Без плана

Леви подписывал бумаги, сидя в общей ординаторской. Оккупировал целый стол, по-богатому разложился, сделал себе кофе и погрузился в работу. Ему достались пациенты врачей, что ушли в отпуск. Нужно было, прежде все о них узнать, просмотреть схемы и продолжить лечение. Он не терпел беспорядка, поэтому делал все чётко, пусть и неспешно. Бардак превращался в аккуратные, радующие глаз ровные стопки. Недалеко сидел Зик. Они доделывали работу, их общий пациент с тетанизмом всё-таки отошёл. Изредка переговаривались, подбивая все хвосты и подгоняя отчётность. Было как-то удивительно тихо, Леви не верил в приметы, но приметы это никогда не волновало. В дверь ординаторской постучали. Мужчина, родственник одного из пациентов, они уже общались. — Доктор Аккерман! — излишне весело прикрикнул гость, стянул с плеч рюкзак. — Можно ли с вами поговорить?! Странный блеск в тёмных глазах. — Прошу, — указал Леви на свободное место рядом, но мужчина не сел. Он, кажется, ни на что ни обращал внимания. — Стефан Зольцман, верно? Зик поднял глаза, заинтересовавшись необычным тоном пациента. Мужчина, немного возбуждённый, но в целом выглядел обычно. Ничего, что бросалось бы в глаза. Обычная одежда, рюкзачок. Телефон лежал на коленях, психотерапевт иногда посматривал в него, но сейчас опустил голову к бумагам. Не хотел мешать, но хотел послушать. — Да-да, доктор Аккерман...! Вы так помогли! Я просто и словами передать не могу! Спасибо большое! Я хотел бы вам кое-что подарить! Леви напрягся, чуть нахмурился. — Простите, у нас так не принято. — Ну, что вы, это такая мелочь, — мужчина расстегнул рюкзак и достал топор. Психиатр замер. Твою мать. Сжал ручку в руке. Экстренная кнопка на другой части стены, рядом с выключателями. Далеко, да и не факт, что работает. Кажется, яблоко от яблони. У Зольцманов что-то семейное? Если согласиться на подарок, это успокоит мужчину? Или возбудит сильней? В психомоторной активности, к которой он уже подходит, можно всякого натворить. Скорая не поможет, можно будет сразу патологоанатомов вызывать. Чёрт. У Зика перед глазами пронеслось множество возможных сценариев. Вот Леви поднимается на встречу и получает удар, из головы льётся тёмная кровь. Или Зик пытается сбежать, и уже его череп пронзает боль, а перед глазами темнеет. Или Леви примет подарок, и странный мужчина уберётся восвояси? Зик плохо понимал, как работает мышление психиатрических пациентов иногда, да и кто понимал? Он почувствовал, как по телу выступает холодный пот, но только продолжил писать. Не стоит отвлекать лишний раз, может быть, Леви справится. Он умный и опытный, это, их недолгая совместная работа, показала сполна. Леви смотрел на Зика умоляюще, словно подавая какие-то сигналы. Ну, же, ну, же подними взгляд. Только мужчина сейчас мог помочь. — Это очень странный подарок, — Леви старался быть натуральным. Психиатрические пациенты чувствуют ложь и обман. — Ой, да?! Но в хозяйстве всегда пригодится, — он взмахнул топором, заставляя Аккермана осторожно отодвинуться. — Я сам сделал, выпилил рукоятку... ручная работа! Зик закрыл историю, будто только завершив работу, и поднял взгляд, сразу встретившись со светлыми глазами Леви. У парня на лице было совершенно отчаянное выражение, и Зик понял, что тот давно уже пытался привлечь его внимание. В любом случае, выходить сразу было бы плохой идеей. Мужчина бесшумно поднялся из-за стола, нарочито неторопливо поправил халат и прошёл к выходу за спиной пациента. Сердце колотилось как бешеное, всякое могло случиться. Он тихонько прикрыл дверь в кабинет, оставив незаметную щель, и пустился бегом по коридору. Привести охрану будет быстрее, чем звонить. Мужчина к счастью даже не обратил