Даже моё зло без ума от тебя

Воспользовавшись чужим гостеприимством и немного увеличив счета за воду в квартире девушки, мужчина наспех собрался. В его голове билась главная мысль - Соня не улетела, и им нужно поговорить. Хотя, на счёт разговора бизнесмен был не уверен, тем не менее прекрасно понимал, что они не в том возрасте, когда можно просто сделать вид, будто никакого негласного конфликта и не было. Но как только Сергей покинул чужой дом, его взгляд встретился с холодными карими глазами, мечтавшими прожечь в нём дыру. Волков стоял на лестничной клетке, подобно статуе, и определённо ждал объяснений от Разумовского, только тот не собирался прояснять ситуацию, принимая позицию наблюдателя и ожидая, что же дальше сделает Олег. — Какого черта ты здесь забыл? — грубо бросил военный, упорно рассматривая эмоции на лице гения. Ему было важно подловить его на мимолётной слабости, испуге. Даже этого будет достаточно, чтобы ощутить власть над ситуацией. — У меня такой же встречный вопрос, — невозмутимо ответил Разумовский, чувствуя разрастающуюся мигрень. Всё же вчера он переборщил с алкоголем; мужчина в очередной раз сказал самому себе, что пора завязывать с этим грязным делом. Но как же велик соблазн... — Отвечать вопросом на вопрос — дурно, Серёжа. Можешь не отвечать, я и сам прекрасно могу сделать выводы: эта брюнеточка поманила тебя пальчиком, а ты рванул к ней, верно? — без особой злости, но с явной усмешкой, заключил Волков. Он сложил руки на груди и с некой надменностью посмотрел на друга. Так было всегда, Олег никогда не рассматривал Сергея, как равного себе, он всегда ставил рыжего ниже. Даже когда тот добился больших успехов в IT-сфере, Волков все равно упрекал и постоянно старался научить Сережу уму-разуму. — Всё совсем не так... Мы любим друг друга! Почему ты просто не порадуешься за меня? Хоть раз в жизни я услышу от тебя поддержку!? — Любите?! Разумовский... Очнись! Она играет тобой... Манипулирует в личных целях..! Ты даже и части о ее настоящей жизни не знаешь! Как ты можешь говорить, что любишь её? — не выдержал вояка, сжимая кулаки и угрожающе делая шаг вперёд, — не веришь мне... Как же сильно тебя загипнотизировала эта чертовка...Эх-х... Хорошо, открой телефон - папка "Прошлое: София". — Что?.. — Открывай! Сергей дрожащими руками разблокировал айфон, и, находя нужную папку, начинает вчитываться во всё, что там было написано. По мере чтения строк его лицо менялось и становилось все чернее, подобно грозовой туче. Чем дальше он заходил, тем узнавал всё больше новых и ужасных фактов прошлого родного человека, в которые никак не хотел верить, да и сложно это было. Волков стоял рядом, прилагая все усилия, чтобы торжествующая улыбка не проявилась на его лице, и наблюдал за мимикой товарища. Эта партия успешно завершена, и последнее слово осталось за Олегом. *** Чистые, искренние и голубые глаза смотрели на Соню, заглядывая в самые потаённые уголки её души. Девушка недовольно ёрзала на стуле, не зная, как начать разговор с таким упрямцем, и что вообще говорить. Она не умела общаться с детьми, да ей как-то и не приходилось... Хотя даже тот маленький опыт, что все же имелся, никак не помогает при разговоре об убийстве. — Лёша, — смотря на парнишку, негромко начала Бриллиантова, с грустью осознавая, как же он рад, что правосудие свершилось, — как ты? Тебе ничего не нужно, только скажи и я все куплю. — Купишь? — усмехнулся Макаров, опуская взгляд на свои пальцы, а после вновь вскидывая гневный взгляд на свою посетительницу, — конечно! Ты можешь купить всё! Для тебя это не проблема! Как ты еще умудряешься здесь сидеть и так нагло выражать мне сочувствие? Смотреть на тебя тошно. — Что ты такое говоришь? — растерялась София, хлопая глазами. Она никак не