Искушение

      — Что это вы делаете с моим мужем?! — голос стал надломленным и хриплым, когда увидел Сэма с множеством разных трубок, которые не были материальны. Что-то светящееся перетекало из его тела в какую-то кристалическую сферу, которая тоже светилась. Рядом с ним стоял пожилой мужчина. Судя по его одеянию, это и был король. Рядом стояла ещё пара мужчин, более молодых, в халатах. Возможно, те были учёными или исследователями. Значит, стражи здесь немного, на моё удивление. Только вот сейчас меня больше беспокоил сам Сэм, нежели все, кто спокойно смотрел на то, что с ним делают. А зрелище было поистине жутким.       Я попытался прорваться вперёд, но меня тут же остановили гвардейцы. Они всё это время стояли в тени? Будет не так-то просто освободить Сэма, хоть я даже бы не стал надеяться на успех.       — Пропустите его, — подал голос старик и стража тут же ослабила хватку, убрав ещё и оружие. А я кого-то из них пихнул локтём.       — Сэм… — мой голос звучал так жалобно, что я сам его не узнал. Тот так и не открыл глаза. Я понял, что до него сейчас было не достучаться. Из него будто выкачивали энергию и я это чувствовал с помощью нашей приобретённой связи. Даже если бы у меня не было этой метки, то я бы всё равно не хотел бы делать вид, что ничего не заметил. Но и на рожон бы не стал лезть, как сейчас. Это всё та истинность, нельзя обманывать себя. Однако, при виде его у меня что-то внутри ёкало и что-то предательски сжималось, словно тиски не давали покоя. Я непроизвольно протянул руку, поглаживая того по щеке.       — Так и знал, что он никому ничего не сказал об этом. Вот и хорошо. И ты тоже никому не скажешь, иначе не посмотрю, что ты его супруг.       Я кивнул, стиснув зубы. В моей голове улетучивались все те отголоски о вопросах, что же с Сэмом делают. Вместо этого хотелось прижаться к нему сильнее, защитить, прикрыть своим телом. Но спустя некоторое время колебаний всё же поинтересовался:       — Что с Сэмом? Это вы его так изматываете?! Что это за трубки?! — с каждым вопросом голос становился яростнее. Эта зависимость играет свою роль, а также подталкивает нас обоих к неизбежной пропасти.       — Спокойно! Будешь мешаться, выход всегда там, — включился один из учёных, как я предполагал.       Последовав его совету, я старался успокоиться, насколько это было вообще возможным. Но когда я снова смотрел на Сэма, гнев вспыхивал ещё сильнее. Я сейчас не мог справиться с эмоциями.       — Объясните уже наконец, что здесь происходит! Если об этом узнают снаружи? Вы ведь убиваете этим Сэма, вы не понимаете?       — Он сам виноват. Не следовало ему развивать свою способность. Окажись всё по-другому, он бы сейчас здесь не торчал, — грозно, но с толикой спокойствия бросил отец Сэма, так и не удостоив меня больше взглядом.       — Какую ещё способность? Вы можете объяснять нормальным языком?!       — Ты, видимо, память потерял? Никогда не наблюдал этого за тобой, — старик наконец посмотрел на меня с разочарованием. — Ладно, так и быть, освежу твою память. Способность управлять разумом живого существа. Он может сломать человека, задавить. Или же наоборот излечить. Например, от какого-нибудь психического расстройства, — в темноте, освещаемой лишь магией, которая высасывала какую-то способность, глаза старшего демона блеснули беспокойством. Он боится?       — Вы это из него выкачиваете? — я ужаснулся. Но даже так, они не имеют право это делать. Я отчётливо чувствовал нить жизни Сэма, которая тлела со временем, оставляя во мне странные и неизвестные доселе чувства.       — Ты сообразительнее, чем я думал.       — Значит думать — это не ваше. Отпустите его! Он же ваш сын! Вы разве не беспокоитесь за него совсем? Если считаете, что он несёт угрозу, то есть много других способов обезвредить его этот дар!.. Если только вы…       — Не грубите ему!..       — Всё в порядке, — остановил его Вольфхилл. — Ты абсолютно прав, мне нужно присвоить его способность.       — Но так же нельзя! Вы его убьёте, как вы не понимаете! — я, скрипя зубами, схватил его за воротник на эмоциях, встряхнув. Старик ведь знал, что это убьёт его сына, но ему было всё равно. Сэм… Сейчас, как никогда, я чувствовал его состояние. Он будто находился в коме, которая скоро прервётся. А всё это из-за его отца, ищущего во всём выгоду. Отвратительно…       Король поднял руку в останавливающем жесте гвардейцам, готовым обезвредить меня, а следующим действием взял меня за рога, хорошенько встряхнув. Так, что у меня в ушах зазвенело, да и показалось, будто рога сейчас отвалятся. Никогда бы не подумал, что мои рога — два моих врага.       — Как думаешь, они послушаются твоего или моего приказа? — король кивнул на стражу и на учёных. — Сэм — мой сын, он подчиняется мне. Это его долг, а твой долг — следовать за своим мужем и ни в чём к нему не приставать. Мы согласились на этот брак ради договора и из жалости к твоей сущности. Только вот твой отец договор-таки нарушил, — он был прав насчёт второго. Как я выяснил, суккубов в этой стране не очень жаловали. Поэтому после того, как мать Эрика родила наследника, её сослали на юг. А ведь она тоже суккуб. А вот о жалости к моей персоне я узнал впервые, как и о договоре.       — Кто говорил, что мне нужна подобная жалость? Тем более ваша?! — схватил его за руки, которыми он держался за мои рога и посмотрел ему прямо в глаза. Иногда, когда на тебя напали, нужно быть увереннее и агрессивнее, чтобы сбить противника с толку. Это выиграет тебе немного времени, чтобы скомбинироваться. А вот на договор между ним и моим отцом мне было до лампочки. Отец сам виноват и я не испытывал к нему ничего, кроме отвращения. Теперь он бессилен.       — И всё же, ради этого герцог Кроули пожертвовал своей половиной имущества. А всё ради чего? Чтобы навредить нашей семье. Возможно, не стоит исключать, что ты их последователь и пытаешься сейчас навредить нам? — эти слова меня ошарашили. А ведь у них есть все основания подозревать меня… Я как-то задумывался об этом, но ничего не предпринимал, из-за моих мирно-текущих дней. Теперь понятно почему они сослали нас с Сэмом в ту глушь. Да и рабочих, наверное, приставили и отбирали сами, только чтобы за нами присматривать, не затеваем ли мы чего.       — Хорошо. Я сделаю так, как вы скажете. Но при условии, если Сэм умрёт, то ваши слова воплотятся в реальность. И уж поверьте, что в следующий раз план не потерпит провала, а вас я больше защищать не стану, — король выпустил меня из своей хватки и я поспешил к выходу, стиснув кулаки. Тело рвалось обратно, к Сэму. Но нужно было пересилить себя и мирно предотвратить этот ужас.       Ехал домой я без настроения. Мых же остался там, предупредив, что вернётся через несколько дней. Хоть у кого-то с личной жизнью всё в порядке. Правда, я очень ненавидел ту зависимость внутри меня, которая оставляла глубокие царапины в моём сердце. Я еле-как вышел оттуда, повернувшись спиной к демону. Моему демону…       Глаза постепенно закрывались, сколько я ни пытался их удержать открытыми. Темнота застелила всё вокруг и даже звуки стали отдалёнными.       Пришёл я в себя уже утром. Надо же. Период моего сна увеличился, как и усталость во всём теле. Плохо.       Сэма не было. Сердце забилось быстрее. Нужно срочно найти его. Казалось, если не найду, то станет совсем невыносимо. Спускался по лестнице, как в первые годы моей жизни. Ноги не сгибались, норовя подкосить тело хозяина и тем самым навредить.       Время будто замерло, когда я увидел Сэма на кухне, завтракающим.       — Сегодня никуда не идёшь? — облегчённо выдохнул, схватясь за сердце. Обычно в это время он уже выезжал. А сейчас был одет как-то по-домашнему, да и вид у него был умиротворённый. Повезло.       — Да. Так что сегодня у меня своеобразный выходной, — махнув в неопределённую сторону, тот отпил из своей кружки. Я же присел завтракать. Аппетита вообще в последнее время не было, но передо мной стояла цель — сделать это тело нормальным, пусть это и плохо получалось.       — Что сегодня с тобой с утра? — оторвавшись от своей еды, тот задумчиво посмотрел на меня.       — А что не так? — прожевав какое-то неизвестное мне блюдо, не стал смотреть ему в глаза, всё так же ковыряясь в тарелке.       — Странно себя ведёшь… Торопишься куда-то. Да и интересовать тебя стало, нахожусь я дома или нет.       — Не обольщайся, это всего лишь действие той метки, — хах, неужели он подумал, что я за него волнуюсь?! Но если бы он сказал, что я влюбился было бы ещё то зрелище. Смешно! Да кто в здравом уме будет создавать с ним отношения? Ну подумаешь, эти притягивающие глаза… Совсем эгоистичный характер… Хотя, в то же время заботливый… Стоп! О чём это я сейчас думаю?       Я не обратил внимания на то, как мы уже несколько минут пожирали друг друга глазами, будто войдя в некий транс. Вышли мы, когда мимо прошла одна горничная и мы тут же сосредоточили своё внимание на завтраке, стараясь больше не смотреть друг на друга.       — Какие планы на сегодня? — наконец спросил я, уже сопровождая его на прогулке в саду, где всё ещё чинили ограду и приводили в порядок угодья.       — Вначале ты ответь. Как ты себя в последнее время чувствуешь?       — Нормально.       — Не ври, — его строгий голос заставил вновь посмотреть на него. Да он меня словно сканировал! Однако, этого следовало ожидать, если я тоже чувствую его состояние.       —… Если честно, то ужасно. Это из-за моей сущности? — вновь посмотрел на него, остановившись перед ним.       В подтверждение моих слов, он кивнул, о чём-то попутно размышляя. Мне же открылся вид на место рабочих. Те усердно работали, стараясь сделать всё до заката. Но даже так, это не отменяло того, что сад в заброшенном состоянии. От такой прекрасной погоды меня разморило, захотелось спать. Только вот внезапно пришедшая мысль немного всколохнула меня.       — Тогда ответь на мой вопрос. Можем ли мы это сделать сегодня? — колеблясь, прошептал я, проклиная свою сущность. Вот ведь! Он даже не покраснел, а я тут как помидор стою вообще-то!       — Ты меня удивляешь с каждым днём всё больше и больше. В прошлый раз мне пришлось одалживать запасные ключи, лишь бы открыть твою дверь. Ты тогда хотел умереть, нежели опять со мной связываться. Тогда приготовься как следует, я отдам приказ, чтобы о тебе позаботились, — я и представления не имел как мы это будем делать, но кое-какие знания мне из того мира достались, как и частичные воспоминания Эрика. Нет, как это будет проходить, я представляю. Но кажется, что я буду последним бревном в этом деле. Сэм, наверное, уже давно догадался, что Эрика подменили, поэтому только и ждёт, что я сам признаюсь во всём. Только вот у меня пока нет в этом желания. Он посчитает меня сумасшедшим и сошлёт куда подальше… Но ладно, сейчас главное — остаться в живых.       Целый день я провёл в библиотеке, найдя совсем не безобидную литературу. Ну что ж, хоть где-то научусь этим подкатам и выкрутасам…       — Чёрт, — краснея и зажимая рукой рот, чтобы из него не вырвался писк, закрываю книгу и убираю куда подальше.       Я чувствовал небольшое давление снизу. А ведь это всего-навсего читательский роман с щепоткой эротических сцен.       Взглянув вновь в сторону книги, прочитал «Опасное и любимое воспитание тёмного господина».       — Кто такие книги вообще пишет? Их вообще читать невозможно! — я имел ввиду внутренние эмоции, которые так и распирали изнутри. Хотелось закричать на всю улицу из-за истерики. М-да, совсем я не устойчивый к таким штучкам. Даже представить страшно, что будет вечером…       — Что такое невозможное ты читаешь? — я вздрогнул от этого. Я был уверен, что здесь никого нет и Сэм занят своими делами. Ан нет, кажется, он решил прогуляться…       — Ничего, — спрятав книгу за спиной, мило улыбнулся. Так, как когда-то улыбался своему брату…       — Я так понимаю, что-то непристойное..... — он скрестил руки на груди, наклонившись и опершись о косяк плечом.       Угадал… Он экстрасенс или это так очевидно по моему лицу? Наверное, мой румянец сыграл последнюю роль. Его лицо тут же сделалось серьёзным.       — Скажи уже какое твоё настоящее имя. Не хотелось бы другого человека называть именем того, кого я не хотел видеть даже в последние мгновения моей жизни, — он всё же ненавидел Эрика?! За что? Почему у него такая судьба?! Стало очень обидно за обладателя этого тела… Настроение ухудшилось.       — И всё же тебе спать сегодня с ненавистным тебе телом, — если он действительно ненавидит Эрика, то и это тело должно тоже вызывать отголоски этих чувств.       — Значит ты уже признаёшь, что не являешься тем, за кого себя выдаёшь? Исходя из твоих слов, это и есть тело моего мужа, но при этом душа не его, — лукавая улыбка заставила вздрогнуть.       Я промолчал. Он и сам обо всём догадался, зачем ещё что-то добавлять? И он явно не рад этим переменам, хах.       — Действительно… Бред полнейший… — с его стороны послышался тихий смешок.       — Что тебя так рассмешило?       — Кажется, мне нравятся эти изменения в моей жизни, — он буквальным текстом сказал, что я нравлюсь ему. Или он другое имел в виду?       — Не заблуждайся… Это всё из-за истинности. По-другому быть не может… — стало очень тихо.       — Ты правда так думаешь? — голос был настолько серьёзным, что я немного испугался. Я даже не мог что-нибудь произнести, хотя нет, я не знал, что ответить. — Думаю, ты прав, — напряжение повисло в комнате, будто воздух наэлектролизовался и стало невозможно дышать. Я заметил движение с его стороны боковым зрением.       Он вышел в коридор, так и не произнеся больше ничего. Я всё испортил? Осел на пол, размышляя о своём. Тем временем надвигался вечер и избежать того события не получится…