Часть 1
9 мая 2021 г., 23:38
Алина долго не могла уснуть. Ей казалось, что она крутилась и вертелась в течение часа, никак не в состоянии позволить усталости взять верх над собой. Мал же уже давно посапывал рядом, отвернувшись к стене. Девушка позволила себе улыбнуться. Она устала от одиночества, ведь ей приходилось спать одной в своей большой спальне в Малом дворце. Невольно мысли вернулись к Александру, в ту ночь, когда она сказала себе, что не хочет больше быть одинокой. Его рассказ, та неподдельная печаль в его глазах, стоило ему заговорить о прошлом… что скрывать, ее подкупало то, что он чувствовал то же, что и она. Старкова была полна решимости, когда направлялась в его покои, уже зная, для чего она идет туда, но стоило генералу зарыться пальцами в ее волосы и прижать ладонь к лицу, как она растерялась, испугавшись этих сильных чувств, овладевших ею. И она сбежала как последняя трусиха, кусая губы, которым так и не удалось, но очень хотелось коснуться его губ.
Алина отчаянно вздохнула, сжав руки в кулаки. Что толку думать об этом сейчас? Дарклинг предал ее доверие, обманул ее, использовал, и чувства его были ложью. Такой монстр как он не может испытывать любовь по-настоящему, каждый раз повторяла девушка, стоило ей усомниться в своей ненависти к Морозову.
Взгляд Заклинательницы Солнца упал на Мала, который в этот момент повернулся к ней лицом, все еще крепко спящий. Отважный, верный и заботливый — вот, кто ей нужен. Вновь улыбнувшись, Алина прикрыла глаза, тоже постепенно погружаясь в сон.
***
Старкова оглядывается вокруг, пребывая в недоумении. Девушка обнаружила себя в лесу, в котором ее впервые пытались похитить, когда она только узнала о своем даре. Но вокруг не было ни души, она слышала лишь пение птиц и тихий шум покачивающихся ветвей. Впервые в своей жизни (насколько она была осведомлена) Алина четко осознавала, что все это ей снится. Но при этом девушка могла чувствовать прохладу, вызванную легким дуновением ветра, слышала запах листвы и земли под ногами, а кора дерева, на которое она облокотилась, была шершавой на ощупь под ее ладонями. Очень странное ощущение. Может ей снился какой-то вещий сон? Погрузившись в размышления, Алина не сразу заметила сбоку от себя тень, а также не услышала хрустящей под чужими сапогами травы, когда неподалеку раздался знакомый голос: — Не ожидал увидеть тебя в своих снах, моя милая Алина. Старкова едва не подпрыгнула на месте, но не столько из-за неожиданности как таковой, сколько из-за личности самого гостя, нарушившего ее покой. Уж кого она точно не хотела видеть в своих снах, так это Александра. — Что ты тут делаешь? — выпалила девушка первое, что пришло ей в голову, хоть и понимала, что глупо было предъявлять мужчине претензии по поводу того, что он каким-то образом очутился у нее во сне. — Могу задать тебе тот же вопрос. Со мной такое… впервые, — сделав паузу, заметил Дарклинг, который тоже явно пребывал в замешательстве, что, однако, не помешало ему расплыться в надменной ухмылке. С запозданием, но до нее дошел смысл сказанного им, и Алина спросила: — Подожди, что значит в «своих» снах? Разве ты не в моей голове? — Сомневаюсь. Это был бы твой сон, если бы у меня не было своего сознания, но, поверь мне, я прекрасно осознаю, где я, — Александр поправил свой черный кафтан, стряхивая с него невидимую пыль. Девушка должна была признать, что выглядел он как всегда безупречно. — Это какой-то трюк, — не унималась Старкова, стараясь держать дистанцию с Дарклингом, не спуская с него глаз. — Полагаю, что причиной всему явилась наша с тобой связь. Ты думала обо мне перед сном? — приподняв одну бровь, мужчина с интересом взглянул на нее, а правый уголок его губ пополз вверх. — Нет, — слишком быстро гаркнула Алина, попытавшись выдержать взгляд его темных, как бездна, очей, не выдав себя. Девушка не знала, поверил Морозов ей или нет, так как он снова усмехнулся, сделав несколько шагов в ее направлении, произнеся: — А я думал о тебе, дорогая, — Александр небрежно махнул рукой, замерев на месте. Затем окинул взглядом свою ладонь, как бы изучая оную. — Хм, интересно. Кажется, что здесь наши силы нам не подвластны, — заключил он, чуть пожав плечами. — Так, о чем это я? Ах да… Но не успел он сделать и пары шагов, как Алина резко выхватила нож, закрепленный на поясе, замахнувшись, чтобы с силой ударить Дарклинга прямо в сердце. Она знала, что это не сможет убить его не то, что во сне, но даже в реальности, однако ей жутко хотелось причинить ему боль, хотя бы физическую. Раз он не может использовать свою силу, то и она тоже, вот только даже без своих способностей Черный Еретик мог внушать страх и трепет всем своим видом. Ее порыв был остановлен его пальцами, которые крепко стиснули кисть девушки