Игры с судьбой

Когда на следующее утро Игорь проснулся от звонка Сережи, он ни капли этому не удивился. Вчера они почти до двух часов ночи просидели в офисе и по совместительству квартире Разумовского, поедая пиццу, шутя и смеясь, как неадекватные. Гром умел ценить хорошую компанию, и как-то так получилось, что они с Сережей почти идеально подходили друг другу. Настолько, что это даже могло бы наводить на определенные мысли, если бы не одно «но», о котором впрочем думать было еще рано. В остальном же о прошедшем вечере у Игоря остались только положительные впечатления. Даже новость об увольнении не отравляла ему все мысли, а всё потому что Разумовский просто идеально перетянул все внимание на себя. Одна пробежка чего стоила. Гром даже не представлял, что способен вот так сорваться с места и наперегонки мчаться по Питеру, но вот как оно обернулось. Поэтому когда Сережа, видя, что Игорь собирается уходить, попросил у него номер, Гром по его просьбе вбил нужную последовательность цифр в навороченный смартфон. Этот звонок Игорь практически ждал еще со вчерашней ночи. Трубку он снял почти моментально. — Игорь? Это Сережа, — выпалил тот еще до того, как Гром успел хоть бы поздороваться. — Сергей. Разумовский. — Да, я понял, — улыбнулся Игорь. — Ты мне тоже свой номер дал. — Точно, — скомкано ответил тот. Гром еще вчера заметил, что временами Сереже особо тяжело давалось общение, поэтому он не стал торопить Разумовского. Как только тот будет готов — Сережа все скажет. Тем временем Игорь осмотрелся по сторонам в поисках воды. Бутылка оказалась на столе, и Гром уже успел сделать пару глотков, когда Разумовский вдруг выдал: — Ты бы хотел сходить со мной на свидание? Игорю потребовалась вся выдержка, чтобы не подавиться и не напугать и без того зашуганного Сережу сдавленным кашлем. Игорь, конечно, понимал, к чему все идет, но совершенно не ожидал такого вопроса в лоб. Разумовский в трубке подозрительно затих, и Гром быстро стал прикидывать варианты дальнейшего развития стуации. Прошедший вечер был отличным, поэтому да, Игорь был бы рад согласиться на отношения с Сережей, только… Он перевел взгляд на свое запястье. А захочет ли тот получить весь этот беспорядок на свои руки? Буквально на свои руки. С другой стороны, имело ли это такое значение? Раньше Грому всегда было плевать на эти дурацкие надписи с именами, почему сейчас это должно было стать решающим фактором? С этим можно будет разобраться потом, а сейчас Разумовский на другом конце города, наверное, был на грани обморока, потому что, судя по звукам, вот уже минуту не дышал. Да что тут думать? — Да, я хочу, — уверенно сказал Игорь. — Прекрасно, — судя по выдоху Сережи, его теория про дыхание оказалась верна. — Только я… Я очень давно не… Я не знаю, куда мы можем пойти… И остальное… Тоже не знаю… Не надо было быть гением, чтобы понять, что Разумовский снова стал нервничать. Или тот и не переставал. Сережа почему-то начинал говорить отрывистыми фразами в такие моменты. — У меня есть одна идея. Если я все организую, нормально будет? — Да, — на выдохе ответил Разумовский. — Ты вечером свободен? — Ага. Грому стало немного интересно, не начнет ли тот повторяться в своих лаконичных ответах. — Я адрес тогда смс-кой скину, пойдет? — Угу. — Ну, до встречи. — До встречи. Забавно, повторяться Сережа не начал, хотя Игорь не стал слишком сильно мучить