Прощание

      — Эрвин, я обещал тебе прикончить зверюгу, но с этим придётся повременить.       — Леви, он уже умер.       — Ясно.              ***              Леви никому не позволил прикоснуться к телу Эрвина.              Ханджи хватило одного взгляда на Леви, чтобы ощутить ту боль, которую он испытал, услышав её слова.              — Нам нужно позаботиться о Саше и Армине, — обратилась она к выжившим, поднимаясь на ноги. — Идёмте.              — А командор Эрвин? — неуверенно подал голос Флок. — Что станет с его телом? Мы ведь не оставим его здесь?              — Ты задаёшь слишком много вопросов, — строго сказала Ханджи, подойдя к нему ближе.              Флок опустил голову. Ещё раз взглянув на тело командора, он активировал УПМ и спустился с крыши. Остальные последовали его примеру.              — Леви, — голос Ханджи был непривычно мягким и тихим, — как ты поступишь с телом Эрвина?              Она смотрела на полуразрушенную крышу дома, стоявшего напротив, обхватив себя за плечи. Происходящее казалось ей чьей-то злой шуткой. Не дождавшись ответа, Ханджи повернула голову в сторону Леви.       Он сидел всё в той же позе. Впервые она видела сильнейшего воина человечества таким: потерянным, разбитым, беззащитным. Ханджи отвела взгляд и прижала руку ко рту, сдерживая рвущийся наружу крик: на тот свет отправился Эрвин, а умер — Леви. О себе она не думала. Не сейчас. Потом. Она ещё успеет оплакать своё горе.              Леви молчал. В пугающей тишине, внезапно накрывшей их, Ханджи слышала его тяжёлое дыхание.              Она закрыла глаза. Зубы сами собой впились в ладонь. Потом она даст волю эмоциям. Потом…              Каждый шаг отдавался в мозгу. Или это крики погибших всё ещё звучали в ушах. Ханджи мотнула головой, отгоняя наваждение. Она подошла к Леви и опустилась рядом с ним на колени.              — Леви…              Он повернул голову. Их глаза встретились.              — Я ведь просил его остаться за стеной, уговаривал уйти перед этой проклятой атакой… — Леви перевёл взгляд на Эрвина. — Его не должно было здесь быть. Не должно…              Ханджи ожидала, что капитан сорвётся на крик или заплачет. Лучше бы так и произошло. Пусть бы он кричал, злился, проклинал весь мир, чем сидел с потухшим взглядом, произнося слова надломленным голосом, словно стараясь оправдаться.              — Для него так лучше… — едва слышно прошептал Леви, после чего закрыл лицо рукой.              — Ты всё сделал правильно, — Ханджи положила руку ему на плечо.              Наклонив голову, она упёрлась лбом в свою руку. Свои настоящие мысли Ханджи говорить вслух не хотела. Глядя на спокойное лицо Эрвина, она понимала, почему Леви вколол сыворотку Армину, но согласиться с его решением до конца не могла.              Знал ли Эрвин, что так будет? Возможно. Он всегда видел то, что было недоступно остальным. Не поэтому ли он отдал право распоряжаться сывороткой Леви? Будь заветная ампула в её руках, она без лишних раздумий вколола бы её командору. Она бы вернула демона обратно в ад.              — Как ты поступишь с его телом? — Ханджи подняла голову и посмотрела на Леви.              Он аккуратно убрал прядь волос со лба Эрвина.              — Его путь будет окончен здесь.              Ханджи кивнула. Бросив взгляд на лицо командора, молча поднялась на ноги и подошла к краю крыши, осматриваясь. Почти все здания вокруг так или иначе пострадали от атак Звероподобного: от каких-то домов остались лишь руины, какие-то — задело лишь слегка.              — Идём, — безэмоциональный голос капитана заставил её вздрогнуть.              Ханджи обернулась. Леви стоял в паре шагов от неё, бережно держа в руках тело Эрвина.              С помощью Ханджи Леви закрепил тросы на краю крыши и они вдвоём спустились вниз.              В другой день идти по разрушенным улицам заброшенного города было бы жутко — как знать, вдруг что-то или кто-то мог ожидать за углом очередного дома, но не сегодня. Единственное, что ожидало сегодня любого, кто решится прогуляться по этому проклятому месту — смерть. Мёртвая тишина и отсутствие жизни — это ведь тоже смерть?              В пыльных осколках разбитых стёкол отражалось солнце, выглядывавшее порой из-за медленно плывущих облаков. Под его лучами с лица Леви продолжала испаряться кровь титанов. Капитан молча шёл вперёд, скользя взглядом по обломкам того, что когда-то было домами.              — Нам туда, — Ханджи кивнула, повернув голову вправо.              Они дошли до конца улицы и, обойдя очередную груду камней, оказались рядом с небольшим домом, чьи стены были оплетены диким виноградом. Улица, на которой располагался дом, и остальные улицы, расположенные правее, пострадали меньше всего.              Ханджи подошла ближе и дёрнула за дверную ручку. Ничего. Навалившись всем весом, она толкнула дверь. Заржавевшие петли издали неприятный звук, иссохшаяся дверь со скрипом открылась. Пыль, посыпавшаяся на Ханджи, заставила её чихнуть. Этот звук выдернул Леви из своих мыслей и он перевёл взгляд на Ханджи, которая тёрла нос, заглядывая внутрь. Он подошёл ближе. В солнечных лучах, с трудом пробивавшихся сквозь грязные окна, медленно кружилась всё та же пыль, оседая на пол.              Отойдя от двери, Ханджи остановилась рядом с Леви, их глаза вновь встретились, но она тут же перевела свой взгляд на Эрвина и мягко коснулась его руки, которая безжизненно свисала, словно плеть.              — Покойся с миром, Эрвин…              Она хотела сказать что-то ещё, но закусила до боли губы и шумно выдохнула.              Леви, казалось, ничего уже вокруг себя не замечал, смотрел внутрь дома невидящим взглядом.              — Я вернусь за тобой через два часа.              Непривычно тихий голос Ханджи опять вырвал его из размышлений. Он кивнул и направился внутрь.              — Спасибо, — сказал он уже на пороге.              Дверь со скрипом закрылась.