на полпути, так и оставив ее стоять с занесенным над головой ножом. Глаза Старковой, как и вся ее аура, излучали ненависть и гнев, и на мгновение Александр остановил на них свой взор, будто бы о чем-то задумавшись, прежде чем добровольно ослабить хватку и позволить девушке воплотить задуманное. Заклинательница Солнца замешкалась лишь на пару секунд, а затем все же вогнала лезвие в грудь мужчины, поражаясь своей смелости и кровожадности. Дарклинг издал стон боли, но не предпринял попытки вытащить нож, а наоборот положил свою ладонь поверх руки Алины, вонзая его еще глубже, наблюдая, как рот девушки слегка приоткрывается от удивления. — Удовлетворена? — выдохнул он, соприкасаясь своим лбом с ее, и только сейчас Старкова осознает, насколько близко находились их губы. И это пугает ее сильнее, чем то, что она испытала тогда на корабле, когда впервые пересекала Тенистый Каньон. Девушка шарахается от Дарклинга, отпуская рукоять ножа, что дает тому возможность наконец извлечь холодное оружие из тела, отбросив его на землю. — Твой драгоценный Следопыт скончался бы от подобного ранения. Смертные… они так хрупки, не то, что мы с тобой, мое солнце, — промолвил Александр, делая шаг навстречу девушке. — Разве ты не понимаешь, что мы созданы друг для друга? Он умрет, рано или поздно, ты это знаешь. Алина сглотнула, до этого словно бы пребывая в каком-то своего рода трансе, но мысль о Мале вернула ее в чувство. — Ты и ногтя его не стоишь! — выкрикнула девушка, но чувство самосохранения заставило ее попятиться назад при приближении Дарклинга. Даже когда он просто стоял и смотрел на нее, она всегда ощущала некое благоговение в его присутствии, чувствовала, как он владеет ситуацией. Еще ни один человек на ее памяти не излучал столько доминирования, как Черный Еретик. Алине было стыдно признать, что в те времена, когда она не ведала, кто он такой на самом деле, ей это даже нравилось. Но еще более постыдным фактом было то, что даже сейчас, когда она знала, на что способен этот мужчина, пробежавшие по ее телу мурашки появились совсем не из-за страха или ненависти к нему. Алина тихо вскрикнула, когда споткнулась о лежащее на земле небольшое бревно, но спина ее так и не коснулась земли, потому как рука Дарклинга резко стиснула ее руку, потянув девушку вверх. Почти как когда он спас ее впервые. Она охнула, очутившись прижатой к груди Александра, на миг ей даже показалось, что она слышит его учащенное сердцебиение, но возможно это ее собственное сердце стучит в ушах как ненормальное. Старкова хочет отстраниться, но замирает, когда нос мужчины касается ее шеи, а за этим следует шумный вдох. — Ты так приятно пахнешь, золотце, — шепнул он, медленно отстраняясь от Алины, которая постаралась прийти в себя и оттолкнуть Дарклинга. Ей это удалось, но она знала, что только потому, что он не сопротивлялся и позволил ей это сделать. Лукавая улыбка исказила его губы. Кончики ушей девушки горели, то ли от такой внезапной близости, то ли от тех милых слов, коими ее называл Александр. Ей было тяжело признать, что Мал никогда не обращался к ней так ласково. Но ей стоило быть начеку, ведь Морозову не раз удавалось одурачивать ее сладкими речами. — Раньше ты была более податлива, — с досадой сказал мужчина, и Старковой показалось, что это совсем не наигранная грусть, которая прозвучала в его голосе, но она больше не клюнет на его «щенячьи» глазки. — Раньше я не знала, кто ты есть на самом деле, — возмущенно оскалилась Алина, сложив руки на груди. — Нет, ты знала… догадывалась, чувствовала, ведь наша с тобой связь гораздо сильнее обычных дружеских или любовных уз, Алина. Тебе хотелось обманываться, тебе не хотелось быть одной… как и мне. Тьма, что исходит от меня, манит тебя, как и твой свет притягивает меня, словно мотылька. Тьма есть в каждом из нас, золотце. Разве не ты подвергла опасности и виновна в смерти нескольких своих коллег, ведомая желанием отправиться вслед за своим ненаглядным Следопытом? — издевательски напомнил мужчина, на что девушка молча потупила взгляд в пол. — Не забывай, я читал письма твоего друга. В любви и на войне все средства хороши. — Ты не умеешь любить, — пытаясь подавить внезапно возникшее чувство вины, вызванное его речью, Алина перешла в наступление, все еще намереваясь задеть его хоть как-нибудь. Кажется, что она перестаралась. Заклинательница Солнца взвизгнула, когда Дарклинг очутился очень близко, впечатав ее спиной в дерево, отчего у Алины даже перехватило дух. Он был разгневан ее умозаключением. — Ты ничего не знаешь, — отрезал он, смерив ее гневным взглядом. Глаза его показались Старковой еще более устрашающими, чем обычно, оттого она застыла на месте. Но Александр довольно быстро успокоился, сделав глубокий вдох, однако так и не