Смена деятельности

      Дверь тихо скрипела, и девушка трудно переступала порог чужого кабинета, чуть пошатываясь. По правде говоря, даже сейчас ей трудно ходить самой, хотя прошло немало времени с тех пор, как Пик лишилась силы своего титана. Она иногда брала эти костыли, когда приходилось ходить долго, но чаще всего Ханджи отвечала за то, чтобы Фингер ходила без них: придерживала её сама. И Пик особенно нравилось, когда женщина обхватывала её талию, помогая дойти до чего-либо. Сейчас Ханджи опять работала, работала почти до потери сознания, но никогда не жаловалась, зная, как тяжела доля командующего. А вот это Пик не нравилось.       В её кабинете всегда очень уютно и приятно находиться. И хотя здесь царил настоящий хаос из кучи бумаг, чернил и каких-то вещей, Фингер обожала тот полумрак, который создавала единственная свечка, привычно стоящая на столе Зое, когда она работала по вечерам. А ещё Пик нравился тот бархатный диван, который стоял не так далеко от самого стола. Пару раз они вдвоём совершенно случайно засыпали на нём. Вернее Пик засыпала, положив голову на её колени, а Ханджи начинала дремать вслед, когда занималась любимым занятием: перебирала её волосы тонкими пальцами.       За годы службы в Разведкорпусе рефлексы Ханджи стали намного лучше, чем у обычного гражданского, поэтому женщина повернула голову и, увидев привычно спокойное выражение лица, улыбнулась, отложив ручку куда-то от себя.       — И почему ты до сих пор не спишь? — Зое поправила очки.       — То же самое хотела спросить у тебя, — Пик всегда спокойна, а меланхоличный взгляд блуждал по столу с бумагами. — Я принесла чёрный чай с мятой. Ты ведь его так любишь.       Только сейчас Ханджи заметила у возлюбленной керамическую чашку, от которой исходил пар. Она взяла её из рук, чувствуя тепло, и сделала глоток. Зое слишком сильно любила чай, а Пик любила заваривать его для дорогих сердцу людей.       — Пик, честное слово, ты делаешь чай лучше Леви, — произнесла она.       Фингер чуть засмеялась.       — Только ему об этом не говори, — она знала, что мята удивительным образом всегда успокаивала её. — Так почему ты до сих пор не спишь?       — Солнце, — устало выдохнула Ханджи, откладывая пустую чашку вдаль стола. — Моя работа... королеве нужен отчёт. Нам нужны поставки, оружие, в общем, всё.       — Я более, чем уверена, что Альянс не рухнет, если ты хоть однажды ляжешь спать раньше трёх часов ночи, — Пик подошла ближе, приблизившись почти вплотную к ней и положив руки на её плечи. — Королева может и подождать, а твоя нервная система — нет. Позволь себе отдохнуть хоть немного. В крайнем случае, ты всегда можешь позвать меня, и я помогу разобрать твои бумаги.       Её прекрасные руки, такие мягкие и удивительно хрупкие, медленно разминали и массировали по-мужски крепкие плечи, а сама Ханджи незаметно для себя расслаблялась и чуть постанывала от такого удовольствия. Руки Пик всегда творили чудеса, а массаж от неё был настоящим раем. Тихий голос, плавные движения и ощущение тепла — Ханджи любила Пик, даже слишком сильно. Фингер стала тем самым лекарством, которое помогало ей залечивать раны от потери близких людей: родители, её исследовательский отряд, Моблит и Эрвин. И когда, казалось бы, сознание Зое должно было сломаться от огромной ответственности и боли, Пик вошла в её жизнь абсолютно внезапно, показав, что мир совсем не потерял краски. Хотя поначалу они были врагами, теперь обе встали по одну сторону. Но даже сейчас, когда война до сих пор не закончилась, Ханджи была счастлива рядом с ней.       Пик мяла её плечи, совершенно неосознанно отмечая, что рубашка женщины расстегнута на три верхние пуговицы и открывала вид на тонкие ключицы и великолепную шею. Фингер странно улыбнулась, чуть наклонившись вперёд. Зое почувствовала поцелуй на своей шее и почти лениво открыла глаза. Горячее дыхание девушки приятно щекотало кожу, вызывая мурашки по всему телу.       — Что ты делаешь, милая? — Ханджи уже знала ответ на этот вопрос, но ей хотелось услышать его именно от Пик.       — Помогаю тебе расслабиться, — её голос вдруг стал звучать соблазнительно и тихо, что женщина на мгновение забыла, как нужно дышать.       