Даже моё зло без ума от тебя

Девушка стояла перед слегка пошарпанной дверью квартиры, бледный свет лампы освещал лестничную клетку слабо, поэтому создавалось ощущение опасности. Рука позднего гостя взмылась вверх и нажала на звонок, в квартире кто-то заговорил и послышались тяжёлые шаги. Звук проворачивающегося замка тихо поколебал тишину подъезда, и вот уже перед взглядом Софии стояла женщина, смотрящая на неё недовольным взглядом, но чем больше она всматривалась в лицо "незнакомки", тем сильнее узнавала знакомые черты. — Сонечка?.. — неуверенно прошептала женщина. Получив легкий кивок и обворожительную улыбку, она бросилась на шею девушки с объятиями, — дорогая ты наша! Сколько же я тебя не видела? Как уехала в Москву поступать, так и пропала! Как же мы скучали, волновались... Чёртовка! — Тётя Лена, — стараясь освободиться из твёрдой хватки обезумевшей от счастья женщины, прохрипела Бриллиантова, — дайте же я все расскажу... задушите ведь! Дядя Федя, спасите! Полиция! Из коридора появился мужчина в преклонном возрасте, его взгляд не сулил ничего хорошего, все знали о том, что он работает в правоохранительных органах, поэтому такие шутки воспринимал в штыки, но когда он понял, кто же его подобным образом позвал, то застыл в неком шоке. В паре шагов от него стояла девочка... Нет! Уже красивая и уверенная в себе женщина! Но для него она, видимо, навсегда останется той проблемной девочкой сиротой, которая частенько сбегала в поисках приключений, а ему приходилось искать и ловить ее. — Сонечка... Следующие минут десять прошли в радостях от встречи, каждый из супругов заобнимал бедняжку до хруста костей, не забывая при этом ругать её за то, что она так резко и неожиданно пропала на двенадцать лет. Однако девушка не старалась что-то объяснить, отнекиваясь общими очертаниями. Вскоре уже было накрыто на стол, Софию насильно усадили за него и наложили в тарелку все, что можно было только съесть в этом доме, по мнению Елены девочка очень исхудала, как она выразилась, в своей столице. — Тебя там хоть кормят? Бедняжка, одни кожа, да кости, — причитала женщина, хлопоча на кухне. Прокопеныч только рукой на неё махнул, присаживаясь за стол с Соней. — Ну, рассказывай, чем же ты сейчас занимаешься, — протянул мужчина, скрещивая руки и серьёзно глядя на девушку. — Я изобретатель, — абсолютно спокойно и серьёзно ответила ему Соня, — у меня есть своя компания по производству и поставке оружия. Мои творения опережают время и не могут сравниться ни с одним боевым орудием на земле. — Вот как... Все-таки зря ты с этим Олегом водилась, — недовольно цокнул языком Фёдор, — лучше бы с Рузумовским общалась, сейчас бы, гляди, с ним свою сеть в интернете открывала, а не вот это вот... Что хоть за кампания? Ни разу не слышал, чтобы мне про тебя такое рассказывали. — Я не хочу разглашать название, я придерживаюсь полнейшей конфиденциальности для тотальной безопасности, — уже заучено отчеканила Соня, имена старых друзей вызывали в ней странные эмоции: она потеряла с ними связь, поэтому испытывала чувство сильного стыда, — кстати, как там Олег и Серёжа? Как Серёжа — я знаю, можешь не утруждаться, постоянно про него статьи вижу. Миллионер Разумовский... А как Олег? — Олег, деточка, погиб год назад... — с резко нахлынувшей грустью, сказал мужчина, опуская глаза в тарелку, — Но не будем об этом... про твоего Разумовского я бы и так ничего тебе не сказал, ибо не знаю. Не общаемся мы уже лет пять, да и до этого не особо поддерживали связь. Он, в отличие от тебя и Олега, не сбегал из детского дома. Он был хорошим мальчиком! — Ой, дядя Федя, заканчивайте. Да-да, Серёженька был хорошим мальчиком, — саркастично повторила Соня, подцепляя вилкой кусок курицы. Разом на неё выплеснулись все воспоминания, которые были пережиты с мальчиками. Весь подростковый возраст у неё был с ними, они помогли ей стать тем человеком, которым она сейчас является и это не про внешние блага. А теперь... Одного нет в живых, а связь со вторым полностью потеряна. Смерть Олега принялась не так уж и тяжело, в силу того, что они не общались последние десять лет, то отпустить его было несложно. Однако неприятный осадок остался на сердце. — А помните, господин Прокопенко, нашу первую встречу? — улыбнулась София, отводя взгляд в сторону. Перед глазами забегали картинки из прошлого...

