Savage love

      Ночь для парня была беспокойной, он проворочался почти всё время, пытаясь отогнать мысли, что накапливались, подобно снежному кому. Конечно, от разговора с Дашей ему стало намного легче, но это не сильно помогло понять, что следует делать дальше. В сотый раз он задавался вопросом как ему могут нравится парни? Вот только, ответ ему никто не давал. Уснуть получилось ближе к четырём.       Утро началось с ужасной головной боли и сухости во рту. Вставать куда-либо не особо хотелось, но надо было, ведь, Лёша ещё планировал посмотреть цены на съёмку квартиры. Ему было так неловко перед Дашей за то, что потеснил её, когда она только обрела свободу. Он поступил импульсивно, не думая о последствиях и будущем. Да, это было глупо и необдуманно, но очень нужно. Возможно, когда парень наконец-то разберётся в себе, то сможет вновь переступить порог общежития, с которым связано слишком много воспоминаний. О своём поступке Лёша пока не решился рассказывать матери и Диане, ибо объяснить причину всё равно не сможет.       Раздвинув плотные шторы в стороны, слепящие лучи утреннего солнца озарили все углы спальни, оповещая о начале нового дня. Устало потерев ладонями лицо, Губанов интуитивно потянулся к своему телефону, с грустью и тупой болью смотря на множество пропущенных от Славы и Вовы. Ужасно хочется ответить, но пересилив себя откладывает мобильный вновь на тумбу, обувая пушистые белые тапочки. За всеми этими переживаниями, Лёша даже и не сразу обратил внимание, что почти наступил конец октября, а на улицах стояли голые деревья, чьи опавшие на землю листья гонял сквозящий ветер. Теперь уже не походишь в лёгкой куртке. Наверное, следовало бы забрать с собой пальто, когда уходил из общежития. Не думал он, что придётся возвращаться туда так рано, но выбора было у него не особо много. Главное, не застать кого-нибудь из знакомых.       Покидает комнату, прихватывая с собой махровое полотенце, радуясь, что сегодня у него ещё есть день, чтобы отдохнуть от учёбы. По пути в ванную встречает Дашу, что уже с самого раннего утра занималась разминкой на коврике для йоги, попутно слушая краем уха утренние новости. Та услышав шаги обернулась в сторону парня, мягко улыбаясь, прекращая заниматься, утирая бисеринки пота со лба.       — Доброе утро, — неловко произнёс Губанов, думая о их вчерашнем позднем разговоре на кухне. Наверное, не следовало всё вываливать на девушку.       — Доброе, — та вовсе не чувствовала себя неуютно, продолжая вести себя, как вчера.       — На счёт вчерашнего разговора…       — Не беспокойся, я тебя не осуждаю, всё-таки это твоя жизнь. Я понимаю, что тебе сейчас нелегко, но просто знай, что я в любое время готова тебя выслушать и поддержать.       Тот коротко улыбнулся, ощущая слабое покалывание на кончиках пальцев. Для него было бы очень больно увидеть в глазах подруги презрение и неприязнь в свою сторону.       — Да, спасибо большое, просто я вчера должен был хоть кому-то высказаться, ибо все эмоции были на пределе.       — Так… ты знаешь, что будешь делать дальше? — осторожно спросила Куданова, присаживаясь на диван.       — На счёт квартиры или…       — Или Вовы и Славы, — закончила за него Дарья, наблюдая, как в чужих глазах отразилась мимолётная грусть.       Губанов устало присел на кресло, не зная как объяснить своё состояние. Раньше он никогда такого не испытывал, а теперь всё это свалилось, словно снег на голову. Конечно, парень знал, что есть люди с разной сексуальной ориентацией, но никогда не задумывался на счёт себя, ибо был уверен, что его привлекают исключительно девушки. В его семье на эту тему никто никогда не говорил, да, и не было на это повода. Да, и отношений у него толком не было. Диана была его первой девушкой, с которой они пересекли вот только черту объятий, доходя до поцелуев. Он не знал как бы отреагировали его родители и девушка, узнав, что ему могут нравится парни. Эти мысли заставили его невольно нахмурится, а всё тело напрячься.       — Просто я не знаю, что мне дальше стоит делать. Все эти чувства для меня в новинку, а собственные мысли пугают, — тихо ответил Губанов.       — Тебе страшно, что могут сказать окружающие и твоя семья? — мягко спросила девушка.       — И это тоже. У меня ведь есть девушка. Что она вообще скажет, если узнает о таком? Я чувствую себя так паршиво, осознавая, что предам её, если поддамся этим чувствам.       — Успокойся, тебе просто стоит хорошо подумать, о том, чего тебе действительно хочется. И, если это правда то, что ты желаешь — просто скажи ей. Думаю, что она поймёт тебя.       Алексей невольно кивнул, понимая, что подруга была права, ведь, он сам ещё не понял чего желает. Его всегда устраивали их неспешные отношения с Дианой, но и игнорировать все те яркие и взрывные эмоции, что дарили ему эти парни — просто не мог. Они дали ему всё то, о чём он никогда и не задумывался раньше. Лёша не хотел это потерять.       Даша поняв, что разговор на эту тему окончен, выключила телевизор, сворачивая резиновый коврик в трубочку.       — Кстати, хотел спросить, у тебя случайно нет на примете места, где можно устроиться на работу, желательно не далеко от университета? — неожиданно спросил Губанов, вставая с кресла.       — Хм, дай-ка подумать, — Дарья нахмурилась, явно пытаясь что-то вспомнить. — О! Точно! У меня есть один знакомый, который работает в местной кофейне. Говорил, что у них вроде бы есть свободная вакансия на место ещё одного бариста. Да, и график с зарплатой должен быть нормальный.       — Правда? Спасибо большое! — в порыве чувств, Лёша невольно заключил в свои крепкие, но недолгие объятия растерянную на миг Куданову.       — Рада, что смогла помочь тебе. Ты можешь даже сегодня туда съездить, он наверное должен работать.       Губанов согласился, но не стал спрашивать у той откуда она про всё это знает. Если та захочет, то просветит его в свои личные дела, в которых вроде что-то происходит.

***

      После того, как парень поговорил с Дашей, он отправился в ванную комнату, где наконец смог смыть с себя утреннюю усталость. Холодный душ прекрасно бодрил. Смывая с себя душистую пену, Алексей всё ещё думал о том, что ему следовало бы вернуться в общежитие за некоторыми необходимыми вещами, которые он не успел забрать в тот раз. Он не собирался долго теснить свою подругу, но пока что тёплые вещи ему очень были необходимы. В планах у него было подкопить себе денег за счёт работы, что их хватило на то, чтобы снимать какую-нибудь однокомнатную квартирку неподалёку от университета. Конечно, это проблемно, но на данный момент это кажется самым разумным выходом.       Вытираясь полотенцем, Лёша натянул на себя чистое бельё, накидывая на ещё чуть влажное тело тонкий тёмный халат, плотнее запахивая его. По быстрому почистив зубы и высушив волосы, он отправился в свою комнату одеваться. Проходя по длинному коридору, тот увидел Дашу на кухне, что предложила позавтракать вместе, но Губанов вежливо отказался.       Оказавшись в спальне, Лёша скинул с себя тонкий халат, доставая из малого количества вещей длинную белую рубашку с маленьким сердцем на груди, чёрные джинсы с порезами на коленях и обычные белоснежные кроссовки. Застегивая на рубашке мелкие перламутровые пуговицы, с досадой заметил у себя в зеркале под глазами еле заметные мешки. Закатав чуть-чуть рукава и сделав на голове маленький творческий беспорядок, Губанов накинул поверх ту самую кожаную куртку, что до сих пор хранила на себе их запах. Те воспоминания из клуба буквально замаячили перед глазами, но он не дал им и шанса, отгоняя их, забирая с собой рюкзак и дубликат ключей от квартиры, что предоставила ему Даша.       Покидая чужую квартиру, Лёша думал лишь о том, чтобы этот день прошёл замечательно, а образы Вовы и Славы прекратили быть такими навязчивыми.

