Феникс

«Нет, не удержать тех, кто рожден с духом воина.

Мир мы без помех перевернём, дай только волю нам!»*

«Ужас… Как же болит голова…Кажется даже после сборища 31 мая она так не раскалывалась, хотя насколько помню меня тогда час рвало в лесу, а потом я уснула в каком-то овраге в чужой куртке»

      Над городом с узкими улочками поднималось солнце, торговцы только готовились открыть свои лавки, и над Кеменом, ближайшим к Тросту городом, царило спокойствие и умиротворение. Чего не скажешь о казармах южного отделения кадетского корпуса. В воздухе повисла мертвая тишина и ощущение ожидания скорой взбучки от инструкторов старшего состава. Посреди разгромленной комнаты, заполненной спящими, различной трезвости, подростками, заворочалась девушка. Ей было жарко и тесно. По какой именно причине, её усталый мозг ещё конечно не понимал, но тело автоматически пыталось избавиться от, оказавшихся неожиданно тяжёлыми, пут. Приоткрыв один глаз, она флегматично уставилась куда-то наверх. Вместо белого привычного потолка, взгляд уткнулся в деревянные перекрытия и наполовину поломанную балку. О том, почему и каким образом была сломана балка, решила подумать в другой раз, так как сейчас её мозг был в состоянии складывать лишь короткие предложения на характерном матерном наречии. С левой стороны раздался приглушенный низкий стон. Боковым зрением выхватила рельефное плечо и блондинистые спутанные волосы.

«Вот же разлёгся. А чего вторую ногу на меня не закинул? Хотя, учитывая, насколько крепко ко второй ноге прилепился этот чернявый… А что вообще происходит-то?»

Мысли жужжали в голове отъевшимися ленивыми мухами. Ситуация катастрофическая. Но паники почему-то не было. Присвистнув тому, что её сосед по жёсткому матрасу хотя бы симпатичный, и таки сев с четвертой попытки, девушка осмотрела комнату, в уме прикидывая масштаб трагедии. Первым что попалось ей на глаза, был огромный фиолетовый синячище на пол её родной ноги, от колена до бедра. Она ненадолго зависла, смотря перед собой, но помутнение длилось не дольше минуты, так как помеха слева начала шевелиться. Второй пришла мысль, что надо искать свою одежду. Постепенно головная боль отступала, и дошло до рыжей, что пора бы начинать бояться.

«И того что мы имеем: какая-то зараза понаставила мне засосов на всю грудь и выше, я, какого-то черта голая и в синяках, надеюсь никого не изнасиловавшая, и куча спящих людей в комнате по которой явно прошёлся Будённый с первой конармией»

Страх придал сил, поэтому она смогла вскочить, и достаточно быстро найти черные штаны и кофту с длинными рукавами и, таким не подходящим под ситуацию, треугольным декольте. Руки тряслись, и в рукав она смогла попасть лишь с третьего раза, в итоге запуталась, и весьма звучно грохнулась на пятую точку. Кто-то зашевелился в углу. Наконец выпуталась из кофты. Слегка вздрогнула, когда услышала характерный, для некоторых спящих, скрип зубов, со стороны миловидной веснушчатой девчонки, почему-то наполовину лежащей на полу. Её ноги были закинуты на единственную уцелевшую кровать, а на животе вольготно расположилась вихрастая каштановая голова сотоварища. Лицо девчушки казалось знакомым, но имя в голове все никак не всплывало. Решила получше осмотреться. Почти все люди в помещении, из тех на ком была одежда, имели одну общую черту. Земляного цвета короткие куртки с нашивками, с изображением двух скрещенных мечей. После беглого взгляда в окно девушке поплохело. Потому что она отчетливо помнила белые сугробы и сухие голые деревья. И никак не была готова увидеть за окном типичный осенний солнечный пейзаж.

