«Каспер»

Холодные руки обмазаны в крови, как и снег в паре метров от него. Пытаясь поправить очки, тот сжимает зубы настолько сильно,что воздух не попадает в лёгкие. Антон ревёт, стараясь не смотреть на свои колени, ведь темная, бордовая кровь уже просачивалась сквозь брюки. Присаживаясь на корточки, Петров дрожащими руками стал рыскать в поисках того самого сундука. Ничего не было видно, глаза будто бы застелила пелена. Хотелось удрать отсюда со всех ног,но это сейчас было его последним утешением. Ключ лежит в кармане куртки, и тот отчаянно взялся за него,после чего вытащил. Руки приморозило ещё сильнее, даже если не считать,что обе ладони в ранах. Сундук открывается, и на месте лежит записка. Помятая, странная, не такая как обычно. Парень не обращал на это внимания. Сейчас, ему это было в радость. Антон берет записку в руки, и как можно быстрее раскрывает ее. На бумаге остаётся мазок темной крови, вместе с розовым румяным снегом. Вглядываясь, прищурив глаза,тот все же читает — не драматизируй. Ручка проходится по шершавой бумаге, но тут же перестает писать. Антон уже весь захлынивается в отчаянии, погрузившись в свои мысли, спускаясь дальше и дальше в самую глубь. Зачем так добивать себя морально? Раздражённо захватывая вторую ручку с верхней полки, Петров пыхтит. Почему именно сейчас? Сейчас, ему это не нужно. «Мне очень плохо. В школе мне говорят о том,что я связался с плохой компанией наркодилеров, одноклассница тычет тем,что я взял ее книгу,которая якобы была украдена..» буква ”м“ была заедённая, проведенная двумя пастами одновременно. Теперь, эта буква будет выглядеть неряшливой в тексте. Отнекиваясь исправлять, тот все же продолжает,склонившись над листочком. « – мной. Но я просто хотел ее вернуть! Все одноклассники грозят тем,что расскажут моей матери о случившемся. Каспер,у меня нет сил терпеть это все. Помоги мне.» По щеке течет невольная слеза, соленая и вовсе,ещё раз повторить, нежеланная. Антон не хотел плакать, не хотел слез и драмы, он хотел казаться взрослым мальчиком,который умеет сам решать проблемы. Но, видимо, с первой стадией он уже не справляется. Просить помощи у своего друга вполне нормально. Весь мир замер только для него. Темная скука окутывала его, обнимала,заточала и не оставляла никакого шанса на его благополучное выживание. Губы высохли. Сидя за столом,уткнувшись в бумажку,тот лишь слушал звуки работающих приборов снизу. Что происходит в его чертовой жизни? Не хватало ещё того, что в голове у Петрова сплошные ругательства,которые так и хочется вырвать наружу, закричать, зарыться руками в волосы до боли в косточках, «Боже!» - зажмуриваясь, Антон впадает в дикое отчаяние. Что он наделал,как жить с тем,что произошло в его чертовой,ужасной жизни? Ноги уже никуда не ведут. Оторвав голову от стола,тот замученно вздыхает,а после на глаза попадается та самая коробочка, которую ему подарил Каспер. Он искренне радовался, понимал что это чудно,все таки подарок. Но не хотел ее открывать. Будто бы там его ждёт то,что разрушит все на свете. Его еле начинающую симпатию по отношению к парню в маске, их контакт. Тяжёлая, уставшая рука тянется к подарку. Антон ставит его перед собой и уверенно выдохнув, открывает картонную крышку. Дыхание затаилось. Сердце забилось с бешеной скоростью, оно болело от событий,что могут произойти с ним именно сейчас,вот он,этот звездный час. Момент. Рот открывается в загадочном «о», при виде блистающего серебра. По крайней мере, так выглядело на вид. Кольцо представляло собой волчью морду, тельце с лапами которого продолжалось по окружности кольца,таким образом обхватывая палец. «Это очень красиво.» - все,что получается выговорить у себя в голове. Разум Антона помрачнел, будто улей пчел, все везде копошилось, сливалось друг с другом, кожа побледнела, как из ужастиков, при виде маньяков или же свежих трупов. Глаза застелила пелена, так хотелось уже просто закончить. Ибо в области живота неприятно скручивало,до боли,тепло раздавалось по всему телу,руки невольно затряслись. Все проблемы отошли на задний план, Петров забылся. Забылся в собственных мыслях. — Петров осмелился сказать что-то в свою сторону! — рык одноклассников разносился по всему коридору, голоса затихали. В ближайших видных ему местах Антон никого не замечает, кто мог бы помочь ему. Помочь не умирать. В спину летит удар ногой, парень удосужился размахнуться с такой силой, что Антон невольно застонал, закрывая лицо руками. Он сжимал их в кулаки,пока те испинывали его до потери сознания. «Нет, я не хочу». Не хочу, говорит себе Антон, чувствуя дикое напряжение во всем теле,гул. Чувство боли на минуту покинуло его. Чувствуя, что может