Дорога домой

Все шло наперекосяк. Денис проклинал всех, с кем приехал, в особенности Катю, что пропала так внезапно и так некстати. Может быть, она вообще с кем-то местным загуляла, кто ее знает. Пока они искали, с этой Соней что-то произошло – и она после посещения монастыря стала сама не своя, еще более пугающая. В одном из домов они наткнулись на участкового, что показался Денису еще более странным, чем все, что было в этом селе до этого. Он не хотел слушать их, а потом нехотя отправился ходить по лесу. Они наткнулись на эти мерзкие останки животных, развешанные везде, потом гнались за кем-то, кого увидела Эля. Эти уголовники в лесу… Здесь все было странно. Денис воспринимал все с трудом, сквозь шум в ушах, шум в голове, слепо шел за всеми и курил без остановки. Ему уже не казалось, что взять и уехать в Москву будет так легко. Его тошнило от постоянных разговоров, тошнило от активности, от всего. Он хотел просто лечь. Они возвращались в дом после обеда, усталые, измазанные грязью, после чего молча перекусывали картошкой и каким-то мясом. Сил не было даже на перепалки, и Денис первым вышел из-за стола, практически не притронувшись к еде. Достало все. Соня эта, Эля обезбашенная, Макс. Все достали так, что он, черт возьми, видеть их не может. Дошел до бани и закрылся там, оставаясь в блаженном одиночестве. - Помыться дай по-братски, - он вынужден был впустить стучавшего в дверь Макса, чтобы он перестал разрывать голову изнутри своими криками и стуком. Не обращая никакого внимания, он лег обратно на скамью, предаваясь собственной боли. Он слышал, как Макс возится с водой, но не смотрел. Плевать ему было. - Тебя чего, кроет или еще как-то? Денис остановил взгляд на Максиме, что присел на корточки рядом с ним. - А тебя что, ебет? – спросил он безразлично. - Не, ну… это жесть, конечно. - А это все не жесть? – Денис окидывает взглядом баню.- Долбанный сюр. Как будто коноплю здесь массово жгут. - Согласен, место странное, но всегда есть разумное объяснение. - Ты, блять, разумный такой, а что поехал-то сюда? – Денис не мог понять, почему в тот момент его так сильно накрыло агрессией. - Надо и поехал, тебе какая разница. Однако хоть Денис и смотрел недовольно, Максим почему-то не уходил. - Массаж ты хуево делаешь. - Курсы не заканчивал. - Давай я тебе покажу как надо. - Иди нахуй. - Боишься встанет? - Боюсь сдохну. - Да чего ты, блин, напряженный вечно. Давай, давай, шевели ноженьками, Дениска-Редиска. - Ты долбоеб или да? – безнадежно спросил Денис. Он переполз на центральный стол, после чего уткнулся лицом в сложенные руки. Пусть делает чего хочет. Денису уже на все плевать. Он испытывает только равнодушие и пустоту внутри. Он был уверен, что из этой затеи ничего не выйдет. Не собирался тратить силы на то, чтобы пытаться понять этого стукнутого. Вообще ни о чем не думал. А потом за его плечи взялись руки. Одно движение, второе, и вместо боли Денис ощутил нарастающее расслабление, как будто он буквально плавился на месте. Он хотел удивленно посмотреть на Максима, но его голову бесцеремонно ткнули обратно. Пальцы что-то делали с его кожей и мышцами, и иногда сразу за болью шла какая-то странная горячая волна. Одна за одной, и от монотонности и равномерности Денис стал проваливаться в сон. Он не заметил этого плавного перехода. Очнулся он все в той же бане, но накрытый огромной синей кофтой, в которой он признал кофту Максима. Хотел разозлиться, а вышло как-то странно. Словно бы благодарен был. Кофта пахла так же, как и он сам – чем-то приятным, едва уловимым, переплетенным с запахом сигарет. Денис осознал, что, если бы не она, действительно бы