Даже моё зло без ума от тебя

— Куда летишь? — Девушка, осторожнее! — Совесть поимей.. — Ты не на улице! Десяток голосов летели вслед пробегающей мимо них девушке. Её стеклянные глаза, нездоровый бледный цвет кожи выдавали внутреннее волнение. Ей казалось, что это бесконечный адский коридор, а вокруг не люди, а монстры. Котенок на трассе — идеальное описание её состояния, давно она не чувствовала себя настолько растерянной. Наконец-то оказавшись на улице, Соня сделала вдох полной грудью, панически оглядываясь по сторонам. Какой же это был позор, как она так легко смогла соврать. Так упорно идя вперёд, Бриллиантова резко сдала назад. Вот этого она от себя точно не ожидала, но где-то внутри девушка понимала, что так будет даже легче, не придётся волновать старые раны, да и отвечать на лишние вопросы. После страха наступило чувство тоски, на душе скребли не то что кошки, а тигры вооружённые ножами. Такое резкое чувство пустоты и презрения к самому себе, которое росло с каждой секундой. — Девушка, вы так и будете здесь стоять? — с откровенным акцентом сказал мужчина, похлопывая Софию по плечу, она резко дернулась и быстрым шагом поспешила к своей машине.

***

Всё помещение пропахло потом и сыростью, отовсюду слышались звуки ударов и лязг зубов. Кровь, что плотно впиталась в поверхности, полностью завершала образ этого места. Гром равнодушно проходил мимо бойцов, аккуратно маневрируя, если кто-то резко падал на его пути. Все уже знали, что этот непонятный незнакомец кентуется с главарём, поэтому его никто никогда не трогал, да Игоря даже замечать перестали последнее время. Уж так сильно притерся взгляду обитающих здесь личностей. Подойдя к двери, мужчина сделал ровно один стук, а после сразу открыл дверь. Перед ним предстала типичная глазу картина: Игнат сидел среди пачек денег и недовольным взглядом буравил наглеца. — Братюнь, тебя стучаться учили? А ежели я тут голый хожу? — в шутливой форме возмутился информатор, поспешно собирая свои пожитки. Хоть Гром был и своим, но все ещё являлся легавым, а поэтому с ним стоит вести себя осторожно, мало ли что такому человеку в голову взбредёт. Добрых людей вообще бояться стоит, никогда не поймёшь, что у них на уме. — Меня твои достоинства не интересуют, — отмахнулся Гром, присаживаясь в кресло и надвигая кепку на глаза. По виду майора стало понятно, что он не в самом лучшем расположение духа, а это означает, что сейчас лучше держать язык за зубами, дабы не попасть под горячую руку, — есть одно дельце: сможешь мне узнать информацию про человека? — Тю, а что мне за это будет? — хитро ухмыльнулся Бустер, легко откидываясь в кресле назад и ловя ещё один раздраженный взгляд Игоря. — Я и так на твою делюги глаза закрываю, — обведя пальцем стол, напомнил Гром, — или ты хочешь, чтобы я тут все быстренько прикрыл? — Ты что гонишь? Я же знаю, что ты не крыса помойная, так не сделаешь. — Уверен? — изогнул бровь майор, твёрдо смотря на информатора, тот под его взглядом заметно поник и принял более серьёзный вид, — так-то лучше. Мне нужно узнать всю возможную информацию на Софию Бриллиантову. — Необычная фамилия, — цокнул языком Игнат, одобрительно улыбаясь, — а ты сам не можешь найти, там по своим мусорским... полицейским каналам пробить? В архиве порыться? — Ты меня за идиота не держи, естественно я уже пытался найти у себя все, что только можно найти о человеке. Но вот в чем проблема: ни в одном источнике не указано, как она жила до попадания в детский дом, будто такого человека и не было вовсе. Не кажется ли странным? Ещё фамилия такая, будто ребёнок придумал. — Придумал и подделал документы? Не смеши, — отмахнулся бандит, к вечной паранойе Грома он уже привык, он как собака вцепиться во что-то и не отпустит, пока не разгрызет, — что у тебя есть, с чем мне идти к людям? — Это ксерокопии документов, с которыми она появилась в детском доме, а также её личное дело, — передавая папку с документами Бустеру, объявил Игорь. Мужчина несколько минут тщательно рассматривал листочки. Его глаза быстро бегали по строкам, а выражение лица заметно менялось. — Слушай, брательник, это подделка. Более того, я даже могу предположить, кто её сделал. Есть у меня один кент, давно таким промышляет, его почерк всегда можно узнать, — быстро затораторил мужчина, откладывая в сторону документы, — в общем, давай так. Я в течение нескольких недель пробегусь, пошарюсь, поузнаю, а потом сразу к тебе с готовой информацией. Но сам понимаешь, что дело уже не свежее. Почти двадцать лет прошло, сложно будет найти людей, кто хоть что-то об этом знает... — Постарайся, дорогой мой, постарайся. А то я у тебя тачку видел красивую перед входом, — вставая со своего места и проверяя телефон, как бы невзначай сказал Гром, — а похожую на неё недавно украли. Вот совпадения, да? — Вот же ты жук, майор, кормящую руку укусить пытаешь! — Всё, бывай!

