Искушение

      — Прекрати, — из последних сил говорил суккуб, пока демон выбивал из его лёгких воздух, чуть ли не до искр.       — Ты сам понимаешь, что не могу, — под вынужденные стоны холодно ответил демон, восседавший сверху. Он бесстрастно оглядывал тело суккуба, которое было до невозможности худым. Сильные руки демона за считанные секунды могли сломать его колени, за которые он крепко держал его, продолжая вбиваться в и без того поддатливое тело.       — Сэммюэль, прошу… Нгх!.. Я не хочу больше так… Не надо, — суккуба всего трясло. С его глаз уже катились горькие слёзы, которые он упорно прикрывал худющими руками. Он устал от всего этого. Устал от своей сущности. От своих потребностей… Чтобы выжить, ему приходилось часто подпитываться чужой жизненной энергией. И, конечно, всё это проходило через постель.       Демон, сделав ещё пару сильных толчков, излился внутрь. Опять… Опять такое наплевательское отношение. Лишь бы удержать ту связь, за которую так держался демон. И всё же эти ненавидящие тёмные глаза были словно бездна. И сейчас, даже она отталкивает его. Демон, встав, вышел из комнаты, даже не удовлетворив последнего. Суккуб с тёмно-алыми крыльями на спине, почти чёрными, приподнялся, накидывая порванную рубашку, попутно вытирая льющиеся слёзы обиды и горечи. Нельзя было сказать, что Сэммюэль о нём заботится. Демон его искренне ненавидел за то, что его насильно отправили в эту академию, сослав подальше и заставили жениться на суккубе, при этом ещё и парне.       Из-под кровати вылез маленький упырёнок, весь дрожащий. Взлётев с третьей попытки, присел на плечо сидящего суккуба, прижимаясь, будто утешая.       — Эрик… Если бы я мог хоть чем-нибудь тебе помочь, — тихо и утешающе проговорил летающий мышонок, — Эрик, дотронувшись до макушки, погладил своего друга, печально улыбнувшись. Суккуб уже давно хотел попрощаться с этим миром. Даже, если бы это значило умереть от энергетического голода. Упырёнок сильнее прижался к шее своего хозяина, чувствуя тревогу.       — Мых, всё в порядке, правда. По крайней мере из-за этого гада продержусь ещё несколько месяцев, — на глазах вновь показались слёзы, а нижняя губа дёрнулась. Но парень быстрым движением вытер влагу рукавом рубашки. Он не хотел, чтобы его муж приезжал вновь и спасал его от ментального голода. Снова… Но тут его глаза засияли от пришедшей идеи. Он резко встал, из-за чего Мых не удержался и плюхнулся на кровать.       — Эрик, что с тобой?       — Мых, не держи на меня зла, — произнёс суккуб, доставший из-под своей кровати мел, который он своровал из академии и свечи, которые еле-как обменял у одногруппника на другую вещь. Чёрная магия была запрещена, но сейчас суккубу было не до этого. Возможно, и дальше будет не до этого. Он хотел давно это сделать, но никак не решался пойти на этот рискованный шаг, который стоил ему жизни. Призвать проклятый дух ради мести, при этом отдав ему свою жизнь. Ему собственная жизнь была ни к чему. Ничего светлого в ней не было, даже одного лучика. Хотя…у него был очень хороший друг, который ничего не понимал и сидел на кровати в недоумении. Но Эрик считал, что с него достаточно.       Нарисовав на полу магический круг, похожий на сложную пентаграмму, достал потрёпанную книгу из-под пола. Если бы её увидели преподаватели, то ему бы светила только жизнь в темнице… Хвост суккуба метался из стороны в сторону от волнения, хоть это и означало его погибель и нахождения его души во тьме, он не будет колебаться.       — Эрик! Нет, не позволю! — Мых взлетел и начал царапать своими когтистыми лапками руку, чтобы тот бросил чёртову книгу. Но суккуб, лишь ласково посмотрев, отмахнулся так, что упырёнок влетел в стену и больше не двигался.       Эрик, взяв нож, начал делать неглубокие надрезы на своём запястье, попутно что-то шепча на другом, каркающем, языке. Затем, поставив руку над серединой пентаграммы, держал до тех пор, пока кровь немного не стечёт по руке в центр и не окропит рисунок. Теперь, взяв в руки книгу, начал читать то, что там написано. Через мгновение комнату озарила вспышка яркого света и парень упал замертво на пол. Книга выпала из его рук, а свечи молниеносно потухли, как и его короткая жизнь.

