Воскресни вместе со мной

Глава 5. Выезд в город

Следующие несколько недель я практически не покидала свою комнату, упорно работая над чертежами. Предоставленную Эрвином литературу мне было сложно читать, так как письменность здесь была другой, несмотря на один язык. Я попросила Ханджи достать для меня алфавит. Она объяснила мне звуки, которые дают буквы, а также значение некоторых символов. Таким образом, мне удавалось потихоньку учиться читать. Разработку усовершенствованного УПМ я решила отложить, поскольку это займет слишком много времени. Я подробно прописала детали огнестрельного пистолета, однако сейчас для меня первоочередной задачей являлось создание пороховых бомб, на моё удивление их здесь не использовали. Также мне нужно было поговорить с Эрвином о выездах в город, которые я планировала осуществить в ближайшее время. Работа позволяла мне отвлечься от тоски по дому, но иногда эмоции и воспоминания переполняли меня. Несколько раз у меня случались истерики, и по ночам я шла в столовую, чтобы запить привезенные мной успокоительные таблетки водой. Я спала и чертила, есть получалось редко, по большей части просто забывала это делать. Так и проходили мои будни. Никакого былого вдохновения или творческих порывов не возникало, и это порядком напрягало, потому что без этих выплесков мне становилось сложнее контролировать себя. Я знала, что во мне постепенно начинает закипать гнев… Ближе к вечеру я отправилась к Эрвину, чтобы поговорить. — Проходи, — как всегда дружелюбно сказал Эрвин. Есть в нём определенный магнетизм, вызывающий доверие, спокойствие и чувство защищённости. Мне совершенно ясно, почему люди прислушиваются к нему и продолжают следовать. Я уселась на кресло. — Эрвин, я несколько недель работала над чертежами. У меня есть много вариантов, и я собираюсь воплощать их в жизнь. Начать я хочу с пороховой бомбы, — выложила Эрвину свои мысли. Я объяснила структуру и материалы, которые мне нужны, а также то, что мне хотелось бы найти людей, которые будут помогать в производстве деталей. Всё ближе подводя к тому, что травмы меня уже практически не беспокоят и мне нужно выехать в город. — Я тебя услышал. Замечательно, что ты не теряешь времени, которого у нас, к сожалению, не так много. Вот твои новые документы, — Смит достал из стола конверт и протянул его мне, — Нам удалось обнаружить, что при нападении на Шиганшину пропала семья с фамилией Феррерс, поэтому мы решили оставить твоё настоящее имя. По легенде ты дочь Анны и кузнеца Уильяма, вас разлучили при нападении титанов на город, после чего ты не смогла найти семью, — наставил Эрвин. — Главное, чтобы они внезапно не объявились, — выразила сомнение. — Это вряд ли возможно, они пропали несколько лет назад. Да, София, прошу тебя быть осторожной. Ты очень яркая девушка, а потому привлекаешь много внимания к себе. Нам было бы проще тебя оберегать, если бы ты вступила в разведкорпус, — намекал Эрвин. — подумай об этом. — Так тебе будет проще контролировать меня, и это единственное, что тебя волнует, — повисла тишина. — Эрвин я здесь и делаю всё, чтобы помочь всем нам. Меня поистине волнует судьба человечества в этих стенах. Меня действительно будоражит возможность привнести в этот мир крупицу надежды. Меня в конце концов неистово манит к себе покрытая абсолютной неизвестностью тайна титанов. И я ищу способ узнать больше. И ты не запрешь меня в гнусных стенах этого несчастного лагеря. Я не вступлю в разведкорпус, Эрвин Смит! , — высказала я свою позицию, на сей раз твёрдо и однозначно. Раздался скрип двери. В кабинет вошёл капрал с небольшим чайником. Мы с ним не пересекались с той самой тренировки. Проигнорировав моё присутствие, он сообщил, — Час назад привезли новых лошадей. — Хорошо, — сказал командор, доставая чашки для чая, — София, ты просила выделить тебе комнату побольше. Утром солдаты зайдут и перенесут твои вещи, — Эрвин протянул мне сложенную тёмную ткань, — возьми этот плащ, завтра после обеда ты отправишься в Каранес. Надеюсь, ты найдёшь все, что тебе нужно, — покорно и с мягкой улыбкой произнёс командор, словно он знал то, что я скажу и лишь убедился в этом. — Что? Ты ведь не шутишь? , — не сдерживая своего ликования спросила я. В ответ последовал подбадривающий смешок Эрвина, — Не шучу, тебе не о чем переживать, все твои