отстранился от девушки. — Ее звали Люда. Она была Целительницей, но ее постигла та же участь, которая постигает всех людей — смерть. Алина совсем не ожидала, что Морозов вот так обнажит перед ней душу теперь, когда они имели статус врагов, но обнаружила, что внимательно слушает, хоть многие детали его истории и были ей уже известны. Как бы ей не хотелось уличить его во лжи, на этот раз она чувствовала, что Александр говорит правду. Голос его дрогнул, когда он подошел к концу своего рассказа, отстраняясь от нее и поворачиваясь спиной. Так странно было снова слушать его и не испытывать этой ненависти и презрения, хотя бы на какой-то период времени. — Я не врал, когда говорил, что был честен с тобой. Да, я не раскрыл тебе всей правды, потому что опасался, что… — Дарклинг сглотнул, все еще не смея повернуться к ней лицом. — Что все будет, как сейчас. Ты делала меня лучше, и тебе не понять, каково это, когда ты наконец находишь того, кого ждал столетиями. Сколько бы лет ты не жил, эмоции вещь весьма непредсказуемая, когда дело касается симпатий. Я не знал, как правильно поступить, чтобы не потерять тебя, мое солнце, — Александр все же обернулся, с толикой горечи посмотрев на собеседницу. — Сначала ты не хотела этого дара, потом не захотела быть на моей стороне, ты сбежала, а ведь я… — он замолк, повернув голову вбок, избегая взгляда Алины. — Конечно, я разозлился и на себя, и на тебя. Я был в отчаянии и понял, что пришло время прибегнуть к единственному методу, который никогда не подводил меня, а именно — забрать то, что я хочу силой. Ну а дальше ты знаешь. Вижу по твоему взгляду, что это меня не оправдывает, но я к этому и не стремлюсь, я только хотел, чтобы ты знала всю правду до конца. Если бы я мог повернуть время вспять, я бы поступил точно так же, потому что это то, кто я есть, Алина. И это то, что тебя притягивало. Не говори мне, что после стольких лет, стольких попыток быть вместе со своим Следопытом, ты отказалась от него лишь из-за отсутствия писем. Нам было предначертано встретить друг друга. Девушка так тщательно внимала его словам, что растерялась, стоило Дарклингу обхватить ладонями ее лицо, фиксируя его на месте. Он что, собирается поцеловать ее? Нет, она этого не допустит, только не снова. Ей просто нужно как следует ударить его в пах коленом. Однако мозг ее рассуждал как-то заторможено, а все тело внезапно обмякло, удерживаемое на весу лишь силами Александра. И вот, когда она уже ощутила теплое дыхание мужчины на своих устах, Алина распахнула веки, увидев перед собой потолок небольшого сарая, в котором они остановились. Ей потребовалась минута, чтобы прийти в себя окончательно, положив ладонь на грудь, пока она не прекратила тяжело дышать. Кажется, что ее разбудила рука Мала, которой он во сне приобнял ее за талию, непроизвольно прижав к себе. Интересно, Дарклинг тоже очнулся ото сна, как и она? Стоило признать, пробуждение оказалось своевременным, ведь еще бы чуть-чуть и… О чем она вообще думала? Впрочем, девушка успокаивала себя тем, что пусть сон и был необычным, но все равно оставался только сном. Вряд ли бы она смогла перебороть Александра в рукопашном бою, и это значит, что он мог сделать с ней все, что угодно. Одна эта мысль заставила ее поежиться. И до нее дошла вполне очевидная вещь, тот факт, который она приняла как должное — Морозов выжил. Она до сих пор не понимала, что ей следует чувствовать по этому поводу. Разумеется, Старкова все еще ненавидит его, но в глубине души она желала лишь обезвредить Александра, а не убивать. По крайней мере, найти способ… Его слова про ее коллег-картографов врезались в память. Нет, я не такая, как ты, сказала девушка про себя, будто бы надеясь, что Дарклинг сможет прочитать ее мысли. И все-таки увиденное и услышанное во сне еще долго не давало Заклинательнице Солнца покоя, поэтому до самого рассвета она так и не сомкнула глаз, предварительно убрав руку Мала с себя, сделав это совершенно неосознанно.***
Следующая ночь прошла для Алины безмятежно, никто не нарушил ее покой, и она смогла крепко проспать до утра. Очнувшись, она не могла понять, рада ли она тому, что в ее сновидениях не присутствовал Дарклинг, или же огорчена. Да нет, рада, конечно. Она довела себя до такого состояния, что перед сном у нее не было даже сил, чтобы думать, тем более о нем. К тому же была вероятность, что пока она спала, Морозов бодрствовал, отчего они не встретились. Но последующий день выдался не таким удачливым. Посреди ночи Алина встала, выйдя на улицу, чтобы облегчиться, а когда голова ее снова коснулась импровизированной подушки, девушка довольно быстро уснула вновь. В этот раз она очутилась в той самой комнате, в которой ей хотелось оказаться меньше всего. Увидев знакомый стол, Старкова