Дельфи Лестрейндж и Философский Камень

На следующее утро Дельфи проснулась рано. Она знала, что уже рассвело, но не торопилась открывать глаза. «Это был сон, — твёрдо сказала она себе. — Мне приснилось, что ко мне приходил человек по имени Люциус Малфой, чтобы сообщить мне, что я поеду учиться в Дурмстранг. Когда я открою глаза, то окажусь дома, на своём чердаке». Внезапно раздался громкий стук. «А вот и Миссис Роули», — подумала Дельфи с замиранием сердца. Но глаза её всё ещё были закрыты. Сон был слишком хорош, чтобы просыпаться. Тук. Тук. Тук. — Хорошо, — пробормотала Дельфини — Я встаю. Она села и практически невесомая мантия Люциуса, под которой она спала, свалилась на пол. Комнатушка была залита солнечным светом, гроза кончилась, Люциус дремал, откинув голову на спинку софы, а на подоконнике сидела красивая сова с зажатой в клюве газетой и стучала когтем в окно. Дельфи вскочила с постели. Воодушевление распирало её изнутри, словно она проглотила воздушный шар. Девочка подошла к окну и распахнула его. Сова влетела в комнату и уронила газету прямо на Люциуса. Тот вздрогнул и проснулся. Сова же спикировала на пол и набросилась на мантию. — Сейчас-сейчас. — Люциус пошарил в карманах мантии и выудил несколько кнатов, после чего бросил их в кожаный мешочек на лапке совы. От внимания Дельфи не ускользуло звяканье в карманах мантии. Так звякать могли только карманы полные денег. Люциус же обратил внимание на то, как Дельфи перебирает между пальцами ткань его мантии. Наверное, ей нравился материал или же она чувствовала что-то родное в одежде волшебника. — Я держал вас на руках лишь пару раз, но вам нравилось прислоняться лицом к ней, мисс. — с улыбкой заметил Люциус, заставив смущённую девочку отвести взгляд. Сова же вылетел в открытое окно. Мистер Малфой же прочистил горло и застегнул на горловине брошь. — Нам с вами пора идти, Мисс Дельфини. Нам нужно в Лондон, чтобы купить принадлежности для школы. Да и новая одежда вам тоже не помешает. Вы напоминаете мне вашего отца. Он тоже в своё время не знал роскоши и о своём происхождении, как мне рассказывали. Уверен, вы его даже превзойдёте. Дельфи смотрела на него и только что подумала кое-о-чём, и ей показалось, что поселившийся внутри неё шар счастья начал сдуваться. — Мистер Малфой? — Да? — он возился с брошью. — У меня нет денег, и вы… Люциус внимательно посмотрел на неё, словно напоминая о вчерашнем уговоре. Дельфи вдруг поняла, что ей, всегда такой воспитанной и обращающейся на «вы» ко всем старшим, будет легко называть Люциуса его обычным именем. Даже не по фамилии. Потому что Люциус относился к ней с большей теплотой и уважением, чем кто бы то ни было, и вёл себя практически как настоящий отец. — Миссис Роули не будет платить за моё обучение в школе. — А вы не беспокойтесь. — Мистер Малфой поднялся и расправил выбившуюся из хвоста прядь платиновых волос. — Вы же не думаете, что ваши родители о вас не позаботились? — Но если у меня от них почти ничего не осталось… — Да вы что, они же не хранят сбережения в чулке, как твоя опекунша. — отмахнулся Люциус. — Первым делом вы должны наведаться в Гринготтс, волшебный банк. Вы закусите лучше печеньем. Его осталось немного со вчерашнего дня. А я тоже не откажусь от кусочка. — У меня есть имущество в банке? — Ну разумеется есть. Не стала же бы Беллатриса Лестрейндж оставлять свою дочь без средств к существованию. И я вам скажу. Только кретины осмелятся вломиться в банк. Последний такой взлом случился аккурат в девяносто восьмом за день до того, как… Ну вы поняли. Поттер с дружками умудрились даже выпустить дракона. С его шайкой связаться, это испытание. Да и взлом произошёл как раз в хранилище Лестрейнджей. — поморщился Мистер Малфой. — Но вы увидите там всё сегодня, когда мы отправимся за вашими деньгами. Заодно и я сделаю одно маленькое дело. Собственно, мы можем выдвигаться. Дельфи вышла из паба на залитую дождём улицу. Небо было чистым и лужи на мостовой поблескивали в лучах солнца. Следом за ней из паба выступил и Мистер Малфой. Он взглянул на свои карманные часы и плотнее запахнул на себе мантию. — А как вы нас нашли? — Дельфи предполагала, что за ними кто-то следил, но не знала, верна ли её догадка. — О, всё просто, раз за разом совы возвращались ко мне. Вы жк знаете, какие это умные птицы. Да и волшебники могут больше, чем вы можете себе представить. Найти вас было моей первоочередной задачей. — Первоочередной? — Да…но давайте не здесь. Всё-таки и у стен есть уши. Вам лучше не распространяться о том, что сегодня произошло… Когда вы теперь со мной, мне нужно быть более осторожным. Они двинулись ко входу в Косой Переулок, а Дельфи продолжала внимательно рассматривать Люциуса, пытаясь представить его неотрывно следящим за ней например из розовых кустов. — Я надеюсь, что вы