ещё разговаривать,тот все таки даст голоса. — Б.. Б-б,— Антон запинается, а слезы наворачиваются на глаза. Услышав,что парень лежащий на холодном,пыльном бетоне ещё живой, Бабурин усмехнулся. Рядом с ним стоял Бяша,который поправлял рукава своего растянутого свитера. — Что ты хочешь сказать мне, баба? — Полный паренёк сел на корточки, выделяя акцент на последнем слове и призывая одноклассника рядом отойти, под всхлипы Антона все продолжал сидеть слушая его неровное,сбившееся от такого избиения дыхание. — Я хотел сказать что ты придурок, — отрывисто произносит Антон, и в его словах явно слышится серьезность. Глаза приобретают свою яростную форму, он будто бы дикий зверь,который выбрался из клетки. Бабурин лишь продолжал сидеть без какой либо капли сожаления или страха. Как можно испугаться такого Петрова? Но уж нет. Антон вскакивает на ноги и валит Семена, нервно замахиваясь, попадает ему прямо по лицу. Бяша не отстаёт. Он тут же летит в сторону Антона, пыхтит,стараясь отцепить его от бедной,невоспитанной свиньи,который отчаянно пытается выбраться из такой дикой хватки блондина. — Ты мразь! — голос Антона злой и уверенный, и он не собирался сдаваться. Дыхание всех трёх было быстрым и прерывистым, оно раздавалось по всему коридору с опаской. Эти стены всегда были наполнены чем-то ужасным. Ужасными воспоминаниями,избиениями и травлей. Петров пинает стоящего сзади Бяшу прямо в ногу, и тот отходя назад прислоняется к стенке, шипя, бормочет что-то нечленораздельное себе под нос. За эту секунду, Антон, с полными глазами какой-то страсти и адреналина заряжает Семёну последний раз по носу. Кулак становится багрово-красным, в первую очередь от того,что на белоснежных косточках остаётся запечённая кровь одноклассника лежащего на полу. Блондин пытается отдышаться, как одноклассник отдыхающий сзади почувствовал этот момент. взяв его за плечи, тот стал отталкивать его назад. — Нет! Я убью тебя, Бабурин! Слышишь! — последнее,что успел произнести Антон, пока не пришла, нет, точно сказать, прибежала уборщица, которая была явно шокирована всем происходящим. — Я расстроена. — мать,сидящая напротив Антона за столом закрыла лицо руками. Сил разговаривать больше не оставалось. Петров уткнулся лицом холодными, отбитыми и зверскими руками и старался просто не смотреть на происходящее. Он не представлял,что все таки осмелился вскочить и сделать то,что делал Бабурин не раз. Как же не хотелось верить,что сделал это все именно он. — Я никогда бы не подумала,что ты изобьешь своего одноклассника. Разве ты на это способен?— глаза матери, уставшие и больные устремились на закрытое лицо блондина. Как же все это больно. Оля стояла за стеной, подслушивая разговор. Щеки были мокрыми, еле заметный румянец на щеках. Из глаз потоком соленые слезы, кулачок был прижат ко рту, таким образом она старалась заглушить это странное чувство.. Чувство жалости за брата? Ощущение,что теперь в семье все будет иначе? Перед глазами застыла серая пелена, которая погружала в бурный сон, убаюкивая вместе с шепчущим ветром. — Мам, он первый начал, — незаконченно произнес Антон, в полуголос, понимая, что совсем охрип,настолько сильно срывая голос на своего одноклассника. — А вот этого я не слышала. Что за бред? — Мать поднялась из-за стола, напряжённо уставившись на сына. Тот же, стараясь сдержать болезненные всхлипы, был намерен продолжить,но женщина грозилась о чем-то своем, с каждым разом повышая тон. — Ещё раз я узнаю от тебя что-то такое, ты будешь сидеть здесь со своим отцом! — последняя фраза от любимой мамы, и она скрывается с диапазона блондина. Не успел и Антон вздохнуть, как в комнату вбегает маленькая заплаканная сестричка,которая лезет в объятия к брату. — Я люблю тебя, не грусти, — говорит Оля и сама срывается на плач. Она утыкается в плечо брата и начинает горько хныкать, стараясь унять боль,которую чувствовал только что Петров. Боже, за что все это переживать и маленькой сестре. Тот обнимает девчушку покрепче,а после баюкает, чтобы успокоилась. Когда она плачет, Антону становится ещё хуже. У Петрова возникло чувство некого долга перед Каспером. Его тянуло к этому странному незнакомцу с бархатистым, красивым голосом и изящным почерком. Ужасно хотелось высказаться, отнести записку,что написал Антон. Ну и на всякий случай дополнить тем,что случилось сегодня. Петров не считает себя виноватым. Он считает себя только гребаной звездой этого чертового подиума, и он только поднимается. Блондин чувствовал себя последним уродом, но его толкала некая сила. И это вовсе не яркий лучик солнца,что так насыщал силами жить, придавал уверенности, вдохновения и гармонии. Это нечто другое и страшное.