Обойдя её, девушка легко села на колени возлюбленной и, обхватив руками её шею, встретилась своими тёмными глазами с одним лишь карим. Улыбка Пик всегда казалась какой-то особенной, умиротворяющей что ли. «Как и вся она», — мысленно протянула Ханджи.       — Ты знала, что лучший отдых — это смена деятельности?       — Догадывалась, — лишь сказала Ханджи прежде, чем их губы встретились в нежном поцелуе. В начале их отношений Пик целовалась робко, в основном отдавая инициативу возлюбленной, но теперь же... теперь она уже не так краснела и готова целовать Ханджи уверенно. Уверенно и очень чувственно.       Сильные руки командора блуждали по спине, вызывая у Пик тихие вздохи. Она огладила талию, плотнее прижимая к себе, отчего Фингер чувствовала, насколько тёплая и ужасно желанная для неё Ханджи. Поцелуй уже не был таким нежным, теперь он куда более страстный, языки сплетались в сумасшедший танец. Пик уже хотела начать раздевать её, но Ханджи вместе с ней встала, заставляя обхватить её талию своими ногами. Фингер знала, насколько командующая сильна, что ей совершенно не составляло никакого труда поднять её на руки.       И опять этот диван. Их любимый чёртов диван, на котором они не только засыпали, надо сказать. Он всегда пах ими. Когда бы они не садились и не засыпали вместе... диван пах ими. Запах Пик — черника и сладкая сирень, а Ханджи — полынь, гвоздика и совсем немного лайма. Зое любила оказываться сверху, прижимать её тело к мягкой поверхности и слышать мелодичные стоны. Сейчас Ханджи снимала с неё вязаную кофту, оставляя её лишь в бюстгальтере, который, впрочем, Ханджи абсолютно нетерпеливо отбросила в сторону, открывая вид на аккуратную девичью грудь.       — Пик, я уже говорила, как ты красива?.. — с нежностью спросила Ханджи.       — Всё время, — улыбнувшись, сказала девушка, растёгивая пуговицы на рубашке женщины.       Ханджи целует её шею, заставляя Пик выдыхать воздух. Она всегда плавилась в таких умелых и родных руках, которые сейчас сжимали её грудь, а сама Пик пыталась наконец-то снять с неё эту рубашку. Нечестно быть раздетой только одному из партнёров. Но, кажется, Зое совсем не против, поэтому, оторвавшись от прекрасной шеи дорогого человека, откинула свою одежду на стул, оставаясь лишь в одном чёрном бра. Тело Ханджи было усеяно множеством мелких шрамов, а на плече у неё оказался довольно длинный рельефный след от боевого ранения, которое женщина получила, когда упала с дерева, пытаясь поймать какого-то титана. Она бы, вероятно, погибла, если бы не капитан Леви. Ханджи ведь всегда проявляла такой нездоровый интерес к титанам.       Но больше нет никаких титанов.       Есть война между людьми.       И, надо признать, это даже хуже, чем война между людьми и титанами.       Ханджи позволила Пик снять с себя бра, и девушка своими пальцами сжала её соски, замечая, как тяжело и часто вздымается грудь Зое, словно та пришла с утомительной тренировки. Женщина застонала, когда мокрый язык Фингер коснулся сначала груди, а потом, проделав дорожку, задела кончиком чувствительный сосок, обводя его и чуть кусая. Ханджи закусила губу: до чего же приятно было это ощущение. Лёгкими поцелуями Пик вновь дошла до шеи возлюбленной, припадая к ней, оставляя небольшие красные пятна.       — Полегче, солнце, — заставила Ханджи оторвать её от своей шеи. — Мне ещё завтра работать. Лучше ложись на спину.       Она покорно легла обратно, чувствуя, что Зое хочет раздеть её полностью. Женщина, целуя возлюбленную, сняла с неё длинную юбку, а её пальцы умело отодвинули резинку кружевного нижнего белья. Пик застонала ей в рот, когда почувствовала, как она коснулась её между ног, и начала стонать сильнее, когда длинный палец скользнул внутрь неё. Фингер была достаточно влажной, чтобы не почувствовать абсолютно никакого дискомфорта. Ханджи целовала её всё более страстно, а Пик охотно отвечала, и её язык скользил по губам женщины. Зое входила всё глубже, Пик раздвинула свои ноги шире, и Ханджи добавила ещё один палец, заставляя элдийку выгибаться в спине.       