оставите нашу встречу в тайне, мисс. — Мистер Малфой покосился на Дельфи уже заранее зная, что она благоразумная девочка. — Я нема как рыба, мистер… Люциус. — улыбнулась девочка, глазея по сторонам и прищурив глаза от яркого солнца. Дельфи шла и думала об услышанном. Люциус же листал газету «Ежедневный пророк» на ходу. Дельфи помнила, как Юфимия твердила, что когда человек читает газету, он не любит чтобы ему мешали. Но сейчас оставить Мистера Малфоя в покое было нелегко, потому что никогда в жизни Дельфи не хотелось задать столько вопросов. — Ну вот, Министерство Магии опять позорится, — вздохнул Люциус, переворачивая страницу. — А что в Министерстве? — спросила Дельфини, позабыв о том, что мешать читающему газету не следует. — Оно катится в пропасть, как впрочем и вся Магическая Британия. Сначала хотели, чтобы министром стал Поттер, но он никогда не оставит свой пост мракоборца. Так что в министрах у нас сидит Кингсли Бруствер. А хуже его пожалуй только члены шайки Поттера. Присвоил посмертно Орден Мерлина оборотню, активно продвинул антитёмномагическую политику. Ещё и Грейнджер метит едва ли не в заместители. Ума не приложу, зачем ему грязнокровка в пособничестве, но у неё неплохие шансы. В этот самый момент они вышли на улицу и неспешно двинулись по тротуару. Пока они шли, местные жители города во все глаза смотрели на Люциуса. Дельфи их прекрасно понимала. Дело даже не в том, что у Люциуса была необычная внешность и одет был как полагается чистокровному волшебнику благородных кровей, он ещё и всю дорогу беспрестанно ворчал по поводу самых обыкновенных, на взгляд Дельфи, вещей, и то и дело в его словах можно было уловить слова «грязь» и «магглы». — Мистер Малфой! — произнесла Дельфини, немного осмелев, потому что ей было нелегко держать в себе тонну вопросов. — Вы сказали, что министром желает стать миссис Грейнджер? — Ну, так говорят, — ответил Люциус. — Я бы и сам сгодился на эту должность. — Вы хотели бы быть министром магии? — Всегда хотел…ещё когда был жив ваш отец и я сам был молод. Мы уже пришли, мисс. Они были в грязном переулке, который вёл в тупик. Здесь на них уже никто не глазел и мистер Малфой смог наконец повернуться к девочке. — Письмо у вас, мисс? Дельфи вытащила из кармана пергаментный конверт. — Отлично. Там есть список всего того, что нужно для школы. Позаимствовал экземпляр у директора. Дельфи развернула второй лист пергамента, который не заметила вчера, и начала читать. «Институт Дурмстранг» Форма. Студентам-первокурсникам требуется: Три утеплённых рабочих мантии (красных) Одна утеплённая шляпа (чёрная) на каждый день Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала) Одна пара утеплённых зимних перчаток (на каждый день) Один зимний плащ (красный, застёжки бронзовые) Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента) Книги Каждому студенту полагается иметь следующие книги: «Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс). Миранда Гуссокл «История магии». Батильда Бэгшот «Теория и практика усложнённой магии». Адальберт Уоффлинг «Пособие по трансфигурации для начинающих». Эмерик Свитч «Тысяча магических растений и грибов». Филлида Спора «Магические отвары и всесильнейшие зелья». Жиг Мышьякофф «Фантастические твари и где они обитают». Ньют Саламандер. «Тёмные силы: пособие по самозащите». Квентин Тримбл «Тёмная магия и её применение на практике» (курс для начинающих) Эмиль Тритч* Также полагается иметь: 1 волшебную палочку или посох, 1 котёл (оловянный, медный, серебряный, стандартный размер №2), 1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов, 1 телескоп 1 медные или аналогичные весы Студенты также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу. Допускаются мелкие и безобидные существа. НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ МОЖНО ПРИВЕЗТИ С СОБОЙ МЕТЛУ.** — И всё это мы купим сейчас? — ахнула Дельфи. -Ну разумеется, мисс, — ответил Люциус.      

***

— Три вверх…два в сторону, — пробормотал мистер Малфой, считая кирпичи на нужной стене. — Так, а теперь посторонитесь немного, мисс. Он трижды коснулся стены палочкой. Кирпич, до которого он дотронулся, задрожал, потом задёргался, в середине у него появилась маленькая дырка, которая начала быстро расти. Через секунду перед ними была арка, достаточно большая, чтобы через неё спокойно прошла толпа людей. За аркой начиналась мощённая булыжником извилистая улица. — Добро пожаловать в Косой переулок, — вальяжно произнёс Люциус. Он усмехнулся, заметив какое у Дельфи лицо. Всё же это было для неё не ново, ведь они с Юфимией нередко бывали здесь, когда опекунше приспичивало закупиться новой партией ингредиентов для зелий, флаконами и новой одеждой. Дельфи и мистер Малфой прошли сквозь арку, и девочка, оглянувшись, увидела, как арка тут же снова превратилась в глухую стену. Ярко светило солнце, отражаясь в котлах, выставленных перед ближайшим к ним магазином. «Котлы.