Даже моё зло без ума от тебя

— Вот так! Я не знаю, кто... Но у нас забрали абсолютно всё горючее для этого огнемета, его не осталось на базе, а там было приличное количество! — вскрикнула Ирина на другом конце провода, по голосу было прекрасно слышно, что девушка на грани истерики, слишком много на нее свалилось за время отъезда Софии, — а еще этот заказ... того парня, который брал у нас это оружие, он заказывал горючее! Но мы отказали, как ты и сказала... Соня, я.. — Успокойся, — твердо сказала Бриллиантова, мгновенно принимая решение. В ней медленно пробуждалась агрессия и злость. Она быстро поняла, что Сергей украл горючее после того, как ему отказали в продаже. Как же девушке сейчас хотелось ворваться в кабинет, накричать на Разумовского и донести до него - какой он ужасный человек; но она не могла. Не могла так рано и прилюдно раскрыть все карты. Нужно ждать. В определённый момент, самый выигрышный, она возьмет все в свои руки, перетащит финал на себя, и тогда уже звание "Вершителя судеб" станет полностью и безоговорочно её, — закажи мне билет, завтра я вылетаю в Москву. Всё, у меня дела. Соня сбросила трубку и устало прикрыла глаза, привычно массируя виски. В голове крутилось очень много мыслей, но сейчас разум был чист, как никогда раньше. Всё нужно было прекратить как можно раньше, необходимо затеять свою игру. Но вот как? Как узнать, чем лучше надавить на Разумовского? По действиям и словам ему все равно на Софию, а ведь чувства Сергея оставались последней надеждой и рычагом манипуляций. Возвращалась в кабинет девушка гораздо увереннее, чем заходила первый раз, сейчас она вновь надела свою маску. Она плыла, как лебедь, прекрасно осознающий свою красоту и недоступность. Мужчины отвлеклись от разговора и вновь обратили свой взор на нее. — Какие-то проблемы? — спросил тактично Игорь, смотря на осмелевшую спутницу; та не торопилась с ответом. Она медленно присела на диван и, закинув ногу на ногу, взглянула на майора. — Нет, но завтра я уезжаю обратно в Москву, — констатировала факт брюнетка, заставляя Грома вскинуть брови. — Н-но ты же вернёшься? — спросил Дима, который был бы рад продолжить общение. Софа лишний раз осознала, что он самый светлый и добрый человек, которых она только встречала. Вот, иногда достаточно пары фраз, чтобы понять всю суть личности, а порой и двадцати лет не хватит, а каждая встреча — новый сюрприз... — Нет, к сожалению, в этом нет никакого смысла, — мягко сказала Соня, определенно блефуя, ей нужно было, чтобы они думали именно так, как она хочет. Как минимум, чтобы так думал Сергей...

***

И, кажется, колет там, где сердце... Она не видела, не замечала, не обращала на это внимания. Но он видел, чувствовал и улавливал каждый ее взгляд, подстраивался под каждый вздох. Он смотрел на нее всегда, но этого никто не замечал. Как странно... Сергей ненавидел ее пока она была в его кабинете, а сейчас с грустью смотрел на то место, где Соня сидела. Какой резонанс. Он определенно не ожидал, что столкнется с ней так быстро и не по своей воле. Как она оказалась в компании этого майора? Разумовский не припоминал, чтобы девушка любила наши правоохранительные органы. Когда ее приводили обратно в детский дом очередные стражи порядка, Софа поливала их грязью с ног до головы, стоило ей только зайти в комнату. Все это как-то не вязалось в рыжей голове: постоянно появлялись белые пятна, мешая увидеть полную картину. Но эта история грозилась так и остаться непонятной, ведь София собиралась покинуть Питер навсегда...

