Pretty Woman in Space

Оби-Ван и Квинлан сидели вдвоём в одном из небольших кабинетов в Храме джедаев. В затемнённой комнате загадочно мерцала голограмма Галактики, на которую ни один из джедаев не обращал внимания. Рыцари сидели за широким столом друг напротив друга, и Квинлан подробно рассказывал о том, как он искал и нашёл человека, который совершил покушение на канцлера. — Я нашёл его уже мёртвым, — сказал Квинлан, вертя в руках распечатанную фотографию обугленного тела. Нахмурившись, он положил фотографию на стол и пододвинул её к Оби. От вида изуродованного трупа советник мотнула головой в невольном отвращении. — Он был мёртв уже несколько недель, — продолжил Квин. — Я бы сказал, что его пытали, но у меня создалось впечатление, что ситх просто сорвался на нём. Его били электрошоком так долго, что бедолага умер не то от ожогов, не то от сердечного приступа. — Удалось установить, кто это был? — Да, — кивнул Вос и спрятал фотографию. — Это Гранта Омега. Сын Ксанатоса. Оби-Ван удивлённо вздохнула. Когда слова осели в её голове, она поднялась из-за стола, но, не зная, как реагировать на эту новость, так и застыла посреди комнаты. — Ты уверен? — переспросила она. — Абсолютно. Оби подошла к окну, которое было закрыто светонепроницаемыми шторами, постояла немного, затем вернулась обратно к столу. — Что лишь подтверждает мою теорию, что не канцлер был его целью, — добавил Квин. — Это уже неважно, — Оби-Ван опустилась обратно за стол. Внезапно она испытала облегчение. — Если честно, я даже не знаю, что и думать. Но хорошо одно — ситх не пытался убить канцлера, а значит, мы в относительной безопасности. — Да, но ситх убил Омегу. На Корусанте. — Ты уже докладывал об этом Совету? — Да. — И ты уверен, что его убил ситх? — Более чем. В том месте был такой сильный отпечаток Тёмной силы, что сомнений быть не может. И вот чего я не понимаю, — Квинлан наклонился, положив руки на стол: — почему ситх не избавился от тела? Теперь весь Орден знает, что он находится или находился на Корусанте. Для того, кто так усердно скрывается, это был очень необдуманный поступок. — Может, его что-то спугнуло, и он не успел замести следы? — предположила Оби. — Может быть. Или он попросту не совладал с эмоциями, — усмехнулся Вос. — Как я уже сказал, там за версту веяло Тёмной энергией. Ситх явно был очень, очень зол. Оби-Ван кивнула и спрятала руки в рукава. — А голокрон? Ты нашёл голокрон, который искал? — Увы, нет, — удручённо вздохнул Квинлан. — Когда я нашёл дыру, в которой прятался Гранта на Корусанте, было уже поздно. Ситх явно побывал там до меня и забрал всё, что имело хоть какую-то ценность. Весь остальной мусор я конечно же доставил в Храм для анализа, но там не было ничего примечательного. Ни голокрона, ни других значимых артефактов. — Мне очень жаль. — Скользкий тип, этот наш ситх. И очень опасный, раз смог сотворить такое посреди Корусанта, прямо у нас под носом, и уйти не пойманным. — Я уверена, его поисками займутся Тени из Совета первого знания. — Главное, чтобы они не опоздали, — философски заметил Квинлан и поднялся из-за стола. Он нажал на кнопку пульта, и тяжёлые чёрные шторы стали подниматься вверх, постепенно впуская в кабинет дневной свет. — Со своей стороны я тоже продолжу поиски. Посмотрим, кому из нас повезёт быстрее. Когда этим же вечером Оби-Ван рассказала о расследовании Квинлана Шиву, тот очень разволновался. — Значит, этот Омега покушался именно на тебя? Но почему? Оби-Ван устало вздохнула. — Очень неприятная история. В самом начале моего падаванства, мы не раз сталкивались с бывшим падаваном Квай-Гона, Ксанатосом. Я не знаю всех деталей, но он пал на Тёмную сторону и пытался убить Квай-Гона при любой возможности. В конечном итоге всё сложилось так, что он покончил с собой, когда понял, что проиграл. Предполагаю, что Гранта Омега, его сын, хочет отомстить за отца. — Какая ужасная история… Я надеюсь, что у тебя больше нет никаких смертных врагов, которые будут пытаться о тебе отомстить? — Сложно сказать, — неловко улыбнулась Оби-Ван. — Быть джедаем означает иметь как друзей, так и врагов. — Надеюсь, что друзей у тебя больше, чем