просьбы будут выполнены. Я выдохнула с облегчением. На радостях слегка подпрыгнув и взвизгнув, мне захотелось броситься к командору на шею… И я себе это позволила, тем самым удивив всех. — Спасибо большое, Эрвин, — от счастья меня буквально распирало. Улыбнувшись во все тридцать два зуба напоследок, я направилась к выходу. Мне уже не терпелось дождаться наступления завтрашнего дня. Кстати, интересно, часто ли они с Риваем попивают чай вдвоём? — Подожди, — окликнул меня Смит, — Не хочешь выпить с нами чаю? Предложение было весьма заманчивым. Чашечка чая могла только приукрасить и без того прекрасный вечер. По виду капрала было заметно, что он абсолютно не доволен выходкой Эрвина. Он сжал кулак и даже стиснул зубы. Черт возьми, да он явно был в бешенстве. — Гляжу у Ривая сейчас пойдёт пар из ушей, боюсь, что именно по этой причине я обязана согласиться, — доставала я капрала. — А я смотрю ты, как всегда, встреваешь там, где тебя не ждали, — резкая грубость мужчины поставила меня в тупик. Возможно, он прав, в любой компании я всегда была ни к месту. Мне было тяжело найти общий язык с окружающими, поэтому я начала любить проводить время наедине с собой, всё больше отдаваясь творчеству. Тем не менее Ривай хотя бы не скрывал своих мыслей и говорил то, что думал. Честность достойна уважения. — Перестаньте, от вас столько шума, — вмешался Эрвин, который расставлял чашки на маленьком столике и наливал в них зелёный чай. — Ммм, это мелисса с мёдом? , — приятный аромат распространился по всему кабинету. Я поспешила сесть на кресло. — Так и есть, — ответил Ривай, усаживаясь в соседнее. Сделав глоток слегка горячего чая, я почувствовала, как тепло пролилось по всему телу. Стало очень уютно, несмотря на то, компания у меня далеко на самая приятная. И всё же Эрвин пытался наладить наши отношения, с вниманием относясь ко всем моим просьбам и вопросам. Мой взгляд невольно перешёл в сторону захватывающего всё моё внимание рояля. — Ты так смотришь на этот рояль. Что же тебя так привлекает? — задал вопрос Эрвин — Рояль великолепен. Я видела много моделей самых разных дизайнов, но столь утонченного музыкального инструмента еще не встречала. Твой отец был пианистом? , — не знаю, насколько хорош был отец командора в исполнении музыки, но этот рояль, очевидно, стоил целое состояние. — Он был учителем истории. Не знаю где он достал этот рояль, но отец любил инструмент и ухаживал за ним. Я продолжаю это делать вместо него, так мне удаётся почувствовать его присутствие, — сказал Эрвин, отпивая чай. Его история была мне слишком хорошо знакома. Я много играла для своего младшего брата. Однако после того, как его не стало, между мой и инструментом возникла непробиваемая стена. Звуки нот утопали под водой, нарастала истерика. Играть мне больше не удавалось. — Сколько не ухаживай за инструментом, на нём нужно играть, иначе он совсем захворает, — ухмыльнулась я. — А ты играешь? — поступил вопрос от командора. Я не знала, как правильно ответить на этот вопрос, ведь я не могла сказать, что играю, но в то же время за моими плечами был большой опыт. — Теперь уже не совсем, — отрешенно проговорила я, отводя взгляд в окно. — Что значит «теперь уже не совсем»? Ты забыла, как это делается? , — презрительно вставил Ривай, словно пытаясь меня больней укольнуть. И должна признать на этот раз ему это удалось. Я будто проглотила язык, не зная, что вставить. Этот вопрос застал меня врасплох, потому что Ривай глядел куда нужно. Я стихийно перевела томный взгляд на капрала, уставившись в его стальные неуязвимые глаза. Разглядеть в них не удавалось ничего, мне в свою очередь хотелось найти ответы. В таком положении мы застыли на несколько секунд, которые показались вечностью. Внезапно в моих мыслях возник образ брата, невинно уснувшего на моих коленях. В тот момент стараясь не нарушить мирный покой любимого человека, я боялась пошевелиться, ровно, как и сейчас. Я потупила голову, уставившись на приютившуюся на коленях чашку. Выступила горькая слеза, которая, прокатившись по спинке носа, упала прямо в чай. — Можно сказать и так, — ответила я с мягкой улыбок, не пытаясь скрывать нависшего груза воспоминаний. Я понимала, что, если хочу сблизиться с этими людьми, мне следует рассказать о своих переживаниях. Но я была не готова к этому. Мои переживания, сидели