ожидала такого поворота событий: что стараясь вытащить мальчика из камеры — станет его врагом. Будь на его месте взрослый человек, она уже давно отчитала и потаскала бы его за ушко, чтобы не вредничал. Но перед ней сидит ребёнок, травмированное дитё, которое потеряло единственного родного человека, а после этого еще и попал под подозрение. Соня не знала, что и как ему сказать, дабы не навредить поломанной психике ещё больше. — Ты подружка Гречкина! Я слышал, как легавые говорили о тебе. Хочешь мне помочь? Или напоследок очистить совесть своего дружка? Тогда знай, что он все равно будет гореть в аду, — слегка приподнимаясь со стула и наклоняясь к женщине через стол, злобно выплюнул парень. В нем кипела чистая ярость, заполняя каждую клеточку тела, одурманивая и мешая мыслить рационально. Но и понять его можно, столько пережить и остаться адекватным — это было бы уже странно. Однако Бриллиантова никак не ожидала, что объектом первобытной злобы станет именно она, совершенно непричастная к этому событию. Ну... разве что совсем чуть-чуть, зная о личности Чумного Доктора, но это же абсолютно другая сторона медали. — Ты сгоришь! Так же, как и твой дружок, паскуда! — выкрикнул Алексей, вскакивая со своего места и ударив стул, который не выдержал такого кощунства и драматично упал, привлекая шумом дежуривших за дверью полицейских. Мужчины ворвались в комнату переговора, мгновенно скручивая юнца, и под невеселые угрозы вывели его из комнаты. Все, что видела Соня — горящие злобой глаза Лёши. Столько ненависти и презрение скопилась в его юном теле, столько отвращения она ещё никогда не видела. Сердце в груди пропустило удар, а голова налилась свинцом. Душа начала покрываться тонкой оболочкой, сжимая остатки благоразумия и заставляя легкие нервно трепыхаться, как птичка в клетке.       Осознание. София резко встала, но после, как в бреду, села обратно. Её глаза бегали по комнате, стараясь зацепиться хоть за что-то, что сможет её переубедить. Заставить вновь почувствовать себя не таким дерьмом, коим она теперь себя видела. Разве это действительно так? Разве она такой плохой человек? Гонясь за мнимым успехом, Соня умудрилась потерять себя. Её план держать всё и всех под контролем - треснул, и эти трещины болью отдавались в висках. В помещение походкой вразвалочку вошел Гром, он не торопился подходить к запуганной мажорке, а медленно настигал её, как хищник свою добычу. Вот так быстро они поменялись местами, и никакие деньги, власть, статус ей не помогут. Никто не заставит человека поверить в себя, кроме него самого... — Вижу, что диалог закончился плачевно, — присаживаясь на край стола, сказал Игорь, краем глаза тронув валявшийся стул, — Макарову предстоит огромная работа с психологами, сложно такое пережить. — Что будет, если найдётся настоящий преступник? — выдохнула Соня, поднимая взгляд на майора. Тот замолчал, взаимно смотря в глаза собеседницы и даже не пытаясь ответить на её вопросы, а просто наслаждаясь моментом.       Страх. По лицу Софии можно было понять, как быстро бегут мысли в её сознание. Одна сменяет другую, словно сдувается ветром. Она растеряна, ведь впервые за долгое время нет ответа на самый главный вопрос в её жизни.       