непроизвольно покраснела, попытавшись убраться из этой комнаты, но стоило ей открыть дверь, как за ней показался Александр собственной персоной. — Уже хочешь сбежать, милая? — пропел он, ехидно усмехаясь, зайдя в свои покои, вынудив Алину попятиться назад. — Неужели ты совсем не соскучилась по мне? — тыльная сторона мужской ладони прошлась по ее левой щеке. — Ты сегодня необычайно красива, мое солнце, — вынес вердикт Дарклинг, склонив голову набок, разглядывая девушку. Старкова окинула свой наряд быстрым взором, обнаружив, что облачена в черно-белое платье, которое поблескивало в свете свечей. — Я не помню такого платья, но тебе оно очень идет. Мне нравится цвет, — Морозов подмигнул Алине, вальяжно обходя собственный стол вокруг, одновременно с этим скользя рукой по деревянной столешнице. — Я не удивлен, что ты выбрала это место. Здесь произошло довольно много интересных вещей, — он не смог сдержать довольной улыбки, глядя на Старкову. А та, стараясь игнорировать румянец на щеках, отвела взгляд, смотря куда угодно, только не на Александра. — Когда ты пришла сюда первый раз, я, признаюсь честно, был немного удивлен и даже впервые за много лет взволнован. Мне стоило немалых усилий сдержать себя, чтобы позволить тебе уйти, когда все, чего я хотел, было… впрочем, ты и так уже знаешь, — Дарклинг исподлобья взирал на Алину, а на лице играла самодовольная ухмылка. — Твои похотливые желания меня не волнуют, Алек… Кириган. Черт возьми, она уже не понимала, как ей следует обращаться к нему. Стиснув зубы, Старкова упрекнула себя за мгновение слабости. — Похотливые желания? Ты правда думаешь обо мне так низко? — хоть в его голосе и прозвучали нотки издевки, было заметно, что Александру было неприятно слышать подобное. — Ты действительно полагаешь, что секс — это все, чего я от тебя хотел? Алина овладела собой, не давая Морозову смутить себя окончательно, выпалив: — Нет, думаю, что в первую очередь ты хотел заполучить мою силу. — Виновен, каюсь, — мужчина выставил обе ладони вперед, признавая поражение. — Но я хотел большего, золотце. Девушка возмущенно фыркнула, но тут же замерла, когда Дарклинг оказался совсем рядом. Да как он это делает? Его рука властно легла на талию Алины, привлекая слегка обомлевшую Заклинательницу Солнца к себе. — Я хотел заполучить всю тебя, всю без остатка, чтобы ты растворилась во мне, как корабли растворяются во тьме Теневого Каньона. Ты была такой невинной и наивной, но, стоит признать, что сейчас, со всей своей решительностью и ненавистью, ты нравишься мне не меньше, — в доказательство своих слов Александр прижал девушку к себе теснее, и тогда она ощутила, как нечто твердое касается ее бедра. Когда к ней пришло осознание, что именно это было, Старкова впала в ступор и, воспользовавшись ее замешательством, мужчина завладел губами Алины, развернув ту так, что она вновь упиралась поясницей в край столешницы — прямо, как в их последний раз пребывания в этой комнате. Почему голова кружилась точно так же, как когда их поцелуй здесь происходил в реальности? Ей надо остановить его. Вот ее руки хватаются за ворот его кафтана, но вместо того, чтобы оттолкнуть Дарклинга, Алина стягивает ненужную верхнюю одежду с плеч Морозова, позволяя ей упасть на пол. Александр ногой откидывает ее в сторону, все еще не прерывая поцелуя. Почему она позволяет ему это делать? Потому что ты этого хочешь, произнес внутренний голос. Обвившись вокруг шеи мужчины руками, Старкова наконец с жаром ответила на поцелуй, позволяя его ладоням лечь на ее талию. Может ли она задохнуться во сне? Ведь в данную минуту воздуха ей катастрофически не хватало. Это было помутнение, наваждение… она не знала, как еще оправдать свои действия. Словно бы сжалившись над ней, уста Александра заскользили ниже, давая сделать глоток необходимого ей воздуха, мягко впиваясь в кожу шеи, а влажный язык вскоре прошелся вдоль ключиц. Теряя голову, девушка не сразу расслышала, что именно в перерывах между ласками нашептывал Дарклинг, пока его губы не притронулись к ее уху, целуя место за ним. — Мое солнце, золотце, моя дорогая, — бормотал Морозов, словно умалишенный, как будто не смел поверить, что она позволила ему снова касаться себя. Сейчас он был так далек от того жестокого властного узурпатора, коим казался Алине совсем недавно. Кое-как совладав с собой, Александр встретился глазами с ее расфокусированным взглядом, усадив ее на стол. — Скажи мне, где ты, и я приеду, — если бы она не знала его лучше, то подумала бы, что в его голосе звучала мольба. Но Дарклинг никогда не умолял. Ведь так? Она всхлипнула, стоило мужчине положить ладони на ее грудь и чуть сдавить оную. Тело Старковой совсем ее не слушалось, а потому она ничего не могла сделать, когда ее собственные ноги