замерз. Он вышел из бани, собираясь закурить. Наткнулся взглядом на рыжие волосы. - Сережа? – только и смог произнести Денис. *** Игорь резко вздохнул. Он приложил руку к груди и рывком сел. Берег реки. Принялся оглядываться и обнаружил подле себя Сережу. Он принялся трясти его за плечо, и тот зашевелился. - Вставай. Что-то здесь не так. Но вместо того, чтобы встать резко и быстро, Разумовский уставился на него так, словно первый раз видел. - Я…. Где я? – спросил он. Игорь выругался про себя. Только потери памяти ему не хватало. - В долбанных Топи. - Что? – Сережа все же сел, но медленнее, чем нужно. Он скривился и схватился за голову. – Так трещит… Я тебя знаю, - он глубоко задумался. – Ты, кажется, Игорь. - Игорь, Игорь, - он дал Разумовскому руку, чтобы помочь ему подняться. – Наверное, стукнулся просто. Пройдет. - Нет, я… - он оглянулся, поморщившись на свет. – Прости, я не очень хорошо соображаю. Игорь помог ему забраться на пассажирское кресло, где он устало прислонился головой к креслу. - Нормально все? – спросил он, и Сережа снова потрогал висок. - Я отойду, - пообещал он. Игорь сел за руль. Его голова тоже болела, но не сильно. Он завел машину и тронулся в сторону Топи. На этот раз он явственно услышал пение птиц. Его подташнивало, но Игорь целиком и полностью сосредоточился на вождении. Он доехал до знака Топи. - Дым из труб, - произнес он первое, что бросилось ему в глаза. – Но деревня была заброшена, - пробормотал Игорь непонимающе. Он взглянул на бледного Сережу, но тот сидел с закрытыми глазами. Он проехал дальше и обнаружил бредущую по улице старушку. Люди. В этот раз здесь есть люди. Какого черта? Он остановился у того дома, в котором они ночевали. В этот раз во дворе сидел молчаливый старик, а вокруг него молча ходила кругами женщина с каким-то тазом. Игорь вышел из машины. Он обернулся вокруг – дома те же, но жилые. Никто на них, чужаков, и не думает смотреть. Странно. Все слишком странно. Он обошел машину. - Она была заброшенной. Ты помнишь? – спросил он Разумовского. Тот открыл глаза. Они голубые? Игорь пялился всю дорогу. Они не были голубыми. - Я здесь первый раз, - устало сказал он. Игорь решил разобраться с ним после. Он помог ему выбраться, после чего закинул рюкзак и закрыл машину. Они прошли, должно быть, еще несколько сот метров, прежде чем Игорь увидел впереди слишком знакомую фигуру. - Макс…. Максим! – окликнул он брата, что говорил с какой-то теткой на дороге. Макс повернул голову в его сторону. Это был точно он – высокий, кудрявый, недовольный Игорем. - Какого хрена, Макс? – Игорь встал к нему нос к носу. – Какого хрена я должен тебя здесь искать? Я приехал за тобой. - Воу-воу, я тебя не звал, - Максим уставился на него раздраженным взглядом. – Я работаю здесь, понял? Собираю материал. А вот тебе бы лучше убираться… Это еще кто? – он уставился на Сережу. - Мы сейчас же валим отсюда, - Игорь схватил брата за руку. - Полегче, да, я тебе не барышня, - Максим оттолкнул Игоря. – Коп сказал, дороги размыло, не проедем. Да и потеряли мы тут кое-кого, не можем найти. - Кто мы? - Сережа? Игорь уставился на нового парня. Невысокий, худой и болезненного вида, он был знаком Игорю по фотке с телефона Дубина. Это тот самый Титов. - Денис? – Сережа снова поморщился и потрогал голову. – Так болит, прости, - произнес он мягко, опуская голову. - Какого черта? – только и пробормотал Титов, оглядывая всех вместе взятых. - Перекурить надо, - решил Максим, открывая калитку. – Добро пожаловать на санаторно-болотное лечение. *** Игорь сложил руки под подбородком. Максима он не видел давно – тот раздобрел в плечах, отрастил бороду, но в