Портвейн

Через неделю из экспедиции вернулся отец. Мой отчим, стал мне самым родным человеком, после исчезновения папы. Он меня растил, всегда был рядом, учил всему, что сам знал и поддерживал. Дмитрий человек целиком и полностью преданный своей работе. Он историк до глубины души. Его страсть — это экспедиции. Он редко бывает дома, но зато когда Дмитрий тут, в семье царит веселье и уют. Мужчина привозит с собой из поездок не только интереснейшие истории, но разные подарки. У нас вся квартира заставлена артефактами и различными мелочами по типу камней с озера Байкал. Но все эти маленькие штучки дорогая сердцу память. Вот и сейчас, отец вернулся из гор Тибета, там они установили лагерь для ученых и теперь набирали ребят студентов для работы на научной станции. — А уж как нас там встречали, ой, — отец задохнулся от восторга. — Ты не представляешь, Дашенька, — он всегда только так, ласково обращался к маме. Во взгляде его плясали задорные огоньки, а сам он, казалось, светился изнутри. — Да ты присядь, присядь, — успокаивала неугомонного мама и улыбалась. — А, да, да, конечно, — Дмитрий сел обратно на стул, но, не посидев пяти секунд, снова вскочил на ноги и принялся бодро рассказывать. В нашей квартире собирались его коллеги и студенты, только близкий круг, которых мы могли назвать друзьями. Родители Олеси тоже были здесь, они-то и свели овдовевшую мать с молодым светилой науки. Все с интересом слушали истории отца. Он увлекал свою аудиторию манерой подачи, жестами, мимикой и собственным завораживающим голосом. Этим голосом он рассказывал мне когда-то давно сказки на ночь, из-за чего мама постоянно ругалась, так как они действовали не по назначению.

***

Мама не терпела, когда курили в квартире, поэтому Дмитрию приходилось бегать на улицу. А курить ему ой как хотелось, но жену он нежно любил и уважал, поэтому выполнял все ее капризы. Я побежала за отцом, чтобы хоть немного побыть с ним наедине. Однако, когда нас разделяла лишь подъездная дверь, я замерла. Мужчина с кем-то разговаривал. В дверную щель мне было видно немного, только спину отца и край темной машины. Сердце ухнуло и замерло. Неприятный холодок пробежал по позвоночнику, сковал все тело. Я не знала чего ждать, но точно ничего хорошего. — Добрый день, Дмитрий Эдуардович, узнал, что вы вернулись, не мог проехать мимо, — низкий мужской голос звучал не враждебно, а скорее даже по-дружески. Если бы по голосу можно было определить выражение лица, то я бы сказала, что этот человек улыбался. Вот мужчина сел на лавочку, его собеседник присоединился и тоже закурил. — Влад, а ведь вы были самым перспективным студентом у меня группе, я возлагал на вас большие надежды, — отец улыбался, но глаза его оставались серьезными. Он выпустил облачко дыма из своей любимой трубки, привезенной из Англии. Наконец, мне удалось рассмотреть второго человека. Теперь я поняла, откуда шел невыносимый, леденящий душу ужас. Именно этот человек догнал меня тогда и отдал скрипку, именно этот человек разогнал шумных подростков, именно его я тогда, кажется, задела своими резкими высказываниями. Неужели он узнал, кто я, и решил мстить через семью. Мне рассказывали, на что способны такие люди. За любую мелочь они готовы рвать глотки детям, женщинам, старикам и инвалидам. Они не остановятся ни перед чем, в погоне за своей целью. Я сжала руки в кулаки, готовая броситься на него из своего укрытия в любой момент. Ярость клокотала, а к горлу подступала противная желчь. Но что может сделать желторотый цыпленок против свирепой собаки. Мужчины не спешили драться или вцепляться друг другу в глотки. Их разговор был больше похож на светскую беседу, ну или даже на встречу старых приятелей. — Я смотрю, вы не упустили свой шанс, но, думается мне, что и направили вы свои выдающиеся мозги не на правое дело, — заключил Дмитрий, и очередное облачко вспорхнуло, вверх растворяясь в воздухе. — Так получилось, и оправдываться я не стану, даже перед вами, — второй мужчина затушил свою сигарету и сидел, вытянув ноги, подставляя лицо приветливым лучам весеннего солнышка. — Как же это так