Лето. Солнце. Любовь

А на кухне суп мой стынет, В голове одно: «Я тебя люблю». Мяч гоняю по двору, В голове одно: «Я тебя люблю». Все хорошие и плохие, В голове одно: «Я тебя люблю» В этом городе где-то ходишь, Всё никак тебя не найду Пыльный спортзал. Очередной бой солнца, но на этот раз с прозрачными тюлями. Пока что безуспешно. Победа была явно на стороне шёлковой ткани. Бежевые стены, которые когда-то красили явно на скорую руку, неровный досчатый пол, пыльные, местами разбитые окна. Из этих досок всегда торчала пара ржавых гвоздей и ,несмотря на должную безопасность детей, никто почему-то так и не разобрался с такой "несущественной" проблемой. Если бы Серёжу попросили описать нынешнюю ситуацию в детских домах, он бы вцепился в рукав вопрошающего и потащил его в потрёпанный жизнью спортзал. Спортивный зал был пуст. Ну...не совсем. Серёжа сидел на деревянной лавочке, в то время как Олег делал упражнения. Конкретно сейчас это были отжимания. Парень, после своего заявления о поступлении в войска, не выходил из этой комнаты. Постоянно, то приседания ,то подтягивания. Сначала Серёжа дулся на Волкова, мол тот не уделяет ему должного внимания, однако потом решил просто сидеть здесь. С ним. Вообще, рыжий здесь тоже не прохлаждался. Готовился к экзаменам ,которые уже буквально в спину ему дышали. А задачник к ЕГЭ так вообще из рук не выпускал. На самом деле, даже не смотря на то ,что если подойти к любому жителю сего детского дома и спросить: " кто же по вашему мнению самый умный человек в данном строении?" ,то тот без запинки ответит - "Разумовский!", Сергей так не считал. Он постоянно сомневается в своих силах и на полном серьёзе уверен ,что всё завалит. — Серёж, послушай, если ты не сможешь это решить, то я окончательно буду убеждён, что эти задания созданы исключительно для сверхразумов! - в который раз между подтягиваниями пытался убедить его Волков. — Ну... даже не знаю ,Олег... — Да тут знать то и не надо! Ты буквально прошёл весь школьный курс ещё в восьмом классе! — Ну да... — Вот что ты заладил?! Откинь ты уже эту книжку! - закончил реплику Волков и, одновременно с этим, закончил свою сегодняшнюю тренировку. Парень закинул на плечо полотенце и собирался уже собственно уходить, но Разумовский решил, кажется, что-то спросить. — Олег? — Да? — А...тебе... обязательно уезжать...? Вопрос застал парня в расплох. Конечно, в принципе...уезжать было не столько обязательно...он мог бы пойти в колледж или какое-нибудь ПТУ в крайнем случае и работать кем-нибудь на минимальной заработной плате. Но парень хотел не этого. Да и большую роль играли так же и принципы, серая мораль и всё в этом роде. Оставлять Серёжу действительно не хотелось. Олег иногда размышлял о том ,что Разумовский действительно гений и, вероятно, многого добъётся. А он что? Ему будет лучше, если он не будет хотя бы мешаться под ногами. Засорять такого "чистого" Серёжу. А пока они здесь, в беззаботной молодости, то Олег может позволить себе немного попачкать будущего миллионера. — Да, Серёж, обязательно... Парень взглянул на него своими голубыми глазами, в уголках которых можно было заметить небольшие слезинки, и вздохнул. Пора уходить из этого пыльного, ободранного зала. *** Они снова сидели в той самой уютной комнатке. Хотя обычному человеку назвать её уютной будет весьма сложно. Однако для парней это место было надеждой. Здесь они могли мечтать о будущем. Сергей надеялся на хорошую жизнь с достатком. Ему хотелось подольше оставаться с Олегом. Надеждой Волкова был Разумовский. Парень хотел, что бы у того всё сложилось хорошо, Олег за него переживал. Это место стало для парней уютным домом, даже не смотря на его вид. Ободранные местами обои, которые пожелтели от старости, или даже древности. Потрескавшиеся от быстротечного времени стены, которые проглядывали в местах, где обои уже не могли удерживаться за тонкий слой какого-то вялого клея. Не выдержавшие напора хулиганов пыльные стёкла. Местами порванные шторы, если ,конечно, их можно назвать таковыми. Ведь так называемыми "шторами" являлись две полупрозрачные тряпочки, до которых, к сожалению, уже успела добраться моль. Всё это больше напоминало заброшенное здание, чем уютное место. Олег лежал на коленях Разумовского. Рыжий сидел с очередной книгой, на этот раз про искусство. — Олеж? А ты когда-нибудь слышал про Венеру? — Эта та ,что после Меркурия? — Да нет же ,та которую Ботичелли написал! — Нет конечно, не слышал - без доли сарказма ответил брюнет. Парень поднял на Серёжу глаза и изобразил полную заинтересованность. — Ну и чё там твой Ботичелли? — Написание «Рождение Венеры» предшествовало времени, когда Боттичелли был наиболее увлечен античностью. В картинах эпохи Возрождения человек всегда составляет центр композиции, весь мир строится вокруг него и для него, и именно он является главным героем, активным выразителем содержания. — Ага - снова коротко ответил парень. В последний раз взглянув на Серёжу, он закрыл глаза. Всё-таки сон был сильнее парня. Да и спешить некуда ,можно просто спокойно отдаться миру снов, а после уйти в покой. Конечно, скорее всего потом Серёжа возмутится ,что искусство не настолько скучно и так далее, но это потом. Сейчас он просто устал.