остальном остался все тем же раздражающим младшим братом. Рядом с ним – бледная тень от человека по имени Денис Титов. По эту сторону стола он и Сережа, что все еще странно себя ощущает. - А Соня где? – спросил Титов. - Пошла с этой баб Нюрой в монастырь. Он кивнул и уставился на Сережу. - Чем обязаны? – спросил Максим, развалившись на стуле. - Ты не выходил на связь. Я не знал, где ты и что с тобой. Нашли мы этого вот Титова, увидели, куда вы собираетесь. Поехали следом. - Почему тебя вечно ебет, где я и что я? – Максим склонился над столом. – Мне по хуям вообще, что ты там думаешь, Игорь. - Я рад, но я забираю тебя домой сразу же, как только можно будет уехать. Люди здесь пропадают, - Игорь понизил голос, надеясь, что это поможет достучаться до Макса. - Никуда я не поеду, пока не разберусь во всем, - Максим хлебнул громко чай из кружки. – Приехал, посмотрел, вали отсюда. - Сереж, тебя кроет? – только и спросил Титов, глядя прямо на Разумовского. - Нет, нет… наоборот, вообще-то, - едва слышно сказал он. Кроет? Игорь не заметил, чтобы его крыло в дороге. Он снова посмотрел на Разумовского. У него дрожали руки. Разумовский тоже вдруг посмотрел на него в ответ – радужка его была ярко-голубого цвета. - Я.. Я объясню тебе позже, - сказал он Игорю извиняющимся тоном. – Когда сам разберусь, - добавил он тише. - Пойдем выйдем, - Титов встал на ноги первым. Разумовский последовал за ним. - Это ты его угробить хочешь? – спросил Игорь, наклоняясь вперед. – Денег опять надо, славы. - А ты опять с мужиками ебешься, мамка была бы горда… Игорь втащил ему по лицу. Голова Макса дернулась, и он поспешно прижал рукав к носу. - Ты больной, блять, на всю голову, - зашипел он на Игоря, вскакивая на ноги. – Завтра же вали в свой Питер. Ты мне не нужен. *** Денис закурил. Он уставился на Сережу, что вышел на веранду после него, сложив руки на груди. - Как ты? - Я не уверен, что знаю правильный ответ на вопрос. Много лет прошло с тех пор, когда им довелось разговаривать. - Это парень твой? – он взглянул на Сережу, делая затяжку. Сережа посмотрел на него, нахмурившись. - Нет, это Игорь, он мне жизнь спас. - Зачем ты сюда приехал? - Я…. Я сюда не приезжал. Денис еще раз окинул взглядом Сережу, только еще более внимательно. - Это то, о чем ты говорил? – сказал он тихо. В один из последних совместных вечеров Сережа впервые упомянул об этом, вскоре после исчезновения Олега. О Птице, чей голос он постоянно слышит. Сережа не ответил, посмотрел только невидящим взглядом перед собой. - Серег, я… извиниться хотел. Идиотом был. Думал, в деньгах счастье… Сережа перевел взгляд на него. Денис обнаружил в нем достаточно перемен, но, по сути это все еще был человек, с которым он прожил четыре года в одной квартире. - Я не должен был у тебя красть TrueTalk. Как мудак поступил. Блять, оправдания вообще нет никакого. - Значит, он был тебе нужнее. - Да блять, не в этом суть, я… Скажи, что прощаешь, ладно? – Денис обнаружил, что сигарета в руках все же подрагивает. Сама рука его дрожит. - Я давно тебя простил. Но Денису не легче ни на грамм. Все как-то не так, хоть и хотел извиниться, а не от сердца, что ли… Может и сердца у него нет. Пока загонялся здесь, в этой деревне, казалось, будто бы извиниться – значит решить все проблемы. Но вот он Сережа – странно, что здесь – и вот он Денис, а легче не становится. - Что это за место? – только и спросил Сережа. Он оглядел собственную одежду так, как будто первый раз ее видел. Достал телефон, покрутил в руках. - Топи. Монастырь тут рядом есть, святой якобы, мать сказала, лечат там все, исцеляют… - Тебе нужно что-то исцелять? – внимательный взгляд