Привет из Снежной!

      Первым опасением Люмин была нежелательная встреча с кем-либо из агентов Фатуи, кто лично знаком с Чайлдом или как минимум знает своего начальника в лицо. Вторым — не менее нежелательная встреча с Капитаном кавалерии. Если у Чайлда в ста процентах случаев найдётся отличный план, как заболтать любого рыцаря или обвесить невидимой лапшой Катерину, то Кэйа слишком хорошо видит людей и умело пользуется своей способностью, поэтому уличить Предвестника во лжи для него не составит труда и использовать знание в удобное для себя время тоже. С другой стороны, самого Кэйю в Мондштадте некоторые считают весьма подозрительной личностью. Однажды Люмин и сама попалась на его удочку, помогая найти спрятанное сокровище. Тогда вскрывшаяся внезапно правда оказалась для неё довольно неожиданным поворотом, какое-то время обман задевал её, но в итоге она решила, что в данный момент полностью доверять Кэйе не может, но работать с ним в одной команде весьма занятно. За смехом, бесконечным флиртом и шутками Кэйа хранит тяжёлое прошлое, горечь которого он по сей день может разделить только с одним человеком в этом городе, ведь этим прошлым они оба неразрывно связаны. Углубляться в подробности отношений Льда и Пламени Люмин не хотела, опасаясь ощутить на себе все прелести реакции таяние, но надеялась, что кто-нибудь из них решит однажды позвать её за счёт таверны выпить хорошего вина из одуванчиков. Хотя, возможно, с этим вопросом стоит обратиться к Венти. Он, конечно, не упустит шанса сказать Люмин, что она ещё совсем крохотная малышка, и пить ей не рекомендуется, но после этого обязательно поделиться напитком.       Обменявшись несколькими фразами с охраной на посту у ворот, Чайлд и Люмин наконец зашли в Мондштадт. Он даже немного удивился столь радушному приёму, но Люмин быстро спустила его с небес на землю, заверив, что, будь он в сопровождении лишь своего гордого подозрительного одиночества, свободно зайти в город было бы немного сложнее. Правда, эта информация, кажется, подняла его ещё немного выше, ведь его сопровождает столь потрясающая и своего рода влиятельная дама. Команда из Путешественницы и Предвестника добралась до пункта назначения довольно быстро, путь занял всего лишь несколько часов, поэтому впереди у них — целый день, который стоит прямо сейчас наполнить заданиями, чтобы не тратить время на небезопасное нахождение в стенах города. Так, конечно же, решила Люмин. Тарталье же наоборот хотелось задержаться взглядом за всё новое. Он уже не раз выполнял задания в здешних землях, а иногда просто прогуливался, в то время как делами внутри города занималась преимущественно Синьора и её свора агентов. Чайлду очень хочется прогуляться по Мондштадту, изучить местный колорит и попросить Люмин провести ему мини экскурсию, но она уже тащит его за локоть к стойке регистрации. Катерина, как и всегда, с мягкой улыбкой стоит на своём посту и, завидев Путешественницу, бодро приветствует её, заодно изучая взглядом необычного гостя. — Доброе утро, Почётный рыцарь. Вы пришли за заданиями на сегодня, не так ли? — начинает диалог Катерина, без спешки перебирая страницы журнала заданий и просьб. — Здравствуй, Катерина. Всё верно. Есть ли на сегодня что-нибудь интересное? — Боюсь огорчить, сегодня Зигфрии из Спрингвейла снова захотелось отведать порцию нефритовых мешочков. Она попросила передать это задание лично вам, добавив, цитирую: «Никто не сможет сделать это блюдо столь вкусным и незабываемым, кроме той Путешественницы!», — секретарю гильдии искателей приключений удаётся идеально повторить голос Зигфрии, из-за чего Люмин тихонько смеётся, но Катерина прерывает её смех вопросом. — Молодой человек, что стоит за вами, ваш напарник? Не видела его здесь раньше. — Ах, да! — Люмин, по привычке ушедшая с головой в работу, с чужой помощью всё же вспоминает о Тарталье, который всё