Вторая рука Зое держала уже её руку, сцепляя пальцы вместе. Женщина чувствовала, как они сжались, когда она грубо толкнулась внутрь неё, раздвигая складки шире и вызывая всё более беспомощное хныканье в её рот. Пик сама прервала поцелуй, когда больше не могла отвлекаться на её губы, лишь стонала и всхлипывала, пока женщина украшала её шею тёмными отметинами, которые не сойдут в ближайшие несколько дней. Ну конечно, ей-то не нужно постоянно выходить на публику, ей не нужно постоянно быть на заседаниях. К тому же, люди привыкли, что она часто носит в холодную погоду милые хлопковые платки.       Девушка вскрикнула, когда её пальцы коснулись особенно чувствительного места, и уткнулась в изгиб шеи женщины, словно пыталась изо всех спрятаться от этих сильных ощущений, которые Ханджи вытягивала из неё. Ей казалось, что она вот-вот сломается, и вдруг закричала, прочертив своими ноготками красные полосы, когда яркий белый свет на мгновение ослепил её. Она прижималась к ней сильнее, содрогаясь от того, что женщина до сих пор не прекратила движения пальцев внутри неё. Это было слишком чувствительно, Ханджи ощутила, что её пальцы полностью покрыты влагой. Пик пыталась отдышаться, всё ещё отходя от оргазма, а потом резко поднялась над ней и заставила командора прямо посмотреть ей в глаза.       — Теперь ты ложись, родная, — голос Пик подобен шелесту листьев. — Я тоже очень хочу сделать тебе приятно.       Ханджи застыла, когда Фингер мягко села на её бедра и своими пальцами коснулась её щеки. Девушка начала с поцелуя в губы, а потом спускалась ниже и ниже, целуя ключицы, грудь, живот... Её хрупкие руки стягивали штаны вместе с остатками нижнего белья, оставляя женщину полностью обнажённой. Зое с готовностью раздвинула ноги, и Пик целовала теперь внутреннюю сторону бёдер, ощущая насколько же кожа там приятная и нежная, а пальцы Ханджи чуть сжали её чёрные пряди, подталкивая девушку к ещё более активным и уверенным действиям.       Бёдра женщины дрогнули, вырвался слабый, почти незаметный, гортанный стон, когда язык девушки коснулся самой интимной части тела. Пик слышала, как дыхание Ханджи сбивается, как шепчет её имя словно в бреду, когда её язык проникает глубже. Зое чувствовала, как у неё захватывает дух от ощущений, она выгнулась в спине и снова застонала, открываясь возлюбленной всё сильнее. А Фингер нравилось, каким удивительным образом преображается рядом с ней командир: на людях она серьёзна, а вот рядом с ней такая открытая, любимая, отдающаяся ей вся целиком. И Пик тоже отдавалась вся полностью. И физически, и морально. Ведь это и называется... любовью?       — Пик! — вскрикнула женщина, не в силах сдерживать всякие стоны, еле заметно дрожа.       Её крики чертовски приятны, Пик хотелось слышать их чаще, намного чаще. Она чувствовала, как Ханджи извивается, но держала её достаточно крепко, направляя в такт своего языка и отпуская только тогда, когда Зое сама в нетерпении начинала двигать бёдрами. Фингер очень любила доставлять ей удовольствие, чувствуя, как близка к самому пику женщина. И вот, когда послышался очередной крик, куда более громкий, чем все предыдущие, а также смачное ругательство, Ханджи вздрогнула от пронзившего всё тело оргазма. Она едва слышно всхлипнула даже, когда прохладный воздух коснулся ноющей сердцевины. Пик отстранилась, а тонкая нить соединяла её с промежностью возлюбленной.       Девушка легла рядом с ней, ощущая на своих губах её губы. Поцелуй был горячим, с напором, но абсолютно нежным. Они обе пытались отдышаться от этих ощущений. Ханджи гладила её мягкие волосы.       — Теперь ты убедилась, что лучший отдых — это смена деятельности? — положила свою голову ей на плечо Пик.       — Пик... — выдохнула Зое. — Я так люблю тебя, милая. У меня нет кольца и вообще это говорят при других обстоятельствах, наверное, но... давай поженимся? Пик, ты станешь моей женой?       Девушка в удивлении распахнула глаза, успев задремать, и даже не поверила в происходящее. Ханджи Зое только что сделала ей предложение? Это было похоже на шутку, но один единственный глаз женщины показывал выражал всю ту любовь и нежность, какую она испытывала по отношению к Пик.       — Да... — тихонько ответила девушка, а после теснее прижалась к женщине. — Я согласна, Ханджи.