сомкнулись на ягодицах Александра, тем самым позволив ему вжаться в ее промежность своим пахом. Оба громко охнули, а Алина запрокинула голову назад, совершенно позабыв о том, что она ненавидит этого человека. — Дай мне отыскать тебя, Алиночка. И снова она слышит этот умолящий тон. При этом он будто смакует ее имя на своем языке. — Никогда… — выдохнула девушка, ахнув, стоило Дарклингу с отчаянным рыком прикусить жилку на ее шее. — Я найду тебя, обещаю, — поклялся Морозов, прежде чем вовлечь ее в еще один, уже более страстный поцелуй. Алина хотела было ответить, но рот ее оказался занят, и она не стала возражать. Она была рада тому, что красные отметины, которые, она отчетливо чувствовала, сейчас горели на ее шее, не перекочуют из мира грез в реальность. Тем временем руки мужчины уже нырнули под подол ее платья, прохладный металл кольца на его пальце приятно будоражил, касаясь разгоряченной кожи ее бедра. Перед глазами мгновенно предстала картина того, как они встретились с генералом в первый раз. Ей было тяжело стерпеть этот интенсивный взгляд, что он бросал в ее сторону. А как только Кириган, оставшись недовольным тем, как она выполнила его просьбу, самостоятельно резко засучил ее рукав, по телу Алины прошла дрожь. Что тогда, что сейчас ему удавалось заставлять ее трепетать самыми различными способами. И вот, сделав еще одну паузу, Дарклинг смотрит в ее глаза, словно бы пытаясь найти в них какой-то ответ. Разрешение, чтобы продолжить? Но как же Мал? Ей казалось, что она даже может слышать его голос, взывающий к ее совести. — Алина… Алина, проснись! И девушка очнулась, подскочив так внезапно, что парень отпрянул от нее, явно не ожидавший такого резкого пробуждения. — Мал? Что? Уже утро? — щурясь, спросила Старкова, не совсем еще отойдя ото сна. — Да, я бы сказал, что ты проспала дольше обычного. Небось, снилось что-то приятное, а? — посмеиваясь, паренек подмигнул Алине, поправляя шарф на шее. От его слов девушка зарделась, но промолчала, с некой грустью расставшись с чувством сладкой истомы, которое подарил ей сон. — Я не хотел тебя будить, но мы и так выбились из графика немного, так что собирайся, пора уходить, если не хочешь, чтобы нас нашли. — Да, дай мне пару минут, — пролепетала Старкова, завязывая волосы в хвост. — Конечно, я подожду на улице, — с этими словами Мал удалился, а Алина, готовая едва ли не взвыть от разочарования, спрятала лицо в ладонях. Заклинательница Солнца так и не смогла понять, на кого она злится больше — на Дарклинга, который посмел завладеть ее мыслями; на себя, за то, что позволила ему это сделать, или же на Мала, который заставил ее очнуться от столь чудесного сновидения. Стараясь игнорировать приятную тяжесть внизу живота, девушка начала собираться в дорогу.***
Устав скитаться по баракам и заброшенным сараям, Алина и Мал решили остановиться в небольшой таверне под названием «Золотой двор» неподалеку от города, где имелось несколько свободных комнат. Тем более что снаружи заметно похолодало, а в таверне имелась мягкая (насколько это возможно) постель. Это было как раз то, в чем девушка сейчас так сильно нуждалась — ее спина болела от тех твердых импровизированных кроватей, на которых им приходилось спать до этого момента. Вдоволь насытившись свежеиспеченным хлебом и запеченным мясом с овощами, двое молодых людей вернулись в свою комнату, стараясь слишком не светиться на людях. Они еще долго болтали, пересказывая друг другу события, которые произошли с ними в период их расставания. Однако, когда дело доходило до Дарклинга, Алина мялась и старалась преподносить информацию обтекаемо, не только, чтобы не вызывать раздражения у Мала, но и потому что все еще смущалась некоторых моментов, которые произошли в ту пору между ней и генералом. — Как думаешь, он жив? — Да, — машинально ответила девушка, едва не прикусив язык. — Почему ты так думаешь? Она умолкла, размышляя над ответом. Алина не могла рассказать ему о том, что творилось в ее снах и почему именно она была уверена, что Александр был живее всех живых. — Предчувствие, не знаю. Вряд ли от него можно так легко избавиться, — выдала наконец Старкова, укутываясь в шаль. Уж ей ли не знать. — Ну ничего, я еще до него доберусь, и мы сможем остановить его, — с ободряющей улыбкой ответил Мал, приобнимая девушку одной рукой. — Я не позволю ему нас разлучить. Алина кивнула, хотя мысленно была где-то далеко. Вдруг мягкое прикосновение Следопыта к ее плечу заставило Старкову поднять глаза. Словно в замедленном темпе она наблюдала, как Мал склоняется к ее лицу, как его губы соприкасаются с ее в нежном, осторожном поцелуе. Девушка растеряна и не понимает, что чувствует. Она так часто фантазировала, как именно это произойдет, мечтала, что ее друг перейдет эту самую черту