Она настолько плохой человек? или ей просто больно? — Лёшу отпустят, все обвинения снимут, и он вернется к своей прошлой жизни, — поджав нижнюю губу, ответил Гром, — конечно, уже никак не исправить то, что его сестра умерла, но, я думаю, ему уже легче. Он расцвел после смерти Кирилла, возможно, это даже к лучшему... — Что?! — возмущённо вскрикнула девушка, уставившись на полицейского, — как ты вообще можешь такое говорить!? Леша еще ребёнок! Ему это в какой-то степени простительно. Но ты... взрослый человек, работаешь в правоохранительных органах и действительно считаешь, что смерть — это лучшее наказание? — А ты разве так не считаешь? — вернул Гром, заслуживая еще один недовольный взгляд Сони, — как ты там мне говорила? Это баланс. Девушка замолчала, ответить ей было нечем, да и не стоило. Майор воспримет её слова, как отмазку или оправдание, а настолько низко она падать не собиралась. Бриллиантова встала со своего места, бросая взгляд на дверь и замечая пару искрящихся мнимой радостью глаза. К беседующим присоединилось третье лицо, с пугающим оскалом двигаясь к мужчине и женщине. — Майор, вам вроде бы говорили, что это дело теперь расследуем мы, — пропищал незнакомец, переведя взгляд с Софии на Игоря. Тот расправил плечи и, последний раз взглянув на Бриллиантову, покинул комнату, — эти полицаи, не дают работать профессионалам. Здравствуйте, София, много о вас наслышан. Наведываетесь к Алексею? — Могу узнать, с кем имею честь говорить? — по-немногу приходя в себя, спросила Соня. Она провела по мужчине взглядом, что как сканер читал человека, ничего необычного в нём не было, но на ментальном уровне чувствовалась какая-то неприязнь. — Конечно! Прошу прощения, что не представился. Евгений Стрелков. Занимаюсь специальным расследованием по этому делу, — не скрывая улыбки, прощебетал Евгений. Он демонстративно изучал Софию, старательно запоминая каждую деталь внешнего вида девушки, — так... Знакомы с подозреваемым Макаровым? — Он воспитывается в том же детском доме, где и я когда-то была, — выдержав небольшую паузу, ответила Бриллиантова, чувствуя нарастающий дискомфорт в области почек, — а это очень важно для дела? — Конечно, — ласково сказал Стрелков, смотря на собеседницу, как на глупого ребенка, который не понимает элементарных вещей, — понимаете, в любом деле каждая песчинка важна. Вот например: вы создаете уникальные оружия... Не удивляйтесь, я все знаю. Так вот, вы создаете уникальные оружия, воспитывались в одном детском доме с Алексеем и, наверняка, пропитались сочувствием к бедной сиротке. Случается трагедия, он теряет сестру и, предположим, вы предлагаете ему помощь. Снабжённый таким страшным костюмом, он идёт и убивает обидчика, но его ловят, и теперь вы бегаете вокруг него, стараясь искупить свою вину, либо отгородить себя от ответственности. В помещение воцарилась мертвая тишина. Евгений наблюдал за Соней, а та пыталась переваривать только что предъявленный ей бред. В груди застрял ком воздуха, который не хотел проходить в лёгкие, но и выходить не собирался. Таких нелепых подозрений девушка еще не получала. Она дала ребёнку в руки орудие, чтобы он вершил "правосудие". Какова глупость... — Вы хоть представляете, какой бред говорите в данный момент?! Я снабдила несовершеннолетнего огнеметом, чтобы он убил какого-то мажора? — возмущенно прошипела Софа, делая шаг на встречу человеку в смокинге, — я бы никогда, послушайте, никогда бы даже не подумала о таком. Это омерзительно и ужасно! А ваши догадки еще хуже! — Да? Почему? Ваша компания построена на крови тысяч людей, — все так же спокойно говорил Стрелков, не чувствуя за собой никакого стыда и, казалось, не замечая нарастающего гнева девушки, — начиная с тех времён, когда ваши деньги были у вашего отца. Веселые были времена... Скольких же он убил и ограбил, чтобы его любимая дочурка создала Царство Смерти. А теперь вашими руками многим людям подписан смертный приговор, и Кирилл Гречкин — это только начало, этот гад будет убивать одного за другим, а в конце концов доберётся и до вас. Советую составить завещание, пока не стало совсем поздно. Всего хорошего, госпожа Лебедева. Мужчина быстро ретировался из комнаты, оставляя девушку наедине со своими мыслями. Хотела поговорить с одним Лёшей, а в итоге собрала весь букет...