Холодный дождь безжалостно лил на улицы Питера, девушка стояла посредине улицы, подставив лицо тяжёлым каплям дождя. Где-то далеко слышался шум машин, рядом бегал Олег, его радости не было придела. Хотя... для радости ему всегда нужно было немного, вот и сейчас он жадно поедал шаурму, наблюдая за тем, как его подруга нежится в струйках дождя. — Соня! Вернись! Если ты заболеешь, то мне Серёжа голову снесёт, — возмущённо крикнул Волков, посильнее запахивая свою куртку и воровито оглядываясь по сторонам, — пф... что это я, он и так мне голову снесёт, когда узнает, что мы сбежали. — Не волнуйся ты, — отмахнулась Бриллиантова, заходя под навес к другу, — Серёжа просто переживает за нас, но он не будет сильно злиться. — Ага, за нас он переживает. За тебя он переживает, вот и все...

— Конечно помню, вы тогда первый раз сбежали, а мне Игорюню только поставили в качестве стажёра, а он зелёный ещё, — с блеском в глазах начал свой рассказ Прокопенко, даже его жена вышла из кухни и оперевшись на дверной косяк, принялась слушать мужа, — ну, детдомовские у нас частенько сбегают, поэтому я ему сказал вас найти. А вы, два хитрых лиса, просекли, что он новенький в этом деле, водили за нос его по всему городу. Смешно было... — Да, было дело, — кивнула Соня, откидываясь на спинку стула. Тот день и этого стажёра Громова она помнила очень хорошо: тогда Игорь ей казался очень симпатичным, да что с неё было взять, девочки в таком возрасте во многих чудиках видят привлекательные черты, — как он сейчас? Часто вижу его по новостям, жена хоть появилась? — Да куда там! Он же у нас отшельник тот ещё, всё сам делает, всё сам умеет. Никому не доверяет, вот хоть убей, — всплеснул руками Фёдор, — но лучший в отделе. Майор Гром - такого второго не найдёшь. Беседа продолжилась на более отстраненные темы, девушка интересовалась, как дела на работе у Прокопеныча, а он с большой охотой рассказывал о всех происшествиях, которые творились в городе. София слушала его и лишний раз убеждала себя, что поступает правильно, изобретая оружие. Ей часто говорили: "Зачем ты делаешь то, что убивает людей?". Но в наше время граница человечности стерлась окончательно, поэтому стоит быть всегда бдительным, а убийство ради самообороны — это защита, но смерть — это смерть.. Неожиданно по комнате раздалась трелль звонка, Елена поторопилась открыть дверь, в коридоре послышался мужской голос. Соня заметно напряглась, она не ожидала, что станет свидетелем какого-то гостя. На её памяти детей у пары не было, да и Фёдор не отличался особой дружелюбностью. — А че не предупредили, что у вас гостья, — раздался бас за спиной Бриллиантовой, она обернулась и увидела самого Игоря Грома, а вот он девушку не признал, — здрасьте... Я тогда пойду, наверное.. — Ты чего, Игорешь, это же Сонька Бриллиантова, помнишь такую? Она из детского дома, ты тогда ещё молодой был, — с отеческой улыбкой на лице пытался объяснить Прокопенко личность черноволосой, выражение лица Игоря постепенно менялось, а значит он все же что-то припоминал, — вот-вот, часто бегала, а ты ловил. — Помню такую, столько из-за тебя криков натерпелся, неуогомонная — возмутился мужчина, садясь в кресло и снимая свою кепку, — хорошо, что ты уже выросла... Ну, ты.. типо, поменялась в лучшую сторону. — Спасибо, — София еле сдержалась, чтобы не прыснуть от смущения майора, он явно понимал, что нужно сказать что-то хорошее старой знакомой, но делать это не умел, — ты тоже очень поменялся, звание вон какое. Мужчина хоть куда, так сказать. — Ну, куда никуда, но я не лясы точить пришёл. Прокопеныч, я только из зала суда, Гречкина опять оправдали, — последние слова брюнет буквально выплюнул, в комнате все замолчали. Соня слышала о этой ситуации, но подробно в неё не вникала, — опять! Мне надоело так жить! Надоело, что такие мрази, как Гречкин ходят на свободе и ни в чем себе не отказывают, при этом являясь убийцами, ворами! Они преступники, но закон обходит их стороной. Что же это за страна такая, где свою правду можно купить? — Тиши-тише, Гром... Так было всегда, коррупция процветает, а мы гнием. Честных и неподкупных людей осталось крайне мало, хотя бы взять наш отдел, думаешь у нас все