получается, Владик, что такие способные ребята как вы ищут утешения в грязи? Неужели вам самому это нравится, помните, каким вы ко мне пришли? Весь из себя такой важный, а стали? Вы ведь людей стали вокруг себя замечать, — отец мог разводить демагогию часами. Сейчас я чувствовала, что он глубоко сожалеет о судьбе мужчины. — Я и стараюсь для людей, только для своих, Дмитрий Эдуардович, понимаете? Благодаря вам, я, можно сказать, семью-то и нашел, — мужчина выдохнул и оперся руками о колени. — Хорошо, давайте оставим прошлое в прошлом, не людям моей профессии такое говорить, конечно, но, тем не менее, зачем ковырять коровью лепешку. Вы лучше повеселите сентиментального старика, не нашли себе еще невесту? Да уже и дети-то, поди, есть? — мой отец хитро улыбнулся, и морщинки расползлись от уголков его глаз. — Что вы, какие дети, — усмехнулся мужчина. — Все как-то некогда, да и не до этого, если честно, — вдруг посерьезнел Влад. — Старого лиса не проведешь, вижу, есть зазноба у тебя в сердце, — Дмитрий легонько пихнул бывшего студента в бок. Тот лишь рассмеялся и погрозил пальцем. — Да, есть тут одна, только она об этом еще не знает, пускай живет себе беззаботно, со мной хлебнет, — мужчина даже как-то погрустнел и невесело хмыкнул. — Кто не рискует, дорогой мой, тот не пьёт шампанское ведрами, главное, чтобы этот риск был оправдан, — отец встал, пожал руку своему знакомцу, кивнул в знак уважения, и направился к подъезду. Когда до двери оставалось шага два, он обернулся и добавил: — Не отчаивайтесь, все у вас ещё впереди, дорогу молодости, — мужчина поднял на профессора голову и улыбнулся как мальчишка. — Как я мог забыть о хороших манерах, — ученый хлопнул себя по лбу. — Не хотите подняться? — Думаю, не стоит, — мужчина сел в машину, а что было дальше, я уже не успела рассмотреть. Дмитрий взялся за ручку двери. Я отпрянула и мигом взлетела на пролет выше. Отчим, однако же, решил подняться пешком, а не ждать лифт. Перегнать его я не смогла бы, и терпеливо подождала, переводя дыхание. — Подслушивала, плутовка? — он хитро улыбнулся и ущипнул меня за бок. Я расхохоталась. — Интересный молодой человек, не так ли? — он взял меня за руку как в детстве. — Ну, не так чтобы очень, — добавила я, немного слукавив. Однако моего старика так просто не проведешь. — Даже так, — он сделал вид, будто удивился, но глаза его выдавали. — Как жаль, что талант растрачивается попусту, — вздохнул мужчина. — А ведь толковый парень. — Был, — зачем-то добавила я. — Только вот он больше не парень, а взрослый мужчина, он изменился, понимаешь? — я взглянула в лицо отцу, он был опечален. От былой веселости не осталось и следа. — Все они для меня дети, и ты, морковка, — он крепче сжал мою ладонь. После чаепития с фирменным маминым вишневым пирогом гости стали расходиться по домам, благодаря добрых хозяев за радушный прием. Мама с Дмитрием прибрались, вымыли посуду и удалились к себе. Моей помощи они не приняли, сказав, что хотят побыть наедине. Я сидела в своей комнате и невольно любовалась красотой ночного города, а из приоткрытого окна дул легкий свежий ветерок. Было так спокойно на душе. Однако это спокойствие нарушалось непонятными звуками со двора. Сознание просто вопило «Не смотри в окно. Позови взрослых!» Родители уже, наверное, спали, я не слышала их. Любопытство пересилило, и я выглянула из-за занавески. Благо, я сидела без света, с горячей кружкой какао, добытого мамой где-то на рынке, как говорила она, с боем. Моему взору открылась нелицеприятная картина. Двое подростков тащили за собой непонятный мешок. Он был весь липкий и темный, за ним тянулся длинный след. Приглядевшись, я поняла, что мешком этим был местный пес Борька. Мы всем двором его подкармливали и нежно любили приветливое животное. Мне стоило немалых усилий, чтобы не завопить во весь голос, пришлось зажать рот рукой. Я искренне не понимала, чем добрый пес мог не угодить этим двоим. Жажда власти, хотелось на ком-нибудь сорвать свою обиду, а тут простодушное животное, не привыкшее к жестокости, само шло в руки своим мучителям. Отпрянув от окна, я судорожно стала