***
Недавно она встретила парня одного, который показался ей неприятным, впрочем на её руке браслет стал гореть. Он всегда так делает когда рядом опасность, сестра сказала что ни одно существо не поймет что за браслет на её руке. Он был изготовленным для неё по заказу, и сделаннный одним мастером что занимался подобными вещами. Тот район где находится эта мастерская знают существа и жнецы, она отправила туда Чан Хвана чтобы он оставил свой загаз. Хотя он сказал что идея плохая, но все равно туда пошел потому что хотел чтобы как-то обеспечить её безопасность. Перед ней определенно было существо, он говорил с ней так как не должен говорить человек который не был близок с ней. Она чувствовала страх, потому что ощущала что его знает, он наудивление не заметил ничего. Обо всем рассказала Чан Хвану, потому что знала он обязательно прочитает мысли её и не оставит в покое пока не заполучит ответы на свои вопросы. Чан Хван, ревновал её но тоже время вел себя как телохранитель и старательно проверял взглядом любого кто оказывался в близи. А еще она вспомнила что убила себя как раз из-за парня который был из знатной семьи, который был одержим существом, который мог навредить любимоу. Она помнит как от него веяло холодом, и морем, холодным море, он словно сам вышел из самого моря, её пытались ведь утопить не первый раз в воде. Именно в Чосон впервые едва не утонула, тогда кто — то хватал точно так же за ногу и пытался затянуть под воду. Он был мерзким таким, неприятным и неприятным, она чувствовала отвратительное чувство. Чан Хван, тогда говорил что разберется с ним, однако она все равно пошла на тот шаг из-за чего он был в обиде на неё. Вспоминая о таком она чувствовала как по телу пробегал холодок, ведь помнит что её за ногу хватали такие липкие, мерзкие пальцы как тогда в день когда её спас Чан Хван, её определенно тащила тоже самое существо. Вспоминая об этом она чувствует вновь страх вновь, ей было страшно из-за этого. Она закрыла глаза и вздохнула нет лучше о таком не вспоминать, Чан Хван говорил ей что твари такие чувствуют страх и могут им питаться. Она не хотела чтобы существо любое чувствовала его, а она была ведь шаманкой которая должна была сражаться с такими существовами и ничего не боятся совершенно. Придя к храм она стала молится, молилась потому что она привыкла как шаманка сюда ходить. Хотя она раньше и избегала все это, в храм ходила потому что положено было, А что если это тот самый имуги? Кто пытается её затащить в подземный мир? И об эотом ведь нужно сказать Чан Хвану, уж перепутать энергию злобного имуги она не могла. Выйдя из храма они держались за руки, погода была по-прежнему хорошей, посмотрев на Чан Хвана она улыбнулась, вспомнила и о том что собиралась у него спросить. — Оппа, а можешь рассказать мне кое-что о прошлом? — О Корё или о Чосоне? Или может быть о том как однажды меня чуть… — Ты вспомнила тот случай когда тебя едва не утащили на дне воды в Чосоне? — вместо неё закончил Чон Хин. — Да! — она взглянула на него. — А ты тоже что-то еще вспомнил? — Конечно, я вспомнил все! — Можешь рассказать что — то из воспоминаний? В её глазах было любопытство и это привлекало его сильно, и такое любопытство ему очень нравится. Взяв за руки её Чан Хван поднес их к губам поцеловав затем тыльную сторону руки, смотрел влюбленно на неё что сердце из-за этого билось сильно. Хотелось сильно знать все, он был таки спокойным, Чан Хван, смотрел на неё влюбленно все так же. Может быть зря она вообще поднимает эту тему разговора? Смотря на мужчину она в нем видела спокойствие, он смотрел в влюбленно на неё и неотрывно и ей так такое нравилось. Потому что он любил её, ценил, защищал и оберегал, ей так приятно с ним рядом и хорошо. Он взял на руки её и понес в комнату, так как они планировали вместе отправится спать, когда они оказались в комнате Чан Хван, положил её на кровать и потом лег рядом. — Хочешь чтобы я рассказал все? — А ты можешь это сделать? — Хорошо расскажу! — Чан Хван внимательно на неё посмотрел. — Тогда мы с тобой встретились впервые, я стал понимать постепенно что ты моя любовь из прошлой жизни, хотя мне сложно верилось. — А потом понял что это я? — Твоё поведение не изменилось ни в первой жизни, ни второй жизни, ни третьей ни в этой. Я прекрасно хорошо тебя знал! — Тогда расскажи уже о том случае! — Мы поругались тогда, я дико злился на тебя! А потом увидел что за тобой несся дух, и побежал за тобой а там у пруда этот дух тебя столкнул воду. То существо под водой стала тебя тащить вниз, я бросила за тобой воду потому что боялся потерять тебя вновь. В тот день я вытащил тебя из пруда и был рядом с тобой пока ты не очнулась, и даже себя ругал что по моей вине ты ушла и попала в беду. — Но ты же за мной пошел, не остановил одну! — Верно не оставил, сколько бы не злился, ревновал я осознаю что ты моя жизнь и без тебя я умру если с тобой что-нибудь случится. — Даже в этой жизни ты такой же! Мой заботливый и преданный лис! — Мне приятно что ты называешь меня своим лисом! — Ну ты же мой лисенок, мой прекрасный белый, пушистый, милый и обоятельный лис! И я счастлив с тобой рядом! — она улыбнулась ему. — Еще я люблю тебя! — И я люблю свою прекрасную шаманку! А затем он прижал к себе, медленно поглаживая по спине, она медленно погружалась в сон. Чан Хван, всегда воздействовал на неё так, что она засыпала всегда, её любимый лис сделал так чтобы кошмары её больше не посещали совершенно. Ведь до их встречи она не знала совершенно то что встретит его, а он сделает жизнь её счастливой по-настоящему. Хотя им пришлось сложно, нужно было понимать друг друга и принимать характер какой у них был у обоих. Просыпаясь утром она увидела что его не было рядом, встав с кровати Хваён, вышла из комнаты и принялась искать любимого и нашла его на кухне. Подойдя к нему обняла его сзади тот развернулся и посмотрел на неё счастливо. — Я планировал тебя разбудить! — Давай я пойду в кровать снова и ты меня разбудешь? — Мы можем по-другому сделать, позавтракать и остаться дома и валятся в постели весь день! — Дельное предложение! — Тогда так и поступим! Остаться вдвоем дома, никуда не ходить будет вполне правильным решением, к тому же им нужно расписаться в ближайшее время. Чан Хван, хотел с ней расписаться а уже потом провести церемонию для