Женщина, которая может убивать

Кристофер нервно стучал пальцами по столешнице, но Роуз даже не спешила рассказывать дальше. Она остановилась на таком будоражащем моменте, что журналист дыхание задержал, однако продолжения так не услышал. Уже десять минут Скарлет преспокойно разглядывала кофейню, мило улыбалась официанткам, курила вторую подряд сигарету и томительно медленно пила свой чёртов чёрный кофе. Уайт прокашлялся раза четыре, но писательница даже не обратила на него внимания. Она вообще вела себя так, словно её тут ничего не касается: ни журналист, ни интервью, ни её будущая книга. — Поразительно, — хмыкнула Роуз. — Когда я говорю, у тебя хлеборезка не захлопывается, — грубо заявила она и нахмурила брови. — Какого чёрта ты меня сейчас не перебивал, когда я молчала, м?! — Ой, — всё, что смог из себя выдавить он. Скарлет цокнула языком, но не стала ничего говорить. Появилось стойкое ощущение того, что она решила напомнить Кристоферу, насколько ступеней она ставит себя выше. Нет, он ни в коем случае не отрицал того, что она во многом его превосходит, однако он был мужчиной. Как раз тем мужчиной, который жил в ошибочном заблуждении, что наличие члена решает какие-либо проблемы. Роуз же была аккурат из тех женщин, которые согласны уступить, правда при одном «но»: докажи, что ты этого достоин. Она умела быть ласковой кошечкой, податливой девочкой, властной женщиной… Но всегда была приверженцем одного простого принципа — уважай меня. И если мужчина с первой минуты показывал своё пренебрежение, она с превеликим удовольствием опускала его с небес на землю. Сейчас же она мстила Кристоферу за то, что он занимался откровенным лицемерием. Изначально Уайт повёл себя как мягкотелый мальчишка, с каждой минутой набирая обороты. И да, она разглядела в нём эту гадкую привычку — действовать на нервы, чтобы вывести на эмоции. Уж Роуз прекрасно знала, что последует дальше. Когда они останутся наедине, а она планировала так и сделать через несколько часов, он непременно покажет себя уже с третьей стороны. Девяносто девять процентов вероятности того, что станет властно требовать то, на что он — как уверен Уайт, — имеет полное право. Именно потому Скарлет решила во что бы то ни стало выбить из него эту спесь. — Я не стану перебивать, честно, — включил кокетку Кристофер. — Как умрёт Джереми? — Ну-ну, — фыркнула Роуз. — Учти, я могу уйти в любую секунду, ты же этого не хочешь? — предупреждающим тоном спросила она. — Разумеется, что не хочу, — игриво улыбнувшись, журналист наклонился чуть вперёд. — Я весь во внимании, Роуз, — и тут он позволил себе накрыть её ладонь своей. — Честное слово, мой рот на замке. Закатив глаза на жалкую попытку флирта, Скарлет дерзко скинула его руку, тут же подкурив сигарету, и, отпив глоток кофе, продолжила свой рассказ.

***

Все пятеро обернулись к Азии, абсолютно не ожидав такого колоритного высказывания. Даже Аннабель, которая провела с ней достаточно много времени, хапнула воздух ртом, будто рыба, выброшенная на сушу. Сама же Грэй с горящими глазами бросилась к своей находке: Джереми имел неосторожность не выбросить старые рояльные струны; в той же коробке оказались и новые упаковки с гитарными струнами. — Он же всё равно придёт, — хмыкнула Азиа. — С учётом того, что мы здесь уже больше десяти часов, а я голодная, — начала говорить Оливия, — я уже с трудом верю… — и она зажмурилась, чтобы не разрыдаться. — Вы сказали, что тут нет двери, ведущей в дом, — с нескрываемым подозрением произнесла Роуз. — Как так? — В позапрошлый раз мы пытались сбежать через дом, — хихикнула Аннабель. — Чёрт, мы даже отравить его пытались. Азиа, что ты там нашла? — Сейчас… сейча-а-а-с всё будет, — протянула Грэй, не переставая улыбаться. — Ты хочешь сделать ловушку? — поинтересовалась Пэм. — Если да, то нужно закрепить струны, мы их не удержим… — Мы — нет, а шуруповёрт вот с этой хренью, — Азиа указала на ящик с шурупами, — вполне. — Так, он зацепится, а дальше что? — Кейтлин начала рассматривать места, где можно соорудить так называемую ловушку. — А дальше его голова окажется в петле из рояльной струны, — резюмировала Роуз и указала на крюк, висящий под потолком. — Советую спрятаться куда-нибудь, крови будет много.