***

Теплый солнечный свет пробивался в большие окна, застилая своим светом всю комнату. Лучи, попадая на хрустальный куб, отбрасывали разводы солнца. Идеальная тишина иногда рушилась глухими завываниями ветра. Мужчина сидел в своем кресле, рассматривая красивого скорпиона, так тщательно упакованного в хрусталь. Именно такой подарочек он нашел под дверью Сони, однако подписей никаких не было, поэтому узнать, кто такой щедрый было нельзя. Да ему и не хотелось. Столько лет он верил этой девушке, считая, что она такая же, как и он. А на самом деле все совершенно иначе, в отличие от него — ей все поднесено на блюдечке с золотой каемочкой. Может Олег прав и всю эту мнимую любовь он выдумал себе сам? А София лишь использует его, чтобы подняться выше. Обманывала, бросила, манипулировала. Сколько же ещё действий она совершит для достижения своей цели? Боль. Обида. Разочарование. Гнев. Любовь. Всё это смешалось в единый коктейль, грань ненависти и любви, всегда столь незамнтная, сейчас стерлась окончательно. Сергей не знал, что можно быть настолько подавленным, но судьба преподносила всё новые и новые сюрпризы, будто проверяя сколько ещё он сможет выстоять, перед тем как окончательно сломаясь. Благо Олег сейчас был рядом, его поддержка была нужна и важна, как никогда раньше. Но где эта поддержка? Волков лишь добивает, уничтожает его, может он и не понимает, что делает другу только хуже, но Разумовский начал замечать, что с товарищем творится что-то неладное. Последний год его будто подменили, он стал злым, резким, недоверчивым. Всё чаще Серёже хотелось закрыться от Олега, чтобы он его не нашёл и не начал больно резать по свежим ранам, но Волков приходил вновь и мужчина ничего не мог с ним сделать. Убийство Кирилла Гречкина — это только старт для военного, он не остановится ни перед чем, чтобы выжечь эту аристократию. А что будет дальше? Ограничиться ли он Санкт-Петербургом или пойдет дальше... Всё это ужасало Разумовского, но больше всего его пугало то, что он не чувствует внутри себя отвращения к действиям друга, а может даже наоборот, желает продолжения...

***

В квартире царил полумрак, единственным источником света являлся экран ноутбука, что ярко светился в темноте, освещае задумчивое лицо девушки. Красные волосы спутались и стали похожи на мочалку, под глазами пролегли темные пятна, а цвет кожи приобрел нездоровый оттенок. Юля уже не помнила, когда последний раз прерывала работу, чтобы поесть или хоть как-то отдохнуть. Её голова уже переставала осозновать, что она читает и пишет, но единственная мысль билась огненным сигналом в голове. Кто прячется под маской Чумного доктора? Столько подозрений и ни одной наводки, а союзников в этом деле найти крайне сложно. Одни полицейские могут хоть как-то помочь, да и те не способны дать вразумительный ответ, посадили мальчишку и гордятся этим. Люди на улице разом сошли с ума, и это множественное помутнение настораживало. Они одобряли жестокость своего Вершителя судеб. Они считали, что это правильно, что такие цель оправдывает средства, но это не так. Нельзя убивать монстра, ты сам станешь монстром. Воздвигнуть идола в виде маньяка? До чего же докатилось общество.. Пчёлка откинулась на стуле, прикрывая глаза и устала массируя виски. Идей не было абсолютно, такое грандиозное дело, а всунуться некуда. А может она просто теряет хватку? Окно уведомлений всплыло в углу экрана, сопроваждаемое громким звуком. Это заставило девушку немного взбодриться и все же посмотреть, что ей там пишут. "София Бриллиантова покидает полицейский участок". К надписи прилогалось пару фотографий, что доказывали реальность слов. Это заствило Юлию улыбнуться, она давно точила зубки на Соню, а теперь есть все возможности, чтобы обратить её внимание на себя, а после выведать всё, что ей требуется...

***

Чувство абсолютной свободы ложное, у вас, жиром заплывшие суки.. В отдаление слышались сирены скорой, окрики подростков, мурчание котом, завывание ветра — гул города. Гул города, которому нужна помощь. Никакие врачи не помогут, когда начинает гнить то, что не излечишь лекарствами. То, что нельзя увидить, можно лишь почувствовать.

Широкими бесшумными шагами по улице шёл человек,

В чёрных одёжках из стали, за собой оставляя кровавый след.

Нельзя услышать шум сердца, которого нет.

Нельзя почувствовать душу, ведь был дан обет.

В сговоре с дьяволом, ни чуть не стыдясь,

Он шел величаво, под маской таясь,

Глаза пылыхали, все знали давно

Под ликом Чумного Доктора кроется зло.