всей их семьи, считал что так будет лучше. Понимала прекрасно его, и спорить не хотела с ним совершенно, если уж он считает что так будет лучше то лучше принять это. Платье свадебное уже было у неё, а у Чан Хвана, был костюм и можно было уже вместе поженится, но он предложил просто расписаться. Он боялся чего-то и она понимала это прекрасно. — Хочу чтобы ты быстрее стала моей женой! Чтобы можно было быстрее называть тебя своей женой. — Хочешь называть меня своей женушкой? — Еще как хочу и желаю, потому что смогу тебя называть и быть счастливым с тобой! Он взял её за руку и крепко сжал руку, впрочем он явно уже считал её своей женой а с ним она спорить не могла и не желала совершенно. — Мы можем уже друг друга так называть! — Хорошо женушка моя! Поцеловал в губы её он вновь вернулся готовить завтрак, а она принялась помогать ему, они теперь всегда так делали. Потому что так было хоршо и лучше и самое главное они были так ближе друг другу. Он не скрывал от неё секретов больше и говорил все чаще все что делает и кого ищет, у него были свой метод поведения и он использовал свои лисьи силы. Помогала ему хотя мало что могла еще знать, ведь мало что еще помнила о прошлом и было сложно что-то вспоминать. — Интересно наши дети получит частичку нас друг друга? — Они будут лучшими кумихо в жизни! — сказал он и добавил. — А еще они наши будут, и мы будем самыми лучшими родителями поверь мне. — Обещаю я больше никогда не поступлю так как поступила тогда в нашей прошлой жизни! — Я просто не позволю тебе это сделать больше! Ты никогда не сделаешь то что сделала тогда, будешь всегда со мной рядом. — Люблю тебя мой мужчина, самый лучший и прекрасный мужчина в жизни! — И я буду им всегда! Я же обещаю что никогда не выпью больше напиток забвения! — Тебе было больно тогда милый и это было лучшим спасением для твоей души. — О чем сожалею потому что тебя не узнал, а я всегда не пил напиток забвения чтобы тебя всегда помнить! — Все хорошо! Ты же вспомнил меня, и ты со мной рядом и это самое важное! — Я буду рядом с тобой всегда, обещаю буду твоим мужчиной и в следующих жизнях вместе. Нам суждено быть вдвоем, поверь ты всегда будешь чувствовать счастливой себя. — Я и так счастлива рядом с тобой! — она нежно посмотрела на него. — Ты самый важный и любимый мой человек. — Правда? — он посмотрел на неё внимательно. — Значит ты правда со мной счастлива? — А разве нет? Ты делаешь меня счастливой всегда! К тому же первый и единственный здесь мой любимый человек, и тебе следует знать это. — Мне приятно знать что я твой единственный любимый человек! Нам ведь суждено было быть вместе! — Тогда в том мире как ты все же понял что я твоя? — Просто влюбился, а потом понял что ты моя судьба! — он коснулся её щеки. — И решил тебя хитростью сделать моей женой. — Точно ты подарил мне браслет из-за которого я стала твоей женой! — Зато смотри мы с тобой тепер всегда вместе, и к тому же тогда наши судьбы были ведь красной нитью связаны. — Помню тогда был проведет обряд и наши судьбы были уже связаны красной нитью судьбы. — И потом ты отдал мне свою бусинку? — Да так что это нас еще сильнее связала! Она улыбнулась ему нежно а затем Чан Хван обнял её крепко, Хваён почувствовала как их сердца бились в такт друг другу. С ним так было всегда лучше на душе, он взял её за руку затем и поцеловал тыльную сторону руки и поцеловал тыльную сторону руки. Он любил её сильно и она знала о его чувствах прекрасно, а его желания женится на ней лишь придавали сил верить ему что он никогда не исчезнет из её жизни. Уж очень ему хватило того раза когда он потерял два раза её в своей жизни, и не хотелось чтобы это случилось вновь. Не пожалел совершенно что когда-то в мире божеств женился на ней, ведь Хваён, была его супругой в каждой их жизни и сколько бы эпох не прошло они всегда будут вместе сталкиваться и любить друг друга. Он любил Хваён, и готов был пойти на все лишь бы защитить их счастье, любовь и то что между ними было. Чан Хван, смотрел с любовью на девушку и любовался её красотой и тем как повезло ему встретить свою любовь. Любил наблюдать за тем как та спит, всегда проверял то чуткий ли у неё сон или же нет. Он мечтал чтобы все у них было хорошо и он мог всегда спать спокойно зная что с любимой все хорошо. Он видел порой что их запястья связаны красной нитью судьбы, что им вместе было суждено встретится и полюбить друг друга вновь. Подготовка к свадьбе лишь увеличились вдвое и теперь уже совершенно скоро они уже поженятся и станут супругами. Он говорил что так будет проще, хотя они договорились что будет проще расписаться а уже потом церемонию устраивать. Что впрочем решили и сделать, так хотя бы они будут уже супругами а церемонию устроят для своих родным. Они оповестили своих родных что распишутся, но не сказали что это делают потому что Чан Хван, боится что может что-то случится еще до церемонии и так будет лучше. А она ему не могла отказаться потому что любила сильно и хотела быть с ним, и ничего же плохого не было в том что они распишутся сейчас и станут супругами. Он давал понять ей что она все для него, им оставалось лишь сделать предсвадебную фотосессию где на ней будет несколько платьев. Он хотел чтобы все было красиво и правильно, и на ней же будет еще ханбок церемонный на фотосесии, его заказали и лучший пошивочный отдел сшил для неё. Сильно так Чан Хван хотел чтобы она была красивой на фотографиях, и спорить с ним она попросту не хотела и не могла. И вот когда они приехали в студию для фотосесии, они взяли собой все необходимое для этого. Она немного нервничала так как преживала что может что — то не выйти и увидев её переживания Чан Хван начал поддерживать её и веселить тем самым поднял настроения ей. — Вау! — восхищенно произнес Чан Хван разглядывая её. — Тебе так идет это платье! — Ты видел меня в нем уже! — Видел и увижу вновь! — он заключил её в свои объятия. — Такая красотка будет всегда в любом платье красивой. — Какой же ты милый, никогда не скажешь мне ничего плохого! — Потому что ты моя будущая супруга, моя любовь и моё счастье. И не хочу чтобы ты зря переживала и нервничала! — И мы наконец-то распишемся! — И ты станешь моей законной женой, будешь мою фамилию носить! — с улыбкой сказал он и добавил. — Чего я очень сильно хочу! — Очень-очень хочешь? — Еще как