во мне настолько глубоко, что никакого желания распинаться не возникало, и Ривай это отчётливо понимал. Что же, если ему не хотелось, чтобы я мешала их компании, то ему удалось вызвать во мне желание сбежать. — Глупо получается, но я, наверное, пойду, — собираясь с мыслями сказала я, направляясь к выходу. Мне еще долго придётся привыкать к окружающим меня противоречиям. С одной стороны я не хотела оставлять Эрвина, который был всегда радушен ко мне, но с другой мне совершенно не пристало находиться подле капрала. — София, — позвал меня из-за спины Смит, — Знай, что ты всегда можешь прийти сюда, — в его лице я прочитала понимание. — Спасибо, — пронзило глубокое отчаяние. Ривай победил в этой схватке. И более того, брать реванш мне не хотелось вовсе. Не хочу ничего доказывать или биться в истерике. На это все свои силы я растеряла. *** Вернувшись в свою тихую гавань, которая почти за месяц стала мне родной, я собрала все свои вещи, провела влажную уборку, взяла блокнот и стала делать самые разные зарисовки. Наброски города, лица незнакомцев, воображаемые изобретения, что угодно, лишь бы мои мысли смогли выйти хотя бы на бумагу. Я проснулась рано утром. Вскоре пришла пара новобранцев. Веселые парни, вероятно, еще не встречавшие титанов. Они любезно проводили меня в новую комнату, которая находилась на втором этаже центрального крыла. Здесь живут живёт вся верхушка разведкорпуса. Где-то вдали коридора находился и кабинет Эрвина. Помещение было раза в четыре больше моей предыдущей метровой халупы. — Наконец-то простор, — несказанную радость вызвали во мне два окна, открывающие вид на поле для тренировок. У левой стены стояла одноместная кровать. Также мне выделили два стола: один письменный, стоявший между окон, и второй — для работы над проектами. Справа находились комод и стеллаж. И всё же, я любила комфорт вокруг себя. Конечно, здесь тяжело чувствовать себя в безопасности, однако обеспечить себе минимальный уют я сумею. Разложив, вещи, я принялась составлять списки того, что мне необходимо. К обеду я успела привести себя в порядок. Сделала высокий хвост и надела чёрный плащ, что накануне мне выдал Эрвин. Выйдя из крепости во двор, я увидела мужчину, который запрягал чёрного как смоль коня. — Здравствуйте, моё имя София. Эрвин здесь не появлялся? , — спросила я у солдата в косынке. — Привет, я Дита Несс. Он должен прийти с минуты на минуты. Подожди его немного, — мужчина выглядел дружелюбно, у него были русые волосы, редкая бородка и странная ткань на голове. Более всего моё внимание привлекло то, с каким трепетом он относился к лошади. — Прекрасный конь, чернее любой ночи, — животное восхищало своей природной грацией. — Хах, да, он у нас особенный, — сказал Дита, поглаживая коня, — Один из сильнейших. Его зовут Дарко. Он очень умён и всё понимает. На него всегда можно положиться и он полностью предан своему хозяину. Плохих людей к себе не подпускает вообще, хоть ты тресни, — Дита усмехнулся и почесал затылок, — Видимо ты ему понравилась, иначе стал бы брыкаться. Попробуй погладить его, не бойся, — последовало предложение. Я протянула руку, а конь в ответ вложил свою мордочку в мою ладонь, — Безупречное создание, — конь облизнул мою руку, — Должно быть, Дарко, твой хозяин — исключительный человек… Из-за спины послышались приближающиеся шаги, — Очень точно подмечено, София, — отвесил Дита. Я медленно опустила руку и обернулась. — Хозяин и вправду человек специфичный и в некоторых моментах весьма своеобразный, — послышался голос Смита, — И как это понимать, Эрвин? — раздражённо фыркнул капрал, подходя к лошади, однако за секунду его лицо озарилось мягкой улыбкой, когда он поприветствовал животное. Конь облизнул руку хозяина. — Привет, Дарко, — сказал Ривай, приглаживая гриву скакуна. Это действо меня удивило. Я впервые вижу, чтобы Ривай так невинно улыбался. Не знаю почему, но это завораживало. Вмиг меня отрезвил переходящий в мою сторону ледяной взгляд капрала. Его словно перекосило от моего вида. Былое раздражение вновь засияло на его лице. — София, капрал будет твоим сопровождающим, — вставил Эрвин. — Чего?! , — возразила я, — Ему ведь некогда со мной возиться, пусть валит прочь, — моя позиция была вызвана тем, что капрал меня изрядно доконал своими противоречиями. — Прикуси язык, я здесь