***

      Было непривычно так долго добираться до университетского городка, где располагалась та самая кофейня, но сейчас явно было не до жалоб. Выйдя из душного салона автобуса, поёжился, ощущая на себе пронизывающий поток осеннего ветра. Тонкая кожанка не очень подходящей для такой холодной погоды. В кармане джинс вновь раздался короткая трель нового сообщения, но Лёша предпочёл проигнорировать, догадываясь кто может ему писать.       Переходя дорогу, он заметил нужное ему здание, которое оказалось в большом десятиэтажном доме, где на первом этаже находилось данное заведение. Около входа стояли несколько деревянных столиков со стульями, представляя собой летнюю веранду. Люди за ними размеренно обсуждали что-то между собой, попивая кофейные напитки, пока молодой официант забирал и относил заказы. Его движения были точными и плавными, словно он делал это всю свою жизнь. Потянув на себя металлическую ручку, парень оказался внутри кофейни, вдыхая манящий аромат свежего кофе.       В отличие от уличных столиков, внутри зал был почти полностью заполнен множеством подростков и людей постарше. Их голоса смешивались с лёгкой и ненавязчивой мелодией, что лилась из портативной колонки стоящей на барной стойке. Вся обстановка была выдержана в бежевой гамме и лаконичной мебели. Работники данного заведения также соблюдали один единый дресс-код: чёрный берет, белая выглаженная рубашка с закатанными рукавами и тёмный фартук, доходящий до колен с логотипом кофейни.       Как Губанов помнил Даша советовала ему поговорить сначала с Татьяной Грачёвой, что владела здешним заведением. Проходя мимо занятых мест, парень остановился около барной стойки, наблюдая за ловкими движениями рук одного бариста. Тот делал всё чётко и быстро, что Алексей невольно стал сомневаться, а получится у него также хорошо. Скользнув глазами ниже на грудь парня, он заметил маленький бейджик с именем Денис. Наверное, это был тот самый, про которого Куданова ему говорила. Демонстративно кашлянув для привлечения внимания, Лёша непроизвольно весь сжался, когда тот обернулся лицом к нему, заканчивая с напитком, отдавая его на поднос официантке.       — Простите, я пришёл сюда по рекомендации знакомой, она сказала, что у вас есть свободное место на работу бариста. С кем я могу поговорить по этому поводу?       Парень за стойкой смиряет его придирчивым взглядом, точно пытаясь выявить в нём изъяны и сразу же отправить восвояси. Складывает руки на груди, не прекращая смотреть, а после резко произносит:       — Стой здесь, — и разворачивается назад на каблуках ботинок, уходя в дальнюю комнату, плотно закрывая за собой дверь.       Нервы на пределе, а всё тело натянуто, словно струна. Когда дверь неожиданно распахивается и оттуда выходит тот самый бариста и высокая женщина с синей папкой в руке. Её карие глаза сверкают уверенностью, длинные белокурые локоны плавно струятся по плечам, а на губах играет лёгкая улыбка. Она занимает место рядом с Лёшей, укладывая папку на стойку.       — Здравствуйте, я хозяйка данной кофейни — Татьяна Грачёва. Мне сказали, что вы по поводу места на работу бариста, так? — голос её сильный и чёткий, из-за чего парень начинает ещё больше нервничать в её присутствии.       — Да, — выдавливает из себя Лёша, собираясь с мыслями. — Если оно конечно свободно, — поспешно добавляет.       — Конечно, но прежде чем взять вас на работу, я порошу вас заполнить данную анкету, чтобы узнать о вас и вашем опыте работы, — открывает папку, придвигая в сторону Губанова альбомный лист с незаполненными полями. — Как закончите, передайте анкету Денису, он потом отнесёт её мне и, если меня всё устроит, то ждите в ближайшее время звонка.       Грачёва прощается и вновь скрывается за дверью, забирая с собой синюю папку. Лёша любезно принимает протянутую ручку от бариста, принимаясь заполнять документ. Указывает свои данные и отвечает не перечень вопросов, связанных с опытом работы в сфере обслуживания. В школьные годы конечно подрабатывал, но это сложно было назвать работой, но некоторый опыт в варке кофе у него есть. Оставляет свой номер телефона в последней графе, протягивая листок в руки Дениса. Тот забирает его без слов, пряча куда-то у себя.       — Спасибо за помощь, — нарушил молчание Губанов, обращая на себя чужое внимание.       — Не за что. Что-нибудь закажете?       Мысль о том, чтобы побыть здесь ещё немного была привлекательной, ибо теперь его жизнь резко стала довольно обыденной, если правильно выразится. Ему не особо хотелось возвращаться обратно, но он помнил, что хотел ещё зайти в общежитие.       — Да, капучино и малиновый чизкейк.       Сделав заказ, Лёша решил занять один освободившийся столик, всё ещё немного волнуясь из-за приёма на работу. Конечно, он прекрасно понимал, что не единственный, кто хочет на это место, но будет очень досадно, если ему откажут. Через несколько минут к его столику подошла официантка, расставляя заказ, а после удалилась, желая приятного дня. Солнце потихоньку скрылось за нагрянувшие тёмные тучи. Облезлые ветки деревьев часто качались из стороны в сторону, давая понять, что погода по-настоящему разгулялась. Ароматный напиток согревал изнутри, разгоняя кровь по венам. Было странно и непривычно вот так одному сидеть в столь людном заведении. Алексей очень надеялся, что это неприятное ощущение скоро пройдёт.       Чашка была почти пустой, но Губанов почему-то не собирался уходить, лишь задумчиво вертел её в руках. На душе было погано оттого что он частично обманывает свою девушку. Им следовало давно уже встретиться, но кто же мог знать, что повод для встречи будет таким. Наверное, тогда это будет их последний день, когда они смогут нормально поговорить, ибо потом девушка вряд ли это захочет сделать. Да, он и сам бы на её месте был не в восторге от такой новости.        — Лёша? — Губанов резко вздрогнул услышав своё имя и знакомый голос.       Дрожащими руками поставил чашку на место, с немалым усилием воли поднимая голову вверх, натыкаясь на изумлённый взор Славиных глаз. Их встреча состоялась быстрее, чем он ожидал. Шумно втянув носом воздух, Губанов выдавил натянутую улыбку.       — Почему ты здесь?! Я тебя не видел с того вечера! Почему ты не отвечал на мои сообщения?! — Слава явно сдерживал себя, чтобы не перейти на откровенный крик.       Парень непроизвольно поморщился, чувствуя, как злость начинала потихоньку поступать от того, что на него повысили голос не за что.       — Привет, телефон просто разрядился, — сухо ответил Губанов, не имея сил оправдываться.       — Серьёзно?! Мне сказали, что ты не ночевал в общежитии! Где ты был?!       Поджав губы, Лёша оставил несколько купюр на столе, направляясь на выход. Почему это он должен перед каждым оправдываться? Не успев приблизиться к выходу, его запястье было перехвачено чужой ладонью, чуть сдавливая, в намерениях удержать на месте. Алексей возмущённо уставился на Бустеренко, не понимая какой чёрт в него вселился. Тот выглядел усталым и раздражённым, а безучастность парня его похоже окончательно довела.       — Ты чего? Отпусти! — Губанов попытался освободиться, но всё было тщетно.       Под изумлённые взгляды посетителей, Вячеслав вывел парня на улицу, не прекращая удерживать за руку. Теперь Лёше уже было не до смеха, страх стал медленно подкрадываться, заставляя его паниковать.       — Прекрати! Мне больно! — закричал Алексей, наблюдая, как тот неохотно отпускает его запястье, оставляя красные линии.       — Да что с тобой происходит?! Тебе так сложно ответить где ты был?! Я себе места не находил, думая, что тебя уже по всем моргам и больницам придётся искать! — Слава злобно зашипел, подобно змее.       — Да, я не ночевал в общежитии, но это не твоё дело! Во-вторых, не смей меня насильно удерживать! В-третьих, я понимаю, что мы друзья и всё такое, но у меня тоже есть личная жизнь, которая тебя не касается! — он откровенно кричал, выплёскивая все негативные эмоции, что так долго копились внутри, не задумываясь о сказанном.       Не став выслушивать чужие оправдания и вопросы, резко развернулся и ушёл, сгорая от негодования.