***

      — Свет, тут ещё у тебя ошибка и вот это переделай, — указывал начальник на недостатки в работе девушки.       — Хорошо, Виктор Сергеевич. Будет сделано, — с тяжким выдохом ответила девушка, поняв, что ей сегодня опять не удасться пораньше уйти.       И вот она опять задерживается на работе. А ведь обещала брату быть на его дне рождения вовремя. Сделав последний рывок, доделала работу и побежала в магазин. Даже подарок не приготовила, ведь планировала отпроситься. И вот последние сбережения говорили безвозвратное «пока», когда пропиликал сканер для штрих-кодов.       — Он давно мечтал об управляемом роботе, нужно поспешить, — у девушки был младший брат. Он был болен раком, находившийся на последней стадии. Все уже давно утратили надежду на его излечение, даже сама Света. Но она хотела сделать жизнь брата более красочной, чтобы его мечты успели сбыться и он ушёл без сожалений. Его одна мечта уже была исполнена, когда родители его одноклассников скинулись ему на поездку в его излюбленный город Санкт-Петербург. Сейчас, и даже тогда, он не мог ходить, поэтому тогда его носил на руках отец. Света жила с родителями и братом. Ведь на женитьбу ни времени, ни денег не было. Света уже смирилась и все силы отдавала работе и семье.       — Братишка, — протянула девушка, когда, наконец, вошла в комнату брата. Вечерело, но девушка знала, что ещё рано и её брат не спал. Но почему-то притворялся, накинув на себя одеяло. Обиделся.       Присев возле него, девушка погладила его по голове вдоль роста бывших волос.       — Никит, я же знаю, что ты не спишь…       — И что? Ты обещала прийти, когда здесь будут ещё бабушка с дедушкой, а теперь они уехали! — обиженно фыркнул Никита, накрывшись одеялом с головой.       — Никит, так сложились обстоятельства, я пришла, как только смогла, — из угла выглядывала пухлая женщина лет сорока, не меньше. Светлана посмотрела на неё с неким укором. Мама, поняв намёк, ушла на кухню.       — У тебя всегда работа на первом месте… — донёсся ворчливый притихший голос из-под одеяла.       — Нет, поверь. Смотри, что я тебе принесла! — девушка вытащила с шорохом из пакета коробку с управляемым роботом.       Брат даже не шолохнулся.       — Ну-ка, прекратить хандру! — девушка, взяв парня за подмышки, подняла, пару раз крякнув от его тяжести, покружила и вновь усадила на кровать. Парень, смеясь, оттолкнул сестру, когда та начала его душить обнимашками. — Как твои ноги?       — Правая так и не слушается. Левая так же… Смотри, чуть поднимается, — продемонстрировал парень, чуть подняв носок.       Девушка тяжело вздохнула, но всё же под пристальным взором брата опять натянула улыбку и вручила свой подарок. Брат же, восторженно ойкнув, принялся за распаковку.       — Спасибо, Светка! — приобнял он растерявшуюся сестру.

***

      — Ну как он? — спросила мать, когда девушка вышла из комнаты.       — Успокоился, — кивнула Света.       — Ой, Свет. Что делать-то? Врач приходил, сказал, что надо его уже в больницу отправлять… — тихо всхлипнула мать. Света проследовала за ней на кухню. На столе стоял недоеденный салат, печенье, конфеты и торт.       — Присаживайся дочка, покушай. Устала, наверное. Опять начальник завалил? — девушка лишь кивнула отцу, усевшись на своё любимое место.       — Когда его собираются в больницу класть? — спросила Света, взглянув на маму.       — Мы попросили оставить его хотя бы ещё на два дня. Но они разрешили остаться лишь сегодня, из-за дня рождения.       Девушка больше ничего не говорила. Здесь слова были излишни. Да и чем они могут помочь в данной ситуации? Отправившись в свою комнату, тихо заплакала, пряча лицо в подушке.