врагов, — заметил канцлер. — Я тоже. Тем не менее… — Оби-Ван поджала губы. — Тот факт, что Гранта воспользовался нашими отношениями, чтобы напасть исподтишка, меня не радует. Хорошо ещё, что пресса не заостряла на этом внимание. — Без обид, но полагаю, что жизнь канцлера волнует их больше чем то, как и с кем канцлер проводит свои холодные ночи. Оби-Ван вздохнула, чтобы возразить, но смущённо замялась и промолчала. Чем меньше она будет задумываться об этом, тем лучше. *** — То, что ситх нашёл и убил Омегу на Корусанте за такой короткий срок, действительно заставляет думать, что он где-то здесь, — хмуро произнёс магистр Дуку. — Но кое-что в рассказе рыцаря Воса меня насторожило. Он сказал, что ситх смог найти и пропавший голокрон, но при этом в убежище Омеги остались некоторые весьма древние артефакты. Почему ситх не забрал их? Они были ему не нужны? Или же его действительно что-то спугнуло? — Что вы хотите этим сказать, магистр Дуку? — любопытно спросила Оби-Ван. — Меня не покидает ощущение, что тот, кто убил Омегу, и тот, кто забрал голокрон — это два разных человека. Увы, я не могу это аргументировать ничем конкретным. Но мне кажется, что лорд ситхов поступил бы гораздо более обдуманно и оставил бы за собой гораздо меньше улик. — Судя по словам Квинлана, ситх был в ярости, когда убил Омегу. Возможно, он не думал о последствиях. Или же голокрон действительно был его единственной целью, а на всё остальное ему было плевать. — Твои слова не лишены смысла. И всё же это мне кажется маловероятным. — Вы хотите сказать… — Оби-Ван задумчиво потёрла подбородок и тихо продолжила: — что ситх-учитель убил Омегу, а ситх-ученик был отправлен за голокроном? И из-за своей неопытности он не забрал больше ничего? — Мне кажется, что так всё и было. Оби откинулась на спинку стула. — Но это означает, что на Корусанте скрывается не один, а два ситха сразу. — Что увеличивает наши шансы на поимку хотя бы одного из них, не правда ли? — в шутку заметил Дуку. — Но скорее всего, они оба уже давным-давно покинули эту планету, и найти их будет очень сложно. Джедаи угрюмо помолчали. — Что же касается твоей идеи насчёт создания армии, Оби-Ван, — магистр Дуку сменил тему: — это прецедент. — Да, я знаю. Оби-Ван не знала, с кем ещё она могла бы посоветоваться на эту тему. Говорить о создании армии с канцлером было ещё рано — советник не любила предлагать ему какие-либо решения, в которых она сама не была уверена. А обсуждать это с Высшим Советом она не хотела. Их противоречивое мнение на её счёт могло покачнуться как в хорошую, так и в плохую сторону, и ей не хотелось бы испытывать на себе ещё большее давление. Поэтому Оби решила поговорить с магистром Дуку, так как лишь он внушал ей доверие. — Не пойми меня неправильно, я не высказываюсь против. Но как и все серьёзные предложения, здесь нужно тщательно обдумать все возможные последствия. — Аргументов в пользу довольно много, — оживилась Оби-Ван. — В первую очередь, конечно же, охрана всех основных торговых путей. Вследствие этого Орден джедаев станет получать гораздо меньше миссий сопровождения. Опять-таки, борьба с пиратами и охотниками за головами станет приоритетом республиканской армии, а не джедаев. Во-вторых, это позволит избежать повторения истории Набу. Торговая федерация и прочие корпорации, которым почему-то разрешено иметь собственную армию, больше не смогут безнаказанно творить всё, что им вздумается… Дуку поднял руку, жестом прося Оби-Ван прерваться. — Не торопись, — сказал он строго, прищурив свои мудрые глаза. — Послушать тебя, так армия словно панацея, которая должна мигом решить все насущные проблемы. Но советник не стушевалась: — Вовсе нет, — она помотала головой. — Ведь я только перечислила некоторые положительные аспекты, ещё не дойдя до отрицательных. — Мм. Продолжай. Весь энтузиазм Оби пропал, словно он был наигранным всё это время — но вовсе не из-за того, что магистр прервал её монолог. — Сколько я ни размышляла над этим, сколько бы ни пыталась найти ответ в Силе, решения, как мне кажется, нет. С одной стороны да, создание армии действительно кажется мне чудодейственной панацеей. Но создай