беднягу. Игорь отложил телефон и провел рукой по лицу. Сегодня он пойдет на свидание с самим Сергеем Разумовским. С утра такие новости было тяжело обработать, поэтому Гром отправился на кухню, чтобы сделать себе кофе. Нет, серьезно, с Разумовским. С основателем социальной сети по поиску соулмейтов Вместе. Именно это плавно подводило его к собственной проблеме. Игорь прекрасно помнил ажиотаж общества после анонса Вместе. Теперь для поиска предназначенного или предназначенной не надо было лазать по куче сомнительных сайтов или пользоваться каким-либо зарубежным аналогом. Тем более, что эта соц сеть предлагала еще полную анонимность при помощи децентрализованной системы шифрования. Это было мечтой любого человека. Все аналитики прогнозировали, что сервера не продержатся и часа под напором потока пользователей. Но нет, продержались. Вплоть до сегодняшнего дня Вместе работало без сбоев. Чайник засвистел. Гром насыпал растворимый порошок в чашку и залил его кипятком, его взгляд против воли упал на собственное запястье. Всё завязано на этой судьбе. Игорь так и не зарегистрировался в соц сети, хотя теперь Вместе использовали не только для поиска соулмейтов. Однако ему просто не хотелось. На запястье Гром носил часы с широким ремешком, и как ни странно ни у кого не возникало вопросов. Все решали, что он просто по какой-то причине скрывает заветное имя, как делали многие. Люди вообще предпочитали приходить к удобным им выводам. Ведь никому в голову не могло прийти, что запястья Игоря абсолютно чисты. Хоть Гром и был не единственный такой, тем не менее, это было крайне редким явлением. Про таких людей говорили разное: что они не способны ни с кем поддерживать отношения или что им вовсе любовь не нужна. Игорю всегда было плевать, что там у него на руках, а никто из партнеров на одну ночь не спрашивал и не интересовался. Однако теперь что-то поменялось. Гром сделал глоток горячего напитка. Для начала Сережа совсем не тянул на развлечение на одну ночь. Они даже собирались на настоящее свидание, а на такие авантюры Игорь со старшей школы не соглашался. Так что он должен был признать, Разумовский запал ему в душу. Вот только как тот отнесется к происходящему? Как Сережа отреагирует, когда узнает, что у Грома на запястьях одно большое ничего? И (что гораздо интереснее) какое имя на запястье у Разумовского? Игорь попытался воскресить в памяти вчерашний вечер, но вскоре был вынужден отбросить эту бессмысленную затею. Гром никогда не обращал внимания на чужие запястья, а Сережа вчера был в пиджаке, который полностью прикрывал руку. Может, у того тоже нет ничего на запястье? Или вдруг…? Хотя это полный бред… Но кто знает. То, что Игорю не досталось пары, вовсе не означает… Гром снова отхлебнул кофе и едва подавил желание дать самому себе подзатыльник. Они еще не сходили на первое свидание, а он уже распланировал все так, будто уже завтра под венец. Когда планировать надо было совсем другое. Идея для свидания пришла Игорю в голову почти в тот же момент, как вызвался его планировать. Единственный и идеальный вариант. Гром допил кофе и достал свой телефон. Адрес он помнил наизусть, поэтому тут же отправил его Разумовскому в сообщении, не добавляя никаких лишних подписей. Тот же гений, значит, разберется. Ответ Игорь получил моментально. От: Серёжа Я забыл спросить, что ты придумал Гром усмехнулся, набирая ответ.