и сделает первый шаг. Однако сейчас она не ощущала никаких бабочек в животе, никакого трепета. Поцелуй не вызвал в ней ничего, кроме легкого удивления. Она так долго была предана Малу и душой и телом, но потом что-то надломилось… Словно она была разбитой вазой, кусочки которой все никак не удавалось склеить вместе. Ей вспомнился первый поцелуй, который она подарила Александру. Он был быстрым и не таким безумным, как последующие, но даже он вызвал в ней гораздо большую гамму эмоций. Что уж говорить об их ласках в ее снах. Не чувствуя отдачи, Мал отстранился, виновато посмотрев на Алину. — Все нормально? Прости, мне не стоило… — Нет, я просто растерялась и устала, наверное. Это был долгий день, извини меня, — она чуть улыбнулась, погладив парня по спине, чуточку смущенная. — Да, я понимаю, — заверил ее Мал, но она видела ту тень разочарования, что скользнула по его лицу. Он тоже явно не так представлял этот момент близости между ними. — Доброй ночи, — через какое-то время почти шепнула Старкова, залезая под одеяло. — Сладких снов, — послышалось тихо в ответ с другой стороны комнаты. Девушке хотелось заплакать от обиды. Ей было жаль Мала, он не заслужил такого отношения, но она ничего не могла с собой поделать, да и притворяться ей не хотелось. Зато с Дарклингом ты не притворяешься. Как ни печально было это признавать, но внутренний голос был прав. К Малу она долгое время питала дружескую любовь, что в какой-то момент переросла в нечто большее, но стоило в ее жизни появиться Александру, как он всколыхнул ее мир. Было ли дело в нем, в том, что их с Малом разлучили или во всем сразу, но ей сложно было представить, чтобы он вызвал в ней те же чувства, которые вызывал Черный Еретик. Ей так хотелось ненавидеть его, ведь это упростило бы ее жизнь. Никто не сможет понять ее. Ни Мал, ни ее новые знакомые. Даже она сама себя не понимала. Если бы Александр не был тем, кем он является… Но вряд ли бы ты в него влюбилась. Уткнувшись в подушку лицом, Алина еще некоторое время размышляла над сложившейся ситуацией. Она не влюблена в него, это всего лишь влечение. Или страсть — дикая и необузданная. Прикусив губу, Старкова больше не стала противиться сну, позволив своему телу расслабиться, а обо всем остальном она подумает завтра.***
Уже стемнело, когда Алина вышла из таверны, чтобы подышать свежим воздухом, облокотившись спиной о стену здания. На улице было тихо и безлюдно, а значит никто не застанет ее врасплох. С последним девушка прогадала, когда из-за угла донесся тот самый голос, который она слышала последние несколько ночей: — Наслаждаешься полной луной, дорогая моя? Встрепенувшись, Старкова уставилась на него, как на привидение, широко раскрыв глаза. — Как ты здесь оказался? — только и сумела вымолвить девушка, наблюдая, как Дарклинг выступает из сумрака, озаряемый лунным светом. Мужчина прищурился, непонимающе посмотрев на Алину в ответ. — Так же, как и обычно, почему ты так удивляешься? — Александр все же окинул местность взглядом, не заметив, судя по всему, ничего необычного. Так значит она просто уснула. Алину смутил тот факт, что впервые ей снилось место, которое, во-первых, никак не было связано с Морозовым, а во-вторых, являлось местом ее пребывания на данный момент. Раз она спит, то так даже лучше. Не имея намерения вызвать каких-либо подозрений, Старкова отошла от стены, быстрым шагом направившись к Дарклингу. Пока все это происходит на расстоянии, в ее голове, во сне, она может позволить дать волю своим желаниям. И именно это она и собиралась сделать. Все еще находясь в легком недоумении, мужчина в порыве любопытства приподнимает брови, когда Заклинательница Солнца уверенной поступью приближается к нему, но еще больше он поражен тем, что происходит после. Алина внезапно хватает его за руку, уводя за собой в небольшой переулок, который образовывался между стеной таверны и еще одним строением. Здесь могло бы быть темно, но полная луна, подоспевшая как раз кстати, хорошо освещала сей закуток. — Золотце, что ты заду… — конец его фразы обрывается, когда Старкова, приподнявшись на носочках, впивается в его губы так отчаянно, почти до боли, что впервые за долгое время Александр находится в каком-то шоковом состоянии. Но длится оно недолго и Морозов сминает девушку в объятиях, хаотично шаря руками по ее телу, пылко вторя движениям ее уст. Алина отстраняется первой, весьма довольная своей храбростью и решительностью, с удовольствием отмечая, как идеальная прическа Дарклинга немного растрепалась. Рот его приоткрыт, а сам мужчина смотрит на нее с благоговением. Наверное, в свое время она смотрела на него точно так же. — И снова вы удивляете меня, мисс Старкова, — игриво улыбаясь, говорит Александр, в глазах которого плясали дьявольские