мы армию, и всё вернётся к тому, как было тысячу лет назад, до Руусанской реформации. Всё повторится заново. — Может, уже повторяется? — неопределённо заметил магистр. — Ситхи вернулись, а Сенат уже давно не так эффективен, как раньше. Даже сама советник при канцлере предлагает вооружиться. Оби-Ван задумчиво потёрла пальцами подбородок. — Боюсь, вы правы, магистр. История всегда была и останется цикличной. — Но что, если твоё решение приемлемо? Как ты сама сказала, плюсов тоже довольно много… — Вы меня совсем запутали, магистр! Дуку тихо рассмеялся и положил свою ладонь на её нервно сцепленные в замок пальцы. — Это лишь означает, что пока ещё слишком рано принимать какое-либо решение. Оби сделала глубокий вдох, усилием воли разжала пальцы и положила раскрытые ладони на стол. Тепло от руки Дуку и его твёрдость духа помогли расслабиться и прийти в себя. Она выдохнула. — Нужно тщательно обдумать все возможные последствия как в случае создания армии, так и в случае текущей ситуации, — сказал Дуку. — Тем не менее, мой тебе совет — не говори об этом ни с кем, тем более с политиками. Такие радикальные предложения не должны исходить от джедаев. *** Мягкая музыка, наравне с аккуратным бряцанием столовых приборов и неторопливой беседой, заполняли просторную гостиную. Шив и Оби-Ван старались не говорить о работе в редкое свободное время, поэтому беседа велась о предстоящем театральном сезоне. Еда, сервируемая бесшумными дроидами, была простой и вкусной; панорамный вид за окном как всегда захватывал дух, радуя оживлённостью позднего вечера. Такие вечера для Оби-Ван были подобны медитации и позволяли отвлечься от рабочих мыслей. Она прислушивалась к музыке и проникалась вкусом ужина, а непринуждённый разговор с Шивом завлекал всё внимание. Она чувствовала равновесие внутри и вокруг себя; вселенная, достигавшая идеала в этот момент, не то застывала, не то растягивалась во времени и пространстве. В такие моменты она иногда задумывалась о своей роли джедая. Когда она была маленькой, она восхищалась старшими мастерами-джедаями, их боевыми умениями и яркими световыми мечами. Она мечтала стать такой же, как они — бойкой, сильной и бесстрашной, она мечтала участвовать в самых опасных миссиях и с победой возвращаться в Храм на Корусанте, чтобы другие юнлинги смотрели на неё и в свою очередь мечтали стать как она. Но она была заносчивой и раздражительной. Она до сих пор не смогла до конца искоренить в себе эти качества, но теперь она гораздо лучше контролировала себя. Её, маленькую и злую, даже не хотели брать в падаваны; а когда она стала падаваном, то быстро поняла, что слава и почёт, которые она видела в рыцарях и мастерах, стоили слишком дорого. Она с горечью прошла через все испытания, которые вставали перед ней, и её пыл поугас. Став советником при канцлере, она даже не могла понять, было ли это благословением или ещё очередным испытанием Силы. Ведь даже джедаем она стала почти случайно — мастер Джинн взял её в падаваны из жалости, а из всех смертельных ловушек она выбиралась лишь благодаря невероятной удаче. Не было даже никаких предпосылок к тому, что Совет назначит её на такую ответственную роль, и тем не менее вот она. Но что было, то было, и прошлое нельзя было изменить. У прошлого можно было только учиться, и Оби-Ван научилась — находить положительные стороны в любой ситуации и принимать любые блага, которые преподносила жизнь. Ведь никогда не знаешь, что случится с тобой завтра и в какой очередной заварушке ты можешь оказаться. Но, проводя вот такие тихие вечера в компании Шива, Оби-Ван иногда задумывалась о том, что её ждёт впереди. Второй канцлерский срок скоро подойдёт к концу. Будут новые выборы, назначат нового канцлера. Оставят ли её советником или предложат эту должность другому? Чего хотела бы она сама? Чем она хотела бы заняться? Она не знала — но чувствуя в Силе хрупкий баланс момента, ей хотелось, чтобы такие вечера происходили как можно чаще. Она была всего лишь человеком, и она уставала непрерывно думать о благе Республики — ведь никто в ответ не думает о ней самой. Кроме Шива, но Оби-Ван старалась не задумываться об этом.