Все размеры. Медь, бронза, олово, серебро. Самопомешивающиеся и разборные.» — гласила висевшая над ними табличка. — Да, такой вам тоже нужен будет, — сказал Люциус. — Но сначала надо бы забрать ваши деньги. Дельфи радовалась, что у неё не десять глаз. За много лет ей уже поднадоел однотипный пейзаж переулка. Пока они шли к банку, до них донёсся голос полноватой женщины, стоявшей перед аптекой, мимо которой они проходили. Она качала головой. — Печень дракона по тридцать сиклей за унцию — да они с ума сошли… Из мрачного на вид магазина доносилось тихое уханье. «Торговый центр Совы». Неясыти обыкновенные, сипухи, ушастые и полярные совы» — прочитала Дельфи. Несколько мальчишек, примерно её возраста прижались носами к другой витрине, разглядывая выставленные в ней мётлы. — Смотри, — донеслось до Дельфи, — новая модель «Нимбус 3000», самая быстрая. Здесь были магазины, которые торговали мантиями, телескопами и странными серебряными инструментами, какие Дельфи видела у подруги Мисс Роули. Витрины по всей улице были забиты бочками с селезёнками летучих мышей и глазами угрей, покачивающимися пирамидами из книг с заклинаниями, птичьими перьями и свитками пергамента, бутылками с волшебными зельями и глобусами Луны. — «Гринготтс», — объявил мистер Малфой. Они находились перед белоснежным зданием, возвышавшимся над маленькими магазинчиками. А у отполированных до блеска дверей стоял… — Гоблин, — недовольно заметил Люциус, когда они поднимались по белым каменным ступеням. Гоблин был головы на полторы ниже Дельфи. У него было смуглое умное лицо, острая бородка и, как заметила Дельфи, очень длинные пальцы и ступни. Он зыркнул на Люциуса, когда они заходили внутрь. Теперь они стояли перед вторыми дверями, на этот раз серебряными. На них были выгравированы строчки: Входи, незнакомец, но не забудь, Что у жадности грешная суть, Кто не любит работать, но любит брать, Дорого платит — и это надо знать. Если пришёл за чужим ты сюда, Отсюда тебе не уйти никогда. — Я же говорил, надо быть сумасшедшим, чтобы вломиться в этот банк, — сказал Малфой. Два гоблина с мрачным выражением лица (Из-за мистера Малфоя, разумеется) распахнули перед ними серебряные двери и они оказались в огромном мраморном холле. Отремонтированном с тех пор, как здесь побывало Золотое трио. На высоких стульях за длинной стойкой сидела ещё сотня гоблинов — они делали записи в больших гроссбухах, взвешивали монеты на медных весах, с помощью луп изучали драгоценные камни. Из холла вело больше дверей, чем Дельфи могла сосчитать, — другие гоблины впускали и выпускали через них людей. Люциус и Дельфи подошли к стойке. — Добрый день, — ровно обратился Малфой к свободному гоблину. — Мы пришли, чтобы взять средств из сейфа Лестрейнджей. Гоблин поднял свою уродливую голову и впился взглядом в Люциуса. Тот ответил ему столь же долгим и каменным лицом. После минуты молчания, гоблин перевёл свой взгляд на Дельфи. Та была не робкого десятка и встретила его мужественно, сканируя до самой глубины сознания. Определённо это был взгляд молодого Тома Реддла, который всегда глядел холодно и исподлобья. Но черты лица принадлежали Беллатрикс. Впрочем гоблин не распознал, кто перед ним стоит, а потому поинтересовался. — У вас есть ключ и письменное разрешение, заверенное родовой печатью, сэр? — Есть, — ответил Люциус и начал выкладывать на стойку содержимое своих карманов. Толстый кошель, набитый деньгами, дорогие карманные часы высыпались на бухгалтерскую книгу гоблина. Гоблин смерил мистера Малфоя недовольным взглядом. Дельфи наблюдала за ними, краем глаза разглядывая другого гоблина справа, который взвешивал груду изумрудов, огромных, как булыжники. — Нашёл, — наконец сказал Малфой, протягивая крошечный золотой ключик и лист пергамента с печатью. Гоблин изучающе оглядел и то, и другое. Пергамент он изучал тщательно, но бумага прошла проверку. — Кажется, всё в порядке. — И у меня тут ещё письмо. От профессора Рихтера, — с важным видом произнёс Малфой, выпячивая грудь. — Это насчёт Вы-Знаете-Чего в хранилище Вы-Знаете-Каком. Гоблин внимательно прочитал письмо. — Прекрасно, — сказал он, возвращая письмо Люциусу. — Сейчас вас отведут вниз к вашим сейфам. Раптог! Раптог тоже был гоблином. Когда Малфой разложил свои вещи по карманам, они с Дельфи последовали за Раптогом к одной из дверей. — А что такое Вы-Знаете-Что в Вы-Знаете-Каком сейфе? — спросила Дельфини покосившись на Малфоя. — Извините, мисс, не могу вам сказать, — таинственно ответил Люциус. — Очень секретно. Это дела Дурмстранга. Профессор Рихтер доверяет мне, а я ему. А я этим доверием очень дорожу, чтобы секреты раскрывать слишком рано. Раптог открыл перед ними дверь. Дельфини, ожидавшая