И разразится буря, и разгорится пламя

the tempest, 0:29 спишь?

grim_dawn, 0:29 Да.

the tempest, 0:30 не будь засранцем! ты ответил моментально!

grim_dawn, 0:32 Случайно открыл диалог, когда клал телефон на тумбочку. Теперь жалею об этом.

the tempest, 0:33 просто признай, что ты соскучился

grim_dawn, 0:33 Мне пора идти спать.       Венти возмущенно орет в подушку и размахивает руками, как тюлень на суше. Кого Дилюк пытается обмануть? Даже последнему новообращенному в клане прекрасно известно, что Дилюк по ночам не спит – вершит правосудие на улицах Мондштада или грустно кукует в личной высокой башне в ожидании очередного дельца, которое позволит размять ему пожилые косточки. Дилюк называет это благим делом, Венти отвечает, что это придурь, которая запрещает им провести время поинтереснее, чем набивая морды несчастным вторженцам на территории клана.       Слава Великому прародителю, что у них есть интернет и прекрасная соцсеть InTeam [1] – благодаря этому чудесному сочетанию у Венти на руках есть полноценный карт-бланш на доёбы. По какой причине Дилюк не швыряет в него банхаммер в тот же момент, как Венти начинает свои обряды под кодовым названием «докопайся до Дилюка, а на следующий день попытайся убежать от большой огненной птички», остается загадкой для всех, даже, кажется, для самого Дилюка.

the tempest, 0:34 даже не интересно, что я задумал?

grim_dawn, 0:34 Нет.

the tempest, 0:34 а вот твое мнение мне не интересно, я все равно сделаю все по-своему

grim_dawn, 0:35 [одна прикрепленная фотография]       Дилюк присылает ему в ответ мем-демотиватор «нахуя а главное зачем» с кучей последующих вариаций [2], и Венти не сдерживает довольного хихиканья. Он переворачивается с живота на спину и задирает руки кверху, но телефон выскальзывает из пальцев и бьет Венти углом прямо в лоб. Он сдавленно матерится и потирает несчастную черепушку, а после заглядывает в экран. Дилюк все еще онлайн – об этом ясно оповещает зеленый кружок около его аватара, и мысль о том, что Дилюк ждет ответа, заставляет коварно улыбаться.       Венти сгребает с края тумбочки открытую пачку сухариков с чесноком и закидывает себе в рот щедрую горсть, затем запивает глотком сладкого красного вина и довольно облизывается. Дилюк набирает сообщение, и это заставляет Венти прикипеть взглядом к экрану. grim_dawn, 0:37 Ты опять жрешь свою дрянь?

the tempest, 0:38 хэй, то, что я люблю сухарики со вкусом чеснока, не означает, что они автоматически становятся дрянью!

grim_dawn, 0:39 Ты же вампир. Откуда в тебе вообще страсть к чесноку?

the tempest, 0:39 отпугиваю незадачливых ухажеров своим дыханием

grim_dawn, 0:39 Хм, не знаю, что волнует меня больше: то, что у тебя в принципе есть незадачливые ухажеры, или то, что ты причисляешь меня к их братии.

the tempest, 0:40 это нечестный прием

grim_dawn, 0:40 Я знаю.       Засранец! Венти несдержанно бьет ногой матрас и снова переворачивается на живот, но губы сами собой расплываются в широкой улыбке. Он прикусывает уголок наволочки и довольно мурлычет себе под нос, не скрывая хорошего настроения. Пальцы кружат над клавиатурой, пока Венти думает: чем сейчас занят Дилюк? Сидит ли он в любимом кресле на балконе, лежит ли в кровати так же, как и Венти, или, быть может, вытирает влажные после душа волосы полотенцем? Венти представляет широкий разворот плеч, мощную спину, капельки воды, стекающие по коже, и жмурится – фантазия всегда была лучшим его другом.       Он сглатывает слюну, наполнившую рот, и ведет кончиком языка по выпирающим клыкам – хорошая охота была позавчера, раз сумела удовлетворить его бездонный аппетит. Ох, он до сих пор с удовольствием вспоминает сладость, стекающую по глотке тягучей карамелью, и умопомрачительный запах лаванды и мяты, щекочущий ноздри, – до чего же было вкусно! И, самое главное, какими глазами Дилюк смотрел на Венти – дикими, полными первозданного огня, всетворящего, всепоглощающего; как целовал, впиваясь клыками в податливые губы; как слизывал капли вкусной, сладкой крови с щек и, дурея от близости и жара, скользил горячими руками под рубашку и порывисто сжимал бедра.       Экран загорается новым уведомлением, и Венти моментально прикипает к нему взглядом. grim_dawn, 0:42 Если тебе нечего добавить, то я пошел.