соображать, что же мне делать. Во мне говорил живой ужас, гнев и обида. Я любила старого пса. Мама не разрешала заводить домашнее животное из-за моей аллергии на шерсть, но с дворовым псом я могла тайком поиграть. Слезы катились из глаз, меня трясло так, что зуб на зуб не попадал. Нужно было что-то сделать, причем быстро. В душе теплилась надежда на то, что пса еще можно спасти. Может он, просто потерял сознание от боли, и я помогу ему. Будить родителей? Не вариант, они просто наплюют на пса. Позвонить в милицию? Да они пошлют меня в пешее эротическое путешествие, мол, по таким пустякам только людей зря гонять, а псина вонючая все равно рано или поздно сама загнется где-нибудь на помойке. Глупая, наивная, плаксивая дура. Куда с голой жопой на танк? Вот, если бы у меня было преимущество. На стене, как нельзя кстати, висела массивная рама со старинным револьвером. Убить не убьет, но напугать вполне может. Мне стоило усилий вытащить его оттуда. Время поджимало. Я накинула спортивные штаны поверх пижамы и куртку. Выскочила из подъезда прямо в домашних тапках. Выглядела я как стандартная городская сумасшедшая. Парни воровато оглядывались по сторонам, тут их взгляд уткнулся в меня. Они застыли в ожидании неизвестности, оценивая ситуацию. Видимо, сообразив, что перед ними девчонка, они, было, направились ко мне, но я вскинула руку с оружием и направила на них. Парни остолбенели. — Ты че, мы же это, — передернув плечами, один из них поднял руки и направился ко мне, выйдя из ступора. Нож бабочка в его руке блеснул так быстро, что я не успела среагировать. Он бросился на меня, когда прогремел выстрел, и нападавший мешком свалился на землю. Второй, поняв, что я не шутила, предпринял попытку бегства, но к нам из-за угла вышла еще одна фигура. Парнишка заметался, что сыграло с ним злую шутку, и он вскоре тоже осел на пол. Я стояла в шоке, глаза мои расширились от удивления, а сознание старалось переварить произошедшее. Еще несколько минут мне понадобилось, чтобы убедить себя в том, что моей вины здесь нет. Я была на сто процентов уверена, что не стреляла. Да и, если так подумать, чем? Спусковой механизм был запаян намертво, при всем своем желании, я бы не смогла выстрелить, только если швырнуть его в лоб. Что я собственно и сделала по отношению к третьему человеку. Он пугал меня даже больше двух предыдущих, так как я не знала, что именно он со мной сделает. Предмет пришелся мужчине прямо в лоб. Он явно не был готов к такому, поэтому не уклонился, а мне просто повезло. Незнакомец потер ушибленное место, наклонился, поднимая предмет, и повертев его в руках, принялся рассматривать. В свете фонаря я, наконец, разглядела его. Это был уже знакомый мне человек. Из их разговора с отцом я поняла, что его звали Владом или как-то так. И что же он постоянно возле нашего дома-то крутится? Это не давало мне покоя. — Ты в край двинулась?! Куда ты полезла, дура! — кричал на меня мужчина, брызжа слюной от гнева. В его глазах застыл ужас. — Если бы меня рядом не оказалось? Ты хоть представляешь, что бы с тобой было? А это-то ты, где взяла? — он перевел взгляд на старинный револьвер, который теперь держал в руках. — Это муляж, — шмыгнув носом и утирая кровь, сказала я. — Ранена? Эта мразь тебя все-таки задела? — Влад взволнованно осматривал меня. — Нет, просто давление, наверное, упало, вот кровь из носа и пошла, — не понимая, ответила я. Мужчина тяжело вздохнул и прикрыл лицо ладонью. Было похоже, что в своей голове он перебирал все матерные слова, которые знал, и даже придумывал новые специально для меня. Влад прекрасно понимал, что как истинный мужчина он не должен ругаться при женщине, хотя был такой соблазн. — Здесь тебя убить, чтобы больше никуда не лезла? — взгляд его потеплел, а по интонации можно было понять, что мужчина шутит. Какие уж тут шутки. Я вдруг вспомнила, о парнях, валявшихся на земле. — А вы, вы их убили? — заикаясь, проговорила я, пытаясь проглотить ком в горле. — Нет, — мужчина ласково сжал мое лицо руками, заглядывая в мои глаза. — Кого? Их? — он кивнул в сторону тел. — Да они просто в отключке, к утру