Русалочьи сказки

Понадобился небольшой перекрёстный опрос от Холмсов, чтобы Джека допустили до собрания, старик с честью преодолел это испытание и никаких препятствий для входа в "клуб" партнёров русалок не осталось. Как оказалось, заговор всё же был. Русалочий заговор. Документ, который доставили Моран и Ренфилд оказался крайне важным. В первую очередь просматривалось то, что он явно был написан с участием русала: факты были изложены слишком подробно и иногда через чур поэтично (на взгляд самих морских существ, разумеется). Но информация содержалась всё же более чем интересная для обеих сторон. *** На месте встречи собрались почти все, не хватало только Уильяма, но Шерлок не сильно переживал из-за этого. Его Лиам был крайне находчив, пусть и отличался умением влипать в разные истории. Джек выдохнул, увидев издалека своего русала, тот как раз отплыл от места общего сбора, направляясь в более уединённое место. Ренфилд тоже отделился от остальных. Этот вечер был личным для каждой пары, а для некоторых даже откровением, поэтому никто никого не держал. – Гердер!– старик увидел его и не смог удержаться от эмоционального порыва, поэтому подхватил русала на руки и прокрутился с ним вокруг собственной оси. Сегодня он был воодушевлён слишком даже для себя. – Джек! С чего такая радость?– чувствовать то, что человек пребывает в хорошем расположении духа было приятно, но всё же Гердер попытался, едва ли не впервые проявить осторожность с ним. Нехорошее предчувствие зародилось в груди русала. – Я люблю тебя,– совершенно внезапно изрёк Ренфилд, а сердце партнёра, вопреки всему, пропустило удар из опасения, а не от радости. – Ты никогда не говорил такого,– осторожно ответил Гердер и всё же попросил вернуть себя в воду. Джек потупился в ответ на его слова, осознав свою оплошность, русал же попытался сменить тему,– что ты там такого особенного узнал? – Ты сможешь ходить по земле!– Джек поделился с ним тем, что услышал от Холмсов и Гердер начал складывать пазл в своей голове. И идея выхода на сушу его совершенно не привлекала. Как минимум, в данный конкретный момент. – Зачем мне это, если я всё равно смогу ориентироваться только с эхолокацией! И ничего не смогу увидеть,– попытался отделаться русал. Однако он знал, что если Джеку что-то в голову ударило, то он не отступится и они либо поссорятся, либо Гердер пойдёт на поводу у чужих желаний. Не то чтобы такое случалось часто, но это их общая черта. – Сможешь попробовать ходить,– попытался пояснить человек, неужели его русал не испытывает хотя бы какого-то любопытства по этому поводу. – Плавать научился и на том спасибо,– буркнул Гердер, отворачиваясь окончательно. Джек недоумённо посмотрел на его плечи и сел рядом. – Что именно из того, что я предложил, тебе так не нравится?– Ренфилд попробовал разобраться, Гердер не так часто препирался с ним серьёзно. К тому же русал обычно первый проявлял интерес ко всему новому, что же изменилось теперь? Гердер чуть повернул голову к нему, чтобы ответить. – Ты никогда не говорил, что любишь меня. Только сегодня. И то после встречи с Холмсами. Как я должен тебе верить?– им было весело вместе, это правда, но у них никогда не было большой нежности, в роде той, которую он услышал в том, как собратья отзывались об их людях,– к тому же выходит, что я не ценен для тебя не как человек! – Подожди, это совсем не так!– порывисто ответил Джек, а потом добавил будто самому себе,– Признаться, я не думал, что для тебя это столь важно. – Нет, я прихожу, потому что мне скучно!– сорвался Гердер. Ему было достаточно больно это слышать, он ведь так надеялся, что тоже нашёл правильного человека! Неужели ошибся? И ведь он никогда раньше не задумывался об этом. – А разве нет?!– Джек окончательно запутался в логике его размышлений и не выдержал сам. – Только в первый раз!– снова прикрикнул на него Гердер и отвернулся обратно, обняв себя руками за плечи. Но дрожь была не от холода, по крайней мере не от внешнего. Он и правда приплыл в первый раз из любопытства. Остался потом – тоже. Но вот имя своё он признал, предварительно совершенно серьёзно подумав. Джек опешил, сидя за своим прежде язвительным и веселым русалом, и совершенно не представлял, что ему делать. – Извини,– Ренфилд попытался заглянуть ему в лицо, но это было невозможно в таком положении,– за то, что никогда не говорил, что ты для меня значишь. Гердер замер, впитывая его слова, Джек чуть повернулся и положил руку ему на плечо. Но русал оказался проворнее, схватив его за плечи и привычно повалив на песок. – Никто не мешает тебе