вовсе не от великого желания. От перспективы провести целый день в твоей компании мой обед просится наружу, — сказал Ривай. — Да что ты? У меня, знаешь ли, тоже не вызывает восторга возможность прижиматься к твоей вонючей потной спине, а затем выслушивать упреки от мужчины, переживающего психологический кризис, — мне хотелось его задеть, поэтому я не на шутку разошлась. Капрал выпучил глаза и устремился ко мне, как вдруг вмешался Эрвин, — Перестаньте! Я очень надеюсь на то, что вы сегодня не убьёте друг друга. София, Ривай — единственный, кто может справиться со всем, можешь на него положиться. Я бы не приставил к тебе того, в ком бы не был уверен. — К чёрту вас всех. Что насчёт денег? , — материалы на что-то нужно покупать, у меня же ни копейки денег нет. Причем такое положение дел меня вовсе не устраивало. Мне нужно было как можно скорее заработать, это также было одной из причин, по которой я рвалась в город, однако Ривай мог существенно помешать мои планам. — Деньги находятся у Ривая, так будет надёжнее, — ответил Эрвин. Отлично, теперь мне еще нужно обо всём спрашивать господина Кислая рожа. Капрал к этому времени успел оседлать лошадь, вид у него был как всегда раздражённо — подавленный. Эрвин подал руку, чтобы мне удалось залезть на лошадь. Я уселась позади Ривая, ухватываясь за его талию, при этом пытаясь максимально отдалиться от его тела. Он был мне неприятен, после всех слов, что он успел выкинуть. Спустя десять минут наставлений Эрвина, мы отправились в путь, который должен был занять три часа. Мы ехали в абсолютном безмолвии. Никто не проронил ни слова. Моя спина ужасно болела от неудобного расположения, постоянной тряски и моего стремления сохранять дистанцию между мной и Риваем. Напряжение так и витало в воздухе. И да, всё же должна признать, никакого намёка на запах пота от капрала и подавно не возникало. И я это знала, поскольку он всегда выглядел безупречно, а в кабинете была идеальная чистота. К тому же, помнится, я частенько слышала, как солдаты жаловались на то, что капрал запрягал их уборкой. Вот ведь педант и чистоплюй. — Тц, — усмехнулась я. Моё дыхание ударило Риваю в шею. Я внезапно смутилась, ведь он явно это почувствовал. Однако капрал бы непоколебим, он продолжал невозмутимо держать поводья. Не могу сказать, что мне стыдно за свои слова, сказанные Риваю перед выездом, но я чувствовала, что в тот момент моя реакция была излишней. И тем не менее, он единственный, кто всегда говорит мне правду и, пожалуй, это самое ценное. Внезапно мне всё же стало интересно как пахнет мой попутчик, а ситуация как раз располагала… От Ривая исходил запах бергамота и корицы, плюс ко всему иногда выбивались нотки древесины и мяты. Навеяли воспоминания о брате. С ним и родителями мы часто выезжали в загородный дом, где мы хорошо и весело проводили время всей семьей. Теплота пролилась внутри. Неужели запах капрала так повлиял на меня? А ведь мы сейчас с ним как никогда близки. Мои руки расположены на его твёрдой талии, и я прикрываю его широкую спину. Да уж, и куда меня завели эти мысли… Через несколько часов мы въехали в город. Первым местом в моём пункте была ярмарка, поскольку именно это место является сосредоточием множества материальных благ, а также театром человеческих отношений. Мне необходимо было увидеть то, как люди общаются, ведут дела, что покупают и многое другое. Мы остановились у церкви, что находилась рядом с центральной площадью и спешивались. Ривай привязал лошадь и достал бумаги. — Стой здесь и жди меня. Я должен передать документы. Не смей отходить куда-либо, — сказал капрал в приказном тоне. — Нечего разговаривать со мной как со своей собакой, — фыркнула я на Ривая, показывая своё недовольство, — Я ничего здесь не знаю, поэтому мне нет смысла уходить, чтобы заблудиться. — Уж очень на это надеюсь, — ответил Ривай и вошёл в здание. Я в свою очередь, подождав несколько секунд, ринулась к сумке, что была на лошади, для того, чтобы найти деньги, о которых говорил Эрвин. Мне удалось отыскать два набитых мешочка. Достав и открыв один из них, я увидела золотые монеты. Шок. — Да здесь же граммов пятьсот золота! , — прошептала я, убирая один мешочек в свой карман. Странно, что Ривай их так просто оставил, он что совсем дурак? Плевать. Я направилась в сторону ярмарки, которая