Рыжая сестренка

Проснулась я довольно рано, около восьми утра, от шума на кухне. Два детских голоса о чем-то оживленно споря на повышенных тонах, настойчиво долбились мне в уши толсто намекая о том, что семья это не всегда идиллия. Иногда вклинивался другой голос, судя по всему принадлежавший Лео. Наверняка опять близнецы разбушевались, а братец безуспешно пытается их успокоить. Родители, скорее всего, заняты приготовлением завтрака. Ну, по крайней мере мама. Чем занимается отец, не знаю, но явно не успокаивает детей. Я потянулась и нехотя встала с кровати. Суставы издали свой утренний хруст, а мышцы отозвались легкой болью, напоминая о вчерашнем походе «аэропорт-дом». Чертов Лео, чем он вчера пол дня занимался? Компьютерными играми он не увлекается, из литературы предпочитает ту, где говорится о древнем Египте и, я ручаюсь, он прочел ВСЕ, что было в школьной, городской и нашей семейной библиотеке. Разве что ему новую книгу купили. Но в таком случае он бы все равно приперся меня встречать, просто книженция была бы с ним. Тогда, что же его задержало? Потратив некоторое время на приведение себя в более-менее бодрое состояние, я начала вяло одеваться. Вчера вся семья легла довольно поздно, так что утро было добрым разве что у мамы, которая всегда, вне зависимости от количества часов, отведенных на сон, чувствовала себя бодрячком. Мы с Лео, когда я еще училась в школе, пытались разобраться в этой магии вне Хогвартца, пока не получили отрезвляющих отцовских подзатыльников. Наспех приведя себя в порядок, я вышла из своей комнаты и направилась прямиком на кухню. Во-первых, чтобы помочь Лео успокоить близнецов, орущих как полицейская и пожарная сирены одновременно. Во-вторых, жрать все-таки хотелось и, не смотря на чуть более чем полностью отсутствующий кулинарный талант у матери, я соскучилась по ее стряпне. Скорее всего, теперь готовка ляжет на меня. Уже спускаясь по лестнице, я услышала странный звонкий и вместе с тем чавкающий звук, будто банка с вареньем разбилась. Пришлось ускориться. Спустившись, я застала очаровательную картину. Тоби и Джульетта, перемазанные в джеме пытались отобрать друг у друга плюшевого голубого зайца, тоже, кстати, в джеме, Лео тщетно пытается их разнять, не повредив при этом игрушку, папа убирает с пола все, что осталось от разбитой тарелки с джемом, а мама жарит блинчики. Да, мое предположение на счет тары с чем-то сладким оправдалось.  — Очаровательно! — Язвительно выпалила я, уперев руки в бока и глядя на младших. — Я буквально чувствую, как меня наполняет семейная атмосфера тепла и уюта. Чего случилось, Диоскуры? Вы решили накормить зайца джемом, а он начал яростно сопротивляться? — Тоби хочет забрать Морковчика! — Пожаловалась Джульетта, рванув кролика на себя. — Это Прыгучка! — Возмутился Тоби, потянув игрушку. — И он мой! — Ну все! — А это уже Лео вспылил и попытался вырвать кролика из цепких детских ручек. Послышался треск и вот уже спустя секунду подросток держит в руках плюшевого кролика… оторванные лапы которого крепко сжимали близнецы, упавшие на пятые точки недалеко друг от друга. Еще через три секунды Тоби и Джульетта залились плачем. — Да ты прям миротворец, Лео! — Укоризненно произнесла я, садясь на корточки перед братом и сестрой, и опуская руки им на головы. Меня в детстве это всегда успокаивало, а вот на них действовало через раз. И сейчас не повезло. Близняшки сидели друг напротив друга, перемазанные в джеме, каждый прижимал к себе оторванную лапку, и истекал слезами и соплями. — Мы их успокоим, а ты проводи брата в школу. — Предложила мама, выключая плиту и подходя к детям. — Конечно, мам. — Я поднялась с колен и подошла и Лео, закинув руку ему на шею. — Пошли, дипломат. — И, прежде, чем он успел запротестовать, быстренько вывела его из дома. Как только мы отошли на некоторое расстояние от дома, начался разбор полетов. — Бро, тебя не учили сначала