очнутся в КПЗ, живее всех живых, — отмахнулся Влад и, чтобы перевести тему, вложил мне в руки револьвер. — Это, кстати, мой подарок профессору, тут даже гравировка моя осталась, ручная работа, выполненная на заказ. Откуда он у тебя? Если только, — молодой человек, посмотрел на наши окна, которые зияли темными дырами. — Тогда все понятно, — он улыбнулся. Искренне, и как-то сразу спокойно стало рядом с ним. Хотелось довериться ему. — А что с Борькой? — вдруг вспомнила я и взметалась в поисках пса. — С кем? — недоуменно покосился на меня мужчина. Влад снова вздохнул и схватил меня за шкирку. — Да успокойся же ты, наконец! — он даже тряхнул меня, чтобы привести в себя. — Они пса мучили, — пояснила я, недовольно высвобождаясь от железной хватки, правда безуспешно. — Да все с ним в порядке, — заверил меня мой спаситель. — Спать шуруй, а лучше, знаешь, чтобы наверняка никуда не сбежала, провожу-ка я тебя, мадам, — лицо Влада выглядело уставшим. — Пока еще, куда не вляпалась, тоже мне решала, — хмыкнул молодой человек. Еще пару раз я предприняла попытки вырваться, но мужчина мертвой хваткой держал меня за локоть. — Влад, — представился мужчина. — Моего папу звали Влад, — как бы невзначай обронила я. — А разве профессор не твой папа? — Нет, — мужчина понимающе кивнул. — А где сейчас твой папа? — спросил мой конвоир, мы вызвали лифт и ждали его. — Не знаю, — честно призналась я. Не хотелось изливать душу хоть и приятному, но малознакомому человеку. — Сама-то не хочешь представиться? — мужчина выжидающе смотрел на меня сверху вниз, так и не разжимая железных пальцев. — Ксения, — небрежно бросила я, стараясь, лишний раз не встречаться с ним взглядом. Мой новый знакомый без стеснения разглядывал меня. — Вы не хотите меня отпустить уже? — сказала я, когда мы были в кабине лифта. — Вы? — изумился мужчина. — Ты с дедушкой своим на «вы» будешь разговаривать, — хмыкнул Влад. — Мы же знакомы уже, так? Давай на «ты», не настолько уж я тебя и старше, — мужчина подмигнул мне. — А сколько вам? Тебе… — не столько из любопытства, сколько для поддержания беседы, спросила я. — Тридцать один, — без выражения выпалил мужчина. Я, кажется, охнула. Да ему с натяжкой двадцать восемь дашь, но чтобы тридцать один! Мужчина заметил мое смятение и продолжил. — Совсем большой мальчик для тебя? — он подмигнул, а я перевела смущенный взгляд на него. «Ничего себе мальчик» подумала я. — Н-нет, — почему-то промямлила я, хотя никогда до этого заиканием не страдала. — Ну, а сколько же тебе? — он смотрел на меня с вызовом, было что-то хищное в его взгляде. Словно он был тем самым вампиром из книжек ужасов, невероятно красивым и обольстительным, соблазняющем наивных дурочек, типа меня. — Семнадцать, — я смутилась еще сильнее, рядом с таким мужчиной хотелось не то, что выглядеть старше, а быть. Мужчина сдержанно хохотнул в кулак, но ничего не сказал. Лифт остановился на нужном этаже и на всю площадку раздался звук открывающихся дверей. Мужчина как ни странно молчал. На его лице отразились тяжелые раздумья. Будто он что-то хотел, но никак не мог решиться. Уже у самой двери молодой человек впился в меня жадным поцелуем. Его губы были такими тёплыми, манящими и желанными. Он прикусил мою нижнюю губу, отчего низ живота скрутило в тугой узел, сладкая тяжесть словно разлилась по телу. Ноги подкосились, но мужчина предусмотрел это и вжал меня в стену. Он поднял меня на руки, втиснувшись между моих бёдер. Через ткань штанов я чувствовала его напряжение. Это моментально меня отрезвило, кажется, и его тоже. Как током пораженные мы отскочили друг от друга, стараясь перевести дыхание. Он все также со своим взглядом хищника всматривался в темноту лестничной клетки, рассматривая мои очертания. Мне чертовски хотелось продолжения. Однако разум сковывал меня в действиях, так что, пришлось прислушаться и отойти от Влада на пару шагов назад. Мы жадно хватали воздух, стараясь, впитать каждую частичку друг друга. Я разочарованно посмотрела на него. Он это заметил и горько усмехнулся. Потом молча развернулся и почему-то решил спуститься по лестнице, а не на лифте.