расположилась на другом конце площади. Моя голова была покрыта капюшоном от плаща, поэтому люди не обращали на меня внимания. Атмосфера была для меня крайне новой. Бегающая ребятня, кричащие женщины и пьяные мужчины создавали необычайный колорит совсем незнакомой для меня городской среды. Ранее я избегала толпы людей, поскольку меня это утомляло, сейчас же я чувствовала бодрость и даже радость. Я с интересом оглядывала прилавки и цены на товары. Обращала внимание на то, как люди разговаривают, жестикулируют и реагируют на те или иные веди. В один момент я успокоилась и поняла, что эти люди несмотря на то, что живут в постоянном страхе и под гнётом титанов, являются самыми обычными. Они такие же, как через сотни лет. Такие же, как в моем мире. Такие же, как я. Они так же умеют веселиться, радоваться, плакать и страдать. Между нами нет разницы. В нескольких метрах от себя я увидела палатку с ножами. Мне тотчас захотелось разглядеть инструменты. Ножи были самые разные: боевые, охотничьи, кухонные и даже сделанные с особым изыском. Мне приглянулся нож с расписанным клинком и золотой рукоятью в виде головы льва. — Утончённый нож, для роскошной дамы, — вышел полный мужчина в возрасте из-за прилавка. Одет он был хорошо и выглядел ухоженно. — Мне нужен тот, кто создал этот нож. — Ох, прекрасная леди, этот человек — мастер тонкой работы. Я скажу Вам как его найти, но будьте с ним осторожны, он человек своенравный и весьма грубый, — ответил торговец. Что же, мне не привыкать. — Вы очень любезны, сэр, я Вам очень благодарна, могу ли я узнать Ваше имя? — Ах, простите мою бестактность, моё имя Стен Судо, — изволил представиться мужчина. — Моё имя София Феррерс, я ищу людей, которые способны помочь мне в конструировании оружия для борьбы с титанами, — высказала Стену без утайки. — О-оружия? София, это очень интересно. Не желаете пройти со мной и выпить чаю? , — предложил мужчина. События развивались достаточно быстро, я покинула приставленного ко мне солдата, который должен был обеспечить мне защиту, а теперь незнакомец зазывает меня выпить чай. И тем не менее, сегодня мне нужно добиться каких-либо результатов. Я стащила небольшой ножик у Стена, чтобы в случае чего могла защититься. Торговец разлил чай и предложил печенье, приступать к чаепитию я не торопилась. — Итак, София, человек, который Вам нужен, живёт недалеко отсюда и вечера обычно проводит в баре, который находится рядом с площадью. Его имя Бруно Митчелл и с кем попало он не работает, поэтому скажи ему, что именно я Вас направил. Надеюсь, Вам удастся его привлечь, ведь он действительно очень талантлив, — поведал мне Стен. Мы беседовали с ним около двух часов, за это время он дал мне координаты нескольких надёжных людей, которые могли бы мне помочь в моём нелёгком деле. Помимо того, он рассказал мне о том, как начал заниматься торговлей, о своей жене и младшем сыне, который учится в кадетском корпусе и хотел бы служить в разведке, чтобы сражаться с титанами. В этом и крылась причина его радушия ко мне. Он показался мне искренним человеком, который легко идёт на контакт, при этом я чувствовала его заинтересованность в знакомстве со мной. Для меня было выгодно такое стечение обстоятельств, поэтому я решила рассказать свою легенду и то, как укрылась в разведкорпусе. Однако моё время было ограничено, и я не могла растрачивать его на пустые разговоры, ведь еще собиралась найти этого Бруна, а затем вернуться к Риваю. — Стен, Вы ведь торговец и, вероятно, имеете множество связей… Говоря вкратце, я нуждаюсь в ответственном человеке, который мог бы поставлять нужные мне материалы, такие как порох, древесина, различные металлы и горные породы. Я была бы Вам очень признательна, если бы Вы направили меня к такому человеку, — высказала свои пожелания, — Или даже им могли бы стать Вы, мистер Судо, что думаете об этом? От себя предлагаю покрытие всех расходов и поддержку от разведкорпуса, — Стен был крайне удивлён моим внезапным предложением, — Также я могла бы приглядывать за Вашим сыном, когда он поступит в разведкорпус, если Вы понимаете, о чём я, — мне удалось найти место, на которое могла надавить. Глаза торговца загорелись, словно он отыскал сокровище для себя. — София, я крайне почтён Вашим предложением и, вероятно, смогу стать для Вас максимально полезным, — Стен