***

      Эрвин чувствовал себя хреново как никогда до этого. Все тело затекло, голова трещала по швам, неимоверно хотелось пить, на правой ноге ощущалась странная тяжесть. Рядом зашевелилось что-то мягкое и теплое, постепенно начал ощущать онемевшую руку на которой, это мягкое и теплое, лежало. Попытался вспомнить что вообще произошло. Три года учебы в училище подходили к концу и завтра, а может уже и сегодня у кадетов должно было быть распределение по частям. Будущие солдаты решили отметить последние спокойные деньки бурной попойкой. Разлепил глаза. Теплым и мягким оказалась короткостриженая рыжеволосая девчонка с внушительным размером груди. Откуда она взялась, он помнил смутно, но судя по её виду кому-то из парней таки сегодня перепало, хотя подобные вещи Эрвин не одобрял. Тем удивительнее было то, что проснулся он с ней в обнимку. Как это получилось он тоже не помнил. Девчонка озиралась по сторонам, и её удивленное лицо, даже на секунду, показалось ему умилительным. Аккуратно сдвинула его ногу с себя, видимо не заметив, что он проснулся. Резво подскочила и начала натягивать на себя одежду. Запуталась. Эрвин с трудом подавил смешок, она была суетливой и забавной, но точно не была одной из кадетов, об этом явственно намекали полные покатые бедра, мягкий живот и полное отсутствие мышц. Хотя даже несмотря на это её силуэт напоминал песочные часы, за счет органично широких плеч. Он запомнил, если бы в отряде был кто-то со столь яркими волосами, да и парни бы не пропустили мимо себя фигуристую девушку. Значит её явно подобрали где-то в городе. Еще некоторое время наблюдал за ней из-под полуопущенных ресниц. На её спине заметил два глубоких вертикальных шрама в районе лопаток и какой-то черный рисунок на шее. Она затравленно смотрела на окно. Верно, была удивлена местом, где проснулась. И пусть её одежда и выглядела несколько откровенно, шалаву она не напоминала. Наверное, её родители сегодня явно устроят скандал. Неожиданно он задумался о том, какая муштра ожидает их самих после вчерашнего и попытался отыскать взглядом часы, пусть и предполагал что, скорее всего, все безбожно проспали подъем, утренние упражнения и завтрак. Но оставалась надежда, что еще есть время до обеда и инструкторы, хотя бы сегодня, будут снисходительны к теперь уже бывшим кадетам. К тому же их до сих пор не разбудили громкими матами, следовательно шансы на мирное разрешение ситуации увеличивались. В это время девушка ловко подхватила ближайшую к ней початую бутылку явно чего-то крепкого и залихватски присосалась к горлышку. После, стараясь максимально тихо ступать босыми ногам между бездвижными телами, покралась к выходу, прижимая бутыль к груди. ─ И куда ты собралась? Девушка испуганно вздрогнула. Эрвин прочистил горло, пытаясь избавиться от утренней хрипотцы, и понял, что чувство жажды никуда не делось, поэтому надо бы найти какую-нибудь воду. ─ Домой собралась. Голос у девушки был низкий, и говорить в отличие от него она пыталась шепотом. ─ Не подскажешь, в какой стороне здесь выход? ─ Когда выйдешь из здания свернешь налево, там широкая протоптанная тропа выйдешь к пропускному пункту. Тебя кстати как зовут-то? На секунду показалось, что девушка вспоминает, как её зовут. Эрвин глухо хохотнул. ─ Теймри. А ты… ─ Эрвин. Имя показалось ему странным. Как минимум раньше он его никогда не слышал. Рыжевласка медленно моргнула. ─ Может тебя проводить до дома? ─ Думаю, это будет весьма затруднительно… А где находится этот корпус? Эрвин приподнял бровь. ─ Ну, в смысле, какие города ближайшие к этому корпусу? ─ Трост и Кемен. От чего-то она нервно хихикнула. После следующей её фразы стало ясно почему. ─ Я просто так-то из Шиганшины… Ой-йо добираться теперь ещё как-то. Ни документов, ни денег. У меня с собой, кстати, никакой сумки не было? Эрвин, с раскрытыми от удивления глазами, молча указал в угол, где лежал потертый, с многочисленными карманами, темный рюкзак. Попытался встать. Заметил, мертвой хваткой вцепившегося в его ногу Найла, и предпринял попытку освободить конечность. Со стороны окна послышались болезненные стенания. Пьянчуги постепенно приходили в себя. Девчонка быстро подскочила к рюкзаку, не разжимая рук вокруг пузатой бутылки из темного стекла, накинула его себе на плечо и молнией вылетела за дверь. Правда через несколько секунд вернулась, и чуть заглянув внутрь и хитро прищурив глаза, спросила блондина: ─ Куда ты собираешься идти после кадетки? Эрвин приподнял бровь. ─ Разведкорпус. ─ Ну, значит, ещё свидимся, пока! ─ и, задорно махнув на прощание рукой, скрылась в коридоре.

«Вот же странная...»