***

      — Светка… — на другой стороне послышалось шмыгание. — Никита… — девушка сбросила вызов. Внутри осталась лишь пустота. Находился Никита там меньше недели, но даже по голосу матери можно было определить, что случилось. Света дрожащей рукой притронулась ко рту, закрывая, чтобы не закричать на весь офис. Из глаз рекой полились слёзы, перед глазами мелькал тот маленький мальчик лет пяти, который постоянно дразнил её и играл с ней. Но сейчас ему навсегда останется девять.....       Девушка, осев на пол, зарыдала. Пусть он всегда был надоедливым и приставучим, но она всё же любила это солнышко, которое всегда ждало её дома. К ней сразу поспешили на помощь сотрудники, спрашивая «Что произошло?», но Света лишь могла отчаянно мотать головой.       Когда её отпустили с работы пораньше и дали успокоительное, она, наконец, пришла в себя. Даже небо издевалось, согревая своими лучами заходящего солнца.       — Лучше бы сейчас пошёл дождь, не так бы паршиво было, — девушка вытирала подступающие слёзы. Ком в горле сдавил единственный проход для воздуха. Поэтому голос получался скрипучим, часто срываясь на высокие ноты.       Дошла она до дома в сумерках. Небо лишь остывало от ярких красок заката.       — Ты где была, я тебе уже столько раз звонила! — подошла мать с красными от слёз глазами, беспокойно смотря в родное лицо. Девушка опять не могла ничего сказать. Внутри всё выгорело. Теперь было на всё наплевать, хотелось заснуть и никогда не просыпаться. Девушка отвернулась, пройдя в свою комнату. Она понимала, что приёмным родителям сейчас и так нелегко и она причиняет своим поведением только боль, но сейчас она не хотела, чтобы они видели её такой. Света легла на кровать, сняв лишь пальто и сапоги в коридоре, провалившись в глубокий сон.       Девушке вновь снился сон про статую в парке. Этот сон снился ей на протяжении многих лет. Помимо этого снился другой мир и какой-то незнакомец… Но всё начиналось с заброшенного места, где и стояла та статуя. Но почему-то с тех пор, как по этому месту стало ходить много людей, все обходили эту статую стороной. Света слышала с детства, когда её удочерили, всякие страшилки про эту статую. Что, мол, несколько раз её выкрадывали, но она каждый раз обнаруживалась на одном и том же месте, где и была.