Кому: Серёжа Тогда мучайся в неведении.

От: Серёжа А дресс-код там хотя бы есть?

Кому: Серёжа Не. Оденься как обычно. Только джинсы возьми какие не жалко.

От: Серёжа Меня пугают твои слова и точки в сообщениях

Кому: Серёжа Нормально все. Ничего не будет твоим джинсам.

От: Серёжа Хорошо, но точки все еще на месте

Кому: Серёжа .

Последнее было уже в край ребячеством, но Гром почему-то не смог устоять. *** Сережа, облокотившийся на капот машины возле нужного дома, стал для Игоря полной неожиданностью. Нет, он, конечно назначил свидание, но Гром такого слегка не ожидал. — Привет, — окликнул его Игорь, — ты давно тут? Разумовский, нервно сжимая руки, робко и смущенно улыбнулся: — Я так боялся опоздать, что приехал заранее. — На полчаса? — удивился Гром. Ему было, конечно, приятно, что тот не опоздал, но получалось, что Сережа все это время простоял на улице в одиночестве. — Не, на полчаса раньше пришел ты, а я на всякий случай приехал за час. Теперь Игорю совсем нечего было сказать, а дара речи он лишался нечасто. Разумовский с особым рвением принялся выкручивать себе пальцы, и Гром буквально почувствовал необходимость его остановить. — Итак, мы оба пришли заранее. Надеюсь, ты тут не замерз, — Игорь мимоходом осмотрел Сережу. Тот последовал совету и надел какие-то странные джинсы (хотя Гром сомневался, что те случайно разодрались на коленях), футболку со странной надписью и куртку. Лето в Питере все же теплое, но под вечер могло и похолодать. — Нет, не замерз, — Разумовский перестал нервно мять руки и засунул их в карманы. — Отлично. Тогда пойдем, а по дороге можешь рассказать, как так вышло, что ты приехал настолько заранее. А если не хочешь, то можешь многозначительно молчать, это я тоже пойму. Ладно, мысленная заметка номер 967: не надо пытаться улучшить ситуацию юмором. Все равно выходит так себе. Однако Сережа вдруг улыбнулся и уверенно последовал за Игорем по улице. — Я решил отложить немного времени на пробки на дорогах, на погодные условия, на непредвиденные обстоятельства и на пару-тройку чрезвычайных ситуаций, — почти на одном дыхании выдал тот. — А что у тебя за свертки в руках? — Скоро узнаешь, но ничего опасного, — заверил он Сережу, тот только-только перестал заикаться, так что было бы ужасно испортить все из-за такой мелочи. Игорь свернул к нужному дому, проверил, что Разумовский никуда не делся, и вошел внутрь. — Может, наперегонки наверх по лестнице? — эхо от бесконечно высоких стен только вторило его словам. Сережа задрал голову: — Да тут пролетов пять. — Ага, — кивнул Гром, — пять с половиной. На счет три? — Не, ты как хочешь, а я не побегу, — слегка испуганно ответил Сережа. — Я от вчерашнего до сих пор отойти не могу. На самом деле Игорь тоже не особо хотел бежать наверх, но ему было немного интересно, как поведет себя Разумовский. Всю дорогу наверх тот оглядывался по сторонам, но так и не спросил, куда они идут, тем не менее, на площадке последнего этажа не выдержал и прервал молчание: — Больше мы не поднимемся. — Ошибаешься, — с этими словами Гром достал ключи от двери из-под старого горшка с давно засохшим растением. Игорь внимательно следил за реакцией Разумовского с того момента, как отпер дверь на крышу, и это было по-настоящему завораживающим зрелищем. Сережины глаза были широко раскрыты от удивления и восторга. Тот не издал ни звука, но все эмоции можно было без труда прочитать на его лице. Разумовский, поборов оцепенение, подошел к самому краю и целую минуту смотрел на бесконечные ряды крыш, расстилавшиеся во все стороны, а потом обернулся и восхищенно произнес: — У меня нет слов. — У меня была примерно та же реакция, когда я во второй раз увидел это место. — Во второй? — переспросил Сережа. — А в первый раз не впечатлило? — Не, впервые я тут оказался, когда догонял одного не самого хорошего человека. Я тогда больше смотрел под ноги, чем наслаждался видами города, — усмехнулся Гром. Разумовский рассмеялся: — Мне интересно, сколько в этом городе есть мест, про которые ты можешь рассказать подобные истории. — Больше, чем ты думаешь. Игорю ужасно