***

Тёмная комната с точно такой же мебелью и редким освещением навеивала страх и холод на любого, кто решался её посетить. Это место словно вылезло из какого-то старого фильма о мафии, но, к сожалению, так оно и было. Рэкет, банды, убийства — все это уже позабылось десятки лет назад, как минимум, так всем казалось; такой беспорядок, что был в девяностых, давным давно стих и больше не проявлялся. Конечно, есть единичные случаи подобного, но они так редки и незаметны, что даже не привлекают внимания. В середине комнаты стоял деревянный стол, покрытый небольшими царапинами и трещинами. Это свидетельствовало о его возрасте и давлении, коим на него оказывалось. За столом сидел пожилой мужчина, но его возраст не делал его милым старичком, скорее наоборот — лишь больше внушал недоверие. Его тяжелая голова склонилась над какой-то папкой с фотографиями, он тщательно их разглядывал, примечая каждую деталь. И хоть губы были плотно сомкнуты, но глаза то выдавали веселый настрой. Александр Щербаков — в былые времена глава мафиозной банды, которая имела сильное влияние и большую власть. Но в определённый момент все изменилось: его главный напарник погиб, так мало того, что он оказался предателем и все деньги, что имела эта группировка, награбленное годами, спрятал, но и информацию о местонахождение всех богатств знала лишь его супруга. Только она оказалась гораздо крепче, чем они думали. Умерла в пытках, но тайну не раскрыла, и единственным из ныне живущих людей, что знает столь ценную информацию, стала дочь предателя. Бедная сиротка с миллионами за спиной, которая быстро ускользнула из их рук и удобненько пристроилась в детском доме, где добраться до нее стало очень сложно. Но девчонка выросла и, зная, что ей грозит большая опасность в родном городе, мудро покинула его, в который раз выскальзывая из рук Александра. Но каково же его везение, когда эта мушка сама полетела в паутину, возвращаясь в Петербург... И этой мушкой стала никто иная, как София Бриллиантова, урожденная Лебедева. Фамилию сменила, чтобы сбить с толку преследователей; к слову, это у нее отлично получилось, и она пропала с радаров на пару лет, однако ничто не вечно, так и ей скрываться долго не получилось. Друзья умершего папаши помогали ей до совершеннолетия, да и сейчас играют не малую роль в ее жизни, но и они уже не такие молодые, хитрые, быстрые... Мирная жизнь им уже гораздо интереснее былого риска. — Босс, что скажете? — спросил молодой человек, когда Щербаков перевел на него свой взгляд и небрежно смял одну из фотографий Сони. — Что-что... Надо бы сделать подарок девочке, предупредить о том, что мы где-то рядом и совсем скоро можем наведаться в гости, — тихим, скрежещущим голосом, ухмыльнувшись, ответил мужчина. Наконец за долгие годы ему удалось вновь выйти на лидирующие позиции, теперь не Соня путала и вела их по ложному следу, а он будет дёргать за ниточки, постепенно таща к обрыву, — поместите скорпиона в хрусталь..