***

Машины сигналили со всех сторон, вся эта мешанина звуков сливалась в единую кашу, которая наводила чувство беспокойства, что вот-вот тебе в багажник приедет какой-нибудь неравдивый водитель. Хоть Соня была за рулём уже много лет, но все равно водила с максимальной осторожностью и не позволяла себе упускать из вида малейшее правило дорожного движения, а особо сложные моменты на дороге старалась объезжать, даже если при этом на путь приходилось тратить гораздо больше времени. К сожалению, лихач из неё, ровным счётом, никакой, однако Питерские дороги мало чем отличались от Московских, поэтому девушка чувствовала себя более-менее уверенно. Как минимум, ей было не привыкать стоять в пробках по несколько часов. Обычно в такие моменты она занималась полезными делами — вела с кем-то деловые переговоры, либо же перепроверяла чертежи. А сейчас, учитывая, что она в законном отпуске впервые за последние лет восемь, делать было абсолютно нечего. Даже непривычно просто стоять и пялиться дорогу, но делать что-то иное не приходилось. Соня успела заскучать по своему забитому графику, особенно в такой момент, когда действительно хотелось уйти головой в работу, дабы забыть о всех пожирающих её чувствах. Как бы она не пыталась себя успокоить, выходило это отвратно. Черноволосая прекрасно понимала, что ей всего лишь нужно время, пройдёт месяц или два, Бриллиантова забудет об этом случае, а Разумовский тем более, учитывая, что для него она осталась обычной незнакомкой. Более того, он наверняка уже забыл об этом, у него было гораздо больше важных дел, только что открылась его собственная социальная сеть! Это достаточно большое событие в жизни человека, которое вытесняет все другие проблемы. Соня грустно вздохнула, её взгляд упал на кольцо, что аккуратно сидело на тонком пальце девушки. Как и все украшения Софии, это тоже было украшено драгоценным камнем, уж слишком сильно она их любила. Только в отличие от обычно украшения — это ещё служило и средством самообороны. Если нажать пальчиком на алмазик, то его потом можно будет куда-то прикрепить, а после это что-то взорвётся. Очень необычная бомба, зато невероятно изящная. Мобильный телефон девушки звякнул от прихода сообщения, разблокировав экран, перед взором черноволосой предстало сообщение:

М А Д А М

Б Р И Л Л И А Н Т О В О Й

Дорогая София, владелеца клуба "ANGEL" госпожа Исаева, ожидает вашего прихода на его открытие и с нетерпением ждёт личного разговора. Всего самого наилучшего! Девушка нахмурила брови, ей было непонятно откуда эта личность узнала о её приезде в город. Эта информация была конфедециальна, причём настолько, что даже в собственной компании сотрудники искренне считали, что их непосредственный начальник находится на больничном. А лично Соня виделась только с тремя... четырьмя людьми, которые знают её личность, но один не сумел вывести эту самую личность из своего подсознания. Сознание Софии прямо говорило ей о том, что в этой ситуации что-то явно не так, ибо её контакты и её имя знал только узкий круг людей, а все заказы поступали через заместителей, на личные встречи с потенциальными покупателями девушка выходила крайне редко, только если была уверена, что серьёзность заказа не стоит перекладывать на посторонние личности, либо же если знает, что товар лучше неё никто не осветит. Однако на перерез с подозрениями шли более разумные мысли: Ольга Исаева — крупный предприниматель, узнала о её компании и захотела взять себе парочку вещиц для самозащиты. Такой вариант был более разумный и простой, но даже в нем был недочёт — как Исаева узнала о том, что Соня сейчас в Петербурге? Оставался только один вариант — спросить у неё лично, тем более Бриллиантовой все равно нужно развеяться, дабы хоть на вечер забыться о грустных мыслях.