это время смотрел ей в спину прозрачным взглядом, будто глубоко задумался о чём-то. — Он — странствующий путешественник из Снежной, а также мой хороший знакомый, мы встретились в Лиюэ, а сейчас он изъявил желанием посетить Мондштадт и потренироваться, вместе со мной выполняя задания гильдии. Верно, Та… т-таков наш план на сегодня? — придумывать Чайлду новое имя в мгновение ока Люмин решает бессмысленным занятием, всё равно она сейчас изучит все поручения, и они вместе быстро удалятся их выполнять, поэтому Люмин лишь немного запинается, чтобы ненароком не выдать кодовое имя Предвестника. Кто же знал, что об имени его спросит сама Катерина? — Здравствуйте. Рада приветствовать вас в стенах Мондштадта! Как вас зовут? Мне нужно зарегистрировать вас как гостя по приглашению Почётного рыцаря. — Благодарю! Конечно, можете записать, меня зовут Анатолий, — бодро проговаривает Чайлд, закрепляя эффект широкой улыбкой. — Может быть, однажды настанет день, когда мы с Почётным рыцарем сравняемся в силе, и тогда я отброшу свою жажду одиноких странствий и сольюсь с ней в одном большом приключении по бескрайним просторам Тейвата! Так, где я должен расписаться? — А-анатолий, говорите? Распишитесь вот здесь, пожалуйста, — отходя от небольшого шока после столь неожиданных откровенных речей, Катерина тыкает в несколько полей в журнале и протягивает Тарталье перо. По ночам ей приходилось слушать разные серенады и речь «Странствующего путешественника» определённо была похожа на какую-нибудь из них. Выдохнув и приветливо улыбнувшись, Катерина вновь окликнула Люмин, чтобы рассказать о трёх остальных поручениях, но для достижения цели позвать её пришлось ещё несколько раз, чтобы вырвать из как-то мыслей, видимо, тоже навеянных речью Чайлда — об этом явно говорил заметный румянец на щеках и искрящийся, как небо у берегов Инадзумы, взгляд, направленный на товарища по команде.       Люмин снова оказалась в ситуации, когда из-за Чайлда она не могла решить, чего хочет больше, врезать ему прямо сейчас по красивому самодовольному лицу, либо бежать от смущения пешком до Лиюэ, чтобы уже там попросить спустить Чжунли комету на их конкретного общего знакомого. И всё же выбор пал на продолжение разговора с Катериной. Всего у них набралось 4 задания гильдии, в которые вошли: готовка нефритовых мешочков, уничтожение башен хиличурлов близ Утёса Звездолова, помощь торговцу в расселине и доставка нескольких кусочков мяса Брук из Спрингвейла. Всё довольно простенькое и привычное, что не может не радовать, ведь повторяющиеся изо дня в день несложные просьбы говорят о благополучной обстановке в стенах города и за ними. Кому-то всегда требуются продукты или готовые блюда, хиличурлы как обычно разворачивают лагеря на местности, торговцы вновь попадают в засады. Чайлд же немного расстроился такому набору, ожидая более опасные вылазки. Он никогда не интересовался делами гильдии и искателей приключений в регионах, всё-таки это не входит в его рабочие обязанности. Сейчас, впрочем, ничего не изменилось. Его по-прежнему не интересуют задания гильдии, тем более столь обыденные, зато весьма интересует возможность провести с Люмин ещё хотя бы день и увидеть, как грациозно и быстро она может справиться с преградами на своём пути.       Тарталья, как и Люмин, не горит желанием встретить в стенах города знакомых агентов Фатуи. Лишнее внимание, разговоры и никому не нужное разбирательство, что же один из Предвестников делает в Мондштадте и почему никто не знает об этом. На остальных же ему плевать, местных рыцарей он, как считает сам, сможет обдурить в несколько секунд, выглядя при этом как самое невинное солнышко. Взъерошив рыжую капну волос, Чайлд собрался направляться в сторону выхода из города, когда за спиной раздался незнакомый мужской голос, окликающий путешественницу. Услышав тяжёлый вздох Люмин, Тарталья понял, что им всё