***

Время близилось к полуночи, когда София только закончила собирать чемоданы: вещей она с собой взяла много и даже слишком. Зачем? Она сама себя корила этим вопросом, но любовь к эффектным выходам и частым сменам образа деть никуда не получалось. Скорее всего это пошло из детства, с тех времен, когда она была изгоем и не могла себе позволить что-либо из дорогих и красивых вещей. А теперь старается наверстать упущенное, это очень глупо и не зрело, но пройти мимо красивой кофточки уж очень сложно. После выхода из офиса Гром старался узнать, что же все-таки произошло тогда у девушки, и о чем она говорила по телефону, но вышло это у него уж очень скверно. Соня лишь улыбалась и давала расплывчатые ответы, сворачивая с основной темы, а после быстренько уехала, дабы поскорее избавиться от назойливой компании в лице майора. Про Сережу она старалась вообще не думать, чтобы не травить себе душу, уж слишком сильно он задел её своим безразличием. И хоть она понимала, что это нормально, так еще и лучшее, что в прицепе могло произойти. Ведь Разумовский имеет полное право на нее злиться, Бриллиантова же поступила с ним бесчеловечно, и нет ей никаких оправданий, так девушка хотя бы уберегла его от этой советской мафии, но не уберегла от самого себя. Соня знала, что мужчины имеют своеобразные психические отклонения, и несколько раз она стала даже их свидетелем. Однако тогда еще ребенок, а после и подросток, Сергей не верил ее словам, не верил, что он может поменяться на глазах, и не верил, что может грубить ей и, тем более, делать какие-то плохие вещи. Поэтому девушке пришлось искать другие пути выхода — она постаралась подружиться с его нехорошей частью, да и что темнить, ей это удалось. Гнев Разумовского мог литься на кого угодно, но не на нее. Она была его плотиной, сдерживала от резких выводов и необдуманных поступков, поэтому он уже привык, что всегда есть человек, который поможет ему прийти в себя. А когда такого человека не стало, все пошло по наклонной... Тихо вздохнув, брюнетка вынырнула из своих мыслей и. оглядевшись по сторонам, направилась в сторону кухни, ей был необходим кофе, чтобы закончить упаковку своих пожитков и, наконец-таки, лечь спать. Вылет был назначен на десять утра, поэтому времени еще было предостаточно. Но планы были спутаны резким звонком в дверь. Бриллиантова нервно взглянула на источник шума и неуверенно подошла к двери, кто-то настойчиво и без перерыва терроризировал звонок. Открывать ей не особо хотелось, потому что это мог быть опять Гром со своими шальными идеями, а может быть и друзья из прошлого. К сожалению, глазок в этой конструкции был не предусмотрен, поэтому Софе с неохотой пришлось открыть, иначе этот поздний гость разбудит весь дом. Первое что вошло в квартиру - пустая бутылка, а за ней фактически ввалилось и пьяное тело, чуть не свалившись на Соню. Девушка подхватила это чудо, которое старалось ухватиться за все, и под раздачу попала вешалка, что шумно упала на пол, не выдержав такого насилия над ней. — Разумовский, какого черта?! — выругалась брюнетка, злостно отпуская Сережу в свободное плавание и отходя в сторону, чтобы он вновь не упал на нее. Тот привыкал к новой обстановке и заторможенно разглядывал все подряд. — Мы не договорили, — развязно сказал рыжий, пьяной походкой проходя в глубь квартиры. Девушка спешно закрыла дверь и поторопилась за ним, дабы избежать дальнейшего погрома, — ты передо мной не объяснилась! — О-о, а я должна? Ты не много ли хочешь, чтобы я еще перед тобой оправдывалась? — возмутилась Бриллиантова, наблюдая за действиями Сергея. Тот остановился в середине гостиной, а после резко развернулся, старательно ловя воздух руками, чтобы не упасть. — Да, должна! Ты мне все должна! Я считал тебя другом, самым близким человеком, а ты просто бросила меня, ушла! Я любил тебя! А ты бросила! Будто я пустое место, как последняя тварь! — негромко, но очень четко для своего положения проговорил Разумовский. Он не кричал, но эти слова настолько были пропитаны ненавистью и злобой, что у Сони мурашки пошли по спине, — я... я должен тебя ненавидеть, ведь так? Должен презирать, как же я хочу тебя ненавидеть! Но я тебя люблю... Ненавижу, потому что люблю. Девушка не знала, что ему ответить на такое, она чувствовала свою вину за то, что довела его до такого состояния, но и как все это исправить не знала... — Молчишь? Почему ты молчишь? — мужчина дернулся в ее сторону и схватил дезориентированную Соню за плечи, стараясь вытряхнуть из нее ответ всеми способами, — тебе настолько все равно на меня? Взгляни, что со мной стало! Это из-за тебя! — Ты не можешь винить меня во всем, Серёж... Звучание собственного имени заставило Разумовского немного прийти в себя, он отпустил Соню, но не отошел от нее, молча разглядывая ее в полумраке. Ураган мыслей и эмоций разом надавили на него, он осмелился прийти к ней и высказать все, что творилось на душе. Именно поэтому он позволил себе то, что не позволял никогда. Одним рывком притянув к себе девушку, мужчина впился поцелуем в ее губы. Не ожидая такого подвоха, Соня застыла как ужаленная, давая своему мозгу понять, что происходит, да и хочет ли он, чтобы это происходило. Пару секунд понадобилось Бриллиантовой, чтобы осознать то, что она этого хочет. Она хочет, чтобы Сергей ее поцеловал. Руки девушки плавно прошлись по плечам Разумовского, обвивая его шею и прижимаясь еще ближе. Мужчина крепко ухватился за талию брюнетки, вальяжно отпуская руки в желаемых ими направлениях. В комнате воцарилась полная тишина, прерываемая резкими глубокими вдохами. София чувствовала неприятный запах алкоголя, но это лишь предавало большей эйфории моменту. Руки мужчины аккуратно гладили девушку, позволяя себе заходить под футболку касаясь разгоряченной кожи. — Зачем ты так со мной? — отстраняясь от Бриллиантовой, прошептал Сережа. — Прости... Мне жаль, что я тогда оставила тебя, но у меня не было выбора... Ты знаешь обо мне не все, и в этом заключается основная проблема, да и я о тебе знаю не все, если уж быть честными, — выпалила Софа, мгновенно отходя от рыжеволосого, стараясь не ударить себя прямо при нем. Кто ее за язык только дернул такое сказать... — О чем ты? Ты знаешь обо мне все, а эта компания и публичная жизнь — игра. Настоящего меня знаешь только ты и Олег, — присаживаясь, а точнее падая на диван сказал Разумовский. Он смотрел на спину собеседницы, резко заинтересовавшейся сервизом, который доселе не привлекал к себе никакого внимания. — Олег... К слову, как он там? Давно его не видела, — это был прекрасный шанс подтвердить свои догадки, и брюнетка просто не могла им не воспользоваться, тем более, что пьяный Сергей точно расскажет ей всё. — Хорошо, только последние пару дней не появлялся... Не знаю, где его носит, обычно постоянно со мной, — только сейчас пришел к этим умозаключениям владелец "Вместе", однако отсутствие лучшего друга его совсем не расстраивало, в свете последних событий. София медленно развернулась, к сожалению, это правда, и Разумовский считает, что Волков жив, даже видит его. Видит мертвого человека! Это не особо усваивалось в голове, но пока что это невозможно было исправить, поэтому девушке предстояло подыгрывать и делать вид, что так оно и должно быть. — Здорово... Как ты? Ну, в целом. За все года. — Сейчас лучше, чем никогда раньше.. Мужчина протянул ей руку, приглашая присесть рядом. Бриллиантова немного замешкалась, но вложила свою ладонь в его, после чего села рядом, сразу же попадая в объятия Сережи. Он удобно положил свою голову на ее макушку, сжимая запястье Сони в свой руке, мягко поглаживая большим пальцем тыльную сторону. — Не улетай завтра, — тихо сказал Разумовский, — я не хочу опять остаться один. — Хорошо.