Сережи уставился на него. Он постепенно приходил в себя. - Рак у меня. В башке, - Денис передернул плечами. Мерзко так, слово идиотское, а болезнь страшная. – ЗНО, блять. Злокачественное новообразование, - почти по слогам повторил он, а затем выкинул сигарету так далеко, как только мог. – Сказали гроб готовить. А я в Топи поехал. Когда я кого-то слушал… - он оперся о деревянные перила, запустив руку в волосы. - Господи… Это, - Сережа оборвал сам себя. Он положил руку на плечо Денису. Взгляд его было вынести сложнее всего. – Я не знаю, что сказать. - Да ничего не надо. Самое, блять, забавное знаешь что? – Денис выпрямился. – Я когда ехал сюда, сообщение тебе написал. Оно не отправилось. А ты приехал. Как это, сука, так? – он с подозрением уставился на Сережу, протянув ему телефон с горящим сообщением и надписью «не отправлено». Сережа взял в руки его телефон, затем включил свой. На его экране было такое же. - Все всегда идет так, как нужно. Денис не нашел в себе сил спорить. Он смял пустую пачку из-под сигарет. - Я сказал, вали нахуй в свою Москву, - громко хлопнула входная дверь. Они оба обернулись. – Дай мне нормально работать. - Тогда я останусь. Макс сложил руки на груди. Если бы его взгляд мог убивать, Игорь был бы уже мертв. Игорь же неосознанно сжимал кулаки. Денис не сразу признал их братьями – разный цвет волос, разные эмоции. Однако чем дольше Денис на них смотрел, тем больше общих черт находил. - Ты мне не сдался здесь, понял? Не сдался. Я без тебя справлюсь, - голос Максима постепенно набирал громкость. Игорь свел брови к переносице. - Мы отсюда и так не уедем, - вдруг произнес тихо Сережа, и все разом на него обернулись и замолчали. Он окинул взглядом Игоря и Максима, после чего добавил еще тише: - Потому что мы уже мертвы. *** - Нормально рыжего приложило, - Максим нарушил попытку Дениса уединиться на пеньках позади бани. Он мрачно перевел взгляд на Максима. – Мертвы мы, да конечно. И на единорогах летать начнем, тебе какого, радужного или попроще? - Завтра утром уеду отсюда, - Денис обхватил себя руками. Он думал об этом последние полчаса. Все летело к чертям, а он не был в состоянии ничего контролировать. - Кинешь всех? – с любопытством уточнил Макс. – Сильно сомневаюсь, что Игорян отдаст тебе тачку. - Думаешь, я буду спрашивать? – Денису было плевать и на этого Макса, и на Игоря, и на всех девиц, которые умудрились пропасть в первые же сутки. - О, ну давай, - Максим сел на соседний пенек. – Давай, я посмотрю. Люблю, знаешь ли, смотреть, когда людей бьют. Дениса тошнило от необходимости вести любые светские и не очень беседы. Он поднялся на ноги и пошатнулся – мир вдруг поехал вокруг него. Яркая вспышка, разбитое стекло, кровь, сильная головная боль, которую нельзя было вынести. Денис обнаружил себя на земле, распростертого и не способного контролировать руки и ноги. Его скручивало и выворачивало. Звуки доходили с задержкой и сильно искажались. Он видел то небо, то сетку трещин на лобовом, то размытое лицо Макса, то какие-то сапоги перед собой. Кажется, он кричал. Может быть, только стонал. Денис не мог думать. - Да что ж такое… - Что с ним? - Я ебу что ли… - Рак у него… - Таблетки… Лица мелькали, как в калейдоскопе. То те, которых он знал, то незнакомые, в какой-то яркой форме, то голоса знакомые, то формальные. - … Не спасем… - … Ритм есть… -… Так не довезем… - Вставай. Денис резко сел, глубоко вздохнув. Он приложил руку к голове, но боль была тупая и отдаленная. Он снова мог думать. Он уткнулся взглядом в лицо Сережи, усталое и безразличное ко всему. Он оглянулся – зал бабы Нюры, никого. Только давящая тишина и они. - А