сделать это сейчас,– улыбнулся он, Джек же закряхтел, с трудом изменив положение, чтобы перераспределить вес русала. Гердер был более чем непредсказуем. Почему минуту назад он видеть его не хотел, а теперь явно привлекает к себе внимание? Ренфилд постепенно выдохнул, успокаиваясь, с русалом жить может и сложно, но он точно не готов с ним расстаться. – Гердер, я тебя люблю, правда. Ты стал причиной моей жизни. Ты даже изменил меня,– Джек понял, что никогда не говорил этого, хотя подобное всегда является едва ли не основой отношений. Так почему? – Может быть,– согласился русал и обнял его за талию, уткнувшись лицом в живот,– я так рад, что ты это сказал. – Ты заслуживаешь это слышать,– искренне признал Джек и погладил его по голове. Он совершенно точно его не обманул, многие вещи в его жизни поменялись с момента их знакомства. Ночь предстояла длинная. Гердер всё же решил поддаться крохотному искушению и попробовать встать на ноги. Процедура была незамысловатая, но для неё требовалось две вещи: связь и добровольное желание обеих сторон. Ну ещё пучок водорослей для антуража, но это мелочи. Джек, в свою очередь, постарался обеспечить его всем. Одежду взял из своих запасов, ботинки тоже откопал где-то на "Лорде". Со шляпой и тростью пришлось сложнее, особенно в это время суток, но он справился. Гердер совершенно странно закомплексовал по поводу того, что высохшие волосы, особенно у шеи, у него завиваются, так что настоял на головном уборе, пока человек ему перечислял все детали гардероба. Джек посчитал эту особенность совершенно очаровательной, но послушно исполнил его каприз. На слепые глаза лёг свёрнутый в широкую полосу шейный платок Ренфилда. – Если ты захотел выставить меня каким-то мальком, то у тебя это получилось,– в очередной раз проворчал Гердер, при помощи трости становясь на ноги, но не подпуская Джека к себе для помощи. Они бились с одеждой и элементарной ходьбой битый час и русала это порядком вывело из себя. – Не выдумывай! Ты выглядишь великолепно!– Ренфилд не стал терпеть и всё-таки взял его под руку, он и правда успел оценить вид русала в человеческом облике и одежде,– Да и вообще держишься молодцом! – Ради того, чтобы услышать от тебя комплимент, мне пришлось обзавестись ногами,– с некоторой обидой проговорил Гердер, вопреки себе воспринимая комплимент положительно. Может быть он самую малость преувеличил, но как и всегда он был готов препираться по любому поводу. – Извини,– Джек осознал и снова покаялся, такой вот выходила эта ночь, сплошные извинения. Впрочем, это не помешало ему поскорее потянуть Гердера к городу,– но я уверен, что тебе понравится. Гердер доверился ему и поплёлся рядом, уцепившись за руку. Мир людей оказался до ужаса шумным и хаотичным, если бы не Джек рядом, то Гердер вряд-ли продолжил так шататься по улицам и осел бы где-нибудь в стороне. Нужно было отдать Ренфилду должное, он и правда старался сделать всё, чтобы его компаньону было интересно. Его голос вливался в уши русалу поверх всего остального гомона. Однако Гердер был вынужден больше уделять внимание тому, как переставляет ноги, всё же управлять двумя конечностями было крайне неудобно. Впервые за всё время старик перестарался. Гердера стало натурально мутить уже после четвёртой пройденной таверны, откуда доносился шум и выбегали люди, будто намеревавшиеся сбить его с ног. "Под водой всегда тихо, и суеты такой нет,"– малодушно подумал русал и всё же принял решение. – Джек,– позвал он, но человек, видимо, отвлёкся на что-то, пришлось повторить уже громче,– Джек! – Что такое?– старик обернулся к нему. – Я больше так не могу,– Гердер убрал руку с чужого плеча, за которое держался, чтобы не потеряться, и направился в обратную сторону, к морю. Для того, кто стоит на ногах первый раз в жизни, Гердер двигался довольно быстро, в отличие даже от самого Джека. Он совсем немного отстал от своего русала, а потом был ненадолго окружён толпой пьяниц, шедших, растянувшись поперёк всей улицы. Так что нагнал Гердера он только на берегу: русал остервенело избавлялся от человеческой одежды. – Гердер стой! Прости меня!..– Джек был поражен его ловкости, ведь сам едва кубарем не покатился к берегу со спуска. – Хватит! – русал взорвался и на секунду замер, восстанавливая дыхание, он чувствовал себя отвратительно и даже сам не мог понять отчего, Джек не ощущался им как причина, скорее он был сейчас лишь внезапным раздражителем,– хватит извиняться, ничего не вкладывая в эти слова! Когда-нибудь это должно было произойти, Джек. Я должен был чаще вспоминать об этом. Даже если Гердер так не думал, сейчас он совершенно не подбирал слова и изрекал всё подряд (в частности все,что касалось опасений об отношениях с людьми), лишь бы скрыться, остаться наедине с собой. Подумать. – О чём ты?