the tempest, 0:42 нет-нет-нет, подожди стой я же еще самого главного не сказал

grim_dawn, 0:43 Уже ухожу.       Венти спешно нажимает на значок записи справа от строки набора сообщения и томно мурлычет в микрофон, подпуская в голос хрипловатых ноток:       – Хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе?

the tempest, 0:43 [голосовое сообщение, 0:03]

      Улыбку – предвкушающую, знающую – ему уже не сдержать. Венти прикусывает костяшку, не переставая гипнотизировать экран взглядом. Анимация набираемого сообщения появляется и пропадает дважды, а Венти пытается представить, какое выражение лица должно быть у Дилюка в этот момент. Обнажает ли он клыки? Напрягается ли линия его плеч? Вспыхивают ли всепожирающим пламенем алые глаза? Живая фантазия Венти играет с ним злую шутку – под кожей прокатывается жар, и он невесомо проводит кончиками пальцев по кадыку и ключицам.       Венти лучше всех известно, что скрывается за маской надменного, горделивого аристократа. В конце концов, они по доброй воле разделяют друг с другом вечность, и было бы странно не изучить партнера за столь долгий срок вдоль и поперек. Венти в нетерпении взбивает ногами одеяло; секунды тянутся одна за другой слишком долго, пока Дилюк медленно набирает короткое сообщение. grim_dawn, 0:45 Хочу.

the tempest, 0:46 где ты сейчас?

grim_dawn, 0:46 Библиотека.

the tempest, 0:46 хочешь осквернить храм знаний?

grim_dawn, 0:46 Напомни, когда тебя в последний раз волновала сохранность моей библиотеки?       Венти радостно хихикает в подушку, закусывает уголок наволочки и вновь облизывается. Он прикрывает глаза, представляя Дилюка в его любимом роскошном кресле в самом дальнем углу библиотеки – удобно поджавшего под себя ноги, обложенного стопками книг, с ноутбуком на столе, в стильных очках в изящной оправе. Живое воображение прорисовывает огненно-красную гриву волос – мягких, как шелк, густых, легко пропускаемых сквозь пальцы, – высокие острые скулы и длинные музыкальные пальцы.       Венти уделяет особое внимание полным губам – ему на практике известно, как жестоки и нежны они могут быть. Волнующее тепло щекочет низ живота, и он нетерпеливо переворачивается на спину – представляет, как Дилюк в ожидании ритмично постукивает указательным пальцем по корпусу телефона, – а после блаженно прикрывает глаза.

the tempest, 0:47 я захожу в библиотеку и сразу направляюсь к тебе

grim_dawn, 0:47 Сижу за ноутбуком и работаю.

the tempest, 0:47 может быть, посмотришь на меня? на мне твоя рубашка я подхожу ближе к тебе и касаюсь твоей щеки отвлекись от своей работы посмотри на меня

      Дилюк в воображении Венти поднимает на него взгляд – нарочито спокойный, но с молчаливым предупреждением на дне алых радужек. Венти невесомо прикасается к острой скуле и демонстративно проводит кончиком языка по нижней губе, и тлеющие угли в глазах Дилюка вспыхивают ярче, распаленные ласковым дуновением ветра. Он пытается поймать его за руку, но Венти ускользает раньше, чем ему это удается, и танцующим шагом отходит на пару метров от стола.       В реальности Венти садится на кровати и тянется за микрофоном, подключает его к телефону – так звук в голосовых сообщениях будет куда чище. Поджимая ягодицы, он ощущает приятную заполненность и мурлычет, прикусывая костяшку на указательном пальце, а после игриво дергает себя за косичку и закидывает ее за плечо. grim_dawn, 0:48 Закрываю ноутбук. Смотрю на тебя.