встал и взял мою руку, энергично пожимая её, — Уверен, Вы не разочаруетесь во мне! Торговец был взволнован, — Что же я надеюсь, что наше сотрудничество станет успешным и будет полезным для обеих сторон. Думаю, нам следует обсудить детали, — спокойно ответила я Стену, не выдавая радости от первой победы. Спустя полчаса мы подписали договор, я оставила ему десять монет в знак укрепления новой дружбы. — Рада была нашему удачному знакомству мистер Судо, до скорой встречи! , — прощаясь, произнесла я на выходе из помещения. Времени было уже около семи часов вечера. На улице начинало смеркаться, а торговые точки потихоньку закрываться. Я вернулась к площади. Спросив у прохожей девушки в какой стороне находится бар, мой новый маршрут был определён. Я прошла несколько метров, как внезапно меня схватили за руку и одним рывком потянули за угол. Мой рот крепко схватила твёрдая рука, чтобы из него не вырвалось ни звука. В следующую секунду меня сильно впечатали в стену, отчего я ударилась головой. — Где ты шлялась? , — прорычал разгневанный голос. Знакомый запах ударил в нос. — Идиот, отпусти, мне больно! , — от Ривая иного можно было не ожидать — Где тебя носило три часа, черт тебя дери? , — капрал был не на шутку взбешён. — А ты что соскучился? Или приревновал, признайся? , — улыбнулась я, пытаясь отдышаться. Ривай хватки не ослабил, а лишь вновь впечатал меня в стену с большей силой и приблизился к моему уху, — Я задал конкретный вопрос, — низкий голос был словно ударом тока, я почувствовала легкую слабость. Он навалился на меня всем телом, причиняя нестерпимую боль. Его лицо было слишком близко к моему. Я слышала его прерывистое дыхание, однако выражение лица было таким же невозмутимым, как и прежде. — Ну давай, накажи меня, возможно тебе это понравится, — хоть я и чувствовала боль, мне было забавно наблюдать за реакцией капрала, — Ты ведешь себя как обыкновенный садист. Швырни меня пару раз в стенку и докажи это, — мне было тяжело дышать, — Ривай, — я буквально пыталась выдохнуть каждое слово, — Хватит вести себя как жестокая мразь, я знаю ты не такой, — помолчав мгновение, капрал ослабил хватку и отошёл от меня. Я упала на колени, пытаясь отдышаться и прийти в себя. — Говорила же, не разговаривай со мной как с собакой, — истощённо выдохнула я. — Почему ты ушла? , — устало и безразлично сказал Ривай. — Ты ведь знаешь, я бы ничего не добилась, если бы ты держал меня на привязи, — капрал не смотрел в мою сторону, он выглядел несколько подавленным. — Спасибо, что позволил мне действовать в одиночку, — мне было абсолютно понятно, что Ривай сделал это специально, ведь он определенно не тупица, который оставляет людей и крупные суммы денег без присмотра. Только вот зачем этот цирк… — Что в итоге? , — спросил капрал, уточняя ход дела. — Я нашла поставщика и получила координаты людей, которые могут быть полезны, — медленно встала и начала отряхиваться, — Теперь в баре нужно найти некого Бруно Митчелла и уговорить его изготавливать детали, — я откашлялась. Солнце успело зайти за горизонт. Наступил долгожданный вечер. Теперь люди появлялись на улице лишь изредка. В городе постепенно загорались огни, освещая улицы приятным теплым светом. Мы с Риваем неторопливо отправились в сторону бара. Снова наступила тишина. Капрал выглядел удручённым после недавней сцены, но я не чувствовала, что следует что-то говорить. Молчание с ним было очень приятным. Даже возможно мы выглядели как пара в такой обстановке. — А ты вовсе не воняешь, — вставила я и почти ударила себя по лбу. Браво, София, ты главная идиотка в том, как поднимать людям настроение и разряжать обстановку. — Да? А ты что принюхивалась? , — усмехнулся Ривай. Я смутилась и залилась краской. Надо же было сморозить такую глупость. — Нет же, то есть, я. Ну, ведь я. Как бы это сказать. Ты ведь достаточно близко ко мне наклонился, вот я и почувствовала. И знаешь, мне даже нравится, как ты пахнешь, — чёрт заткнись, тупица, что я несу. Ривай повернулся на меня, — Нет, то есть, я не нюхала тебя и не наслаждалась твоим запахом, мне лишь случайно удалось его уловить, и он показался мне приятным. Наверное, я лучше помолчу, — я окончательно залилась краской. Да что это такое? Веду себя как школьница. К чёрту. Плевать. — Нравится мой запах, значит, — сказал Ривай, переводя