огоньки, но было в них и что-то еще — восхищение. И Алина поняла, что ей чертовски нравится этот взгляд. Где-то внутри нее взыграла гордость. Кто-то считал ее святой, кто-то ненавидел или боялся, а кто-то готов был падать перед ней на колени. Морозов напоминал ей последних. По крайней мере, сейчас, в это самое мгновение, девушка чувствовала свою власть над ним. Она хотела, чтобы он боготворил ее. Никогда еще она испытывала чего-то настолько эгоистичного. Похоже, что Дарклинг плохо влиял на нее. Оставив его слова без ответа, Алина поменяла их местами, встав у стены, а сама положила руки на плечи мужчины, мягко надавив. На долю секунды в его взгляде промелькнуло изумление, вызванное, скорей всего, ее наглостью, но в следующий миг Александр усмехнулся, плавно опускаясь на колени. Черный Еретик ни перед кем не склонялся по собственной воле до сей поры, и вряд ли склонится в будущем, но ради своей прекрасной Алиночки он готов был упасть коленями в грязь возле какой-то вшивой таверны, лишь бы увидеть довольный блеск в ее очах. — Я так понимаю, что в прошлый раз нас прервал на самом интересном твой дружок? — поинтересовался Морозов, глядя на нее снизу-вверх. — Я готов был убить его. Впрочем, у нас с ним свои счеты, — напомнил Александр, явно намекая на их противостояние в Каньоне. Алине не хотелось вспоминать о Мале и уж точно не хотелось проверять, на что способен Дарклинг, если его разозлить (хотя это она как раз сумела лицезреть воочию). — Вам не кажется, что вы слишком разговорчивы, генерал? Могу поспорить, что ваш язык способен на большее. И откуда в ней столько смелости? Старкова ощущала, как ее кидает в жар. Она вела себя так только потому, что все это лишь сон. Он не мог убить ее, а она ничего не могла сделать ему. Но похоже, что эта дерзость пришлась мужчине по душе. Он позволил себе издать приглушенный смешок, прежде чем грубо и резко рвануть ее мешковатые штаны вместе с нижним бельем вниз. Алина охнула, покачнувшись и едва не потеряв равновесие, но ее руки вовремя уперлись в плечи Морозова, который поспешно полностью оголил нижнюю часть ее тела. Александр, будто зачарованный, пожирал ее глазами, максимально смущая бедную девушку, а потому она, опять набравшись смелости, ухватилась за пряди его волос на затылке, притягивая его поближе к себе. Конечно, она была невинна в том, что касалось интимной близости, но постаралась не выказывать волнения или неуверенности. Пока что она являлась хозяйкой положения, ну или Дарклинг позволял ей так думать. Поэтому Старкова весьма прямо дала ему понять, чего именно она от него хочет. Вскинув голову, Александр улыбнулся, развратно и понимающе одновременно, не медля более ни секунды, припадая губами к ее лобку. Алина прикрыла рот рукой как раз вовремя, чтобы заглушить вскрик, стоило языку задеть ее самое чувствительное место. Хотя это было глупо, потому как во сне никто не мог слышать ее. Никто, кроме Дарклинга, напомнила она сама себе. А ей пока не хотелось демонстрировать ему, насколько ей были приятны его ласки. Мужчина же с упоением скользил языком вдоль успевшей намокнуть (и не только от его слюны) расщелине, наслаждаясь этим головокружительным кисло-сладким привкусом его Алиночки. Улыбка не сходила с его лица, даже пока он был занят делом, не веря в то, что это происходит, пусть и не наяву. Но ее запах, ее влага, даже ее пальцы в его волосах, готовые едва ли не вырвать их с корнем, — все это кажется более, чем реальным. Не говоря уже о том, как штаны вдруг стали ему тесны, вызвав дискомфорт. Ничего, он терпеливый человек и может подождать. Сейчас первостепенной задачей было доставить удовольствие его прелестной Заклинательнице Солнца, которая извивалась пуще змеи, уже совсем не сдерживая похабных стонов. — Ты еще чудесней на вкус, чем я представлял, — промолвил Александр до того, как проскользнуть языком промеж сочащихся соками складок. — Мне нравится, как ты кричишь, не сдерживайся, мое солнце. Его язык проник еще глубже, а нос то и дело дразнил ее клитор, вырывая из уст девушки все новые и более громкие стоны. Вдоволь наигравшись с ней изнутри, Морозов переключился на ту самую чувствительную розовую горошинку, уделяя ей все свое внимание. Старкова и не подозревала, насколько ласки его языка будут отличаться от тех, что она время от времени доставляла себе руками. Правда, последний раз это было давненько, еще во время ее пребывания в Малом дворце. Конечно, вызваны они были именно генералом, однако на тот момент Алина все отрицала, стараясь представлять лишь Мала. Но сейчас… сейчас все было по-другому. И она была другой. Один из самых могущественных людей на свете стоял перед ней на коленях, стараясь ублажить так, словно от этого зависела его жизнь, и девушке это ужасно льстило, как