очень-очень! После этих слов он поцеловал её, а затем уже наконец-то началась их фотосессия где уже они обнимались, стояли вместе и делали то как советовал фотограф. А фотографом был их общий друг, который с удовольствием делал фотографии, из-за чего было как — то даже спокойно на душе. До их встречи она думала почему она не влюблялась ни в кого? Почему никто её даже не интересовал? Она никого невпускала в своё сердце совершенно, а с появлением Чан Хвана, изменилось много чего в её жизни а еще она поняла что хочет быть с ним и то что она любит его сильно. Все чего хотелось это женится наконец-то на ней, сделать её вновь своей женой и стать с ней счастливым мужчиной, он мечтал то что сможет и ребенка вновь их общего на руках поддержать. В прошлых жизнях у них были дети, только в первой жизни не было, тогда они даже не успели о них подумать совершенно. Теперь он смотря на девушку любовался тем то какая же она красивая и самое главное то как с ней хорошо на душе. — Люблю тебя! — шепнул на ушко он ей — И я люблю своего лисенка! Он заключил вновь её в свои объятия и крепко накрепко прижал к себе, закрыл глаза и вздохнул. Она была всем для него, счастьем и самое главное любовью, она была для него всем и будет такой всегда Чан Хван, был счастливым рядом с ней, в его жизни было все чего он так сильно хотел и желал. И ведь у него было все что нужно, любимая, и еще он желал жутко иметь с ней маленьких детей, желал жутко растить их с ней как тогда. Он ревновал её все так как и раньше, но теперь он ведь понимал прекрасно что лучше свою ревность сдерживать и сильно не выходить из себя. Он понимал и До Хи, которая всячески давала понять ему что он должен думать о себе и Хваён, не лезть куда не нужно, не творить бед, и не пытаться самостоятельно отомстить кому-то. А ведь он собирался пойти и уничтожить того чеболя, уничтожить своими руками, ведь никто не имеет право переходить кумихо дорогу. Он не просто кумихо он сын бога кумихо, пускай и перерожденный, но он желает иметь своё счастье всегда рядом и никто не имеет право забирать его у него. Ей так шел ханбок, она была в нем прекрасна и в её семье как и в его были традции, они всегда праздновали помолвку и в этот раз сделали тоже самое. Чан Хван, поехал вместе с Хваён, к её семье куда приехала его семья уже, он начал помогать вместе с Хваён, готовить закуски и ужин, они хотели показать что несмотря на помолвку и статус обрученной пары они все же могут помочь. Вечер наступил быстро как и праздник, она сидела рядом с ним он с любовью на неё поглядывал. Ей шла шпилька которую он подарил ей, она была в ней так прекрасно, то насколько все же прошло тысячи столетий а она по-прежнему такая же прекрасная для него и любящая. Они прошли обряд который должен был скрепить их узы навсегда, но ведь их узы давно были скреплены, но таковы были законы в их кланах а значит с ними спорить не стоило было. И вот теперь они стояли за одним столом, один из родственников Хваён, держал в руке фарфоровую пиалу с вином и сказал: — Хваён и Чан Хван, уже скоро вы вступите в брак, это новое начало ваших отношений! И для вас настанут времена супружеской жизни, это будет наверное сложным для вас, ведь у супругов бывают ссоры, споры и ругань. — У нас этого не будет совершенно! — заявил Чан Хван. — Потому что мы всегда идет на компромиссы, правда Хваён? Она кивнула ему в ответ и улыбнулась, а он взял её за руку и сплел их пальцы в замок, он был таким счастливым смотря на неё влюбленно. — Тогда могут быть другие неприятности в жизни, но вы крепкая пара и сможете через все пройти! — Никаких других проблем не будет у нас! — Что ж, не буду тогда что-то говорить еще! — сказал Мэхун. — Но пожелаю вам двоим счастьем, все же два прекрасных человека нашли друг друга и готовы быть вместе всегда! Он нашел Хваён, через тысяч эпох и смог стать счастливым с ней вновь, пускай ему и пришлось пройти через все проблемы. Он улыбнулся вновь глянув на Хваён, они взяли свои фарфоровые пиалы, и выпили вина немного. Она была его невестой, и совсем скоро они распишутся дабы быстрее стать супругами, и стать счастливыми всегда. Посмотрев на девушку он улыбнулся вновь, то насколько же она была прекрасно в любом ханбоке. Сам праздник длился к счастью не очень то и долго, и они отправились домой на такси, так как он заранее знал что на празднике будет вино и вести машину будучи выпившим он не станет никогда совершенно. Уже дома они переоделись в домашнюю одежду и сразу же отправились спать, он обнял её и почувствовал как та быстро уснула. А он размышлял над тем что делать дальше, так он и уснул вслед за ней. Праздник действительно прошел спокойно, без проблем каких-то, утром они собирались уже отправится и зарегистрировать свои отношения. Утром следующего дня он разбудил Хваён, чем раньше они встанут, примут душ, а затем позавтракают смогут отправится и раньше всех успеть на место и зарегистрировать свои отношения. Она надела платье и сделала прическу, ей хотелось все же выглядит очень красиво в этот момент а он не против был, так как это их счастливый день. И сразу же они вдвоем поехали, погода выдалась хорошей, и когда они оказались на месте, сразу же позволили своим двум общим друзьям теперь, те приехали моментально дабы быть свидетелями счастливого дня. Они своим звонокм огорошили их, но те прибежали к ним быстро и сразу же стали их свидетелями, вопросов они никаких совершенно даже им не задавали просто молча приняли то что их попросили. Уже сидя в кафетерии он объяснил что давно хотел это и теперь счастлив тому что его любовь стала теперь его законной супругой. О том какова причина умолчал, ибо это было личное а уж тем более теперь их брак сплетен вновь навсегда. Он посмотрел на Хваён, счастливо и улыбнулся, она была прекрасна, и глядя на руку его распирало от счастья. Ведь теперь она была его супругой, самоя настоящей, и он понимал теперь что у него есть супруга, а он её супруг, и они оба были теперь очень счастливыми вместе. — Вы реально сумасшедшие! А как же ваша церемония? — удивилась Сумин. — А что с церемонией? — удивился Чан Хван. — Как была церемония так она и состоится! — пожал плечами он и улыбнулся. — Тем более платье у моей Хваён, есть так что все очень даже хорошо! — Но вы и вправду ненормальные! Так быстро женится! — Это наш