***

Комнату освещал солнечный свет, осторожно играя на картинах и статуях. Эра античности царила в кабинете так же, как и в душе хозяина этих апартаментов. Волков стоял возле Венеры, повернувшись спиной к своему другу. У него появилась новая проблема — София, которая так удачно исчезла много лет назад и больше не появлялась. Она являлась даром и помехой одновременно: с одной стороны — это самый лучший объект для манипуляции над Сергеем, который вызывает в нем все эмоции и чувства, что не вызывает ни один другой человек; другая сторона — если она продолжит общение с Разумовским, то из-за этих самых чувств он начнёт подавлять Птицу в себе, постепенно в целом избавляясь от неё. Этот тёмный участок его души можно вылечить светлыми чувствами, которых до определённого момента не было в жизни рыжеволосого. Потом появился настоящий Олег, Птица почти исчезла, она стала невидимой, еле осязаемой, цеплялась за корки сознания юного гения и вот удача — Волков погибает, отрицательные эмоции завладевают Сергеем, питая пернатое чудо. Главное было настроить владелеца сети "Вместе" так, чтобы он верно сделал выбор. — Эта девочка... Ублюдка Гречкина оправдали, — негромко начал Сергей, обращая внимания Волкова на себя. Разумовский сидел на полу, возле дивана, по-детски прижав к себе колени, — он убил её на глазах брата, а потом избежал наказания, а ведь она из того же детского дома, что и мы, Олег. Её жизнь и без того насыщена одними несчастьями... была насыщена, теперь её нет. Он так легко загубил маленькую жизнь, зная, что за малышку некому заступиться. — Он получит по заслугам, Серёжа. Не переживай, — бросил Волков, не поворачиваясь к другу. Тот устало прикрыл глаза, его била лёгкая дрожь от пережитых ранее эмоций. — Иногда я вспоминаю те дни, дни в детском доме. Я долго был один и уже отчаился вновь стать кому-то нужным, но вдруг появился ты, а потом Соня. Вы стали смыслом моей жизни, именно ваше общество заставляло меня жить, а не выживать. Я не смогу описать все ту благодарность, что есть во мне... Мужчина осекся, когда взглянул на Олега. Тот исчез, растворился в воздухе, будто его и не было, рыжеволосый тяжело вздохнул. Он встал со своего места и привычно направился в сторону мини-бара, трагично взглянув на бутылку, что разбил в порыве чувств. Он не помнил, когда начал заливать горе алкоголем, но он стал неким спасительным островком, который постепенно затягивал Разумовского в бездну.