на это натуральное движение Зика своего внимания. Они продолжили разговор. — Это похоже на холодное оружие, — сообщил Леви, — такое запрещено в больнице. Это очень опасно, у вас могут быть проблемы. Самое время аккуратно подвести к сути. Охрана скоро будет. Леви поднялся с места, задвинул стул, лучше быть на ногах, если придётся уклоняться от аффективной вспышки. Кто бы что ни думал, работа врачей, а особенно психиатров, бывает крайне опасна. Во всех регламентах приписывают, как нужно отступать, как выворачиваться, если тебя схватили за руки или бросились со спины. Про топоры там, к сожалению, ничего не было. На своём опыте Аккерман уже полно понял. Его хватали, били, роняли собственные пациенты. Плевали в лицо и пытались разбить голову. Переворачивали кровати и даже разок пытались укусить. Вот ещё одна прекрасная история в копилку, если не прикончат, конечно. — Да ну вы чего?! Всего-то топор! Берите, — мужчина вновь взмахнул и протянул врачу, — отличнейший! Он не слышал и не слушал, что ему говорят, практически не затыкался. В голове поступала анамнестическая картина. Мозг старался справиться со стрессом. Соскальзывания, излишняя обстоятельность, выраженная аффективность. Леви принял топор и положил на стол. Где же там Зик? — Послушайте, пожалуйста, внимательно, — вряд ли человек мог, — вы хотели как лучше, отблагодарить, понимаю, но вы ужасно меня напугали... с подобными вещами не шутят, это больница, психиатрическое отделение. Зик вёл охрану самым коротким путём, который знал. Нижний этаж закрыли на дезинфекцию почему-то именно в этот момент, пришлось обходить по улице и подниматься по куче лестниц, но вот наконец и кабинет. Изнутри ещё доносились голоса, и мужчина выдохнул. Успели. Дверь скрипнула приоткрываясь. Наверное, впервые Леви был по-настоящему рад видеть коллегу. Два охранника, два санитара и какой-то статист из приёмного покоя. Целую армию притащил. Мужчина обернулся и сам испугался. Впервые его речевой поток прервался. Леви сжал рукоять топора. — Я предупреждал. Ситуация разрешилась, гостя скрутили и вывели. Далее будет разбираться полиция и администрация, возможно, вскоре гражданин вернётся, но уже в другом качестве. Топор охрана тоже забрала. Потрясающая история быстро разлетелась по отделению и всей больнице, вот только Леви было не очень хорошо после всего. Его затошнило и бросив работу, он просто улёгся на диванчике. Никто не смел тревожить, только предлагали кофе подлить, или того лучше, таблеточку диазепама глотнуть, по-братски, так сказать. Зик как-то сразу успокоился, только страшные картинки из его фантазий всё вставали перед глазами. Они остались в одном кабинете с Леви. — Эй, блоха, может, отвезти тебя домой? — мужчина сел прямо на пол, откинув халат, и коснулся безвольно лежащей руки. — Заведующий, думаю, не будет против после такого. Леви невнятно пробурчал, оторвал голову от подушки, глянув на оставленный стол. — Дохуя работы ещё, — препираться не было желания. — Я закончу за тебя. Одноразовая акция, — мрачновато пошутил Зик, уложив большую ладонь ему на грудь. Редко Леви вызывал желание о себе позаботиться. — А жаль, я уж подумал построить из себя умирающего и заставить хорошенько поработать, — сел на диване, хмыкнул сам себе и провёл рукой по лицу, — забей, сам закончу. И доеду сам, не маленький, — поднялся. Голова на мгновение закружилась. Все было в порядке, не о чем волноваться. Мало ли таких ситуаций. — Нет уж, поехали со мной, — Леви как-то подозрительно покачнулся, что Зик дёрнулся в его сторону. — Ты на ногах еле стоишь, идиот. Не строй из себя героя, ты просто врач и не обязан разгребать это всё. Леви цикнул языком, но согласился. Черт с этой заботливой обезьяной.