же придётся задержаться здесь ещё на несколько минут. Сама же Люмин приготовилась повторять речь про путешественника из Снежной, строя перед Капитаном кавалерии самый честный вид. — Путешественница! Какая приятная встреча, — улыбается Кэйа, приближаясь к стойке гильдии, — кажется, тебя давно не было в городе. — И тебе доброго дня, Кэйа. У меня были дела в Лиюэ и сейчас я, честно говоря, тоже тороплюсь. Не могу откладывать дела гильдии, поэтому если капитану кавалерии в столь раннее время нужна моя помощь, я обязательно зайду в штаб или таверну, когда вернусь, — чуть ли не тараторит Люмин, пытаясь быстрее закончить разговор, но Тарталья за её спиной, конечно же, не остаётся без внимания Кэйи. — Ха-ха, Путешественница, ты как всегда готова к труду и обороне. Конечно-конечно, зайди, пожалуйста, когда освободишься, у меня для тебя одно поручение от Джинн и небольшое личное, не хочу озвучивать при незнакомцах, — он внимательно и с выраженным интересом разглядывает Чайлда, от чего тот выпрямляет спину, насколько это возможно, и приветливо улыбается, сдерживая желание подраться с загадочным рыцарем. Тарталья уверен, что сильного противника можно увидеть по взгляду, и в ярко сверкающем взгляде Кэйи, направленном прямо на него, он видит не только силу, но и опасный азарт. Возможно, среди рыцарей Ордо Фавониус всё-таки есть хотя бы один интересный экземпляр. — Ах да, — начала Люмин, быстро пытаясь вспомнить, каким именем представился Чайлд Катерине, — Кэйа, это Анатолий, странствующий путешественник из Снежной. Он наслышан о моих подвигах, поэтому изъявил огромным желанием составить мне компанию, чтобы перенять некоторый опыт. Прямо сейчас мы собираемся отправиться выполнять задания гильдии. — Странствующий путешественник, значит? — вопросительно хмыкнул Кэйа. — Интересно, обычно из Снежной к нам прибывают лишь торговцы и Фатуи. Где же ваши вещи, дорогой гость? — Мои вещи при мне, сэр Кэйа. Всё-таки путешественнику требуется некоторая свобода движений, лишний груз лишь помешает странствиям, всё необходимое всегда можно найти в городах и деревнях. А вы, должно быть, капитан кавалерии? Странно, — нахмурился Чайлд, — не видел в округе ни одной лошади. — Действительно ни одной? — Альберих мягко улыбается, в то время как его глаз, кажется, сверкает ещё ярче. — Что ж, я прямо сейчас вижу перед собой отличного скакуна. — Остановились оба! — громко встревает Люмин, останавливая зарождающийся взрыв. — Скрестить мечи и помериться, кхм, вы ещё успеете, если захотите. А сейчас нам пора. Ну-ка пойдём, — обращается она к Чайлду, а то единственный опыт, который ты сегодня получишь, это хороший подзатыльник. А с тобой мы поговорим вечером, Кэйа. И прекрати смущать бедных путешественников своими шутками. — В таком случае, удачного вам путешествия, путники, — Кэйа вновь улыбается, довольный реакцией Тартальи. Рыжий подозрительный мальчик мгновенно залился краской от щёк до ушей и скорее всего даже пропустил слова Люмин, которая просто оттащила его к выходу за локоть, опасаясь, что Чайлд импульсивно ударит Кэйю по лицу.       Сам Тарталья покраснел не то от смущения, не то от раздражения. Его сейчас унизили? Похвалили? Или это открытый странный флирт? У него создалось ощущение, что в шутке Кэйи было одновременно издёвка, похвала и флирт. «Было бы здорово однажды устроить маленькую шалость и скрестить оружие» — подумал Чайлд, перед тем как окончательно прийти в себя и продолжить идти нога в ногу с Люмин. Она же принялась рассказывать ему план на день. Так как Зигфрид и Брук обе находятся в Спрингвейле, где Паймон и Сянлин снова затеяли какой-то кулинарный конкурс, Люмин решила отложить оба задания напоследок, чтобы ближе к ночи вернуться в город вместе с Паймон и не показываться ей сейчас с Тартальей. Уничтожение башен хиличурлов близ Утёса Звездолова она оставила на вечер — ей очень нравится наблюдать оттуда закат, поэтому первым они направились в расселину, что растянулась от озера недалеко от винокурни до логова Ужаса Бури. Услышав план, Чайлд кивнул и, прикинув приблизительное расстояние между всеми точками, очень обрадовался, что Люмин может пользоваться системой телепортов, иначе на все задания им пришлось бы затратить как минимум целый день. Правда, единогласно они пришли к решению, что перед перенесением к Утёсу Звездолова разведут костёр, поедят и немного погуляют по окрестностям.       