нравилось, когда Сережа улыбался даже от таких несмешных фраз. Тот словно становился совсем другим человеком. Или же просто становился собой. — Ладно, иди сюда, а то сейчас все остынет, — Гром указал на странное сооружение в центре крыши, на котором при большом желании можно было усесться. — Для этого нужны были старые джинсы? — А смысл было новые пачкать? Сережа не стал задавать других вопросов и сел, куда показывал Игорь. Без лишних слов Гром протянул ему сверток: — Это шаверма или другими словами: романтический ужин. Ладно, о чем он вообще думал? Разумовский сейчас решит, что для него это чересчур, и уйдет. Конечно, тот же наверняка привык к какой-нибудь супер странной еде из особо пафосных ресторанов. — Я никогда не пробовал, — немного смущенно пробормотал Сережа, и тем не менее тот не выглядел так, будто ситуация была слишком некомфортной для него. Наоборот Разумовский казался как минимум заинтересованным. Он с интересом уставился на шаверму в своих руках. — Никогда? — удивился Игорь. — Как ты вообще дожил так до своих лет? — На свое счастье я встретил тебя, чтобы ты исправил это ужасное упущение. — Не болтай, а пробуй, — посоветовал ему Гром и уселся рядом. Сережа с воодушевлением откусил и тут же забавно улыбнулся с набитым ртом. Игорь, глядя на это, только подумал, что, возможно, сейчас не лучшее время, чтобы шутить про еще утром мяукавшую шаверму. — Вау, это потрясающе, — наконец пробормотал Разумовский и тут же откусил еще. Гром с довольной улыбкой перевел взгляд на соседнюю крышу. Место действительно было красивым, и было приятно разделить этот вид с кем-то другим. Жаль только было, что закат не было видно: солнце закрывали мелкие облака. На самом деле, закат был последним, чего не хватало для атмосферы абсолютной романтики. Ну, для Игоря по крайней мере. Он настолько глубоко ушел в свои мысли, что совершенно упустил момент, когда Сережа придвинулся совсем близко. Гром краем глаза заметил движение, слегка повернул голову и замер. Их разделяло едва ли сантиметров пять. Разумовский завороженно улыбался, а в его синих глазах была видна целая вселенная. Игорь дал тому несколько секунд на раздумья — последний шанс отодвинуться, и решился. Гром сократил расстояние между ними и поцеловал того. Это было просто невинное прикосновение губ к губам, на большее Игорь пока бы не решился. Сережа слегка отстранился, но отодвигаться не стал. — Я вообще-то от твоей шавермы откусить хотел, но так тоже ничего, — наигранно спокойно ответил Разумовский, безуспешно пытаясь скрыть улыбку, а в его глазах черти плясали. Гром был готов играть по его правилам: — А с твоей что не так? — Она с картошкой, — Сережа внешне был спокоен так, будто расхваливал пятизвездочный ресторан, вот только глаза все еще выдавали его. — Ты не пойми неправильно, шаверма она вкусная, но тут прям что-то не так… — Не говори больше ни слова, — перебил его Игорь, — а то я случайно в тебя влюблюсь. — Хорошо, — максимально серьезно ответил Разумовский. — Еще дашь откусить? На этот раз Гром сам протянул шаверму, дождался, пока тот наклонится, и тоже придвинулся, надеясь урвать себе еще один поцелуй, но все слегка пошло не по плану… Точнее, все пошло полностью наперекосяк… Они столкнулись носами, Сережа расхохотался и уткнулся Игорю в плечо. Романтики не было от слова совсем, но зато Разумовский продлевал себе жизнь смехом. Гром не выдержал абсурда ситуации и сам рассмеялся. — Очень вкусно, спасибо, — сдавленно произнес Сережа в куртку Игорю, а затем отстранился, чтобы взглянуть не него. — А про влюбиться ты серьезно? — А что? — А то, что ты мне нравишься, но если это невзаимно, то я пошутил, — слегка смущенно ответил тот. — С такими вещами не шутят, так что да, нравишься, — теперь была очередь Грома изображать из себя серьезного человека. Разумовский вполне ожидаемо быстро раскусил его притворство и шутливо толкнул в плечо, вот только тот ни секунды не переставал радостно улыбаться. Из-за облаков показалось такое редкое в Питере солнце, а Сережа, нагло используя поцелуи в качестве отвлекающего приема, стащил у Игоря остатки шавермы.