взгляд на небо. Звезды в этот вечер светили необычайно ярко. Больше мы ничего не говорили. Мы вошли в бар. — Бруно Митчелл здесь?, — спросила я у рыжебородого поддатого мужчины, что сидел у входа. — Старик Бруно? А то, как же, вот он сидит, — мужчина указал полупустой кружкой на человека, сидящего за барной стойкой. — Ривай, присядь где-нибудь в углу. Я бы хотела создать безопасную обстановку, — капрал, окинул меня безразличным взглядом, но всё же послушал и занял стол у окна. Я подошла к барной стойке и заказала кружку пива. — Бруно Митчелл, — мужчина устало повернул голову в мою сторону, — Моё имя София Феррерс, меня к тебе направил Стен Судо, зарекаясь о том, что ты имеешь талант к весьма тонкой работе, — мне подали кружку, я поспешила сделать глоток. — Ну допустим, — мужчина выглядел измученным, на нём была простая рабочая одежда, а сам он держался горделиво. Волосы каштановые, нос крючковатый, руки в мозолях. — Что тебе надо от меня? , — фыркнул Бруно, опрокидывая стакан. — Я собираю команду людей, которые будут помогать мне в создании оружий для борьбы с титанами. Ты мне нужен, чтобы изготавливать детали. — М? Оружие? Ты тупая девка, выглядишь как шлюха. Что ты знаешь об оружии? , — презрительно выкинул мужчина. В такие моменты ты либо вступаешь в бой со стеной, либо делаешь шаг назад. Я достала из кармана мешок с золотыми монетами и пафосно опрокинула его так, чтобы на столешнице рассыпалась половина. Я наклонилась к Митчеллу — То, что я знаю об оружии твоим пропитым мозгам ни за что не постичь, сколько не объясняй, — тактика беспринципного боя со стеной отлично отрабатывалась мной годами. — Через три дня ты прибудешь к штабу разведкорпуса, там мы и узнаем на что ты годишься, — выдала я в приказной манере, а затем кинула надменный и одновременно брезгливый взгляд на кружку пива, — Времени на поиск твоей замены у меня нет, — отчеканила я, давая ему понять то, что теперь он принадлежит мне. — Это все? , — вопросительно произнёс Бруно. Я уже направилась к выходу, но внезапно в моих губ сорвался едкий ответ, — Не подавись мочой, — я была вне себя. Внезапно зал разразился хохотом, сидевшие в баре мужики всё это время бесстыдно грели уши. — Ох Митчелл, нарвался ты, — Язык твой — враг твой, послышались звонкие голоса. Моему раздражению не было предела, неужели вокруг меня теперь всегда будут вертеться одни мужланы и грубияны? Пнув дверь ногой, я покинула бар, следом вышел Ривай. Мы оказались на безлюдной ночной улице. — Безопасная обстановка говоришь? , — ехидно спросил капрал. И всё же я попыталась начать разговор с Бруно с хорошей ноты, но взаимности не дождалась. — Честно сказать, я и сама не ожидала беспочвенного хамства. Подобное поведение противно мне в наивысшей мере, — я обратилась в сторону капрала. Знаешь, Ривай, на мой взгляд, человек не обязан обладать выдающимся интеллектом, безупречным телом или какими-либо феноменальными способностями и ресурсами, однако вежливость доступна каждому, и для этого не нужен нескончаемый список данных, — мои чувства были похожи на презрение в сочетании с ненавистью. Я не скрывала очевидного желания растоптать мерзкого Бруно Митчелла и его грязный язык. Это был первый раз, когда мой гнев мог откровенно вылиться наружу. — Прежде я не могла позволить себе ни единого грубого слова, но этот мир вывел меня изо всякого равновесия, — Ривай смотрел на меня пристально и не упускал ни единого слова, — Более я не готова мириться с этим ни единого дня. С меня довольно! Иначе ваша варварская среда уничтожит во мне всё, — мне хотелось упасть и разрыдаться, но я смогла сохранить самообладание и холодный вид. Я смиренно выдохнула и развернувшись, направилась в противоположную от капрала сторону. Внезапно горячая рука замертво схватила моё запястье, ограничивая всякий ход, — Попытаешься выбраться отсюда? , — последовал вопрос от Ривая. Я обернулась, паршивая слеза вырвалась, побежала по щеке и дала волю эмоциям, — Это невозможно! Ты не можешь представить себе какой дырой является ваш мир внутри стен! , — я вырвала свою руку, чтобы достать блокнот, — Гляди! , — судорожно протягивая открытые страницы со своими зарисовками, — Вот, чего достигло человечество! , — нервно указывая пальцем на рисунки. Ко мне подступала истерика. Ривай перехватил мой блокнот и стал листать