жизнь! — сказал Чан Хван и взял Хваён за руку. — Правда любовь моя? — Конечно мой драгоценный супруг! — О, тогда могу тоже говорить что ты моя драгоценная супруга? — Можешь мой милый и дорогой! — А можно не при нас говорить подобные вещи? — возмутился Тэ Иль. — Завидуешь? — язвительно бросил Чан Хван. — Оно мне надо? — фыркнул в ответ Тэ Иль. — Но все равно странно что вы женились так быстро! Чан Хван, смерил его свирепым взглядом но ничего не сказал, он повернулся к Хваён, и улыбнулся. Все же он был счастлив что Хваён, согласилась на такое и стала женой его гораздо быстрее чем было нужно. Сидть долго в кафетерии не хотелось и поэтому он сразу же с Хваён, поехал к сестре, где они вдвоем огорошили её тоже новостью что женились, теперь являются супругами. И теперь они два счастливых человека, она носит его фамилию, и тепреь является его законной супругой. А обо всем остальном он позаботится и постарается сделать все чтобы имуги не забрал её у него никогда. Сейчас важно тот факт что Хваён, с ним рядом и она делает его счастливым по-настоящему. И вечером уже их оа клана знали о том что они сделали, а значит будет очередной праздник и спорить семьей он совершенно не мог.***
До Хи, стала чувствовать что грядет что-то плохое, даже несмотря на то что Хваён и Чан Хван, недавно расписались и стали супругами. Что-то могло произойти и не самое уж хорошее это она чувствовала прекрсно, и Чан Хван, готовится к битве с имуги он не даст просто так забрать Хваён, а значит будет необходимо привлечь остальных кумихо и существ для борьбы с имуги. Так просто они не отдадут жизнь Хваён, в руки монстру! Стоит действительно сообщить их клану о том что собирается делать Чан Хван, ведь он совершенно не успокоится пока не устранит имуги и не избавится от него самолично. Проблемы из-за того что Чан Хван себя не может сдерживать совершенно, а ведь он обещал клану что будет вести очень хорошо себя и поймав имуги отдаст им. Но Чан Хван, решил поступить иначе совершенно, с одной стороны он хотел отомстить ему и конечно же он делает все это лишь из-за любви к Хваён, и похоже даже она не может его остановить от решения. Решение клана чтобы он зарегистрировал с Хваён, отношения быстрее был невозможно, и остановить она не могла и впрочем не хотела. Разве можно брату мешать сделать то что он решает нужным? — Ты точно считаешь что это нормально? — спросил Михён. — Что если не стоит это делать? — Они уже это сделали и теперь являются супругами! В дальнейшем будет лишь сама церемония брака. И еще До Хи, была счатлива была из-за этого, и конечно же Чан Хван, поступил так как решил сам. Он был доволен и счастлив тем что стал супругом Хваён, что получил то чего так желал и хотел сильно. И вот спустя неделю после этого разговора, семья устроила праздник в честь того что Чан Хван и Хваён, стали супругами и ведь праздник то будет потом на церемонии, и он был таким спокойным и счатливым. Но в целом то они были правы же, Чан Хван и Хваён, вступили в брак и были счастливы вместе и это заметно было. Чан Хван, говорил что чувствовал что обязан был сделать так, дабы защитить подобным образом свою любовь и своё счастье. То что имуги преследовал Хваён, в каждой эпохе, делал это уже давно, каждый раз он всегда проигрывал в борьбе с Чан Хваном, потому что он был сильнее его во всем. И в Чосоне, Хваён не узнав о том что Чан Хван, придумал чтобы уничтожить имуги, попросту убила себя. Она понимала что брат делает все правильно, и теперь действительно руководит своей уже ревностью и эмоциями. Начал тренироваться заново сражаться на мечах, ничего же и не забыл спустя столетия. И теперь это было очень заметно, что радовало её как его сестру, потому что он частенько не думал ни о чем, ревновал и совершенно даже не руководил своей ревностью а теперь все было совершенно иначе. До Хи, решила искать в книгах способ как избавится от имуги быстрее и лучше, ведь как-никак есть же способ другой. Она знала что Чан Хван, совершенно не остановится и будет идти до самого конца и уничтожит все равно его, и она боялась и переживала что он натврить бед может. С ней солидарна была и Хваён, которая считала так же, и она не хотела чтобы он натворил бед, и старалась сдерживать его гнев и у неё это выходило очень хорошо.***
После все что произошло До Хван, понял что ему не быть с Хваён, она никогда бы его не полюбила. Однако он встретил девушку которую полюбил, и она ведь полюбила его же в ответ и он счастлив с ней, и он как уже друг Чан Хвана, готов помогать ему в защите Хваён, и не позволять ничему плохому случится с ней. Он понимал прекрасно тот факт что ему бы ничего не свезло, а Чан Хван, еще тогда дал понять что Хваён, принадлежит ему одному единственному. И ее недавно они стали еще спругами, понять причину конечно же можно было, ведь как-никак за Хваён, охотился же имуги, а значит брак поможет как-то помочь и в чем-то все же Чан Хван, была даже прав. Чан Хван, говорил что знает как избавится от имуги, и никто и ни что его соврешенно не остановит. Но с ним он поговорил все же и посоветовался что делать, оно наверное явно было вполне правильным, скорее всего он понимал тот факт что это опасно идти все же самому против имуги. — Может помочь тебе? Я все же охотник на существ же! — Я подумаю над твоим предложением! Однако заметно было что он действительно понимал что помощь нужна в таком деле, и просто так не позволит имуги забрать драгоценное счастье, и он понимал что у него есть друзья готовые помочь ему, и пускай раньше они были немного врагами и соперниками, все же они сумели стать друзьями настоящими. И он готов помочь ему в таком деле, от имуги нужно было избавится и тем скорее это состоится тем будет лучше для всех. А тем более для самого Чан хван, который жутко злился и в тоже время переживал из-за того что у него могут забрать его счастье настоящее. Но этого совершенно не случится.***