***

Утро настало для Сони возмутительно рано, в отличии от ее гостя. Выпутавшись из пут Сергея, девушка направилась в сторону кухни, чтобы сделать себе в конце концов кофе. Хотя после ночных событий хотелось чего покрепче. Молодые люди еще долго разговаривали о своей жизни, делясь тем, что произошло во время их взаимного отсутствия. София была сильно удивлена, когда начала осознавать, что рядом с ней не тот загнанный подросток, а уже взрослый и состоятельный мужчина. Но отголоски того прошлого все равно далеко не ушли, Софе было сложно это понять. Он вроде бы все тот же рыжий дурачок, но уже другой. Взглянув на время, Бриллиантова поняла, что уже пятнадцать минут, как она опоздала на вылет. Но это не особо ее волновало, потому что теперь ее планы конкретно изменились. Во-первых: девушка осознала, что ее возвращение ситуацию не исправит, ведь кража уже произошла и найти вора не так уж просто. Нет, конечно, легче, чем это можно предположить, ведь он видит сладкие сны на ее диване. Но где сейчас горючее отследить тяжело, поэтому проблему нужно решать на корню, а именно — следует сломать костюм Чумного Доктора. Если она сломает огнемет, то починить его уже сможет вновь лишь она, ибо все детали для своего производства изготавливает именно ее компания, и других таких нет. Конечно, если только делать на заказ у другого мастера, но для этого нужно время. Во-вторых: убийство не должно повториться, ведь ей очень не хочется, чтобы Сережа загремел в полицию, а то и хуже — в психушку. Поэтому ей следует как-то аккуратно поговорить с ним и объяснить ему, что всё это неправильно. В-третьих: Бриллиантова окончательно и бесповоротно решила, что она хочет быть вместе с Сергеем, и у нее есть все шансы. Однако мысли о сказочном совместном будущем все же портило существование внутреннего монстра Сергея и его психического отклонения. Девушку постоянно преследовал один вопрос: а сможет ли она жить с убийцей? Растить детей и сосуществовать рядом постоянно. Сможет ли она, каждый раз видя его по утрам, не вспоминать ужасную маску? Именно этого брюнетка еще не понимала, и поэтому окончательного решения все еще не приняла, давая себе время подумать, а так же показать обстоятельствам дальнейшую жизнь. В голову резко пришла мысль о Лёше, который все еще сидел за решеткой в темнице сырой, и никто ему не собирался приходить на помощь. Добросердечная Соня решила, что если она ему не поможет, то никто ему не поможет. Посему девушка быстро собралась и, оставив Сергея в одиночку досыпать, направилась в отдел, надеясь всё-таки отвоевать мальчика мирным путем и без привлечения юристов. Путь занял не так уж и много времени, поэтому уже через какой-то час София донимала первого попавшегося ей полицейского тем, чтобы ей дали поговорить с начальством. — Мне запрещено... Тем более, что там какой-то зубастый из Москвы, лучше вам вообще в это не лезть, а то еще больше проблем будет, — отстаивал свою задницу мужчина, рьяно стараясь уйти подальше от надоедливой девушки, — и сдался вам этот сирота. — Мои проблемы вас не касаются, так что будьте добры выполнить мою просьбу. — Игорь! Игорь, иди сюда! — выкрикнул работник, примечая идущего мимо майора; тот недовольно взглянул на него, а после скривился еще сильнее, примечая рядом знакомое лицо, — поговори с ней ты, я уже устал. — Ах ты... — не успела договорить до конца Софа, ибо замученный мужичок быстро ретировался, — мусор. Что там с Лешей, Гром? — Знал, что ты это спросишь, — обречённо вздохнул майор, — все так же, сидит в камере и радуется. Я не знаю, что с ним делать... Может ты попробуешь его убедить в истине? — А может мне просто по связям его достать? — А ты не обнаглела такое сотруднику говорить? — Игорь усмехнулся, приподнимая бровь. Определено сегодня у него было замечательное настроение, — и не забывай, что у тебя хорошие связи в Москве, тут же будет гораздо сложнее. — Прости, — машинально сказала Бриллиантова, доставая из кармана телефон и принимая вызов с неизвестного номера. — Ты где?! — Вы кто? — Сережа. Где ты? — Откуда у тебя мой номер? — ГДЕ ТЫ? — Спокойнее, в полицейском участке. А что такое? — Очень успокоила, я скоро буду...