the tempest, 0:48 я начинаю танцевать. медленно, плавно двигаясь по библиотеке

      В библиотеке пахнет свежими чернилами и старой бумагой – Дилюк любит коллекционировать редкости. Венти знает, что хорош – он прекрасно управляет собственным телом, двигаясь в такт лишь ему известной мелодии. Глаза у Дилюка темнеют, становятся жадными, пока его взгляд скользит по бледной коже живота, обнажающейся по мере того, как Венти слегка приподнимает полы длинной рубашки, демонстрируя больше, и тут же их опускает. Он превосходно умеет выдерживать грань между невинностью и разнузданностью, знает, как разжечь огонь желания и не позволить ему потухнуть, – привлечь внимание Дилюка непросто, но Венти справляется с этим на протяжении более двух сотен лет.       Свободная рубашка скользит по коже. В реальности Венти укладывает телефон на колено, ставит микрофон рядом и включает запись. Он подносит запястья ближе, застывает и расстегивает манжету – медленно, ведя кончиками пальцев по мягкой ткани, вынимает из петли одну мелкую пуговичку, затем вторую.

the tempest, 0:49 [голосовое сообщение, 0:11]

grim_dawn, 0:49 Иди сюда.

the tempest, 0:49 я подхожу, но не тороплюсь. медленно расстегиваю пуговицу за пуговицей

grim_dawn, 0:49 Хватаю тебя за руку и сажаю к себе на колени.

the tempest, 0:50 я тихо смеюсь и сажусь на твои колени но так, чтобы между нами было пространство кладу руки тебе на плечи поглаживаю большими пальцами ключицы

grim_dawn, 0:50 Приобнимаю за талию. Изучающе смотрю на шею, виднеющуюся под воротником рубашки.       Венти может почувствовать этот взгляд кожей – хищный, голодный, будто Дилюк в любой момент может вцепиться ему в шею. А он может – когда Дилюку сносит крышу, он на полном серьезе может отгрызть от Венти кусок и измазаться в крови. Дразнить Дилюка восхитительно – видеть, как выходит из себя вечно серьезный, невозмутимый вампир, доставляет Венти ни с чем не сравнимое удовольствие.       Он подтягивает микрофон поближе и садится на почтительном расстоянии от него, чтобы его чувствительности было достаточно для записи звуков.       – Позволь я разденусь, – мурлычет Венти. Он неторопливо расстегивает пуговичку за пуговичкой, смакуя каждое действие, и ведет пальцами вдоль шва. Тихий томный вздох; ткань соскальзывает с гладких плеч – одного, потом другого – и оседает на одеяло невесомым покрывалом.

the tempest, 0:51 [голосовое сообщение, 0:39]

      Венти представляет лицо Дилюка – как он обнажает клыки и хищно щурится. От него пышет жаром, тянет тщательно сдерживаемой силой и пахнет пеплом и пламенем – первозданным, голодным и опасным. Венти знает, как мастерски Дилюк обращается со своей стихией, – от одного лишь воспоминания бросает в дрожь, и он мечтательно жмурится. В низу живота змеей сворачивается тепло, но Венти даже не думает о том, чтобы прикоснуться к себе. grim_dawn, 0:51 Сними с меня рубашку. Хочу чувствовать тебя кожей.

the tempest, 0:51 на мне все еще есть штаны я не двигаюсь ближе к тебе расстегиваю твою рубашку поможешь?

grim_dawn, 0:52 Отодвигаюсь от спинки кресла так, чтобы вынуть руки из рукавов.

the tempest, 0:52 я откидываю рубашку в сторону

grim_dawn, 0:52 Прижимаю тебя, почти укладывая к себе на грудь. Глажу по спине и бокам. Целую.

the tempest, 0:53 я целую тебя в ответ обнимаю за шею и удобнее седлаю твои бедра

      Дилюк горячий, как печка, и в своем воображении Венти крамольно греет об него ладони, прижимая их к широкой спине. У Дилюка требовательные поцелуи – он умело ходит по грани между болью и нежностью, пока мучает губы Венти с помощью острых клыков и ловкого языка. Кожа Дилюка – целая карта шрамов всех видов и сортов; у него всегда дела с регенерацией обстояли на порядок хуже, чем у других. Венти прослеживает их пальцами, гладит крупные рубцы и едва заметные бледные полосы, затем разрывает поцелуй, припадает ртом к мощной шее и лижет выступающую венку.       Венти проходится по своему предплечью мелкими поцелуями – они едва слышны, но этого достаточно для того, чтобы микрофон их воспринял. Он не может прекратить закусывать и облизывать губы, а также подавить коварную, наглую улыбку.

the tempest, 0:53 [голосовое сообщение, 0:04]

grim_dawn, 0:53 Двигаю бедрами навстречу тебе. У меня стоит.       Венти несдержанно выдыхает, прочитав то, что жаждал прочесть, и игривая улыбка превращается в оскал. Ему легко представить солидных размеров выпуклость на штанах Дилюка и еще легче представить крепкий член с небольшим изгибом около основания – в каких только ракурсах Венти его не видел.       Он ложится на живот и трется всем телом об одеяло. Мягкий шов ощутимо давит на ноющий член, на ткани пижамных штанов расплывается неприятное мокрое пятно, липнущее к коже, и Венти тихо, проникновенно стонет – в микрофон, разумеется.