увидеть очередной мраморный зал, была удивлена. Они стояли в узком каменном коридоре, освещённом горящими факелами. Дорога круто уходила вниз, на полу были тоненькие рельсы. Раптог свистнул, и к ним с лязгом прикатила маленькая тележка. Они забрались внутрь — Люциусу это удалось, подавляя брезгливость — и поехали. Сначала они неслись сквозь лабиринт петляющих коридоров. Дельфи пыталась запомнить дорогу — налево, направо, направо, налево, на развилке прямо, опять направо, опять налево, — но вскоре оставила это бесполезное занятие. Казалось, дребезжащая тележка сама знает дорогу, потому что Раптог ею не управлял. Дельфи обдало ледяным воздухом, глаза защипало, но она держала их широко открытыми. В какой-то момент ей почудилось, что она заметила вспышку огня в конце коридора, и она быстро обернулась, чтобы увидеть, не дракон ли это, но опоздала — тележка резко ушла вниз. Сейчас она проезжала мимо подземного озера, на потолке и стенах росли сталактиты и сталагмиты. Когда Дельфи была помладше, она прочитала в одной из книжек в библиотеке Юфимии, что когда-то в Гринготтсе и впрямь держали дракона для охраны сейфов, но ограбление, случившееся в 1998 году положило начало реформам, в ходе которых были приняты меры во избежание жестокого обращения с фантастическими тварями. Неудивительно: бедное животное круглые сутки было в цепях, ослеплённое и приученное бояться громкого лязга металла. Теперь министерство тщательно контролировало банковскую деятельность. Наверное поэтому гоблины такие мрачные. Банк, всегда бывший их вотчиной, теперь извне контролировался министерством. Тем временем Люциус был весь зелёный. Его явно как следует укачало. Когда тележка наконец остановилась перед маленькой дверью в стене, он выбрался из неё, прислонился к ней и подождал, пока у него перестанут дрожать колени. Бедняга был бледен и старался дышать глубоко. Раптог отпер дверь. Изнутри вырвалось облако зелёного дыма, а когда оно рассеялось, Дельфи ахнула. Внутри были кучи золотых монет. Колонны серебряных. Горы маленьких и бронзовых кнатов. По стенам высились полки с разнообразной роскошной утварью, золотые чаши, украшения, безделушки… — Это всё ваше, мисс, — улыбнулся Люциус. «Всё ваше» — это было невероятно. Юфимия наверняка знала об этих деньгах, но на Дельфи не тратила ни одного лишнего кната. Ей приходилось носить вещи из лавки старьёвщика, а о кучах сладостей даже речи не шло. Сколько раз Юфимия жаловалась, что Дельфи дорого ей обходится. А всё это время глубоко под Лондоном хранилось принадлежащее девочке сокровище. Люциус помог Дельфи бросать монеты в сумку. Дельфи уже давно знала цену деньгам и невзначай экономила даже на том, чего очень хотелось. Принципы Юфимии так прочно въелись в мозг, что избавиться было не так уж и просто. Дельфи скользнула взглядом по комнате и наткнулась глазами на неприметную с виду брошку в виде извивающейся змеи с маленькими изумрудными глазками. Она взяла её в руки и бросила взгляд на Люциуса. Тот улыбнулся. — Она принадлежала вашей матери. Белла попросила мистера Лестрейнджа заказать такую специально для будущего ребёнка. Она уже тогда знала, что ждёт вас и хотела, чтобы эта вещица досталась вам в будущем. Как видите она уже нашла свою хозяйку. Он повернула к Раптогу. — А теперь нам нужен сейф шестьсот тринадцать…и…э-э…нельзя ли помедленнее? — У тележки только одна скорость, — отрезал Раптог. Теперь они спускались ещё ниже, а тележка ехала почему-то быстрее, чем раньше. Воздух становился холоднее. Когда они проезжали над подземным ущельем, Дельфи перегнулась, чтобы разглядеть, что скрывается в его тёмных глубинах, но Люциус аккуратно подхватил её за талию и втащил обратно. В сейфе номер шестьсот тринадцать не было замочной скважины. — Отойдите, — важно сказал Раптог. Он мягко коснулся двери одним из своих длинных пальцев, и она просто растаяла. — Если это попробует сделать кто-то кроме работающих в банке гоблинов, его засосёт внутрь, и он окажется в ловушке, — произнёс Раптог. — И как же часто вы проверяете, нет ли там кого внутри? — скептически поинтересовалась Дельфи. — После смены власти каждый третий день, — ответил Раптог с довольно неприятной улыбкой. Дельфини была уверена, что в этом сверхсекретном сейфе лежит что-то ужасно важное, как минимум драгоценные камни невероятных размеров, и она встала на носочки, чтобы увидеть, что там. Сначала ей показалось, что там вообще пусто. Затем она заметила на полу маленький невзрачный свёрток из плотной коричневой бумаги. Люциус нагнулся, подобрал его и спрятал во внутренний карман мантии. Дельфи хотелось узнать, что там, но она понимала, что спрашивать не стоит. — Пошли обратно к этой мерзкой тележке, и не разговаривайте со мной по дороге. Лучше будет, если я закрою глаза и не буду вертеть головой, — сказал Малфой.