***

Кристофер поджал губы, еле сдерживаясь, чтобы не начать говорить. Сейчас Скарлет над ним попросту издевалась, явно пропустив большую часть повествования. И не сказать, что она буквально восприняла его просьбу рассказать конкретно про убийство. Типичное женское назло. Мысленно убедив себя в том, что он всё равно купит книгу и прочитает всё от корки до корки, Уайт аккуратно указал на пачку сигарет, лежащую перед ним, и Роуз, улыбнувшись тому, что он не произносит ни звука, одобрительно кивнула, сделала очередной глоток кофе и вновь начала рассказывать.

***

Как и предполагалось, Йеллоу пришёл исключительно и только на шум. Девушки постарались на славу, устроив настоящий погром в подвале. Аннабель и Азиа уселись к дальней стене, но так, чтобы их было хорошо видно, в то время как все остальные спрятались, куда могли. Кейтлин тихим шёпотом уговаривала Оливию перестать плакать, в то время как Пэм обнаружила на другой стороне что-то, смутно напоминающее скейт. И Роуз заметила это слишком поздно: щёлкнул замок, ручка повернулась — в подвал вошёл Джереми. Он успел увидеть лишь мелькнувшую тень, но именно это привлекло его внимание куда больше, чем полный разгром в помещении. Он успел лишь бросить опасный взгляд на Азию и Аннабель, которые именно сейчас не на шутку испугались. — Какого, — он сделал шаг, но до струны дотронулся лишь штаниной, — какого хрена, девочки? — оскалился он, опустив взгляд вниз. — Какие же вы неблагодарные! Я мало для вас делал? — Джереми недобро сверкнул глазами, демонстративно перешагнув струну. Однако следующая речь была оборвана тем, что он зацепился за вторую струну, куда более тонкую и незаметную, но удержался на ногах. — Да вы совсем охренели?! — взревел он, бросившись к Аннабель и Азии. — Неблагодарные суки! Роуз выругалась из-за рухнувшего плана, но ослеплённый яростью Джереми даже не услышал её. Блэк схватила обломок доски и с отчаянным криком кинулась к нему, поддавшись панике. — Ты чего такая смелая? — Йеллоу схватил её за горло, сжав пальцы до сиплого звука. — Честное слово, я очень хотел с вами дружить. Даже не собирался наказать ещё больше, — он резко повернулся к Азии, в это же время приподняв Аннабель над полом. — Видит Бог, вы сами подписали смертный приговор… — Пэм, давай! — завопила Роуз. — Девочки, на выход! Азур тут же толкнула скейт к ногам Джереми, но тот, отшвырнув Блэк к стене, отпихнул доску. — А вы ещё кто такие?! — закричал он, хватая обломок доски с пола. — Сегодня отсюда никто не уйдёт! — и он швырнул обломок в спины Кейтлин и Оливии. Пэм сделала большую глупость, бросившись поднимать девушек, тем самым дав фору Джереми. Он успел подставить ей подножку, отчего Азур грохнулась на пол, а после двинулся в сторону Роуз. — Глупая-глупая, — начал приговаривать он, надвигаясь на Скарлет. — Я так и знал, что ты это сделала с Бернадетт… Думала, никто не узнает, как ты вынюхивала? — Пошёл ты… — Роуз не успела отскочить в сторону, и Йеллоу ударил её по лицу наотмашь. — С тобой я развлекусь позже, — он пнул её в живот ногой, как только Скарлет упала на пол. — Ты, тварь, их позвала?! — Джереми развернулся к Аннабель, но та оказалась без сознания. — Ах, тогда поговорим сначала с тобой, — он двинулся к Азии. — Я думал, что мы с тобой обо всём договорились, или тебе было мало нашего разговора в прошлый раз?! Грэй закрыла лицо руками, удерживаясь на самой грани от истерики. Призрачная надежда на то, что большинство против Джереми хоть как-то поможет, растворялась с каждой секундой, и это ощущалось физически. — Ах, Азиа, — прощебетал Йеллоу. — Мне так хочется дать тебе ещё один шанс, — он погладил её по волосам, отчего Грэй едва заметно дёрнулась, — но ты же мне снова сделаешь подлянку. Ты поступила очень плохо, а я тебе