***

Девушка крутилась около зеркала, тщательно рассматривая свой внешний вид, все же на этой тусовке будет множество богатых и серьёзных людей. Не хотелось бы выглядеть на их фоне замурышкой - так будет ещё больше взглядов, а этого ей точно не нужно. Обтягивающее красное платье было сшито по её размерам, оно открывало одно плечо, длинный разрез на подоле показывал ножку при ходьбе. Вишенкой на торте вновь стали украшения, драгоценности — вот самое слабое место у черноволосой. Она с детства, как сорока тащила мамины украшения, ещё не понимая всей их ценности, но рьяно любуюясь блеском металла. Правда сейчас большинство украшений Сони являлись военными гаджетами, таким образом на её теле было размещено: два кольца — одно кольцо бомба, другое кольцо жучок ; колье, которое при броске становилось сеткой; браслет — самое главное устройство, оно имеет выход в интернет, способно производить до пяти выстрелов чем-то похожим на лазер, прослушивающее устройство, также в нем размещена вся база данных полиции. Свои изобретения Софие редко приходилось использовать. Отчасти это потому что девушка в целом редко куда-то выбирается, да и её офис — самый охраняемый в Москве. Паранойя нападения ходит по пятам за Бриллиантовой. Окончательно собравшись, черноволосая предусмотрительно вызвала такси, она не собиралась напиваться в хлам, но ради приличия пару стаканчиков опустошить можно. Машина подъехала на удивление быстро, будто всю жизнь только и ждала этот заказ, поэтому через каких-то минут сорок девушка уже стояла у входа в ресторан и неуверенно топталась на месте. За шаг до цели возникает желание сдаться. В голове сразу возникли десятки противоречий, которые мешали сделать Соне заветные пару шагов до входа в здание. Внутри неё развязалась гражданская война, но снаружи девушка осталась до неприличия невозмутимой. Охрана уже начала подозрительно коситься на странную гостью, так что черноволосая со вздохом все же направилась в сторону входа. Два бугая в чёрных костюмах были не особо разговорчивыми, поэтому быстро проверив приглашения, выпрямились обратно и замерли, как статуи. София гордо вскинула голову и грациозно зашла внутрь, будто плывя по воздуху. В нос сразу ударил запах алкоголя и какого-то особо аромата, который ей было тяжело разобрать. Вроде бы какая-то пряность, но это было ещё не до конца понятно, мало ли какой-то из гостей переборщил с парфюмом. Как девушка и ожидала, никто не обратил на неё должного внимания, тут были персоны и поважнее, так что какая-то брюнетка в красном не вызывала бурного интереса. Пробравшись к бару, Соня стала наблюдать за людьми, самой Исаевой она ещё не видела. Возможно женщина общается с более важными персонами на балконах, но в приглашение было сказано о личном разговоре, хотя это могла быть общая форма обращения, которая не несла реального смысла. В основном сброд данного места представлял из себя юных девиц в красивых нарядах и толстых дяденек с большими кошельками, порой проскакивали другие личности, но выше упомянутая классификация людей все же была в большинстве. В такой момент Соня даже почувствовала некое превосходство, она удосужилась личного приглашения, а не стала "+1" к какому-то из этих мужчинок. Что было Примечательно, взрослых женщин София не смогла найти взглядом, а это означало, что все тут пришли с любовницами. Бриллиантова не хотела признавать этого, но в свои тридцать лет она стала самой старой гостьей. — Простите, — машинально сказала черноволосая, забирая с подноса проходящего мимо официанта бокал шампанского. Соня сразу же сделала пару глотков, задумчиво прикусывая губу. Вкус напитка был странный, она пила многие дорогие игристые, но этот не поддавался сравнению с каким-либо из них. Девушка дала себе моральную оплеуху, она пришла сюда, чтобы отдохнуть и в кои-то веке расслабиться, а не заниматься досканальным исследованием состава алкоголя. Сложно было учиться отдыхать, но как говорил Ленин: "Учиться, учиться и ещё раз учиться". Вот и София училась расслабляться, ведь порой это бывает очень полезно. Мимо гостьи мелькнула белобрысая макушка, которая с громким хлопком разбила какую-то бутылку. Бриллиантова недовольно уставилась на источник шума, который сейчас не особо искренне приносил свои извинения. В голове сразу вспыхнула фамилия незнакомца, недалеко от нее стоял сам Кирилл Гречкин. Живой, пьяный и вполне довольный жизнью убийца. Соня непроизвольно усмехнулась своим мыслям, она рассуждала об этом так спокойно и холодно, будто не осознавала всю тяжесть того, что он сделал. Отобрал маленькую жизнь, так ещё и красиво отмазался от хоть какого-то наказания. Конечно, для него обычные люди — пешки, смерть которых не является чем-то особо важным. Только сейчас София поняла, что все то время, пока она вела интеллектуальный монолог в своей голове, она одновременно смотрела на Гречкина, который тоже заметил столь пристальный взгляд и теперь самодовольно улыбался. Кирилл предсказуемо двинулся в сторону Сони, он напоминал кобру, которая двигалась к