думать, а потом уже делать? — Я шла, закинув руки за голову и рассматривая плывущие по бирюзовому небу длинные перистые облака. — И это ты мне говоришь. — Недовольно буркнул братец, кажется, даже не смотря на меня — Девушка, с кучей татуировок, в черной кожаной, покрытой шипами жилетке, коротеньких шортах и сапогах по колено. Тоже, кстати черных. — Ты забыл про биту, наполовину обритую башку, нездоровую любовь к сидру и просто феноменальную способность притягивать неприятности. — Усмехнулась я, не прекращая рассматривать небо. Над нами пролетела стайка голубей. — Прикол в том, что я готова нести ответственность за свой внешний вид и за свои поступки. И разбираться с последствиями. А ты нет. — Внезапно выскочила перед подростком и щелкнула того по носу, как всегда широко улыбаясь. — Учись ответственности, парень. Иначе тебя начну учить я, дедовскими методами. — То есть, мне брать пример с тебя? — Ни в коем случае! — Я резко замахала руками перед собой, выражая протест — Я не лучший пример для подражания. Сам вспомни, сколько раз я попадала в полицию, а сколько в больницу! — Я уже со счета сбился. — Честно ответил Лео, разводя руками — Кстати о полиции. Твой знаменитый мотоцикл стоит в гараже. Копы вернули его около месяца назад, а отец забрал со штрафстоянки. — Не переводи тему. Хотя я и рада, что снова смогу покататься на Чернуле, мы еще не закончили. Просто… — я рукой размяла шею, сделав небольшую паузу и собираясь с мыслями — думай, прежде чем что-то сделать, лады?

***

К школе мы подошли довольно быстро, до уроков оставалось еще полчаса, и я решила пройтись. Узреть, так сказать, страшное место из детства глазами взрослого. Не впечатлило. Все те же коридоры, классы… казалось, даже ученики не изменились. Это мне быстро наскучило, и я решила вернуться к брату, попрощаться и двинуть в парк, по пути купив пару бутылок яблочного сидра. Однако прозвеневший звонок вычеркнул из этого списка пару пунктов, и было решено срезать через спортплощадку. Каково же было мое удивление, когда на выходе из этого храма скуки я обнаружила Лео и троих незнакомых парней, стоящих ко мне спиной. Младший брат умоляюще поднял глаза на меня, явно прося о помощи. Я подошла ближе, на ходу вытаскивая биту. — На что ты там смотришь, сопляк? — Рыжеватый парень схватил Лео за грудки и поднял над землей. Два его приспешника синхронно обернулись и, узрев мою взбешенную физиономию, глупо улыбнулись и свалили в неизвестном направлении, не сказав ни слова. Впрочем, главарь этого не заметил. — Чего молчишь? Язык от страха прикусил? — Сейчас ты прикусишь. Рыжий парень обернулся и наткнулся на меня, тенью нависающую над ним. Годы, проведенные в спортзале не прошли даром, да и ростом я была около 180, так что могу понять, почему лицо задиры так смешно вытянулось. Выгляжу я довольно внушительно даже будучи спокойной и дружелюбной. Сейчас же я злилась. Задир я не люблю еще со времен школы. Злобные уебки, самоутверждающиеся за счет издевательств над теми, кто не может ответить. Стоит ли говорить, что именно задиры стали главной причиной постоянного тягания гантелей, а после и штанги? А также приобретения хорошего такого опыта разукрашивания морд при помощи кулака и коленки? Полагаю, если бы взглядом можно было испепелять, паренек бы уже сгорел. Я держала на плече, угрожающе поблескивающую, железную биту и рассматривала его с моим самым угрожающим выражением лица, чтобы сразу стало ясно. Могу и вломить. — И так… как тебя зовут? — Одной рукой схватила пацана за одежду и оторвала от земли, гаденько ухмыляясь. — К-Колин. — Колин. — Я произнесла его имя таким ядовитым тоном, будто собиралась плюнуть тому в лицо. И, скорее всего, его бы разъело до костей. — А знаешь ли ты, Колин, где может оказаться эта бита, если ты снова полезешь к моему брату? — Задира в страхе помотал головой, беспомощно болтая в воздухе ногами. — Не знаешь, значит. — Колин