Можно было теперь успокоится и не переживать из-за церемонии, они поженились, теперь они стали супругами. Хотя для Хваён, поначалу даже сомневалась стоит ли так делать или же нет. Но чувство что за ней кто-то следит так и не покидало её совершенно, Чан Хван, вел себя с ней нежно и ласково, он был мужчиной с которым она счастлива. Он был кумихо а она была шаманкой, и теперь наконец-то после стольких лет она принял благодаря ему приняла свой дар. Ведь она еще и полукровка, она и кумихо в придачу а это лишь дарит еще сильнее ей дар, и силу. Чан Хван, был девятихвостым лисом, и их отношения и любовь длится тысяч лет, самого мира божеств. Он любил её ведь и делает все чтобы она была счастлива всегда, несмотря ни на что. Впрочем разве было важно? Он любил её сильно и желал быть с ней всегда и в итоге их брак сделал их отношения еще крепче и сильнее. — Ты не сожалеешь что вышла замуж раньше чем наша церемония произошла? — спросил он её и внимательно посмотрев на неё. Неужели он думал что она сожалеет что поспешно не обдумав вышла замуж за него до того как произошла церемония. Она счастлива была тому что стала его супругой и вышла за него замуж, а церемония действительно — Зачем мне сожалеть о том что я вышла замуж за любимого мужчину? — спросила она его следом а затем добавила. — А церемония сама, для семьи сам же мне об этом сказал тогда! — Моя драгоценная супруга! — произнес Чан Хван нежным тоном. — Я счастливый и буду делать все чтобы ты была под моей защитой всегда! Чан Хван, взял её за руку и поцеловал тыльную сторону руки, он улыбнулся и поцеловал её в губы, и Хваён прикрыла глаза, впитывая тепло его губ и ту уверенность, которую он дарил ей каждым своим жестом. Внутри неё, там, где раньше боролись две природы — человеческая шаманская кровь и необузданная сила кумихо, — воцарился долгожданный покой. Брак с Чан Хваном стал тем самым звеном, которого не хватало, чтобы её дар окончательно пробудился и обрёл форму, Хваён почувствовала, как по её коже пробежали искры — это была реакция на его энергию, которая пульсировала в такт её собственной. Теперь, когда их союз был закреплен, она кожей ощущала его истинную суть. Чан Хван не был просто бессмертным духом; он был тем, кто проходил через циклы перерождений, каждый раз возвращаясь к ней, в какую бы эпоху или обличье она ни воплотилась. — Ты снова нашел меня, как и обещал тысячи лет назад, — тихо произнесла она, касаясь его щеки. Верно им обоим было сложно вспомнить прошлую жизнь, учитывая того что она когда-то ведь выпила настойку забвения, но ведь он то тоже забыл их прошлую жизнь и лишь До Хи, постаралась заставить разными способами вспомнить прошлые жизни. Они были в мире божеств, и та северянка её убила, из-за жажды быть с Чан Хваном, и из злости то что он не выбрал её иностранку. Но так положено корейцы женятся на кореянках, китайцы на китаянках, тайцы на тайках, и тому подобное, и иначе быть нельзя, божества не могут же нарушать все. И он избавился от неё, наглой и высокомерной дочери какой-то там богини, что так желала быть женой кумихо а стала пепелищем в склепе своего клана которого как оказалось тоже не стала ибо Чан Хван, постарался на славу. Они были вместе в Асадале, трёх государствах, Корё и Чосоне а теперь они сейчас в современной эпохе вместе. — Больше никаких Хваён лекарств от памяти, — пообещал он, целуя её в макушку. — В этой современной эпохе мы будем помнить всё. Каждую улыбку, каждую битву и каждый поцелуй. Красная нить привела нас сюда, и теперь она станет нашей нерушимой цепью. - Обещаешь? - А ты? - спросила Хваён её в ответ. - Клянусь что не выпью никогда напиток забвения и никогда не забуду тебя! Он заключил в свои объятия и прижал крепко к себе и закрыл глаза, она чувствовала как их сердца бились в так, на душе он любил её так сильно, и она чувствовала прекрасно это и смотря ему в глаза она любовалась им, то как же судьба улыбнулась ей, и она верила же тому что мужчина которому она отдала своё сердце любит её и он действительно никогда так не поступит как и она с ним. Недавно она узнала что прошел обряд и имуги вытащили из тела наследника компании и как оказалось душу смогли вернуть назад и теперь имуги был в своём царстве. - Что делать если имуги объявится? - Уничтожу его! - сказал спокойным тоном Чан Хван. - Я же твой муж и возлюбленный! Он взял её за руки вновь и поцеловал тыльную сторону руки и улыбнулся, сердце бешено её колотилось, она смотрела на него внимательно. А затем заключил в свои объятия её, а она закрыла глаза свои и вдохнула аромат его парфюма, он пах так прекрасно и так нежно было и тепло в его объятиях, она знала то что если уж что-то пойдет ни так они смогут все же вдвоем исправить все. Теперь уже будучи шаманкой она покинула работу, она решила продолжать учится новым навыкам и знать все, Чан Хван, обучал всему её и делал все чтобы она была под защитой. Такое с его стороны отношение, было прекрасным чувством и главное, он делал все чтобы всегда себя чувствовала счастливой и настоящей. Удивительно было понимать то что она теперь уже не пишет статьи о прошлом, ни даже о мистике, а любимый Чан Хван, же создал свой бизнес но не забывал обучать её некоторым навыкам которые он знал прекрасно. Джихён, говорила то что она приняла предложение выйти за него дало лишь только ведь ещё больше силу быть защищенной, но почему-то сама она чувствовала то что имуги, что - то задумал и скорее всего будет лишь только плохо.***
Когда Чан Хван вернулся в их дом и увидел разбитую фарфоровую вазу а затем уже клочок синего шелка на полу, земля ушла у него из-под ног, Хваён похитили прямо перед началом их торжественного семейного ужина. Сердце его, прожившее тысячи лет, пропустило удар: он кожей почувствовал то что это сделал имуги или же его предшественники, и ведь этот змей выбрал момент, когда Хваён была наиболее ведь уязвима и одновременно сильна, облаченная в свой подвенечный ярко-красный ханбок, расшитый золотыми нитями, символизирующими процветание и вечность. Он рвал и метал от злости, но чувствовал то что обязан найти свою супругу, найти то что ему принадлежит по праву, и он желал чтобы она была с ним рядом всегда. У него украли возлюбленную, которая была его супругой и она ведь стала же недавно его законной супругой и к тому же он понимал что сможет её найти, все же их связывала же красная нить судьбы, и он чувствовал аромат её где бы она не находилась. Он понимал где она и он знал человека который может помочь ему войти туда а дальше он сможет найти её. Ему пришлось сообщить семье о её пропаже, нет не о пропаже а именно о похищении Хваён, и так узнал До Хван, которого он раньше презирал и ненавидел но теперь то все было же иначе, у него уже была любимая а значит