такие правильные? Нет, ты что, любого возьми — продаст мать родную, но ведь золото можно найти в грязи, если тщательно порыться. — Именно поэтому я работаю один, — хмуро подтвердил Игорь, в его взгляде читалась ярость и безысходность. Он понимал, что являясь пешкой изменить ничего не сможет, а каждый порыв хоть что-то исправить может обернуться против него, — люди отвратительны, они продадут тебя за стопку бумажек... Эта девочка, она и так была обижена судьбой, она из того же детского дома, что и ты, — теперь Гром взглянул на Соню, она посмотрела на него и лишь беспомощно пожала плечами, — урод! — Успокойся, любитель правосудия, — негромко сказала Бриллиантова, она развернулась к нему всем корпусом и выпрямила спину, взгляд приобрёл некий надменный оттенок, девушка рассматривала майора с оценочной целью, — это баланс. Не бывает добра без зла, всегда были и будут злодеи, такие как Гречкин. Это сейчас он живёт спокойно и всему радуется, но в определённый момент ему все вернётся, время расплаты наступает у каждого. — Ты говоришь цинично.. — Может быть. Да, я эгоистка, я иду по головам ради своей цели, но у меня все же есть границы, — вставая со своего место, продолжила София, — я не идеальный человек, как и ты. Не говори, что у тебя нет своих страшных секретов. Все мы в какой-то степени преступники, только степень наших преступлений разнится. Я ни в коем случае не пытаюсь оправдать Гречкина, он ублюдок, это так. Но вот то, что он не получил наказание... Это лишь вопрос времени, вселенная работает бумерангом. — Ой, ты у нас гадалка что ли? Давай ещё скажи мне сглазы на преступников наводить, чтобы раскрываемость лучше была, — фыркнул Игорь, устало прикрывая глаза руками, — Мы тут не в игрушки играем, это реальная жизнь и реальные люди гибнут. Тебе не понять! Стоишь тут в дорогом костюме, на руке часы дороже, чем эта квартира, а на улице BMW стоит, твой наверняка! Смотришь со своей вышки и ждёшь, когда какая-то вселенная накажет всю мразь, а не так это работает, дорогуша, не так. Если мы не напрягем свои булки, то преступники не будут пойманы, а следовательно и не будут наказаны. Вот она вселенная стоит перед тобой, как тебе? — Ты ещё вспомнишь мои слова, — мягко улыбнулась Соня, когда Гром закончил свою тираду. Девушка дейсвительно имела воздушные представления об этой жизни, она не смотрела на мир сквозь розовые очки, но приняла не лучшую позицию — позицию наблюдателя. Она не лезла в дела, которые её не касались и чужие судьбы так же особого интереса для Бриллиантовой не составляли, — Спасибо за ужин, всего хорошего. — Как же так, Сонечка, может чая выпьешь? — тётя Лена спохватилась проводить гостью, а Фёдор махнул рукой на майора, покрутив пальцем у виска, тот возмущённо уставился на своего непосредственного начальника.

***

Выбежав из подъезда, девушка быстро села в черную машину. Гром был прав, это действительно её автомобиль. Как бы Соня не старалась быть холодной и безэмоцианальной на людях, наедине с самой собой можно было расслабиться. Тихо выдохнув, черноволосая сложила руки на руле, а после положила на них голову, заранее повернув её в сторону окна. На улице шёл дождь, плотной завесой скрывая эмоции Бриллиантовой. Она ещё не до конца понимала, зачем вообще вернулась в свой старый город. Просто что-то внутри подсказывало, что стоит приехать, иначе будет плохо. Своему шестому чувству девушка верила больше, чем разуму, ибо тот частенько давал сбои. Вдали, на небоскрёбе виднелась надпись "Vmeste" и символичный ей знак рукой. Мысли сами собой вернулись к Разумовскому, это будет жутко некрасиво, если она не навестит старого друга. Душа неприятно всколыхнулась, Сергей Разумовский — её первая любовь, да и он в неё был сильно влюблен, она это прекрасно понимала, но не могла позволить себе отношения с ним. Потому что, возможно, Соня единственная, которая видела его полностью и знала, что где-то в глубине этого тихого и застенчивого мальчика скрывается монстр, который может убить любого, даже её.. Встряхнув головой, девушка отмахнулась от этих мыслей, она уже давно не ребёнок, ей стоит мыслить более разумно, она обязательно встретится с Сергеем, чтобы самой на душе было легче.