Добираясь до ущелья, Тарталья и Люмин много разговаривают. Обо всём. Чайлд вспоминает истории из детства, говорит, что если в Мондштадте все люди ведут себя как сэр Кэйа, то это странное место, много спрашивает Люмин о том, в каких ситуациях ей приходилось оказываться и куда они с Паймон собираются держать путь дальше. Путешественница же неторопливо отвечает на его вопросы, слушает истории и много смеётся, потому что, оказывается, у Тартальи много забавных историй из детства и он умеет их хорошо рассказать. Правда, на вопрос, как он оказался в Фатуи, Предвестник отвечать отказался. Люмин, приняв это, решила больше не поднимать явно некомфортную ему тему, а он больше не спрашивал, что же так сильно расстроило её в тот день, когда они встретились на Хребте. Возможно, всему своё время. Разговоры стихли, когда путники услышали впереди крик.       Бедный торговец сидит на земле, прикрыв голову руками, пока вокруг него собрались агрессивно настроенные хиличурлы, уже поджёгшие телегу для перевозки вещей и продуктов. — Помогите! Кто-нибудь, пожалуйста! — надрывается мужчина, склоняясь всё ближе к земле. — Вызволяй бедолагу, я потушу телегу, — командует Чайлд, и оба срываются с места, спеша на помощь.       Дело оказывается пустяковым. Проходит всего несколько секунд перед тем, как человек оказывается в безопасности, хиличурлы в страхе разбегаются в разные стороны, а объятая ранее огнём телега уже потушена. Люмин оттряхивает подол платья от поднявшейся пыли и готовится как обычно искать в округе материалы и верёвку для починки телеги, но замечает, что Тарталья, чуть сгорбившись, нависает над торговцем, пока тот с явным раздражением пытается спорить. — Слушай, мужик, спасибо, что потушил телегу, но мне нужно попросить эту путешественницу принести несколько материалов для починки! — чуть ли не шипит торговец. — Ничего с ней не случится, это же просто её работа — помогать простым людям, тем более я заплачу. Ну чего ты как зверь какой-то? Пусти! — Твоя работа — своевременно доставлять в город продовольствие и следить за состоянием своей рухляди, но ты и с этим не справляешься, — Чайлд вновь преграждает ему путь отступления. — Она тебе жизнь спасла, а ты, трусливый пёс, боишься на миллиметр сдвинуться? — Что здесь происходит? — слышится наконец голос Люмин, пытающейся разобраться в ситуации по долетающим до неё обрывкам диалога. — Путешественница, ваш, э…сторожевой пёс не даёт мне с вами поговорить. Мне всего лишь нужно несколько досок и верёвка, чтобы я смог дальше отправиться в город, их можно найти поблизости. Пожалуйста, принесите их мне! Я бы и сам собрал их, но, видите ли, мне нужно охранять свою повозку от этих проклятых демонов, — драматично выпалил торговец, готовый услышать от Люмин привычное «хорошо», но вместо этого слышит лишь раздражённый вздох Чайлда, который отталкивает его в сторону. — Вот и чудесно. Раз проблема только в этом, мы с радостью посторожим вашу повозку. В конце концов, вам нужно научиться справляться с трудностями работы самостоятельно, — Тарталья ехидно улыбается, смотря прямо на торговца, взгляд которого в поиске поддержки от путешественницы мечется от него к Люмин и обратно. — Дорогой напарник, — начинает Люмин, — если ты хочешь стать искателем приключений и добросовестным работником гильдии, тебе не стоит давить на бедных горожан. Мистер, мне действительно