говорил, чтобы ты с ней, — он кивнул в сторону Аннабель, — держалась на расстоянии вытянутой руки. Она ведь тебя настроила против меня? — Ты сам… — всхлипнула она. — Ты всё сделал, чтобы я тебя ненавидела… — Ах, вот оно что! — вспыхнул Джереми и схватил её за волосы на затылке. — Сейчас я тебе покажу, что делают, чтобы их ненавидели! — взревел он и рывком поднял её с пола. Азиа распахнула глаза, когда заметила движение позади мужчины. Что-то внутри заискрилось, медленно расползаясь по всему телу, и только чувство страха изо всех сил пыталось заглушить это воодушевление. В голове отбойным молотком звучало одно единственное слово — «смирись». Грэй неуверенно протянула руку к лицу Джереми и, громко всхлипнув, пробормотала что-то невнятное. Оскал на его лице сменился лёгкой улыбкой, почти что искренней, но в глазах его плескалось стойкое недоверие. — Прости… — прошептала она. — Думаешь, ты сможешь вернуть к себе доверие? — с сарказмом в голосе спросил Йеллоу, но пальцы всё же разжал. — Хочешь попытаться? — Я хочу справедливости, — дрожащим голосом отозвалась Азиа. Она опустила взгляд в пол и неожиданно улыбнулась. Джереми, падкий на такие слова, всё же отпустил Грэй, и, приобняв её за плечо, повёл к выходу из подвала. Он начал приговаривать о том, что наказание она всё же получит, а сама Азиа даже не спорила о том, заслужила ли она это. Внезапно она остановилась и так ловко выкрутилась из его рук, что Йеллоу не сразу понял, что произошло. Пэм, которая успела прийти в себя, умудрилась толкнуть скейт под его ноги так, что Джереми всё же наступил на него и едва не влетел в стену. — Твою мать! — зашипела Азур, когда он просто проскочил мимо петли, даже не задев её. — Во имя Терры, мать твою! — завопила Азиа и, схватив рояльную струну, бросилась к Джереми. То ли страх, то ли выброс адреналина придали столько сил и уверенности, что она без труда повалила его на пол, а в следующую секунду импровизированная удавка оказалась на шее у Йеллоу. — Ты, сука, сам разбудил во мне Лоргара! — заорала она, натягивая струну сильнее. Пэм подбежала к ним, отчаянно навалившись на ноги Джереми, чтобы ему было сложнее вырваться. Кейтлин, едва распахнув глаза и толком не успев сфокусировать взгляд, тут же бросилась следом за Памеллой, каким-то чудом заметив, что Йеллоу вот-вот и высвободится. А через мгновение, издав чуть ли не боевой рык, Азиа резко потянула струну на себя, беспощадно разрезая горло Джереми. — Он сам нарвался, да, — хмыкнула Грэй и, повернув к себе лицом отрезанную голову, с трудом сдержала рвотный позыв. Быстро встав, она метнулась к ближайшему углу, но желудок был и без того пуст. Азиа задрожала, опускаясь на колени, и обхватила свои плечи ладонями. Ей потребовалось не меньше десятка минут, чтобы прийти в себя, в то время как Пэм и Кейтлин смогли привести в чувство остальных. — Я помогу, — прошептала Роуз, положив руку на плечо Грэй. — Мы с этим справимся также легко, как и… — Мать моя Малкадор, отец мой Пертурабо, — сдавленно произнесла Азиа, обернувшись. — Я, нахрен, человека убила… С хрена ли мне… легко? — встрепенулась она. — Нам нужно уходить, — опомнилась Оливия, потирая ушибленный бок. — Надеюсь, никто не слышал… — О, поверь, тут такие соседи, что переживать не о чем, — тихо ответила Аннабель и протянула раскрытую ладонь Азии. — Он заслужил, да? Также протянув руку перед собой, Грэй заметила кровь и, наспех осмотрев себя, удручённо застонала. — Блядина, шоб тебя метеором уебало! — воскликнула она, метнув взгляд на обезглавленное тело. — Любимый сарафан… — Мы живём близко, никто не увидит. А кровь отстираем, — успокаивающим тоном сказала Азур. — Благо, опыт уже есть… — Знаешь, у тебя несколько искажено само понятие слова «благо», — усмехнулась Аннабель.