тебя даже сильнее кроет. - Что за срань, - Дениса тошнило. Он вынужден был лечь обратно. - Тоже видел? - Что? - Как будто умер, да? Денис хотел отрицать. Затем попробовал вернуться в тот момент – боль, голоса, лица. Противный звук – это автомобильный сигнал. - Я столько таблеток сожрал, что угодно мог увидеть, - Денис отмел от себя весь этот бред, который нес Сережа. Он вдруг снова ощутил странную негативную реакцию, на которую, как считал, у него не было сил. – Братцы-кролики где? - Кто? – Сережа нахмурился. – А. Игорь ушел осмотреться. Где Максим, я не знаю. Тут еще были две девочки, Соня и Эля. Эля ушла, Соня помогает готовить. У тебя странная компания. - У меня все странное, - Денис скосил глаза в сторону Сони. Она неслышно замерла в дверном проеме, держа в руках стакан с молоком и хлеб с сыром. - Перепугал ты всех, знаешь. Кричать начал. Эля нашла какие-то еще таблетки у Кати в чемодане, впихнули в тебя, - Соня говорила тихо и успокаивающе. По голове пыталась гладить, но Денис резко отодвинулся – не нужно ему это. Жалость эта дебильная, прощение, моление. Мерзко это, лишнее, не заслужил. Страдает, ибо не сделал ничего толкового. Вот и терпи теперь боль, какую другим причинял, всю сразу, за всю жизнь. - Куда все опять уперлись? - Откуда же я знаю, - Соня забрала у него пустой стакан и тарелки. – Дергаются. Выход ищут. А выхода тут нет, - она загадочно посмотрела на Сережу, и тот ответил ей таким же прямым взглядом. - Поехали в Москву завтра. - Зачем? – Соня не поменялась в лице ни на мгновение. – Разве ты получил то, зачем приехал? - Да пустой твой сраный монастырь, пустой, я же ходил туда, - Денис снова подскочил. - Пустой он только для тех, кто верить не хочет, - Соня не обратила на его вспышку никакого внимания. – Сходи еще раз. Денису было тошно находиться в этих стенах. Он вылетел на веранду, пытаясь отдышаться. Несколькими минутами Сережа вышел за ним. - И что, ты тоже думаешь, что все это типа что, посмертие? – Денис не сразу нашел в себе силы заговорить. Это вдруг стало снова очень важно – мнение Сережи. - Почему я думаю, - Сережа положил руки на перила веранды. – Я знаю. - Да ну нахуй вас обоих, - спокойствие его доводило Дениса до панической атаки. Боль билась на задворках сознания, пока еще приглушенная таблетками. – Как ты знаешь-то, экстрасенс ебучий? - Птицы больше нет. Ни голоса. Ни его образа. Ничего. Я будто здоров, - чем громче орал Денис, тем тише говорил Сережа. Денису хотелось сорваться, заорать, что психиатр ему нужен, а не поездка в эти сраные Топи, но почему-то сдержался. - Ладно, блять, посмертие, да по хуям вообще, где умирать. Играл в безразличие, а сам паниковал. Боялся. Столько дел не сделано. Мать опять же. Страх такой противный, липкий, был раньше Денису незнаком. А теперь вот он, и никак не отодрать, не проигнорировать. - Ты уже сдался? - В смысле, блять, сдался, ты стебешься что ли? Я половине врачей Германии обеспечил годовой доход, - Денис засунул пачку с сигаретами обратно. Не легче ему от дыма. Вообще не легче. – Голова болела столько лет. МРТ ебаное сколько стоит, пятеру? Я каждый день в клубах по десятке тратил. Пиздец, как все… Вышло. Жопой. - Ну, если врачи… - неопределенно отозвался Сережа. - Ты чего, с Соней уже засосался? – Денис толкнул его в плечо. – Проснись, блин, несешь бред какой-то. Бровь Сережи поехала вверх. Он смотрел на Дениса в легком изумлении, очевидно, не приняв его вопроса, и Денис постепенно растерял всю свою воинственность. Он хмыкнул. - Ну да, ты скорее Кольцова засосешь. - Какого ты обо мне плохого мнения. Сережа едва заметно ему улыбнулся. В целом Денису, конечно, стало легче.