– Ренфилд попытался подойти к нему, но будто прирос ногами к земле. Хотя так наверное было лучше, русал сейчас бы ещё больше рассвирепел от прикосновений. Гердер на его слова никак не отреагировал и вошёл в воду. В свете луны блеснула серебристыми переливами чешуя и русал скрылся. Джек тяжело опустился на песок. Гердер за всё это время стал частью его самого. Вот только это не та часть, которая должна подстраиваться под тебя. Всё совершенно наоборот. Старик удручённо сложил руки и опустил голову на них. Дурацкая затея. А ведь он подумал, что это было бы вполне в духе Гердера. Видимо ошибся. Может они и правда знают друг друга слишком плохо? *** Джек понял что задержится ещё на день. Впрочем, вся их команда пребывала на берегу до какого-то специального разрешения, так что волноваться было не о чем. Ночь Ренфилд провёл ворочаясь, то проваливаясь в сон, то возвращаясь в реальность. Из-за этого его состояние утром было более чем паршивым. Весь следующий день и вечер он провёл на берегу. Пытался позвать сам, но... Впервые он не знал, отзовётся ли Гердер. Наверное впервые он чувствовал себя настолько покинутым. Впервые осознал настолько был одиноким без своего русала. Будто в ответ на его состояние весь день на небе не было видно ни лучика солнца, только лишь сплошное белое марево в небе, которое тоже напоминало старику о русале. О его глазах. К закату Ренфилд готов был отчаяться. Он лежал на белом песке, откинув руку в сторону воды. Пальцы омывала холодная вода и больше не было никаких ощущений. Одна лишь гнетущая пустота. Разумеется, лёжа с закрытыми глазами, он не заметил что больше не один на берегу. – Знаешь, твой сорванный голос звучит не многим лучше моего,– негромко раздалось совсем рядом. Джек подскочил и в неверии распахнул глаза. – Гердер! – А кого ещё ты ожидал увидеть?– русал отклонился в сторону, чтобы Джек не ударил его, когда будет вставать. – Никого, просто... я боялся, что ты не придёшь,– Ренфилд понял, что сейчас русал предоставил ему шанс и он не может больше его потерять. Ему бы очень не хотелось этого. – Я не могу,– покачал головой Гердер,– и ты знаешь это. – Знаю, что надоел тебе ещё вчера, но прости меня. Прошу, Гердер, я не хотел доводить тебя до того!– Ренфилд тряхнул головой и с силой сжал кулаки,– Я просто старый дурак, который думает только о себе! – Успокойся, Джек,– Гердер нашёл его руку и успокаивающе провёл ладонью по костяшкам,– я простил тебя. Правда. Может быть ты не самый большой дурак. – И всё же я слишком оплошал,– пробормотал Ренфилд. – А когда такого не было?– тихонько фыркнул Гердер, дёрнув уголком губ в улыбке,– просто нужно подождать. Я же всё равно не уйду. Что бы ни произошло. Как бы Джек ни любил своего русала, он ненавидел думать о том, что тот может остаться с ним не по своей воле. И всё же им обоим требовалось доказательство искренности намерений по отношению друг к другу. А действие сейчас передаст гораздо больше эмоций, к тому же прекратив не нужный им обоим поток слов. Русал явно потерял веру в них. Оба хороши. Гердер с огромным удивлением почувствовал прикосновение чужих губ. Если Джек и целовал его сам, то это тоже случалось очень редко. И всё же он всегда шёл навстречу русалу в этом, так что в штыки воспринимать и этот жест было бы жестоко. Единственное, старик не умел целоваться как положено, но у Гердера и без того всегда воздух из лёгких выбивало. – Умоляю, прости меня,– Ренфилд постарался сделать всё как нужно и Гердер очень ценил это. – Конечно,– русал даже немного улыбнулся. Действия всегда говорят лучше слов. И как он так просто перечеркнул то, что было с ними раньше? Никто не обещал, что будет легко, но это же не повод мучать друг друга. Оступиться могут оба, а вот существовать в одиночестве – никак. Гердер снова потянулся к Джеку, буквально забирая с губ тихое "спасибо". Русал и правда простил его, просто ещё не мог понять самого себя. Едва они отстранились друг от друга, начал капать дождь. Джек на самом деле полагал, что это должно было случиться раньше, но природе не прикажешь, поэтому пришлось расставаться. Казалось бы, что может быть лучше грозы после череды особенно ясных дней? Она частенько обеспечивает освобождение от прежних неурядиц. Вот только буря ведь приносит не только положительные последствия. На горизонте показался очередной корабль, направляющийся в порт.