***

Огромная толпа людей так и наровилась снести бедняжку, Софа злобно уставилась на парня, который, проходя мимо, сильно толкнул её в плечо. Все так торопились на это мероприятие, одна девушка стояла недалеко от входа и терялась в противоречиях. С одной стороны ей хотелось сходить, а с другой — вдруг Серёжа будет не рад её появлению? Вдруг он будет зол и даже слушать её не захочет, это же будет такой позор. Кинув взгляд на очки, что заговорчески лежали в её руке, София выдохнула и надев их, направилась к воображаемой сцене. По дороге туда, черноволосая услышала металлический женский голос и поспешила вперёд, чтобы успеть на весь аттракцион безграничного веселья. Стоя на краю и оперевшись на перила, девушка смотрела летающую голову, невольно улыбаясь такому чуду технологий. —... Сергей Разумовский! — в середину арены вышел мужчина в точно таких же очках, его рыжие волосы были аккуратно уложены, а голос из микрофона звучал очень уверенно. Соня уже не слушала то, что он говорит, она просто с улыбкой смотрела на него. Самый нежные чувства захлестнули её в этот момент, из того маленького зажатого мальчика Серёжа вырос в уверенного в себе мужчину. Странно было так за ним наблюдать, да в целом было странно его увидеть спустя столько лет разлуки. Когда речь Серёжи закончилась, девушка поторопилась спуститься вниз, чтобы перехватить Разумовского в коридоре. Но бесконечные лабиринты лестниц заставили черноволосую поплутать, когда она уже совсем отчаилась, то увидела впереди фигуру, которая нервно пыталась открыть все возможные двери, за этой фигурой бежала толпа журналистов. Узнав в этой личности Сергея, София ускорила шаг и оказавшись рядом, ловко затолкала его в лифт. Парень ошарашенно смотрел в пол, стараясь отдышаться, он ещё не особо понял, как оказался в лифте, но уже был благодарен всем, кто ему в этом помог. Соня следила за состоянием старого друга, борясь с желанием коснуться его плеча, чтобы успокоить. Было видно, как ему тяжёло даётся контакт с большим количеством людей. Однако Разумовский собрался довольно быстро, приняв ту позицию, что допаникует потом, когда будет один. — Благодарю вас, эти папарацци даже шагу ступить не дают, — невесело улыбнулся мужчина, все же поднимая взгляд на девушку и заглядывая в когда-то хорошо знакомые глаза, — вы кажетесь мне очень знакомой, я не встречал вас ранее? Соня беспомощно открыла рот, все фразы, которые она готовила застряли в горле и не могли выбраться из него. Он её не узнал, вот такого варианта поворота события девушка точно не ожидала. Хотя... она действительно сильно изменилась: цвет волос, прическа, телосложение, даже зелёные глаза как-то посерели. — Нет... Я вижу вас впервые, — мягко сказала Бриллиантова, так и не решаясь признаться Серёже в том, кем является на самом деле, — простите, но мне пора, будьте осторожны. Остановив лифт на ближайшем этаже, Соня быстро выпорхнула из него, широкими шагами удаляясь в даль. Она увидела Серёжу — это все, что ей требовалось сейчас. А то, что он её не узнал, даже лучше. Это помогло избежать ненужных разговоров, она знает, что с ним все хорошо и его жизнь идёт так, как он и мечтал, а остальное несущественно.