он может воспользоваться помощью и его. И он знал и понимал то что возлюбленную украл именно он и иначе быть совершенно не может же, он понимал что разорвет его на части, злить волка не стоит а он это сделал. Он прибыл на место со всеми, и сестры и жнец смерти который был с другой сестрой Хваён, что с недавних пор была теперь тоже жнецом, его сестрой и друзьями направились спасать её. Оказавшись в резиденции, он шел на зов собственного сердца, оно бешено колотилось, подсказывая: она здесь, совсем близко, Чан Хван не ошибся. Чувствуя её присутствие за тяжелыми дверями дворцовых покоев, он одним мощным ударом вышиб преграду. В ту же секунду на него кто-то отчаянно набросился, мелькнул блеск стали, затем воздух прорезал испуганный крик, но Чан Хван мгновенно перехватил нападавшую. Кинжал уже выпал из дрожащих рук Хваён, он крепко, до боли, прижал её к себе. — Это я, тише! Успокойся, любимая... — Я так боялась, что ты не успеешь... — она дрожала всем телом, вцепившись в его плечи. — Глупенькая моя, — Чан Хван коснулся губами её виска. — Как я мог не прийти за своей женой? Помнишь, что я обещал? В любой из жизней я найду тебя, Хваён. Он крепко обнимал её и не выпускал из своих объятий, она была в том же самом ханбоке красном церемонном в котором пропала, взяв её за руку он сжал и улыбнулся. Потянув за собой её, все чего хотел это увести подальше от сюда в их настоящий мир. Они вместе шли и он обнаружил то что некоторые существа что служат имуги и они должны были сторожить Хваён, уничтожены были. Внезапно появилась девушка, иностранка, он моментально понял то что эта та самая что в мире божеств забрала жизнь у Хваён, видимо кто-то смог вытащит из тело той девушки её душу, она пылала гневом и злостью, а затем она начала делать то что могло вновь убить его любимую. Он и Хваён, взялись за руки и появились его девять хвостов, а ведь двойная сила кумихо и шаманки вполне уничтожит её, Элисон, так звали её, хотя она носила ведь разные имена, всегда вселялась в кореянок, но постоянно проходил обряд изгнания и она вылетала из тела кореянок. Его лисья сила с шаманской силой Хваён, смогла уничтожить её. Элисон, завопила истерически и растворилась, теперь уже навсегда. Она не сможет уже вернутся больше никогда в эту жизни ни в следующую. Оставалось теперь уничтожить Чжи Хо, который был имуги, он не хотел дабы в этом участвовала Хваён, он как муж, и как ещё любовь всей её жизни должен сам уничтожить его, ведь Хваён, из-за него в Чосоне, себя же убила дабы он не завладел ею и не унес в мир подводный. В этот раз он преподаст ему урок жизни и уничтожит его раз и навсегда. Чан Хван медленно разжал пальцы, выпуская руку Хваён, сделал шаг вперед, его девять хвостов за спиной пульсировали ослепительным светом, а в глазах застыла решимость, копившаяся столетиями. — Хваён, останься за моей спиной, — его голос звучал низко и властно, как раскат грома. — В Чосоне ты принесла себя в жертву, чтобы спасти наши души. Ты выбрала смерть, лишь бы не достаться ему. Теперь моя очередь защитить твою жизнь и нашу любовь. Из густого тумана, пахнущего тиной и застоявшейся водой, показался уже сам Чжи Хо, его лицо было искажено гримасой ярости, воздух вокруг вновь задрожал, пропитанный озоном и жженой энергией после исчезновения Элисон. Чан Хван медленно разжал пальцы, и Хваён почувствовала, как тепло его ладони сменяется обжигающим холодом его истинной, божественной мощи. Его девять хвостов так и не исчезли — они распушились за спиной гигантским сияющим веером, каждый их них сильно вибрировал от ярости. И из густых, болезненно-серых теней выступил Чжи Хо, его человеческий облик трещал по швам: зрачки вытянулись в вертикальные иглы, а на скулах проступила чешуя, отливающая цветом болотной тины. Он, имуги, веками копивший яд и обиду на дне глубоких вод, оскалился. — Хваён, отойди, — его голос больше не был человеческим. В нем слышался рокот древних гор и шелест вековых лесов. — В Чосоне я опоздал, я видел, как воды поглотили тебя, и эта картина выжигала мою душу на протяжении столетий. А сегодня я не дам тебе даже повода для страха. — Ты думаешь, что твоя лисья преданность что-то значит против вечности моего голода? — прошипел Чжи Хо. — Она должна была стать моей еще тогда, и я бы вознесся драконом, испив её шаманскую кровь! С этими словами Чжи Хо вскинул руки, и из-под земли с оглушительным ревом ударили столбы черной, ледяной воды. Они извивались, словно живые змеи, стремясь захлестнуть Чан Хвана и утащить его в бездну. Но кумихо лишь сделал шаг навстречу шторму, и уже с каждым его движением вспыхивало золотое пламя, которое не гасло от воды, а напротив — испаряло её, превращая поле битвы в густой белый пар. Но Чан Хван, двигался грациозно и беспощадно. Он не просто сражался — он совершал обряд возмездия, в какой-то момент он совершил рывок, преодолевая пространство мгновенно, и его пальцы, ставшие острыми, как лезвия из небесного металла, сомкнулись на горле имуги. — Ты звал её в подводный мир, Чжи Хо? — прошептал Чан Хван, глядя в полные ужаса глаза врага. — Так отправляйся туда сам, но только в виде пепла. Вся мощь девяти хвостов сконцентрировалась в одной точке, ослепительный свет пронзил тело имуги, выжигая из него саму суть монстра, Чжи Хо закричал, и этот звук был полон боли всех его неудавшихся перерождений. Его тело начало рассыпаться, как иссохшая старая кожа змеи, превращаясь в серую пыль, которую тут же подхватил внезапно налетевший чистый ветер. Когда последняя искра имуги погасла, воцарилась звенящая тишина, Чан Хван стоял неподвижно, его плечи тяжело вздымались. Свет его хвостов начал медленно гаснуть, пока они уэже не исчезли совсем, он медленно обернулся к Хваён, его золотые глаза постепенно возвращали свой карий, человеческий цвет, в котором теперь отражалось лишь бесконечное облегчение. Он подошел к ней, едва касаясь земли, и осторожно взял её руки в свои. — Всё кончено, — выдохнул он, прижимаясь своим лбом к её лбу. — Чосон больше не властен над нами. Проклятие подводного князя развеяно. Теперь ты — только моя, в этой жизни и во всех тех, что нам еще предстоит прожить. Когда пыль от развеянного праха Чжи Хо окончательно осела, пространство вокруг начало меняться, наполняясь знакомыми энергиями, первым из колышущегося марева проступил силуэт До