не сложно собрать для вас материалы. Подождите здесь, пожалуйста, — полностью игнорируя попытки Тартальи с ней заговорить, она тащит его за локоть в сторону заброшенных торговых палаток, рядом с которыми лежат необходимые доски. С одной стороны, она действительно зла на Чайлда. Если он продолжит вести себя так, по городу могут поползти нежелательные слухи. Но с другой стороны…она понимает, что он прав. Она привыкла машинально изо дня в день выполнять одни и те же задания. Меняются регионы, но не люди. Кто-то вешает на неё меньшее количество дел, кто-то большее, но одинаково для всех путешественница — лишь девочка на побегушках. Буквально вчера она думала о том, как устала отдавать всю себя бесконечным заданиям и спасению городов, когда никто не может помочь ей просто разобраться, что же происходит вокруг, а сегодня, как ни в чём не бывало, снова берёт задания и отправляется в путь. Только вот теперь она вовсе не одна. Люмин вдруг почувствовала стыд за то, что отчитала Тарталью перед тем торговцем, поэтому, поджав губы, она наконец развернулась к нему и негромко окликнула. — Тарталья, я… — хотела она начать извиняться, когда Предвестник убрал за спину лук и перебил её. — Люмин. Ты девушка с огромным сердцем, но не позволяй людям отрывать от него кусочки. Наверное, я правда немного погорячился, но им всем действительно пора научиться выживать без твоей помощи. Иначе рано или поздно ты перегоришь, отдавая себя всему миру и не оставив ничего себе, — Тарталья произносит это, смотря ей в глаза, напоминающие ему самые яркие звёзды, расплавленное золото. Обстановка начинает казаться ему слишком неловкой, поэтому он, конечно же, разбавляет её очередной шуткой, — иначе кто будет сражаться со мной в будущем, а? — Ох, ну ну надрать тебе самоуверенный зад я всегда успею, господин Предвестник! — Люмин звонко смеётся и, перед тем как отдать Чайлду несколько тяжёлых досок, произносит невесомое «спасибо», так же легко касаясь тыльной стороны его ладони подушечками пальцев. У обоих из-за этого касания по телу будто проходит мощный электрический заряд, а Тарталья понимает, что хочет, чтобы Люмин повторила это движение ещё много-много раз. Кажется, у него даже сбилось дыхание, но он совершенно не обращает на это внимание, прокручивая в голове ласковый взгляд и первое доверительное прикосновение. Люмин не могла не заметить мягкую улыбку и румянец на щеках своего спутника. Анализ собственных эмоций и чувств показался ей неуместным в данный момент: лишние отвлекающие мысли, которые она ещё успеет прокрутить в голове перед сном. Поэтому, улыбнувшись приятному ощущению, она, взяв свою часть досок, направилась вместе с Тартальей обратно к торговцу.       Следующая остановка — Утёс Звездолова. До него путешественники решили добираться сначала телепортом, лагерь хиличурлов расположен как раз рядом, а затем пешком подниматься на вершину, где можно будет отдохнуть и перекусить. Со встречи на Драконьем хребте Путешественница и Предвестник стали намного разговорчивее. После помощи торговцу в расселине Люмин решила поделиться с Тартальей самыми абсурдными заданиями и в процессе поняла, как же много она держала в себе, даже несмотря на регулярное общение с малышкой Паймон. Только проговорив вслух такие просьбы как «найди мне, пожалуйста, яблоки!» или «путешественница, помоги, я не могу найти цветок-сахарок!», когда нужные объекты находились буквально в нескольких шагах от людей, Люмин по-настоящему поняла, как важно хотя бы иногда отказывать в помощи, чтобы некоторые горожане научились самостоятельности и перестали откровенно наглеть. Также она поделилась историями их с Паймон путешествий по Мондштадту, как она выловила малышку удочкой и как спустя некоторое время они пошли в город, где познакомились с рыцарями и горожанами, а потом этот же город пришлось спасать от огромного искалеченного магами