакуго, он невероятно силён духом. Такие люди мотивируют. И, если Хотидзуми не подводит её интуиция, Урараке вроде как нравится Мидория. Но парень этого упорно не замечает, хотя сильно смущается, когда Урарака ему звонит или находится слишком близко. Смущение Мидории как отдельный вид искусства. Из-за румянца на лице сильнее выделяются милые веснушки. Он начинает запинаться и слегка паниковать. Короче говоря, картина заставляет умиляться не только Хотидзуми, но и остальных девушек в классе. Мина вместе с Цую даже думали над тем, чтобы постепенно начать сводить Изуку и Урараку. А почему, собственно, и нет? Однако, посчитав, что это личное дело обоих, девушки решили не мешать им. Сами как нибудь справятся. Хотидзуми, раздумывая над этим в течении всего обеда, совсем пропустила мимо ушей всё, что рассказывали ей одноклассницы. Из мыслей девушку вывел телефонный звонок. Увидев, кто ей звонит, на лице у Хотидзуми появилась тёплая улыбка. Мама. Давно они не общались. Хотидзуми Азуми — мать Мины. Она невероятно сильная женщина, которая смогла одна воспитать дочь. Так уж получилось, что отец Хотидзуми погиб 9 лет назад от рака желудка, когда девушке только исполнилось 7 лет. В первое время было очень тяжело. В финансовом плане у семьи Хотидзуми всё было в порядке, но вот моральное состояние обеих… Мина до сих пор помнит, как мама, склонившись над уже мёртвым папой, горько плакала. Помнит, как она умоляла его не оставлять их. Помнит, как врачи накрыли отца белой простыней и попросили покинуть помещение. Мина помнит всё до единого. Это был апрель. Маленькая Мина, сорвав подснежников, направилась вместе с мамой в больницу, чтобы навестить отца. Вот только он так и не увидел этих подснежников… Хотидзуми подняла трубку и услышала до боли родной голос. У них мамой всегда были очень тёплые отношения. — Привет, мам! Как ты? — Доброе утро, Мина! Вот, соскучилась по тебе, давно мы с тобой не виделись… — грустно проговорила Азуми. Все эти 9 лет они поддерживали друг-друга, стараясь заполнить образовавшуюся пустоту. Не желая расстраивать дочь, женщина поменяла тон на более весёлый. — Лучше расскажи, как ты там? Никто не обижает? Как здоровье? — Не переживай, мам, все отлично, — у Мины в груди образовалось тепло от материнской заботы. Даже если она будет при смерти лежать в медпункте, она не расскажет об этом маме — не хочет, чтобы та переживала. — Здорова, как бык. Кстати, скоро у меня будет стажировка, и, думаю, я бы смогла вырваться на день-два домой. — Это же просто замечательно! — Мина на другом конце трубки почувствовала, как у мамы появилась широкая улыбка на лице. — Напишешь, в какой день приедешь, мне нужно будет подготовиться! — Обязательно, — засмеялась Хотидзуми. Именно этого ей не хватало в последнее время. Мама — самый близкий человек Хотидзуми. Они вместе годами строили отношения уровня «лучшие подруги». Конечно, были разногласия и даже ссоры, но они помогали девушкам лучше понять друг-друга. Этот короткий телефонный звонок поднял настроение Хотидзуми и она уже не помнила про холодного Тодороки. Вообще, зачем она так за него цепляется? С этими мыслями девушка зашла в класс и, даже не обратив внимания на соседа по парте, села на своё место. Она настолько воодушевилась этим звонком, что не замечала ничего вокруг. Даже изучающего взгляда Тодороки. Он буквально на секунду взглянул на одноклассницу, но, заметив ее искрящиеся от счастья глаза и улыбку на лице, он немного задержал свой взгляд на ней и задумался: неужели она рада тому, что он начал к ней относиться холодно? Или же благодаря тому телефонному звонку она сидит такая счастливая? Решив, что это всё-таки не его дело, Тодороки вернулся к занятиям. После всех уроков Айзава сенсей оповестил учащихся о классном часе. Зайдя в класс вместе с Бакуго, учитель Айзава проверил количество учеников в классе. Отметив, что все в сборе, он начал рассказывать про стажировки. Изучая список возможных стажировок, Хотидзуми обрадовалась, увидев в нём Хосу-сити, район, в котором она жила. Решено, стажировка будет проходить именно там. Сказав об этом учителю Айзаве, Хотидзуми отправилась в общежитие: нужно как можно скорее закрыть долги по учёбе, чтобы они не мешали ей на стажировке. Время за учебниками пролетело очень быстро, посмотрев на часы, Мина со вздохом поняла, что опять пропустила ужин. — В принципе, я не так уж и голодна. Лучше дождусь, пока все лягут спать, потом перекушу. — решила Хотидзуми и продолжила делать уроки. Осталось сделать формативную работу по пройденному материалу, который дал Айзава сенсей. » — Который час? Пол второго ночи?! «О Господи!» — с ужасом подумала девушка и решила выпить энергетик, дабы не уснуть. В висках сильно кололо, доставляя Мине дискомфорт. Аккуратно спустившись на кухню, девушка решила сделать себе бутерброд, заодно выпить таблетку от болей в голове. Тишина. Всё же, хорошо, когда все спят и никто не стоит над душой, подумала Хотидзуми, нарезая помидор и сыр. Однако, девушка услышала за собой шорох и замерла. Почему именно сейчас? Не дай Бог Бакуго… Мина молилась всем Богам, чтобы этот таинственный «кто-то» просто прошёл мимо и не обнаружил её. Вроде все стихло. Пронесло. Однако, девушка не шевелилась, решив подождать пару минут. — Ночной жор? Продолжай, чего остановилась? Девушка вздрогнула и выронила банку энергетика, благо закрытую. Обернувшись, она обнаружила прямо за собой сидящего за столом Тодороки. Как? Что он тут делает? И как он так незаметно смог войти и сесть за стол? — Ты что тут делаешь? — поднимая левую бровь, поинтересовалась девушка. — Значит, отвечаешь вопросом на вопрос? Хорошо. Мучила бессонница и я решил выпить воды. А ты? — А я решила перекусить, пока занимаюсь, — честно ответила Хотидзуми, делая глоток энергетика. — Серьёзно? В пол второго ночи? — Всё же, я хочу быть максимально подготовленной к экзаменам, поэтому, почему бы и нет? — Я надеюсь, что ты не злоупотребляешь этим? — Тодороки вопросительно взглянул на тонкую руку одноклассницы, которая держала бодрящий напиток. — А? — сначала не поняла Мина, но потом, проследив за взглядом Тодороки, до неё дошло, о чём он. — А, ты об энергетиках? Выпиваю не больше двух банок в день, всё нормально. — потирая сильнее заколовшие виски, беззаботно сказала она, прекрасно понимая, что две банки каждый день — слишком много. Но какая ему разница, они ведь даже не друзья, вроде как. — Многовато, это вредно для здоровья, — задумчиво проговорил Тодороки. — Ничего, переживу как нибудь, — тем же тоном проговорила она. Чёрт, голова начала болеть сильнее, а ведь Хотидзуми так и не выпила желанную таблетку. Поставив табуретку ближе к кухонному гарнитуру, девушка встала на неё под изучающий взгляд одноклассника. Пошатнувшись из-за головокружения, Хотидзуми схватилась за шкаф, давая себе буквально пару секунд для того, чтобы успокоить головную боль. Она достала из аптечки две таблетки от головной боли и запила их энергетиком. Да, вот это комбо. Прибрав за собой кухню, Хотидзуми взяла в руки тарелку с бутербродом и энергетик и обратилась к Шото: — Если ты не против, я пойду. Голова просто раскалывается, но нужно поскорее закончить. — Спокойной ночи. — Угу, спокойной, — не успела договорить девушка, как новая пульсация одарила её очередной болью, заставив зажмуриться. Она, стараясь не шуметь, начала дышать глубже, стараясь унять головокружение, ведь с ним подняться по лестнице будет довольно-таки сложно. — Может тебе помочь? — Не стоит, я справлюсь. Секунду. — Давай, если ты упадешь на лестнице, ты всех разбудишь. Почему ты постоянно отказываешься от моей помощи? — Потому что я не такая слабая, какой ты меня считаешь. — А с чего ты взяла, что я считаю тебя слабой? — усмехнулся Тодороки. Действительно, почему? Может быть, потому что ты начал холодно относиться к девушке после того, как она показала слабость? Кстати, стоит ли говорить об этом? — Честно говоря, я не понимаю, почему ты мне помогаешь. Мы ведь с тобой вроде как даже не друзья… Но я решила, что это из моральных принципов, но после того взгляда в столовой… стало очень жутко. Ну я и подумала, что он — результат слабости, которую я тогда показала, за что мне очень стыдно. — Хотидзуми всё же решила не молчать и выяснить всё сейчас. — На самом деле, ты поступила очень даже смело, когда ответила Бакуго. Не каждый способен на такое, — помолчав секунд 15, произнес Тодороки. Он не смотрел на Хотидзуми, поэтому прочитать его эмоции было сложно. Внимательно рассматривая стакан с водой, словно пересчитывая количество молекул в нём, Шото молчал. — Не стоит стыдиться этого, всё в порядке, не думаю, что ты упала у кого-нибудь в глазах — скорее, наоборот. Идём, я помогу тебе дойти до комнаты, — встав со стула, Тодороки подошёл к однокласснице и подставил её локоть, дабы дать поддержку. Он сначала хотел сам взять её за талию, чтобы было удобнее, но посчитал, что это будет неправильно и некрасиво — трогать девушку без её разрешения. Тодороки старался избегать трогать девушек в открытых и не только местах без острой на то необходимости, так как уважал их самих и их личное простанство. Хотидзуми пошатнулась и схватила одноклассника за локоть, чтобы не упасть прямо на него. Если бы сейчас не было так темно и не было этой головной боли, девушка бы заметила, что на лице у Шото появился лёгкий румянец. Осторожно поднявшись по лестнице, он провёл Мину до её комнаты и сказал, чтобы она не засиживалась долго, ибо ради учёбы не стоит так рисковать здоровьем и режимом сна. Она невнятно угукнула и, опять пожелав однокласснику спокойной ночи, заперла дверь. Таблетка постепенно начала действовать и теперь Хотидзуми могла трезво оценить то, что сейчас произошло ну и, конечно же, сделать формативную работу. Что это было? Сам Тодороки Шото проводил её до комнаты?

— Не стоит стыдиться этого, всё в порядке, не думаю, что ты упала у кого-нибудь в глазах — скорее, наоборот.

Не думаю, что ты упала у кого-нибудь в глазах… Значит ли это, что у него тоже? Вполне возможно. Какой же он всё-таки загадочно сложный, впрочем, как и все люди на этой планете. Хотидзуми легла на кровать, собираясь спать, однако из её головы не вылезала одна мысль: Тодороки так и не объяснил свой холодный взгляд и остраненность в школе…