Хвана — охотника на существ, чья фигура источала суровую уверенность, а рука его всё еще сжимала рукоять ритуального клинка, готового к любому повороту событий. Следом за ним, словно сотканная из лунного света, появилась его сестра До Хи; её лисья натура выдавала себя едва заметным мерцанием глаз, а грация движений подтверждала её родство с миром кумихо. Вскоре к ним присоединились и другие союзники, верные друзья и хранители равновесия, которые всё это время удерживали границы миров, не давая хаосу вырваться наружу. Возвращение в настоящий мир произошло подобно плавному пробуждению от долгого, изнурительного сна, магия имуги и ведьмы окончательно потеряла власть над реальностью, и пространство вокруг Чан Хвана и Хваён обрело привычную четкость современного мегаполиса. Огни города, шум улиц и привычный ритм жизни стали лучшим подтверждением того, что битва окончена. Подготовка к церемонии брака захлестнула их семьи радостной суетой, несмотря на то что их души были связаны вечностью, а союз освящен самими небесами еще в Чосоне, это торжество было необходимо для их земных близких. Все же они были официально уже женаты, но теперь хотелось все же для семьи провести обряд по древним корейским ведь традициями. После того как тени прошлого окончательно рассеялись, наступил день, которого их души ждали несколько столетий, традиционная корейская церемония бракосочетания проходила в старинном дворике, наполненном ароматом сосен и благовоний. Хваён предстала перед гостями в величественном синем ханбоке, расшитом золотыми нитями, символизирующими женское начало и чистоту. В центре двора был накрыт ритуальный стол, на котором на почетном месте уже покоились деревянные свадебные утки — неразлучная пара селезня и утки, вырезанные из дерева и бережно обернутые цветной тканью, Чан Хван и Хваён совершили вдвоем древний обряд поклонов, подтверждая свою верность перед небом и землей. Когда они обменивались чашами с рисовым вином, их взгляды встретились, и в этом кратком мгновении пронеслась вся боль прошлых жизней, которая теперь окончательно превращалась в мудрость. Ритуал с утками, символизирующими вечную любовь и преданность до самого конца, стал высшим актом их союза: как эти птицы хранят верность друг другу, так и кумихо с шаманкой отныне были неразделимы. После официальной части Хваён увели в покои для смены наряда, там, под тихий шепот и наставления женщин семьи, её облачили в роскошный красный ханбок — цвет радости, защиты и новой жизни. На её лоб и щеки нанесли традиционные алые точки «ёнчжи кончжи», а голову украсил тяжелый головной убор, с которого ниспадала плотная красная вуаль, полностью скрывающая её лицо, когда все приготовления были закончены, сестры и помощницы с мягкими улыбками покинули комнату, оставив невесту в тишине. Вскоре послышались размеренные, уверенные шаги. Дверь тихо скрипнула, и в комнату вошел Чан Хван. В полумраке квартиры его фигура казалась еще более величественной, и он к ней подошел ближе, уже чувствуя, как его сердце, бившееся веками, замирает от трепета. Чан Хван, медленно протянул руки и кончиками пальцев коснулся края тяжелой красной шелковой вуали, плавным, почти сакральным движением Чан Хван поднял ткань, открывая лицо Хваён. В свете мерцающих свечей её глаза сияли ярче всех и любых драгоценностей, теперь, без лишних слов и свидетелей, под защитой родных стен и благословением всех их предков, они смотрели друг на друга не как измученные беглецы из прошлого, а как муж и жена, чья истинная жизнь началась только сейчас, в эту самую секунду. Чан Хван смотрел на Хваён, и в этом долгом взгляде тонуло всё его многовековое и в тоже время забытое их прошло и его одиночество, красная вуаль, которую он только что поднял, покоилась в его руках как символ того, что между ними больше нет никаких преград — ни магических, ни временных. Лицо Хваён, украшенное алыми точками, в полумраке комнаты казалось неземным, словно она сама была божеством, спустившимся в мир людей. Он затем медленно опустился на колени перед ней, и шелк его свадебного одеяния мягко зашуршал, Чан Хван взял её маленькие ладони в свои, чувствуя их тепло и едва заметную дрожь. Больше не нужно было сражаться, не нужно было призывать лисью силу или даже шаманские заклятья, воздух в комнате был уже пропитан ароматом сухих трав и ладана, они создавали им словно безопасности, который не смог бы пробить ни один имуги, Чан Хван, же следом коснулся губами её пальцев, а затем поднял глаза, в которых светилось обещание, данное еще в лесах Чосона, он осторожно потянулся к её голове, помогая снять тяжелый головной убор, чтобы она могла вздохнуть свободно, Хваён ответила ему слабой, но бесконечно счастливой улыбкой, и в этот момент стены современной квартиры словно растворились, оставляя их двоих в пространстве, где существует только любовь. Они сидели рядом, плечом к плечу, глядя на то, как догорают свадебные свечи, и каждая минута этой тишины была драгоценным даром. Чан Хван обнял её, укрывая своими руками, словно невидимыми крыльями, и Хваён доверчиво склонила голову ему на плечо. За окном шумел ночной Сеул, мерцали огни небоскребов и текли бесконечные потоки машин, но здесь, в этой комнате, время остановилось и это была первая ночь их новой вечности, где завтрашний день не нес угрозы разлуки, а приносил лишь радость обычного человеческого счастья, о котором кумихо и его шаманка мечтали долгие сотни лет. Прошлое стало просто историей, а будущее — чистым листом, который они теперь будут заполнять вместе, шаг за шагом, день за днем. Тишина в комнате стала густой и уютной, нарушаемой лишь тихим потрескиванием фитиля свечи, Чан Хван нежно коснулся пальцами щеки Хваён, стирая большим пальцем одну из алых точек «ёнчжи кончжи», нанесенных для обряда. — Ты такая красивая, что у меня до сих пор замирает сердце, — негромко произнес он, и в его голосе слышалась легкая дрожь, которую он не пытался скрыть. — Я теперь вновь ведь тебя в этом образе, как же я счастлив! Но ты оставила меня и наших детей, но теперь все будет иначе! Хваён накрыла его ладонь своей и прижалась щекой к его руке. — Теперь это не сон, Чан Хван, а тот раз я ушла, чтобы защитить твою гордость и свою душу. Но сегодня… сегодня я чувствую, что мы наконец-то вернули себе право на счастье. Чан Хван слегка