бездны дракона. — Знаешь, я уже говорил тебе об этом, но хочу повторить, — бодро заговорил Чайлд, — когда ты доберёшься до Снежной, обещай мне, что не будешь искать всяких подозрительных гидов, а обратишься ко мне, хорошо? Я сам покажу тебе всё или попрошу кого-нибудь из семьи. Но обязательно постараюсь приехать, если окажусь где-то по работе! А потом ты, как сейчас, расскажешь мне своё мнение о семье. Уверен, они все будут рады познакомиться с тобой. И, наверное, расскажут обо мне кучу историй…но ты не верь всему! — Чем чуднее будут их рассказы о тебе, тем охотнее я буру в них верить, Тарталья, — отозвалась Люмин, представляя примерные выходки Чайлда в детском возрасте. — Хорошо. Обещаю, что дам тебе знать. Давай-ка мне свой мизинец, — она протянула ему руку с отогнутым мизинцем и хитро улыбнулась. — Клятва на мизинчиках? — Тарталья повторил действие и крепко скрепил свой мизинец с её. В такие моменты разница величины их рук становится особенно заметной. — Именно она! А теперь прикрой меня, товарищ, нас ждёт небольшое логово хиличурлов.       Люмин вырывается вперёд. С мечом в руках она в несколько быстрых ударов отбрасывает от себя хиличурлов, настойчиво пытающихся препятствовать разрушению недавно построенных башен. Чайлд очень хочет сейчас остановить на ней свой взгляд, непрестанно восхищаясь её грацией, скоростью, ловкостью и боевым искусством, но всё его внимание направлено на её защиту, ведь хиличурлы подкрадываются не только со спины, но и с высоты смотровых точек, а лук — великолепное оружие, чтобы сбить оттуда наглецов. Задание занимает всего несколько минут, поэтому, отдышавшись и похвалив друг друга за отличную командную работу, путники отправляются на заслуженный отдых. Солнце близится к горизонту, окрашивая небо и облака в оттенки красного и оранжевого. Любимым местом Люмин для прощания с закатным солнцем был Утёс Звездолова в Мондштадте и горы Тяньхэн и Хулао в Лиюэ, поэтому сейчас она счастлива вновь любоваться видами с огромной высоты. Из-за оранжевого света волосы Тартальи стали похожи на самые яркие осенние листья и насыщенный янтарь, поэтому Люмин спешит достать из сумки камеру, чтобы запечатлеть это, но Тарталья предлагает сделать ей совместное фото. Это оказывается не так просто, как хотелось бы, ведь с их разницей в росте приходится вслепую подбирать нужный ракурс, позу и положение руки Чайлда, так как нажать затвор нужно именно ему. Их мягко обдувает тёплый ветер, глаза от яркого солнца быстро становятся влажными, поэтому Чайлд решает немного присесть, чтобы точно быть с Люмин на одном уровне, но не рассчитывает центр тяжести и неуклюже валится на траву, разумеется, утаскивая за собой девушку. Она падает сверху, поэтому Тарталья оказывается буквально прижатым к земле. Кажется, последний раз такое было в золотой палате, но сейчас не время вспоминать об этом, да и ситуации были совершенно разными. Правда, в обеих ситуациях Чайлд не сказал бы, что не испытывает удовлетворение, когда над ним возвышается Почётный Рыцарь в лице Люмин. Она же, не слезая с него, перехватывает камеру, проверяя её на наличие сколов и принимается смотреть фотографии. Последняя получилась самой забавной, ведь Тарталья нажал на кнопку именно в момент падения, поэтому их немного размазало, зато остальные кадры вышли отлично, несмотря на невозможность заранее настроить нужное положение камеры. Волосы Тартальи действительно похожи на мёд в свете закатного солнца. — Путешественница, ты, может быть, поделишься со мной? Я тоже хочу посмотреть на своё творение, — зашевелился Тарталья, чем заставил Люмин вспомнить, в каком положении они вообще находятся. Она ойкает и пытается слезть с него из-за неловкости и мысли о том, что ему, должно быть, неудобно и тяжело держать её на бёдрах, но Чайлд привстаёт на локтях, осторожно кладёт ладонь на её талию и с серьёзностью в голосе озвучивает, — ты