***

Ещё одна бешеная гонка на тележке — и вот они уже стоят на улице у банка, щурясь от солнечного света. Сейчас, когда у неё в руках была сумка, полная денег, Дельфи не знала, что с ними делать, и с трудом подавляла в себе желание начать покупать подряд всё самое лучшее. Ей даже не было интересно, куда они пойдут в первую очередь, — важно было, что сейчас у неё денег больше, чем когда-либо было у Юфимии. — Ну что, надо бы снарядить вам форму, — заметил Люциус, кивнув в сторону магазина с вывеской «Мадам Малкин. Одежда на все случаи жизни». — Мисс, вы…не против, если я загляну в одно место и возьму огневиски? Я терпеть не могу все эти банковские тележки в Гринготтсе, мутит меня после них. Мистер Малфой на самом деле был всё ещё бледен как мел, поэтому Дельфи кивнула. Она вообще не нервничала, входя в магазин в полном одиночестве. Почтенная Мадам Малкин оказалась приземистой улыбающейся старушкой, одетой в розовато-лиловые одежды. — Едем учиться в Хогвартс? — спросила она прежде, чем Дельфи успела объяснить ей цель своего визита. — Ты пришла по адресу: у меня тут как раз ещё один клиент тоже к школе готовится. — Я не в Хогвартс, я в Дурмстранг. — коротко бросила Дельфи с непроницаемым выражением лица. — О, ну что ж, я уверена, мы подберём вам подходящую форму! Девочек в Дурмстранге встретишь нечасто, но я что-нибудь придумаю. В глубине магазина на высокой скамеечке вертелся загорелый мальчик с мягкими чертами лица, а вторая волшебница крутилась возле него и беспрестанно цокала, подгоняя по росту длинную чёрную мантию для Хогвартса. Мадам Малкин поставила Дельфи на соседнюю скамеечку. — Привет! — сказал мальчик. — Тоже в Хогвартс? — Нет, — коротко ответила Дельфи. — Моя бабушка сейчас покупает мне учебники, а потом мы пойдём смотреть волшебные палочки, — сообщил мальчик. Он говорил очень весело и воодушевлённо. — А потом потащу её смотреть гоночные мётлы. Не могу понять, почему первокурсникам нельзя их иметь. Думаю, мне удастся убедить бабушку, чтобы она мне купила такую…а потом как-нибудь тайком пронесу её в школу. Мальчик сильно напоминал Дельфи взбалмошных соседских детей. Только сейчас девочка заметила, что его волосы из пшеничных стали ярко-бирюзовыми. — А у тебя есть своя собственная метла? — продолжал тот. — Нет. — Дельфи отрицательно мотнула головой. Он начинал её раздражать. — А в квиддич играешь? — Нет, — повторила Дельфи, искренне мечтая, чтобы он замолчал. — А я играю. Бабушка ворчит, что я минуты на месте спокойно не усижу, а я с ней согласен. Ты уже знаешь, как будешь в школе учиться? И кстати в какую ты школу идёшь? И на каком будешь факультете? — Я еду в Дурмстранг, — обозначила Дельфи, с каждой минутой чувствуя себя всё дискомфортнее. — Ну, вообще-то в Хогвартсе никто не знает заранее, это уже там решат, но я знаю, что я буду в Гриффиндоре, мой отец был там, а мама и деда в Пуффендуе. Только бабушка училась на Слизерине. А представь, если меня определят на Слизерин, тогда я сразу уйду из школы. А ты бы ушла? — М-м-м, — неопределённо промычала Дельфи, жалея, что не может просто взять и уйти. — Ну и ну, ты только посмотри! Это же Малфой! Выполз из своего змеиного гнезда! — внезапно воскликнул мальчик, кивком показывая на окно. За окном расположился Люциус, наблюдая за Дельфини и кивая на две лакричные палочки, словно объясняя, почему он не может войти в магазин. — Это мистер Люциус Малфой, — с уважением пояснила Дельфи. Ей было приятно, что она хорошо знает Люциуса в отличие от этого мальчика. — А-а-а, — протянул тот. — Я о нём слышал. Он один из бывших самых верных приспешников Волдеморта. Он считай преступник, я бы на его месте и носа из дому не показывал. — Он был таким, — сухо сказала Дельфи. С каждой секундой этот мальчишка нравился ей всё меньше и меньше. — Да, точно. Я слышал, что он хитрый и лживый. В его доме был штаб Пожирателей Смерти и он покрывал их всех. Шлялся под маской с волшебной палочкой наперевес. — Лично мне он очень нравится, — холодно парировала Дельфи. — Вот как? — На лице мальчика появилась презрительная усмешка. — А он что, с тобой? Где вообще твои родители? — Они умерли, — коротко ответила девочка. Ей не хотелось разговаривать с мальчиком на эту тему. — О, прости! Мне очень жаль. Мои тоже умерли, я живу с бабушкой, — произнёс тот, хотя по его голосу нельзя было сказать, что он о чём-то сожалеет. — Но они были из наших или нет? — Они были волшебниками, если ты об этом. — Если честно, я не понимаю, почему в школу принимают не только таких как мы, но и детей из семей Пожирателей Смерти. Они ведь другие, такие же, как их отцы. Продолжают наследие Тёмного Лорда. Представь, некоторые из них продолжают продвигать его идеи и взгляды. Я думаю, что в Хогвартсе должны учиться только дети хороших волшебников. Кстати, а как тебя зовут то? Но прежде чем Дельфи успела ответить, в разговор вмешалась мадам Малкин. — Всё готово, — произнесла она. Нельзя сказать, чтобы Дельфи была огорчена тем, что у неё появился повод закончить разговор, и она изящно сошла со скамеечки. — Что ж, может ещё увидимся. Меня кстати Тедди зовут! Тедди Люпин! — прокричал ей вслед мальчик. Дельфи жевала лакричную палочку, добытую Люциусом и молчала. Палочка была вкусная, а Дельфи была воспитана и всегда молчала во время еды. Но Люциус заметил, что девочка какая-то притихшая и задумчивая. — Что-то