***

Кристофер зажал рот ладонью, чтобы не рассмеяться. И как только ощутил на себе предупреждающий взгляд от Роуз, тут же подобрался, состроив серьёзную физиономию. — Хочешь что-то сказать? — выгнула бровь Скарлет. — О, давай уже, я разрешаю, — ухмыльнулась она на то, как он отрицательно замотал головой. — Я, наверное, впервые встречаю такой драматический момент, но при том переполненный юмористическими вставками, — поспешил оправдаться он. — Это… странно, наверное… — Почему сразу странно? — нахмурив брови, спросила писательница. — Сам посуди, у них у всех шок. Если Памелле ещё помогли, насколько это было возможно, то Кейтлин и Оливия испытали полнейшее нервное потрясение. — Но ведь Азиа… — начал было Уайт. — А Азиа справляется со стрессом так, как может. В конечном итоге, набор каких-то фраз из любимой книги вполне может успокаивать, — хмыкнула она. — Да, действительно, я об этом не подумал, — как-то неуверенно ответил Кристофер. — Всё верно. — Я вообще уверена, что шутки в таких местах вполне уместны, — цокнув языком, Роуз закатила глаза. — Честное слово, давайте вообще нигде шутить не будем, а сразу погрязнем в самокопании! — Да я же ведь не спорю! — воскликнул журналист. — Тем более, что это книга. Откуда нам вообще знать, как поведёт себя человек в реальной жизни, окажись он в такой ситуации… — Действительно, — прищурившись, отозвалась она. — Откуда нам знать… — неоднозначно добавила Роуз, но Кристофер не придал этому никакого значения. — А дальше что было? Как они добрались до дома? Как прошёл… курс реабилитации? Если так можно его назвать. — Всё было гладко и хорошо, — фыркнула Скарлет. — Будто могло быть иначе? — А рассказать? — кокетливо приподняв брови, улыбнулся Кристофер. — О, ты с самого начала хотел знать только про убийства. Проникся чувствами к моим девочкам? — рассмеялась Роуз. — Слушай, если я буду рассказывать всё в таких мельчайших подробностях, то зачем мне вообще книгу выпускать? Посидим, побеседуем дня четыре, что уже там, — не удержалась она от сарказма. — Вставай, я хочу ещё немного прогуляться, дождь утих. Уайт отчётливо ощущал ошейник на себе, физически чувствовал, насколько короткий поводок, на который он сам себя посадил и добровольно отдал другой конец в руки Роуз Скарлет. И если сначала ему казалось это всё игрой, в которой ведёт все же он, теперь Кристофер явственно понимал, насколько он проигрывает. Сейчас, конечно, было самое время показать, кто в конечном итоге окажется сверху, однако мужская привычка не думать верхней головой сыграла злую шутку: Уайт имел неосторожность скользнуть глазами по выточенному силуэту Роуз, задержавшись на идеально упругой заднице, и шумно сглотнул, собственноручно отдав себя в добровольное рабство чувств и инстинктов.