снова помотал головой. Я поднесла его лицо ближе и взглянула прямо в глаза. — Ну, так я расскажу. Слушай меня внимательно, повторять я не буду. — Улыбнулась еще шире, слегка наклоняя голову в бок. — Она может оказаться в твоей заднице. Вместе с другими предметами, которые не должны там находиться. Ты меня понял? — Колин активно закивал — Вот и славно. Пока что просто предупреждаю. Но в следующий раз ты огребешь по полной программе. — Я разжала кулак, и задира с криком рухнул на пол. Стоило Колину подняться, как он сразу дал деру. — Да, и дружкам своим передай, что их запомнила! — Крикнула ему вслед и убрала биту за спину. — Спасибо! Ты меня спасла! — Лео был рад. Нет, он был ОЧЕНЬ рад. Наконец-то этот придурок от него отстанет. На какое-то время. — Обращайся. — Я небрежно махнула рукой, вновь приняв благожелательный вид. Вспышка гнева, вызванная Колином, затухла.– Ты же знаешь, что я за тебя любому жопу порву. На то и нужны старшие сестры верно? — Я задорно подмигнула брату и, прошмыгнув к нему за спину, легонько подтолкнула. — Иди на урок. От отработки я тебя спасти не смогу. Какое-то время спустя… — Аах… блаженство! — Выдохнула я, сделав первый глоток из холодной, свежекупленной банки сидра. — Удивительно, что с человеком делают пение птиц, мягкая травка под жопой и тень от дерева. Да, и бухлишко. ОСОБЕННО бухлишко. Закинув руки за голову я лежала под огромным раскидистым деревом, наслаждаясь тишиной и покоем. За последние три года меня неплохо помотало. Постоянно приходилось куда-то ехать, с чем-то разбираться, кого-то вытаскивать из дерьма и многое, многое, многое. Эх, не этого я ожидала от кругосветки. Хотела просто повидать мир, отдохнуть, научиться чему-то новому. А в итоге пару раз ввязалась в бандитские разборки, двенадцать попала в вытрезвитель, пять раз в больницу с переломами различной степени тяжести, еще раза три попала к копам за хулиганство. А пьянки-гулянки даже считать не хочу. Хотя, стоит отдать должное самоконтролю, в чужой постели я просыпалась редко. За три года всего раз шесть. Посмотрела мир, ничего не скажешь. Снова отхлебнула сидра и довольно зажмурилась. Прохладный ветер приятно ласкал лицо и обнаженные участки тела. Травинки щекотали щеки и бедра, откуда-то доносились звуки гитары, наверняка от какого-нибудь уличного музыканта. На душе было спокойно. Ну, нельзя отрицать того, путешествие было веселым. К тому же я приобрела немало полезных знакомств. В очередной раз, взяв в руки банку, поняла, что она пуста. Одним метким броском отправив жестянку в мусорное ведро, я вновь растянулась на прохладной траве и прикрыла глаза. Что-что, а природу я всегда любила. Правда, больше дикую, чем рукотворную, но за отсутствием первой, сойдет. Разморенная, слегка задремала, закинув руки за голову и согнув одну ногу в колене. Да так бы и продрыхла до заката, если бы не непонятный грохот, раздавшийся невдалеке. Я сразу же подорвалась с земли, осматриваясь. Заметив невдалеке группу людей, ряженых в мумий, возглавляемую кем-то косящим под Анубиса, я вначале немного прифигела. Но, подумав, что это кая-то группа шизанутых косплееров, успокоилась и легла обратно, потянувшись за второй банкой сидра. — Это она! Взять ее! — Внезапно прокричал главарь ряженых, тыча в мою сторону пальцем. — Я тебе этот палец щас знаешь куда засуну?! — Крикнула я в ответ. — И вообще не тыч культяпками в людей! Это некультурно! — Сказал человек, распивающий алкогольные напитки в общественном месте. Кстати о птичках. Только собираюсь взять вожделенный, еще прохладный напиток, как банку располовинивает брошенное в нее копье и весь сидр выливается наружу. На поверхности лезвия вижу отражение собственного лица с таким выражением вселенской скорби, с таким страданием, такой мукой в глазах, что не в сказке сказать, ни пером описать. — Да вы охуели! — Обиженно взревела я, поднимаясь на ноги и хватая, валяющуюся