случилось, мисс Дельфини? — Всё прекрасно, — сказала Дельфи. Они зашли в магазинчик, чтобы купить пергамент и перья. Дельфи немного повеселела, купив морозоустойчивые чернила. — Мистер Малфой, а что не так с детьми Пожирателей Смерти? Она рассказала ему про разговор в магазине Мадам Малкин. …— И ещё он сказал, что детей из семей Пожирателей Смерти вообще не следует принимать в школу. — Но вы же из хорошей семьи. Ваши родители боролись за правое дело, — горячо возразил Люциус. — Знайте, этот мальчишка, кто вы есть. Он вашего имени и не слышал ни разу, но зато неоднократно слышал имя вашей матери. Вы же видели, как я вас встречал. А ему дома втолковали, что таких как я и вы надо презирать. Вы мне поверьте, среди лучших магов такие есть, которые особенными родились. Да вот хоть вашего отца взять. О нём никто не знал, пока он не показал миру кто он такой и почему его стоит уважать и бояться. — А почему я не могу учиться в Хогвартсе? — О, мисс, это довольно сложный вопрос. Вы может не знаете, но ваши родители там учились. И оба на Слизерине. Почти вся ваша семья состоит из слизеринцев. Много лет назад Гарри Поттер убил вашего отца. С тех самых пор факультет Слизерин в немилости у всех остальных. Многие считают, что только лишь оттуда выходят самые злые волшебники и Пожиратели Смерти. Хоть я в корне не согласен с этим, но в Хогвартсе вам не место. Директриса, профессора… Да и ваше происхождение может натолкнуть их на неправильные мысли. Дурмстранг, напротив, находится в другой стране, лишних вопросов к вам не возникнет и вы сможете спокойно учиться. После этого они зашли за учебниками в магазин под названием «Флориш и Блоттс», где было столько книг, сколько не было даже в библиотеке миссис Роули, — они стояли на полках, занимая всё пространство магазина от пола до потолка. Там были гигантские фолианты в кожаных переплётах, каждый весом с огромный булыжник; там были книги, испещренные непонятными символами, книги размером с почтовую марку и книги в шёлковых обложках. А ещё книги, в которых были только лишь пустые страницы. Эти книги не оставили бы равнодушной даже Юфимию, которая вообще не особо любила читать. Люциус мягко увёл Дельфини от учебника профессора Виндиктуса Виридиана «Как наслать проклятие и защититься, если проклятие наслали на вас» («Очаруйте ваших друзей и одурманьте ваших врагов. Самые современные способы взять реванш» — гласил заголовок книги. — Выпадение волос. Ватные ноги. Немота и многое-многое другое.») — Я пыталась узнать, как наслать что-нибудь на миссис Роули, — объяснила Дельфи. — Не скажу, что идея плоха, но вы поймите, несовершеннолетним нельзя пользоваться магией вне стен школы. Хотя, иногда можно, если например вы оказались в опасности. Зависит от ситуации. — Люциус едва заметно улыбнулся, показывая, что с пониманием относится к тому, что сказала Дельфи, — ведь это именно из-за Люциуса натерпелась всякого бедняжка Фиффи. — Но вам надо ещё многому научиться. Люциус удержал Дельфини от покупки котла из чистого золота. — Вам пока поберечь свои финансы, мисс Дельфини. — тут Мистер Малфой был неумолим. Зато они купили очень красивые и точные весы для зелий, а ещё приобрели складной телескоп. Затем они посетили аптеку, в которой Дельфи была уже великое множество раз, и поэтому почти не удивлялась ужасному запаху, бочкам с какой-то мерзкой слизью, стеклянным банкам с засушенными растениями, толчёными корнями, разноцветными прошками и связкам из перьев, клыков и загнутых когтей. Пока Малфой разговаривал с аптекарем — им нужно было купить всякие ингредиенты для приготовления волшебных снадобий, — Дельфини скучающе рассматривала серебряные рога единорога стоимостью в двадцать один галлеон каждый и крошечные глаза жуков, блестящие и чёрные. (пять кнатов ковшик) Выйдя из аптеки, Люциус попросил Дельфи показать ему письмо и ещё раз внимательно его изучил. — Ещё осталось кое-что, — сказал он. Я просто обязан сделать вам подарок… Всё же все ваши дни рождения кроме самого первого прошли мимо меня. Дельфи почувствовала, что заливается краской. — Но вы совсем не обязаны… — Нет-нет. Обязан. Отчасти по моей вине вы так долго ничего не знали. Я подумывал, что вам нужно животное. Только не жабу, они никогда не были популярны. А на кошек у меня жуткая аллергия. Я бы рассматривал вариант совы или другого мелкого питомца. На всё ваша воля, мисс, хотя я даже знаю, чему вы обрадуетесь. Двадцать минут спустя они вышли из магазина под названием «Волшебный зверинец», и Дельфи зажмурилась от яркого солнца, потому что в магазине царила полная шорохов, писков, воплей и мурлыканий тьма, освещаемая лишь мерцанием чьих-то любопытных глазок, ярких, как драгоценные камни. В руке Дельфи держала маленький аквариум, в которой сидела очаровательная белая змейка. Змея спала, уложив голову на кольца своего хвоста. Дельфи распирало чувство признательности, и она никак не могла остановиться, в сотый раз благодаря Люциуса. — Ну полно вам, мисс, — с улыбкой заметил Люциус, впрочем не скрывая своего смущения — он явно был очень польщён. — Я так понял, что миссис Роули вас не особо баловала подарками. А вы уж не с ней теперь, а здесь со мной. Тут уже по-другому всё будет. Что ж, ладно, нам осталась только волшебная палочка. В «Олливандер» надо идти, лучшее место. Во всяком случае было всегда. Там вам подберут