бы она не хотела отрицать данный факт. Она все теснее прижимала голову Дарклинга к своей промежности, нагло закинув одну ногу на его плечо. Тот не препятствовал этому, промычав нечто невнятное в ее лоно, что отдалось приятным покалыванием глубоко внутри. Его борода доставляла ей незабываемые ощущения. Мал всегда был гладко выбрит, а потому для нее это было в новинку. Не то, чтобы ее друг ласкал ее так же, может когда-то давно, в ее воображении. Но никогда Старкова не мечтала о подобной страсти, что демонстрировал Александр, который, упершись в стену двумя руками по бокам от ее бедер, делал все, чтобы вознести Алину как можно выше. — Кончи для меня, моя сладкая Алиночка, — произнес мужчина нежно, возвращаясь к своему занятию, ускоряя темп. Когда она до боли вцепилась в его пряди, Морозов угрожающе зарычал, но не предпринял попыток остановить ее. А девушке только и оставалось дергаться в предвкушении финала, что был не за горами, вскрикивая и захлебываясь стонами. Но внезапно откуда-то издалека послышался голос Мала, что взывал к ней. — Нет! Только не сейчас, — взвыла Алина, зашипев от раздражения. Дарклинг, кажется, не слышал того же, что и она, а потому не так воспринял ее слова, прекращая свои ласки. В другой момент она бы оценила его жест и то, что он все же уважал ее желания, но сейчас была не самая подходящая ситуация, чтобы строить из себя джентльмена. — Не останавливайся! — взмолилась девушка, прижимаясь лобком к его лицу. Без лишних вопросов мужчина сделал все, что было в его силах, чтобы помочь ей достичь пика. Голос Мала стало сложнее игнорировать, но Алина добилась своего. В следующую секунду Старкова издала протяжный развратный стон, последний раз двинув бедрами навстречу губам Александра, после чего кончила так бурно, что перед глазами все потемнело. Когда Алина приподняла веки, то над ней нависло лицо Мала, с некоторой опаской и волнением поглядывающего на нее. — Почему ты разбудил меня? На дворе еще ночь, — кое-как ворочая языком, спросила она, чувствуя, как тело ее тяжелеет. — Просто ты… кричала. Я подумал, что тебе снится кошмар. Твоя голова металась по подушке, и ты вся взмокла. Я даже успел предположить, что у тебя жар, — парень приложил ладонь к влажному лбу девушки, на всякий случай проверяя свою теорию. — Как ты успел убедиться, со мной все нормально, и перестань уже меня будить! — в сердцах воскликнула Алина, успев тут же пожалеть о своей грубости. Мал сразу поник и отошел от нее, молча вернувшись в постель. — Мал, прости, я не хотела, — виновато пролепетала Старкова, а ответом ей послужило короткое тихое «ага». Разозлившись, она отвернулась к стенке, плотно заворачиваясь в одеяло. Ну и пусть дуется! Алине сейчас было так хорошо, что она быстро перестала думать об обиде на Мала. Наверное, было немного жестоко оставлять Александра в таком состоянии, но ведь он тоже в свое время использовал ее для своих целей. Теперь ее черед. Главное, что она успела получить свое. Приятная нега разлилась по всему телу, в котором словно не было костей. Ну а между ног проступала предательская влага, отчего вся эта ситуация казалось ей слишком уж реальной. Но думать об этом совершенно не хотелось. В голове так и крутился образ Дарклинга, стоящего на коленях, взирающего на нее, как на царицу. И девушка словила себя на мысли, что в человека, смотрящего на нее с таким же боготворением в реальности, она могла бы и влюбиться. Ей показалось, что прошло всего пару часов с момента ее внезапного пробуждения, когда кто-то ласково коснулся ее уха, заставив дернуться. — Мал, перестань, дай еще полчасика поспать, — пробурчала она, собираясь перевернуться на другой бок. — Открой глаза, Алиночка. — Неужели я опять сплю? — спросила девушка, неохотно приподнявшись и зевнув. Но вместо ответа на свой вопрос она услышала крик Мала неподалеку: — Алина! Беги! Старкова мигом открыла глаза, кинув взгляд в ту сторону, откуда доносился голос друга. Ошеломленная, она наблюдала картину того, как Мал, запястья и щиколотки которого обвили длинные тени, словно веревки, пытался вырваться из пут, будучи прижатым к матрасу. Не до конца понимая, что происходит, Алина повернулась вправо и взвизгнула, обнаружив перед собой Александра, который непринужденно восседал на краю ее кровати, победоносно улыбаясь. Она была настолько поражена происходящим, что не сразу осознала одну вещь, а именно то, что все это совсем не сон. И помогло ей в этом лицо самого Морозова, которое было покрыто длинными шрамами, отчего его улыбка показалась ей еще более зловещей. — Но… как? — только и могла вымолвить девушка, невольно прижимая одеяло к груди. Рука Дарклинга снова потянулась к ней, убрав спадающую на лицо черную прядь за ухо. — Я же сказал, что обязательно найду тебя, золотце.