своей потенциальной жертве. Королевскую кобру. Хищный оскал добавил лицу острых, в какой-то степени устрашающих черт. — Мадам, я вижу, что вы заскучали, — нависая над девушкой, пропел блондин, в его глазах бегали нездоровые блики, которые слегка смутили Софию, она предусмотрительно выставила вперёд руку, положив её на грудь парня, чтобы расстояние между ними не сокращалось, — детка, не бойся, я куколок не обижаю. Доставишь мне удовольствие, получишь любую цацку, — последнюю фразу Кирилл прошептал на ухо Бриллиантовой, та возмущённо открыла рот, резко толкая парня, он отшатнулся, чуть ли не полетев кубарем, через стул. — Мальчик, ты по-моему не до конца понял, с кем пытаешься вести беседу, — сохраняя спокойное лицо, начала Соня, она вальяжно поставила локоть на барную стойку, залпом выпивая стакан с какой-то непонятной жидкостью для пущей храбрости, — твои, как ты выразился, цацки меня не привлекают. Если мне то понадобится, то я могу выкупить все это здание, я ясно выражаюсь? — Значит передо мной крупная рыбка, — Гречкин смекнул, что с этой добычей будет посложнее, но это же только добавляло огня в игру. Беловолосый вернулся на свое старое местоположение, все же оставивив между ним и его собеседницей большее расстояние, — Я думал, что ты шлюха одного из этих дедушек. Ошибся, каюсь. Тогда может пройдём в VIP-комнату, там тише и спокойнее? В обычный день Соня без раздумий сказала бы нет такому нахалу и подлецу, но этот день был явно не обычный. Мозг девушки покрылся белой пелевой, она медленно начала расслабляться, а адекватная часть её сознания героически покидала хозяйку. Кирилл тоже заметил резкое изменение в выражение лица незнакомки: сведенный брови выпрямились, губы расплылись в мягкой улыбки, глаза больше не извергали молнии. — А знаешь... Пойдём, — даже слишком легко согласилась Бриллиантова, она оперлась на подставленный представителем золотой молодёжи локоть, походкой пьяного ёжика, начиная весело что-то рассказывать молодому человеку. Соня окончательно потеряла контроль над собой и своим телом, тепепь это больше было похоже на марионетку, которую Гречкин тащил на второй этаж, — а я говорила, что у меня есть своя фирма... я гений! Изобретаю оружия, хочешь покажу? Выдергивая свою руку из хватки Кирилла, София резко нажала на браслет, откуда вылетел заряд и врезался в стену, оставляя там глубокий чёрный след. Гречкин стоял рядом с открытым ртом, теперь он начал придумывать над тем, чтобы свалить куда подальше от такой вооружённой особы. Мало ли ей что-то не понравится и там окажется его голова, а не обои. Но с другой стороны соблазн был слишком велик, парень давно понял, что черноволосую накачали наркотиками и теперь она действительно стала куклой, в том смысле, что он решает, что ей делать. — Дорогая... Как тебя зовут? — Соня. — Соня, отдай мне этот браслет, — протягивая руку, аккуратно начал блондин, он заметил, как девушка смутилась отодвигая руку, — Я просто хочу посмотреть его получше, ты что мне не доверяешь? — Не доверяю, — улыбнулась черноволосая, она весело рассмеялась, смотря на сосредоточенное лицо Гречкина, — расслабься, пошли уже в твою комнату... а там есть что выпить? Парень и девушка зашли в богато обставленную комнату, где тускло горел свет, создавая романтическую обстановку. София висела на руке Кирилла, любопытно рассматривая интерьер помещения, тот сбросил тяжкий груз на диван, подходя к мини-бару и доставая бутылку коньяка. Разлив напиток по бокалам, беловолсый вернулся к Соне, протягивая ей один и присаживаясь поближе к новой знакомой. — Может расскажешь что-то о себе? — спросил парень, лукаво улыбаясь, в отличие от бедняжки он был в практически трезвом уме и прекрасно соображал, чем нагло пользовался, — все, что я знаю о тебе — лишь имя. — Я уже говорила, что у меня своя компания. Я живу в Москве, изобретаю всякие штуки, но выросла в Питере. В детском доме, — в этот момент в голове брюнетки что-то щёлкнуло, лицо мгновенно изменились и их под пропущенных ресниц потекла первая слеза, — детский дом... ты убийца! Ты убил девочку, она была из того же детского дома, что и я! Ты придурок! Я ненавижу тебя, я убью тебя! Ты... Соня резко встала, выставляя руку с браслетом вперед, психотропные препараты повлияли на разум Бриллиантовой довольно сильно. Кирилл быстро вскочил, мгновенно ударяя Софию по руке так, что та отшатнувшись отступилась, упав на ту руку, в которой лежал стеклянный стакан. Он предсказуемо разбился, впиваясь в запястье Сони острыми осколками. Гречкин выругался и быстро выбежал в коридор, оставляя раненную недолюбвницу истекать кровью. София не сразу поняла, что произошло, она приняла сидячее положение и только тогда почувствовала резкую боль в руке. Слезы уже прекратили стекать по щекам черноволосой, она одиноко притянула к себе ноги. Рана немного протрезвила мозг Бриллиантовой, как минимум, на истерики её больше не тянуло. — Серёжа... — тихо разнеслось по комнате, София с трудом узнала свой собственный голос, такой необычно тихий и неуверенный...