хорошую. Дельфи приосанилась: получить свою собственную волшебную палочку, вот чего ей по-настоящему хотелось. Магазин находился в маленьком, старом, но свежепокрашенном здании. Вывеска «Семейство Олливандер — производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры» была покрашена и ярко выделялась на фоне остальных. В витрине на шёлковой фиолетовой подушке лежала изящно выполненная волшебная палочка. Когда они вошли внутрь, где-то в глубине магазина зазвенел колокольчик. Несмотря на внешний свежий вид, внутри помещение было крошечным и практически пустым, если не считать одного длинного тонконогого стула, на который Люциус опустился, в ожидании хозяина. Дельфи чувствовала себя уверенно, как никогда — она словно попала в библиотеку, в которой были строжайшие правила. У неё не возникало никаких вопросов, она рассматривала тысячи узеньких коробочек, выстроившихся вдоль стен от пола до потолка. Здешние пыль и тишина были полны волшебных секретов и, казалось, издавали почти неслышный звон. — Добрый день, — послышался тихий голос. Дельфи повернула голову в сторону звука. Люциус Малфой же никак не отреагировал и только крепче сжал в руке стопку купленных вещей. Перед ними стоял согбенный старичок. Дельфи показалось, что если до него дотронуться, он рассыпется в пыль. . От его больших, почти бесцветных глаз исходило странное, прямо-таки лунное свечение, прорезавшее магазинный мрак. — Здравствуйте, — подала голос Дельфи. — О, да. — Старичок покивал головой. — Да-да. Как же ваше имя, миледи? Вы кажетесь мне такой знакомой, будто бы много лет назад девочка с таким же лицом покупала у меня свою первую волшебную палочку… Правда у неё были такие пышные чёрные кудрявые волосы. И глаза другие. Но клянусь, черты лица ваши так похожи. — Это Дельфини Роули. — поспешил ответить мистер Малфой. — Племянница миссис Юфимии Роули. Она рано осиротела и я её сопровождаю. — Вот как… Мистер Малфой, если я не ошибаюсь? Восемнадцать дюймов, вяз, сердечная жила дракона. Но, её, как я полагаю постигла печальная судьба. Я уже говорил, что вы, мисс, очень похожи на ту девочку. Кажется, только вчера она была здесь и покупала свою первую палочку. Грецкий орех, двенадцать и три четверти дюйма, сердечная жила дракона… Жёсткая и очень мощная. Оказалась в дурных руках и натворила много ужасного… А вот когда-то очень давно в этот магазин зашёл мальчик с такими же глазами цвета зимнего неба. Он уже предпочёл палочку из тиса, тринадцать с половиной дюймов и пером феникса. Пожалуй эти палочки попали в самые жестокие руки и сослужили своим хозяевам их службу, но какой жуткой ценой, мда… Я сказал, что её предпочёл тот мальчик, но на самом деле выбирает не волшебник палочку, а палочка волшебника — обратил свой взгляд на Дельфи мистер Олливандер. Он стоял так близко, что они почти соприкасались. Мистер Олливандер изучал её лицо и Люциус многозначительно кашлянул. Мистер Олливандер не был дураком и оторвался от девочки. — Ох, да. Дайте-ка подумать. — он вытащил из кармана длинную линейку с серебряными делениями. — Какой рукой вы держите палочку? — Я левша.*** — Вытяните руку, вот так. Старичок начал измерять левую руку Дельфи. Сначала расстояние от плеча до пальцев, затем от плеча до пола, от колена до подмышки, и ещё зачем-то измерил окружность головы. — Внутри каждой палочки находитя мощная магическая субстанция, мисс Роули, — пояснял старичок, проводя свои измерения. — Это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или сердечная жила дракона. Каждая палочка фирмы «Олливандер» индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И конечно, вы никогда не достигнете хороших результатов, если будете пользоваться чужой палочкой. Дельфи перевела взгляд на линейку, которая уже сама её измеряла, пока мистер Олливандер отошёл к полкам и снимал коробочки одну за другой. — Довольно, — сказал он, и линейка упала на пол. — Что ж, мисс Роули, для начала попробуем эту. Берёза и перо феникса. Девять с половиной дюймов. Очень пластичная. Возьмите её и взмахните. Дельфини взяла палочку в левую руку и, чувствуя себя немного непривычно, немного помахала ей, но мистер Олливандер практически тут же вырвал её из руки девочки. — Эта не подходит, возьмём следующую. Сосна и волос единорога. Семь дюймов. Очень мягкая. Пробуйте. Дельфи пробовала — хотя она едва успела поднять палочку, как она оказалась в руках мистера Олливандера. — Нет, нет, берите эту — эвкалипт и перо феникса, восемь с половиной дюймов, очень жёсткая. Давайте, давайте, попробуйте её. Дельфи пробовала. И снова пробовала. И ещё раз пробовала. Она подозревала, что мистер Олливандер в затруднении. Гора опробованных палочек, складываемых мистером Олливандером на ближайшую полку, становилась всё выше и выше. Но мистера Олливандера это почему-то вовсе не утомляло, а, наоборот, ужасно радовало. Чем больше коробочек он снимал с полок, тем счастливее выглядел. — А вы необычная клиентка, мисс Роули, не так-ли? Ваша тётушка нашла свою палочку с третьей попытки. Не волнуйтесь, где-то здесь у меня лежит то, что вам нужно…а кстати…действительно, почему бы и нет? Конечно, сочетание очень необычное — акация и волос фестрала, одиннадцать с половиной дюймов, очень изящная и мощная палочка. Дельфи взяла палочку, которую протягивал ей мистер Олливандер. И внезапно пальцы её пронзила самая