страницы. — Ты не понимаешь, чего я безвозвратно лишилась. Капрал внимательно разглядывал изображения, переворачивая страницы так и сяк. Он многого не понимал. — Ты видишь?! Видишь это? — я была на грани отчаяния, мой голос дрожал. Ноги уронили меня на землю, а слезы всё же пробились и теперь их было не остановить. — Я потеряла всех близких и всех тех, кого знала. Я потеряла свой дом и всё, что оставалось у меня от прошлой жизни. Теперь меня окружает лишь ненависть, злоба и недоверие. Я словно вновь умерла. Причём дважды. И не думаю, что вновь это вынесу… — достав из кармана припасённые мной таблетки успокоительного. Я поднесла их ко рту, но капрал ударил мою руку, и таблетки рассыпались на пол. Меня охватила паника — Ривай, мои силы на исходе, как и желание продолжать, — прошептала себе под нос, по которому капала слеза. Я почувствовала, как что-то опустилось и приблизилось ко мне. Рука Ривая коснулась моего плеча, — Тебе не вернуть того, что осталось позади, — выдал капрал, — Но не смей сейчас сдаваться. Я действительно не знаю откуда ты пришла, но, возможно, ты можешь стать нашим спасением, — внутри меня всё содрогнулось. Я подняла взгляд на капрала и увидела для себя надежду. Он пытается меня подбодрить? Неужели ему не всё равно? — Ты нам нужна, — прозвучали самые желанные слова. По телу пробежали мурашки. Голос Ривая изливался как музыка, которая была результатом игры на струнах моей души. Я больше не смогла сдерживаться и окончательно разрыдалась. Боль сковала моё тело и теперь я была не в силах терпеть. Руки невольно подорвались к лицу, чтобы скрыть его. Захлёбываясь в собственном море слёз, я уже ничего не понимала. В одно мгновение меня накрыли сильные мужские руки. Их тепло наполнило меня изнутри, возникло чувство защищенности, словно я вернулась в детство. Объятья капрала были олицетворением нежности и силы, понимания и доверия. Я зарылась лицом в его широкую грудь. Удивительно то, что нутром я с самого начала понимала, что этот человек тот, кто способен постигнуть всю твою боль и разделить её с тобой. Его горячее дыхание скользило по моей макушке. Легкая слабость прошлась по всему телу. Небывалая безмятежность и спокойствие вновь начали зарождаться в моём сердце. Мы просидели в таком положении до тех пор, пока все мои слезы не иссякли и перестали выходить наружу. Вскоре я начала приходить в себя. Теплые и нужные руки, терпеливо поддерживавшие моё тело, переместились на щёки. Ривай отстранил моё лицо и глядя мне прямо в глаза произнёс, — София, если тебе нужна поддержка, я тебе её дам. Конечно, не в том виде, в котором её привыкли получать, но я постараюсь быть рядом и пинать тебя каждый раз, когда твои руки будут опускаться, — подобная откровенность заставила меня смутиться. — Зачем тебе это? Ты ведь сам говорил, что не хочешь возиться со мной, — вопросила я Ривая, выдавая несколько озадаченный вид. — Я понимаю, какого это, когда теряешь всякую опору под ногами, поэтому теперь хочу помочь тебе. Кто знает, возможно, ты однажды поможешь мне, — ответил капрал, поднимаясь с земли и подавая мне руку. Неужели ему нужна помощь? Хотя глупо спрашивать, ведь здесь всем она нужна… — К тому же ты обещала меня отшлёпать, уже забыла? , — грусть как рукой сняло. Я тут же вспомнила свою выходку во время тренировки — Дурак, — толкнула я Ривая и немного рассмеялась, - Обстановка несколько не располагает. — Скажи мне еще кое-что, — я с любопытством заглянула в глаза капралу, — Что за таблетки ты без конца заглатываешь? , — этот вопрос был неожиданным для меня. — Я видел, как ты дрожащая в слезах приходишь в столовую по ночам, принимаешь в себя что-то и превращаешься в подобие призрака, — было чувство, что меня уличили в преступлении. Мне не было стыдно, но ощущение вины присутствовало, так как ранее у меня возникали проблемы с этим препаратом. Тем не менее с объяснениями я не спешила, надеясь на то, что капрал поймет моё состояние. — Я не буду тебе ничего запрещать. Дело твоё. Но если еще раз попадёшься мне на глаза с этой дрянью, я буду в тебе разочарован, — непринуждённо сказал Ривай. Честно говоря, после сегодняшнего дня мне не хотелось его разочаровывать. Угрозы в том, что он сломает мне ноги или убьёт, были бы менее убедительными, в сравнении с тем, что я могла потерять доверие единственного человека.