улыбнулся и, потянувшись к ней, осторожно снял оставшиеся украшения из её волос. Тяжелые шпильки легли на столик с тихим стуком. — Я всё время ждал подвоха, — признался он, глядя ей прямо в глаза. — Даже когда та Элисон исчезла, даже когда пепел Чжи Хо развеялся по ветру… я не верил, то что небо позволит мне просто быть твоим мужем. — Небо больше не в силах разлучить нас, — твердо ответила Хваён. — Мы ведь сами стали своей судьбой, ты слышишь? За окном город, люди… и никто из них не знает, что прямо сейчас здесь сидит самый могущественный кумихо, который победил саму смерть ради меня. Чан Хван тихо рассмеялся и притянул её ближе к себе, вдыхая аромат её волос, в котором всё еще чувствовался запах свадебных благовоний. — Я не победил смерть, Хваён, я лишь просто отказывался жить без тебя и знаешь, о чем я подумал во время обряда с уточками? — О чем? — она подняла на него лучистый взгляд. — О том, что эти деревянные птицы — единственные, кто может соперничать со мной в верности. Но даже они не ждали бы тебя пятьсот лет, только я на это способен. Хваён обняла его за шею, заставляя его замолчать. — Тебе больше не придется ждать ни минуты и теперь, когда мы проснемся утром, нам не нужно будет проверять, не исчез ли другой. Мы будем здесь. Завтра, через год, через десятилетие. Чан Хван погасил последнюю свечу движением руки, и комната погрузилась в мягкий полумрак, освещаемый лишь далекими огнями ночного города. — Спи спокойно, моя любовь, — прошептал он, укрывая её. — Твой лис больше никуда не уйдет.Спустя год
С того самого дня кошмары, терзавшие Хваён веками, бесследно исчезли и каждое её утро теперь начиналось не со страха потерять любимого в пучине вод или пламени битвы, а с мягкого света солнца, пробивающегося сквозь шторы их уютной квартиры, и спокойного дыхания Чан Хвана рядом. Их жизнь наполнилась простыми радостями, которые для обычных людей казались привычными, но для них были истинным чудом: совместными завтраками, прогулками по заснеженному Сеулу и тихими вечерами, когда не нужно было произносить ни слова, чтобы понять друг друга. Чан Хван окружил её такой заботой, будто она была самым хрупким сокровищем во всех мирах. Он часто наблюдал за ней, когда она занималась своими делами, и в его глазах больше не было тени печали — только бесконечная благодарность судьбе за то, что проклятие имуги окончательно разрушено. Время текло плавно, словно спокойная река, и природа взяла своё. Спустя год, когда весна вновь украсила город цветами вишни, в их доме раздался первый крик новой жизни. Хваён родила сына. Этот ребенок стал живым воплощением их победы над смертью. Когда Чан Хван впервые взял малыша на руки, он замер, боясь пошевелиться. Мальчик открыл глаза, и в их глубине на мгновение промелькнул золотистый огонек — знак того, что в его жилах течет сила древнего кумихо, но этот свет был теплым и мирным. — Посмотри на него, — прошептала Хваён, бледная, но сияющая от счастья, приподнимаясь на подушках. — Он совсем как ты. Чан Хван бережно поднес сына к матери и сел на край кровати, обнимая их обоих. — В нем нет ни капли той боли, что несли мы, — негромко ответил он, касаясь крохотной ручки младенца. — Он — начало совсем другой истории. Истории, в которой нет места врагам или старым долгам. — Как мы назовем его? — спросила она, глядя, как муж с обожанием смотрит на первенца. Чан Хван на мгновение задумался, чувствуя, как его девять хвостов незримо согревают пространство вокруг колыбели. — Пусть его имя означает «свет», — сказал он. — Потому что он — тот самый рассвет, который мы ждали слишком долго. Друзья — До Хван и До Хи — вскоре пришли поздравить их, принеся подарки и обереги. Охотник на существ, глядя на младенца, лишь понимающе кивнул Чан Хвану: мир божеств и людей наконец-то пришел в равновесие. В этот вечер в их доме не было магии сражений, только магия жизни. Чан Хван знал, что теперь его миссия — не просто защищать Хваён, но и учить их сына быть сильным, мудрым и, самое главное, по-настоящему свободным в этом новом мире. Кольцо времени замкнулось, оставив в центре только любовь и новую жизнь. Шли месяцы, и их дом наполнился звуками, о которых они в прошлых жизнях не смели и мечтать, малыш рос удивительно спокойным, словно сама природа оберегала его сон. Чан Хван, который когда-то внушал трепет божествам и демонам, теперь с величайшим терпением и нежностью учился быть отцом. Он часами мог сидеть у колыбели, наблюдая, как крохотные пальцы сына хватаются за воздух, и в эти моменты его лисья натура была абсолютно безмятежна. До Хи часто заходила к ним, принося с собой дух приключений и смех. Она с восторгом наблюдала за племянником, подмечая в нем пробуждающиеся черты кумихо. — Смотри, Хваён, — смеялась До Хи, когда мальчик внимательно следил за парящей в воздухе иллюзорной бабочкой, которую создал Чан Хван. — У него твой проницательный взгляд шаманки, но эта хитрая искорка в глазах — точно от брата. А вот До Хван, обычно суровый и немногословный охотник, приходя в гости, оставлял свое оружие и тяжелые мысли за порогом. Он приносил мальчику обереги из редкого дерева, которые сам вырезал долгими ночами. — Ему не придется сражаться так, как нам, — однажды тихо сказал До Хван, глядя на Чан Хвана. — Но я научу его защищать тех, кого он любит, когда придет время. Однажды вечером, когда в доме воцарилась тишина, и их сын наконец уснул, Чан Хван и Хваён вдвоем вышли на балкон. Ночной город мерцал под ними миллионами огней, но они казались лишь декорациями к их настоящему счастью. — О чем ты думаешь? — спросила Хваён, обнимая его. — О том, что я прожил сотни лет, но по-настоящему жить начал только сейчас, — ответил Чан Хван, прижимая её к себе. — Раньше я жил ожиданием, потом — местью, а затем — борьбой. И только с его появлением я понял, что такое настоящий покой. Хваён подняла голову и посмотрела на звезды, их жизнь была действительно счастливой и в тоже время настоящей. Он чувствовал себя счастливы по - настоящему. Они любили друг друга по -настоящему, теперь он избавившись от Чжи Хо, он наконец-то же чувствовал себя счастлив по-настоящему, для него она была всем и самое важное они избавились от Элисон, девицы которая убила Хваён, в их первой жизни а именно в мире божеств. Теперь она не сможет никогда возродиться и тем более