что ни на есть сильнейшая и приятная энергия. Она подняла палочку — на редкость прямую и аккуратную -, со свистом опустила её вниз, разрезая пыльный воздух, и из палочки вырвались белые и голубые искры, яркие, как фейерверк, и их отсветы заплясали на стенах. — О, браво! Да, это действительно то, что надо, это просто восхитительно. Так, так, так…очень любопытно…чрезвычайно любопытно… Мистер Олливандер уложил палочку обратно в коробку и начал упаковывать её в коричневую бумагу, продолжая бормотать: — Любопытно…очень любопытно… — Извините, — вмешалась Дельфи, — что именно кажется вам любопытным? Мистер Олливандер уставился на Дельфи своими выцветшими глазами. — Видите ли, мисс Роули, я помню каждую палочку, которую продал. Все до единой. Внутри вашей палочки — волос фестрала, я вам уже сказал. Так вот, обычно фестралы почти не жертвуют волосы для волшебных палочек. Последняя палочка с волосом фестрала, которую я видео воочию, это Бузинная палочка. Самая могущественная палочка на всём белом свете. Её путь был кровавый, ужасный. Много волшебников полегло, стремясь заполучить её во владение. Поэтому, мне представляется, что вторая подобная палочка с волосом фестрала выбрала вас. Последним обладателем Бузинной палочки был В-Волдеморт… — голос мистера Олливандера дрогнул, что неудивительно, ведь он долгое время находился в плену у Тёмного Лорда. — Он сотворил много великих дел — да, ужасных, но всё же великих. Вы станете очень могущественной волшебницей, мисс Роули. Палочка выбрала вас, так как сама под стать вам. Дельфи смерила его взглядом и бросила косяк на Люциуса, который с самым что ни на есть серьёзным видом наблюдал за ними. Девочка не была уверена, что мистер Олливандер сказал правду. Она заплатила за палочку семь золотых галлеонов, и мистер Олливандер с поклонами проводил их с Малфоем до двери. Старый мастер отошёл вглубь магазина, размышляя о том, где же всё-таки он видел такое огромное количество знакомых ему черт. Потом в его голове что-то щёлкнуло, он со всей своей стариковской прытью метнулся к окну и успел увидеть мелькнувшие в толпе народа белые волосы. Старик ещё долго вглядывался в даль и очень скоро понял, где он видел эту внешность и этот взгляд. — У неё его глаза, — с грустью прошептал Олливандер в пустоту магазина. Ответом ему была тишина и осознание того, что эта нелюдимая девочка пойдёт по своей дороге, а на её голове уже медленно, но верно появляется корона.

***

Была уже вторая половина дня, и солнце опускалось всё ниже, когда они с Люциусом прошли обратно сквозь Косой переулок, потом сквозь стену и вышли на лондонскую улицу, но Дельфи шла молча и словно не замечала этого. Она даже не обратила внимания на то, как косятся на её волосы прохожие, когда они завернули на соседнюю с Норт-стрит улицу. А Дельфи, всё ещё мысленно пребывающая в Косом переулке, осознала, где они находятся, лишь когда Люциус мягко коснулся её плеча. — Надо бы немного посидеть. Как раз успеем до заката, — произнёс мужчина. Они присели на небольшую лавочку. Дельфи, очнувшись от своих мыслей, озиралась по сторонам. Мир, к которому она привыкла, в котором прожила одиннадцать лет, теперь казался ей совершенно другим. Полным ненависти и презрения по отношению к тем, кто родился в «неправильных» семьях. — С вами всё нормально, мисс Дельфини? — спросил Люциус. — Что-то вы притихли. Дельфи не была уверена, что сможет объяснить своё состояние, и рассматривала своего нового питомца, пытаясь подобрать нужные слова. Да, сегодня у неё был лучший день из всех, что были когда-то, но всё же, всё же, всё же… — Все думают, что со мной что-то не так, — наконец произнесла она. — Тот мальчик из магазина «Мадам Малкин», мистер Олливандер, магглы… Но я же ничего не знала о своей семье. Как они могут ожидать от меня чего-то такого? Да, обо мне никто не знает, но я даже не могу вспомнить, как произошло то, из-за чего я стала такой. Я ведь совсем не знаю, что случилось, когда Гарри Поттер… В общем я не знаю, что случилось в тот день, когда погибли мои родители. Люциус придвинулся ближе. Трудно было поверить, что этот суровый аристократ, повидавший войну может быть таким сострадательным. — Да вы не волнуйтесь, мисс, — посоветовал он. — Вы очень быстро всему научитесь. Вы как и все начнёте с самого начала, так что вы будете в полном порядке. Просто будьте собой. Я понимаю, я выделил вас среди остальных, вы пока никому не известная сирота. Таким как вы и ваш отец всегда непросто. Но поверьте мне, вам понравится в Дурмстранге. Я когда-то хотел определить туда своего сына. Когда солнце оказалось вровень с горизонтом, Люциус поднялся и оба вышли на ещё пока не освещённую фонарями Норт-стрит. Люциус проводил Дельфини до самого дома, где её дожидалась до ужаса мрачная миссис Роули и старенькая Фиффи, после чего протянул на прощанье конверт. — В нём ваш портал до пристани, откуда отходит корабль на Дурмстранг, — пояснил он. — Первое сентября, пристань «Тёмный смог» — всё написано в билете. Если у вас возникнут проблемы с миссис Роули, вы посылайте письмо с её птицей, он знает, где меня отыскать… Мы обязательно увидимся вновь, Дельфини. Дельфи вошла в дом, закрыла за собой дверь и прильнула носом к стеклу, дабы дождаться пока Люциус Малфой совсем не исчезнет из виду. Но стоило ей моргнуть, и волшебник растворился в сумеречном воздухе.