***

Через пару часов девушка была уже у себя дома, когда она вышла с окровавленной рукой в зал, то её быстро уволокли в подсообку, где извлекли оставшиеся осколки и неумело перевязали руку. Вечер прошёл просто отвратительно, даже хуже, чем она могла представить в самых страшных снах. Соня даже представлять не хотела, что могло произойти, если бы не эта случайность и трусость Гречкина. Произошло бы непоправимое, то, от чего уже было бы сложно отмыться. Подходя к окну, София тяжело вздохнула, начиная тихо напевать себе под нос песню, отправляя её в полет по пустой квартире. — Зачем кричать, когда никто не слышит.. О чем мы говорим, мне кажется, что мы давно не живы — зажглись и потихоньку догорим... Где-то в далеке от Сони начиналась история, которая вскоре изменит жизнь всего города. Рождался монстр... Явился он, Чумной Доктор. Мужчина в чёрном костюме беззвучно шёл по саду семьи Гречкиных, его взгляд выловил горящее на втором этаже окно, означавшее, что хозяин данного поместья дома. Каждый шаг отдавался по земле вибраций, которую нельзя было услышать, но можно было почувствовать приближающуюся опасность. Неминуемую гибель.. — Когда нас много начинается пожар и города похожи на крематорий и базар. И все привыкли ничего не замечать — когда тебя не слышат, для чего кричать? Дверь с тихим скрипом открылась, впуская в жилище незванного гостя, самовозправоглашенного вершителя судеб. Он пришёл сюда ради одной цели — убить, отплатить Кириллу той же монетой, что он сам себе выбрал. Стать его зеркальным отражением. Чумной Доктор сокращал расстание медленно, но стремительно. — Мы можем помолчать, мы можем петь, стоять или бежать, но все равно гореть. Кирилл понял, что он уже не один в доме, когда антигерой предстал перед ним в полной красе. Он говорил о каком-то правосудии, но животный страх, сковавший блондина не позволял ему вникнуть в смысл слов неожиданного гостя. Даже в этот момент Гречкин не собирался раскаиваться, слишком прогнивший человек. Парень в разноброс выкрикиывал разные прелоги, лишь бы хоть как-то откупиться от своей смерти, но её избежать слишком сложно. Да, это ужасно, что люди решают за кого-то его судьбу, ломая их жизни, как тонкие щепки. Но под маской был не человек, там скрывался демон, который хотел крови, прикрываясь благородной целью, но ему было плевать на ту девочку, плевать на всех. Он хотел видеть страх, питаться эмоциями, слушать мольбы, давать малейшую надежду на спасение и мгновенно забирать её. Это игра. Игра на выживание, исход который давно уже был предопределен. Но как же красиво он играл... — Огромный синий кит порвать не может сеть. Сдаваться или нет, но все равно гореть... И вот первый огненный залп вырвался наружу, языки пламени, весело танцуя, охватили кресло за которым пытался спрятаться бедолага. Он быстро отскочил и ринулся на выход из дома. Заяц и волк — вот как можно было описать эту ситуацию. Быстрый и верткий Гречкин, и спокойный, как удав, Разумовский. Он не торопился, он шёл медленно, прекрасно понимая, что Кирилл никуда не денется от него. Чувство превосходства и лёгкая победа пьянила его разум, заставляя чёртиков в душе танцевать победное танго. Сергей шёл за своей жертвой, будто по подиуму. Он был в театре, играя пьесу смерти. Единственный главный герой, единственный выживший. Выйдя на крыльцо, Чумной Доктор увидел как беловолосый бежит к своей машине и вслед за ним полетел ещё один огненный залп, заставляя его запнуться и встретиться лицом с асфальтом. Птица не торопилась, она наслаждалась всем, что сейчас происходило. Как же долго он ждал этого момента, момента полной свободы и насыщения. Последний огненный всплеск охватил машину. Секунда и она вся в огне, а потом последовал взрыв и громкий вопль. Перекошенное от страха лицо Кирилла исчезло в огне, он сделал свой последний вздох.

Гори, но не сжигай. Иначе скучно жить. Гори, но не сгорай. Гори, чтобы светить.