***

      Мальчика похоронили через три дня, как и положено. Света так и не переодевшись, в чёрном платье и платке, всё же решила пойти к тому парку. Поначалу парк был людным, даже слишком. Маленькие дети тыкали пальцем, спрашивая о таком наряде родителей. Те же смотрели на неё с сочувствием, объясняя своим детям. Некоторые просто решили не обращать внимания. И вот она свернула с тропинки, проходя мимо кустов, отодвигая жёсткие ветки рукой. И перед её взором предстала та статуя, которая была во сне. Это был парень со свисающими ангельскими крыльями на спине и в одеянии, похожее на греческое. В одной руке этого ангела был посох похожий на скипетр, или же наоборот. Девушка прошла несколько шагов, оглядывая данное творение.       — И почему это место заброшено? Странно… Я, конечно, во всё это не верю, но… — коснувшись ручки посоха, бесстрастно прошептала Света, но посмотрев по сторонам, она закрыла глаза и сложила руки в замок.       — Пусть с моими родителями всё будет в порядке. Хочу, чтобы брат обрёл покой и… — девушка открыла глаза, не зная, как преподнести просьбу. — Думаю, эгоистично это просить, но я бы хотела оказаться как можно дальше от этого всего. Если мои желания исполнятся, то я уверую, — наконец, закончив, она ушла оттуда. Было странное чувство, будто за ней следила сама статуя, отчего она шла, оглядываясь.       Света не хотела возвращаться домой, поэтому пошла в гостиницу. Теперь ей деньги тратить не на что, разве что на калитку для могилы брата… Девушка лежала так некоторое время, обдумывая дальнейшие действия в её жизни. Она была благодарна приёмным родителям, что вытащили её из детского дома. Она бы хотела отплатить им сполна, но даже не могла показать им своих истинных эмоций. С детства она была необычным ребёнком, со взрослыми мыслями. Но сейчас она просто хотела сбежать от всего этого. Она будто не принадлежала этому месту. Будто, её жизнь сплошная ошибка. Закончив на такой мрачной ноте, она перевернулась на бок, как вдруг её сердце пронзила адская боль. Дыхание перехватило, она даже не могла выдохнуть воздух. В глазах помутнело и резко затошнило от боли.       — По… мог… ите, — тихо, почти шепча, попыталась прокричать она, но голос выходил сиплым и немощным. В грудь будто вонзили нож, в области сердца. Света судорожно вдыхала и выдыхала воздух, находясь на грани истерики. В глазах всё померкло и, закрыв глаза, полностью легла на пол. Света не могла сейчас ни о чём думать. Но, если бы могла, то наверняка разозлилась, проклиная несправедливую жизнь, и одновременно обрадовалась, предвкушая встречу с братом в том мире. Она не верила во всё это, но так хотелось верить… Действительно, дилемма. Сквозь пелену в глазах она увидела человеческий силуэт. После этого боль медленно уходила и наступал блаженный сон.       «Пожалуй, умереть сейчас было бы неплохо, если бы не было так больно…» — последние мысли промелькнули у неё в голове и также быстро угасли в пучине растворившегося сознания.

***

      — Дитя, открой глаза, — сказал чистый мужской голос и девушка так и сделала. Перед ней не было ничего, кроме ослепляющего света. Глаза резало от непривычки.       — Где это я?       — Ты здесь.       «Это я уже поняла, но где именно?!»       — Кто ты? Где находишься? — прикрывая глаза рукой, спросила Света.       — Я нигде, и всё же, я здесь, — голос начинал раздражать с каждой секундой.       — Долго надо мной издеваться будешь? Отвечай нормально, а? Это похищение?       Когда девушка привыкла к свету, убрала руку, отчего вскрикнула.       — Отвечай, куда ты меня привёл! — терпение начало заканчиваться.       — А ты не помнишь? Ты же умерла, — после этих слов зазвенело в ушах, а в голове начали прокручиваться воспоминания девушки. Она ошеломлённо открыла рот, нервно вдыхая.       — Хах, а это уже не смешно… — Света провела рукой, откидывая свою чёлку назад.       — Тут и не было ничего смешного, — голос прозвучал плавно и спокойно.       — Я в чистилище? В раю? Так где я? Отвечай уже что это за место! — в отчаянье крикнула девушка.       — Можно сказать, это развилка. А точнее, просто пустота. Можешь считать и чистилищем. Если ты не утратила свои воспоминания, это проблематично, Света.       — Ты хоть представишься? Или хотя бы покажись, будь добр— буркнула та, и перед девушкой тут же предстал тот образ из статуи. Ожившей, красочной статуи. Света отшатнулась, щурясь, будто не веря своим глазам. — Ты же!..       — Да, вот он я, Святой Михаил, рад знакомству. — перед ней стоял светловолосый парень с крыльями на спине, со стеклянно-голубыми глазами. Лицо до кукольного идеальное. Похожий силуэт она видела перед смертью. Только вот он был размыт.       — Что теперь со мной будет? Я так здесь и останусь или меня ждёт реинкарнация? — девушка раньше увлекалась подобной темой, читая разные статьи и романы про перерождение.       — Если честно, я и сам не знаю. Однако, если ты сама захочешь выйти из этого места, то ты сможешь это сделать. Но то, что ты, попав сюда, помнишь свою прошлую жизнь… Это доставит не одну проблему. Вначале, попади сюда кто-нибудь другой, я проверял его чистоту души, а затем отправлял на перерождение или в чистилище. У меня не было ещё подобных случаев, что я не могу оценить душу человека. Но, по правде говоря, у одного ангела случалось второе такое явление… — вспоминая что-то, закончил Михаил.       — Не знаю, теперь мне всё равно где быть..... Я даже с родителями повидаться не успела, да и друзей у меня не было до этого. Я посвящала всё работе и семье… Возможно ли вернуть меня в прежнее тело?       — Если ты хочешь оказаться погребённой заживо, то можно. Но ты попадёшь уже к другому ангелу, и, возможно, что уже без воспоминаний.       — Тогда останусь здесь. Всё равно здесь я ничего не чувствую… Ни боли, ни голода, даже тепла… — девушка показательно себя ущипнула и даже не поморщилась.       — Это твой выбор. Либо ты сойдёшь с ума, либо же начнёшь растворяться тут. Из-за пребывания здесь, твоя душа начнёт рассеиваться и ты не получишь второго шанса на вторую жизнь.       — Мне уже всё равно, — девушка легла, отвернувшись от ангела и закрыла глаза. — Стоп, Святой Михаил, это значит, что мой брат тоже перероди… — но никого уже не было рядом.