***

Разумовский пулей влетел в кабинет, захлопывая за собой дверь, его сердце стучало, как бешенное, а глаза метались от одного угла к другому. Мужчина со стоном осел на пол, обхватив голову руками. В сознание билась только одна мысль — Соня, это была Соня, его Соня! Зачем она пришла сюда? Что она делает в Санкт-Петербурге? Зачем соврала, что они незнакомы? Столько вопросов крутилось у него в голове, а ответ сейчас трусливо бежал к парковке. Сергей рывком встал со своего места и открыв мини-бар, достал бутылку коньяка, не заботясь о бокале, рыжеволосый отхлебнул прямо из горла. Несколько чувств разрывали его на части: злость, самая настоящая злость на неё, на себя за то, что все возвезедённые им стены и барьеры от любви к Бриллиантовой так легко пали, стоило ему взглянуть в эти зелёные глаза; нежность... он был рад спустя столько лет увидеть её, наконец-то вживую и наконец-то вблизи, он так долго ждал этого момента, где-то глубоко в душе надеялся на встречу, но когда она произошла, что осталось после?.. Серёжа громко выругался, кидая бутылку в стену, та с хлопком рассыпалась на осколки. Но даже это не особо помогло ему прийти в себя, слишком сильные были эмоции из-за каких-то двадцати секунд беседы. — Нужно успокоиться... Мне нужно успокоиться.. Так, тихо.. — вторил себе Сергей, метаясь по комнате, как хищник в клетке. Он даже не заметил Олега, который отстранённо наблюдал за действиями друга, ожидая, когда тот успокоится. На его губах играла лёгкая усмешка, а в сознание уже складывались сладкие речи. — Серёжа, успокойся. Ты так разнервничался из-за встречи с этой девкой? — все-таки не выдержав, вступил в этот монолог Разумовского Волков. Он плавно, будто пантера, двинулся в сторону товарища, беря его за плечи и сильно встряхивая, — соберись! Ты помнишь, что она сделала десять лет назад? Уехала, оборвала все связи, забыла о тебе, обо мне! Вычеркнула из своей жизни, как ненужные вещи, а что теперь... наша птичка вернулась в родные края и прибежала обратно, да и ещё когда ты на пике своей популярности, наводит на странные мысли, чуешь? — О чём ты, Олег? — громко сглатывая, спросил Серёжа, подозрительно косясь на друга, — она даже не призналась мне, кто она. Тут не может быть корыстных целей, это же Соня. — Соней для тебя она была много лет тому назад, а теперь ты не знаешь, что она за человек! — отпуская Разумовского, прошипел брюнет, — я просто переживаю за тебя, ведь я тебя успокаивал, когда она вот так легко смылась в свою Москву. Я ставил тебя на ноги и помогал жить дальше, а где была она? Развлекалась в столице. Теперь ей здесь не рады: не я, не ты. И если ещё раз эта шавка приползет к нашим дверям, то я лично выкину её из окна. — Не называй её так, — нечеловечески рыкнул Сергей, в его глазах заблестели красные огоньки разгорающегося гнева, — Она подруга и не только моя! Да, она уехала, но мы не знаем истинных причин, может быть так было нужно? Как ты можешь судить её, даже не поговорив? — Влюбленный дурак! Ищешь оправдания этой стерве, думаешь в её действиях есть высокий смысл? Нет, мы просто начали ей мешать на пути к большой карьере, вот она и ушла! — так же злобно кричал Олег, вытаскивая руки из карманы и непроизвольно сжимая ладони в кулак. — Ты как хочешь, но я найду её. Я найду и поговорю с ней, — легко сказал рыжеволосый, беря с дивана пиджак и направляясь в сторону двери, — Я должен знать.. — Куда? — Волков схватил друга за ворот и с силой оттолкнул обратно в комнату, вставая между ним и дверью, — Серёжа... пожалуйста, одумайся. Ты так долго восстанавливался после прошлого раза, а что если сейчас история повторится? Ты только привыкнешь к тому, что она рядом и раз... Как птица из гнезда изчезнет. Ты уверен, что хочешь потерять гордость перед самим собой? Разумовский ничего не ответил, он устало упал на диван, прикрывая глаза. Олег говорил правильные вещи, которые не были лишены смысла, но сердце Сергея вторило обратное. Ему хотелось поговорить с Соней, ему хотелось опять её увидеть, обнять и прижать к себе, но он прекрасно понимал, что если такое случится, то второй раз отпустить её будет гораздо сложнее, если вообще возможно. Если София попадёт к Разумовскому, то этот капкан захлопнется, она станет птичкой в золотой клетке...