На грани

Арсений спускается в кафетерий, лавируя сквозь толпы людей. Да, они его не коснутся и не смогут ничего ему сделать, но проходить сквозь них кажется мужчине слишком неправильным и даже интимным действием. Подходя к стойке с кофе и сладостями, он наблюдает за баристой, который делает кому-то напиток. Честно говоря, Арсений бывает тут часто — смотрит за снующими людьми, за врачами, что тоже носятся по этажам, и изучает информацию о том, что сейчас происходит в мире. Кафетерий — место сплетен и историй — одно из немногих мест, где Арс может узнать не только плохие новости, но и просто смешные или интересные истории. Посчитав, что Антон подойдёт ещё не скоро, мужчина вновь окидывает баристу взглядом. Тот ставит на стол стакан с каким-то кофе. Арсений аккуратно подходит и берёт стаканчик, который на глазах дублируется, и в его руках оказывается полупрозрачная версия напитка. Он делает глоток. — Безвкусно, — говорит он в заключение, — значит что-то из того, что я не пробовал в жизни. Арсений кидает стакан куда-то за стойку и ждёт, пока кто-нибудь закажет кофе, необходимый ему, и присаживается на освобожившееся место. Спустя минут пятнадцать ожидания поступает заказ на капучино, чему Попов несказанно радуется и вновь забирает себе напиток после его приготовления. В этот раз кофе оказывается невероятно вкусным: невозможно ароматный и, кажется, с кокосовым сиропом. Делая очередной глоток, он замечает Антона, бегущего к нему со всех ног. Шастун огибает людей по пути и, увидев Арсения вблизи, замирает. — Ты… Пьёшь кофе?! — парень стоит с открытым ртом. — Рад, что ты не потерялся, — смеётся Арс, — это как раз то, чему я хотел тебя сейчас обучить. Арсений встаёт со стула и идёт к прилавку с десертами. Останавливается около него и просовывает руку сквозь стекло, забирая тарелку с чем-то похожим на чизкейк. Блюдо, как и стаканчик с кофе, будто отделяется, и Попов держит в руках такую же прозрачную версию. — В общем, мы можем кушать так же как и раньше, но есть пара нюансов: во-первых, нельзя почувствовать вкус того, что ты не пробовал в обычной жизни, во-вторых, это никак не насыщает нас — можно просто наслаждаться вкусовыми ощущениями, и в-третьих, тебе придётся очень долго пытаться, прежде чем получится взять что-нибудь в руки. — Офигеть… Это же пиздецки круто! Я не чувствовал ничего в своём желудке уже почти неделю! — глаза юноши загораются. — О, великоуважаемый Арсений, что мне надо сделать, чтобы наконец закинуть что-то в свой рот? — Говорю же, ты не насытишься от этого. Мы не едим, не спим, даже не дышим, если ты не заметил, — возмущается Попов. — В смысле не дышим? — Антон замирает, стоя пару секунд абсолютно неподвижно. — И правда не дышу… Эм… Ну, ладно. Неважно, что организму не надо питаться — у меня это самое, как оно там? Фантомное чувство голода, во! — Шастун растягивает рот в довольной улыбке. — Хорошо, тогда приступим, — подходя к Антону, оглашает Арсений, — давай я сначала попробую дать тебе то, что взял сам, может так будет проще понять саму суть, — мужчина протягивает Шастун стаканчик с кофе. Антон пытается взять его в руки, однако напиток будто проскальзывает сквозь них и стремится упасть на пол, но Арсений успевает его перехватить. — Просто думай об этом как об обычном стаканчике, который тебе надо взять. Представь его у себя в руке и напряги её, — он вновь передаёт полупустой стаканчик. В этот раз всё заканчивается так же: напиток выскальзывает и падает, а Арсений его перехватывает. Это занятие продолжается около получаса.

***

— Давай, Антон, осталось немного. Ты уже пару раз задел его пальцем, когда он падал. Ещё немного и сможешь его взять, — подбадривает Арсений. — Я чувствую себя инвалидом каким-то. Не могу взять один чёртов бумажный стаканчик! — бесится младший, разводя руками. — Когда я обучался этому — тоже ронял не один стаканчик. Даже сейчас иногда он может упасть из рук, если забыться, — продолжает поддержку Арсений. — Не переживай, рано или поздно точно получится, — он вновь протягивает напиток. — Хотелось бы рано! — восклицает юноша и перехватывает ненавистный ему стакан. Арсений уже готовится ловить падающий напиток и ставит руки снизу, однако в них ничего не приземляется. — Наконец-то! — на грани радости и злости кричит Антон. — Вот! Я же говорил, что всё получится, — радуется вместе с парнем Попов. Антон ставит стаканчик на стол и снова его поднимает. Пару раз вновь проворачивает эти действия и довольно ухмыляется. — Теперь дело за малым: сделай то же самое, но с реальным напитком. Так-то все действия такие же: просто подходишь и берёшь, доставая… как бы выразиться? — Призрачную версию? — помогает Антон. — Я бы назвал это скорее иллюзорным телом. Но да, можно сказать и так, — задумывается Попов. — Какие сложные слова ты используешь, как будто из другого века прибыл, — отшучивается Антон, вызывая небольшой смех со стороны собеседника. — Так, всё, давай, пробуй, мы пока болтали, бариста что-то приготовил уже, — Арсений взглядом указывает на стоящий на стойке напиток. Антон, кивнув ему, подходит поближе и делает первую попытку взять его. Но, как и ожидалось, с первого раза у него не получается. И со второго, и с третьего тоже. К ним подходит человек и забирает напиток. — Простите, — Антон пытается взять стаканчик из его рук, — извините, мне очень надо, — он вновь пытается и в этот раз отделяет для себя напиток, который остаётся в его руках. Со стороны раздается хохот. Шастун поворачивается и видит, как Арсений чуть ли не плачет от смеха, держась за живот. — Картина маслом какая-то, — досмеиваясь, говорит мужчина, — видел бы кто — безусловно бы вместе со мной сейчас стоял и смеялся. — Я кофе забрал? Забрал. Какими путями? Неважно. Поставленная цель же выполнена? Определённо, — тараторит Антон и, кажется, смущается. — Молодец, Антон, молодец. Можешь выпить его со спокойной душой, — стирая слезы с уголков глаз, говорит Арсений. Антон кидает на Попова недовольный взгляд и делает первый глоток, забывая про все обиды. Этот кофе показался ему самым лучшим напитком, который он когда-либо пил. — Сейчас бы ещё чего-нибудь сладкого к нему, — мечтательно говорит Антон. — Ноги в руки и к витрине с десертами. Главное, смотри руку в стекле не оставь, а то опять вытаскивать тебя придётся, — подтрунивает над собеседником Арсений. — А вот и не оставлю, — язвит Шастун, оставляя свой стаканчик на столе. Арсений, наблюдая за этим, проходит за стойку и берёт себе вилку. После подходит к столу и начинает есть свой десерт, наблюдая за Антоном, который уже столкнулся с первой проблемой — стеклом. — Ты, главное, тут надолго не задерживайся, ещё есть целых две вещи, которым тебя надо научить, — слыша очередное «да чёрт, тупое стекло» напоминает Арсений, продолжая трапезничать. — Да я сейчас на раз-два это стекло одолею! — восклицает Антон и просовывает руку. Пару минут он копошится, пытаясь взять тарелку с пирожками, и замирает. — Блин… — куда тише обычного говорит парень, — рука застряла…