***

      Она не знала как долго она уже в этом месте, но Михаил оказался прав, её левая рука начинала медленно растворяться, пропуская белый свет, который был везде. Она снова лежала в позе звезды, ожидая, когда всё вокруг прекратится, как вдруг воздух рядом начал сгущаться и темнеть, образуя чёрную вату, состоящую из дыма.       Девушка не сразу её заметила, но почувствовала себя странно. Она почувствовала… холод? Но здесь же ничего нельзя почувствовать… Девушка встала и начала отходить от этой дымки, как нечто вдруг замерло, преображаясь в Никиту. Света двумя руками прикрыла открывшийся рот и начала медленно подходить, едва переставляя ноги.       — Света… — голос был другим. Как только девушка это осознала, попыталась отойти от странного видения. Но Никита вновь образовался в чёрную дымку и, как бы странно не звучало, поглотила её.

***

      Pov от лица Светы       — Эрик, Эрик! Приди в себя! Умоляю, не покидай меня… — я услышала хныканье около своего лица и чувствовала лёгкую боль на шее от чего-то явно острого. Приоткрыв глаза, не увидела того слепящего света, но какой-то зверёк перед моим лицом просил не уходить в тот мир.       Стоп, зверёк? Просил? Хотя после того ангела нечему было удивляться… Может ли быть, что после того приступа я просто повредила рассудок и лежу в больнице с галлюцинациями? Привстав, поняла, что этот гад всё время держался за мою шею и теперь, видимо, оторвал там мясцо другое.       — Замолчи, и без тебя голова раскалывается… — простонала я, дотронувшись до своей головы. Мои волосы?! Они короткие! Что за ерунда?! Хотя, и спереди что-то тяжести нет… Пожамкав свою недогрудь, поняла, что её нет. Вот это пиздец. Ощущения были приглушёнными, но всё же отчётливыми. Теперь окончательно пришла в себя. Я была в незнакомой мне комнате, а рядом сидела перепуганная летучая мышка. Летучая мышь?! Я заорала, что есть мочи, кидая в это зверьё всё, что было под рукой.       — Да кто ты? Эрик? Что с тобой? Ты забыл меня? — кричал мышонок. Бешеный какой-то, если говорит! И также бешенно уклоняется. Стоп, если существо разумное, то можно договориться, я не трогаю его, а он не трогает меня.       — Слушай, о каком Эрике ты говоришь? — перестав кидаться вещами и чуть успокоившись, спросила я, всё ещё держа какую-то увесистую книгу, готовясь на случай чего, прихлопнуть эту тварь.       — Ты потерял память? — упырёнок не устоял на ногах, как только сказал это, присев.       — Да нет, я Света. Я лишь хочу спросить, где я, — голос дрогнул. Дожила! Ангелы, девушка без груди, говорящая и разумная летучая мышь! Хотя, я даже в своём поле не уверена, ведь что-то увесистое болталось и тянуло между ног.       Не успела я добавить хоть ещё что-нибудь, как услышала грохот со стороны двери.