the tempest, 0:53 [голосовое сообщение, 0:01]

grim_dawn, 0:53 Черт, Венти. Вжимаю тебя в себя. Так, чтобы ты почувствовал, что со мной творишь. Если ты не начнешь что-то делать, то скоро пожалеешь об этом.

the tempest, 0:54 я слегка приподнимаюсь и снова опускаюсь на твои колени кожа к коже трусь об тебя всем телом ты такой горячий головка моего члена проезжается по твоей я целую тебя куда придется в движении это сложно

      В фантазии Венти Дилюк кладет руки ему на бедра и сжимает их до боли. В Дилюке таится столько силы, что иногда становится страшно. Но только не Венти – Венти наслаждается бурлением нерастраченной мощи в жилах, чувствует, как под кожей перекатываются литые мышцы, и наслаждается несдержанными, резкими прикосновениями. Венти трется об Дилюка всем телом, стараясь как можно чаще вжиматься своим членом в чужой; мягкие штаны, которые носят они оба, это позволяют.       Ткань липнет к чувствительной головке, раздражает и мешается; хочется снять ненужную тряпку, откинуть ее куда подальше и наконец-то почувствовать возбуждение Дилюка кожей, заглянуть в пылающие алые глаза и доверчиво подставить шею под острые, немилосердные клыки. Венти двигается вверх-вниз, почти не разрывая физического контакта, будто стараясь слиться воедино с Дилюком; Дилюк гладит его по спине и в особо острые моменты крепко сжимает бока.       Венти теряется между реальностью и фантазией – хочет поцеловать Дилюка, но вместо этого утыкается лицом в подушку и сбрасывает наваждение. Дилюк далеко, и от этого на мгновение становится тоскливо; впрочем, у Венти с самого начала был план, и он намерен следовать ему до конца.

the tempest, 0:55 потрогаешь меня за задницу?

grim_dawn, 0:55 Сжимаю твои ягодицы.

the tempest, 0:56 дальше смелее не стесняйся

grim_dawn, 0:56 Хм?

the tempest, 0:56 чувствуешь под пальцами кое-что твердое? я выбирал старался

      Значок набираемого сообщения гаснет и загорается как минимум трижды, затем появляется значок записываемого голосового сообщения, и у Венти все внутри скручивается в томный узел, переполненный похотью, – он добился своего. Он радостно садится на кровати и с наслаждением мычит, когда растягивающая его пробка немного смещается в сторону от движения. grim_dawn, 0:57 [голосовое сообщение, 0:03]       – Я тебя выебу так, что ты не сможешь встать, – вещает динамик хриплым, низким голосом Дилюка. Венти предвкушающе щурится, откидывает телефон в сторону и моментально оборачивается к балкону в тот же момент, как слышит быстрое перестукивание по стеклу.       За балконной дверью стоит Дилюк – в наполовину расстегнутой рубашке, в мягких домашних штанах и с растрепанным хвостом. В глазах не огонь – пожарище такое яркое и могущественное, что Венти кажется, что под этим взглядом он расплавится, как пломбир на солнце. Он смело делает шаг к балкону и открывает дверь: огненный ураган имени Дилюка сносит с ног, прижимает одной рукой к себе, а вторую бесцеремонно засовывает Венти в штаны и с вожделением находит металл пробки между ягодицами.       Дилюк беспомощно выдыхает Венти в плечо, пока кружит кончиками пальцев по коже около нее. Венти обхватывает мощные плечи и прикусывает хрящик уха, а после шкодливо шепчет:       – Я ел сухарики с чесноком.       – Ты серьезно думаешь, что сейчас это меня волнует? – хрипло спрашивает Дилюк, а затем с легкостью подхватывает Венти на руки и заставляет обнять себя ногами.       – Хочешь взять меня на столе? – мурлычет Венти, потираясь об Дилюка всем телом как большой кот.       – Еще спрашиваешь, – выдыхает Дилюк прямо в губы, а затем одним резким движением сметает все, что находится на рабочем столе Венти, укладывает на гладкую поверхность и неотвратимой катастрофой нависает сверху.       Венти чувствует, как по коже бегут мурашки.