можешь остаться так, если тебе удобно. — Что за чушь, Тарталья? — она слегка вздрагивает, когда ощущает на талии тёплую ладонь, но скорее от неожиданности, чем от дискомфорта, и тянется к его лицу, чтобы легонько щёлкнуть Чайлда по веснушчатому кончику носа, но слезать не спешит. — Ладно-ладно, замолкаю, — он убирает ладонь с талии и тянется к её руке, чтобы перехватить камеру, но, захватив желаемое, вдруг останавливается, глядя на Люмин, которая собралась наконец слезть с него и достать из сумки несколько куриных шашлычков и прохладный чай, заставляя её тоже замереть в предвкушении. — Моё настоящее имя — Аякс. — Аякс? — повторяет она, будто пробуя новое имя на вкус. Оно кажется ей очень знакомым, будто она уже слышала его ранее. Кажется, в ту самую ночь на Хребте. — Это правда? — Правда, — улыбается он, слушая, как необычно звучит собственное имя из её уст. — Его знает только моя семья, поэтому никто не называл меня так уже много месяцев. — Аякс… Красивое имя. — И твоё, звёздный свет. Можешь использовать его, когда рядом нет людей, как сейчас.       Люмин кивнула и, перебравшись на траву, поспешила отвернуться к сумке, чтобы скрыть улыбку, которая никак не хочет сходить с лица. Как ему вообще в голову пришло назвать её так? Тем временем солнце опустилось за горизонт, утонув в тёплых Мондштадтских водах. Аякс с удовольствием перекусил несколькими куриными шашлычками и теперь вновь лежит на мягкой траве, рассматривая созвездия. Он множество раз оказывался под открытым небом ночью, но, кажется, ни разу не ощущал себя так свободно. То ли дело во владениях Архонта ветра, где всё пропитано жаждой свободы, то ли в том, что рядом с ним лежит и подробно рассказывает о каждом созвездии Путешественница Люмин, в белые локоны которой хочется вплетать самые красивые цветы. Он ещё не понимает, что это за чувство, как и она. Бывшие враги — спустя несколько месяцев они лежат плечо к плечу под бескрайним звёздным небом и не ощущают между собой никакой вражды. Вместо неё зарождается доверие, комфорт, желание заботиться и узнавать друг друга. Но время идёт, а у Люмин ещё осталось несколько заданий, поэтому, стараясь не нарушать тишину, они собираются продолжить маленькое путешествие и закончить долгий насыщенный день. Для себя Аякс подмечает, что в свете луны глаза Люмин ещё больше похожи на яркие звёзды, и вся она — ярчайший звёздный свет, обладающий немалой силой. А Люмин замечает, что глаза Тартальи при лунном свете напоминают ей глубокий океан, на волнах которого отражается тусклый блеск.       Они выдвигаются около семи вечера, но, прежде чем перенестись в Спрингвейл, Аякс замечает слежку. — Выходи, — строго командует он, глядя будто бы в пустоту, но на месте перед ними тут же появляется неизвестный агент Фатуи. — Босс, — произносит мужчина, глубоко склонившись.       На этот раз пришла пора расставаться. Отдав приказ ждать на месте, Чайлд отходит с Люмин немного дальше, чтобы посторонний не грел уши лишней информацией. Объясняет, что рабочий долг всё-таки нагнал его и придётся на время разойтись по разным сторонам, а Люмин, быстро покопавшись в сумке, отдаёт ему маленький неизвестный амулет и шепчет, что ему достаточно прикоснуться к надписям и подумать о ней, и он окажется в её обители — доме внутри чайника, о котором она расскажет в их следующую встречу. Некоторое время назад Люмин вновь переносилась туда, чтобы отдать Аяксу его форму, которую они благополучно постелили на траву, чтобы сиделось удобнее, поэтому сейчас визит был не обязательным. Предвестник кивает, принимает амулет из её рук, мягко целует Люмин в макушку и, на мгновение переплетая пальцы, удаляется в сторону своего подчинённого. Путешественница же широко улыбается, прикрывая лицо ладонями и, постояв так ещё несколько минут, телепортируется в Спрингвейл, где её уже ждёт повариха Брук, Сянлин и малышка Паймон.