рядом, биту. — Я вам за эту банку сейчас тяжкие телесные нанесу, уебки забинтованные. Хули вам вообще от меня надо?! Ходячий склад с бинтами не соизволил ответить. Но пришли они явно не для того, чтобы огорчить меня потерей любимого напитка. Вон рожи какие злющие. Последующих атак я дожидаться не стала, сразу же ринувшись на них с битой на перевес. Стоило мне подбежать на достаточно близкое расстояние, как мумии, что стояли впереди, выставили копья вперед и начали активно в меня ими тыкать. Я ловко увернулась от выпада и, оказавшись на достаточном расстоянии, с размаху ударила нападавшего битой. Попала точно в голову, воин отлетел и вырубился. Уйдя от еще нескольких ударов, коленом ударила в живот очередную мумию и добила битой по голове. Где-то в сознании настойчиво маячили две фразы, вбитые когда-то в голову крепче, чем «Отче наш» и которым я следовала четче, чем христиане и католики Библии. «Всего лишь оглушать, не убивать. Мне проблемы с копами не нужны». После уже третьего нокаутированного недокосплеера со мной таки решили заговорить. Вот только поздно спохатились. — Сдавайся, смертная. Тебе не… — я уже разошлась и не собиралась ничего слушать, зарядив говорившему ногой промеж глаз с криком: — Ебало на ноль! Так, ладно. Их осталось трое. Чел, переодетый в древнеегипетского боги смерти, куда-то свалил и меня это напрягает. Я не могу его найти. Со «святой троицей» я способна справиться, но если мне в затылок прилетит камень или что похуже, то меня уволокут в неизвестном направлении. И это будет весьма и весьма печально. Мумии продолжили наступление, довольно быстро взяв меня в кольцо. Я продолжала изворачиваться и блокировать удары битой, при этом успешно нанося ответные. Путь к побегу был отрезан, надо было прорываться. Вильнув в сторону, схватила одно копье за древко и мощным ударом биты переломила его надвое. Пнула ошалевшую от такого поворота событий мумию в живот и выбежала из окружения. Так, пора сваливать. Кажется тот самый уличный музыкант, игравший на гитаре, заметил потасовку и вызвал копов, а мне сейчас разборки ой как не нужны. К тому же копья у ряженых настоящие, а мне мое тело нравится с тем количеством отверстий, которое предусмотрела природа, лишнего не надо, спасибо. Вот только домой нельзя, тогда эти психи узнают, где я живу. А там родители, близнецы, Лео в коне-концов. Точно! Укроюсь на стройке. Она как раз тут недалеко! Я резко сорвалась с места, на ходу пригибаясь, чтобы уйти от очередного выпада. Мумии погнались за мной, то и дело, норовя пырнуть копьем в спину. Но я продолжала бежать, сжимая в одной руке биту, а в другой так и не выпущенную половину копья. Обернувшись через плечо, кинула обломок в ногу одного из преследователей. Эффект был неожиданным. Я промахнулась, но задела бинты, которые, немного размотавшись, зацепились за какой-то корень. Преследователь рухнул на зеленую травку и вырубился. Хлипкие они какие-то. Будто и правда мумии. Я ухмыльнулась, не переставая бежать. Минус один. Расправиться с другим и можно спокойно дойти до дома, а не стройки. Резко затормозив и развернувшись на 180, с силой впечатала свой кулак в лицо последнего преследователя, наслаждаясь хрустом чужого сломанного носа. Убедившись, что забинтованный жив, я отошла к ближайшему дереву и облокотилась на него, пытаясь отдышаться. — Да… правду говорят: быстрые ноги пизды не получат. Ну, в моем случае еще и руки. — Я усмехнулась и посмотрела на лежащую невдалеке мумию. — Ну, парень. Вырядился ты удачно. Перебинтовывать тебя явно не надо. Вот только — отдышавшись, отлепилась от дерева и подошла к преследователю — хули вам от меня надо? — Скоро узнаешь. — Раздался грубый мужской голос. Я обернулась и тут же оказалась объята странным кислотно-желтым пламенем, удерживающим, как смирительная рубашка. Спустя несколько мгновений почувствовала, хороший такой удар по голове и мое сознание отправилось погулять.