Роза ветров

— Выполняй!

      Октябрь. Понедельник. 1:24. Страна *утеряно* — Город Кипарисов — Общежитие квартирного типа при университете фундаментальной медицины (УФМ имени Д. К.) — Комната 76       Айвису не спалось: он сидел на подоконнике, мерно ковыряясь в блокноте и стараясь рисовать. Однако вдохновение не шло, а рисунок не получался. Альфа был несколько на нервах, если же вовсе не на грани психоза. Операция Наиши пусть и прошла хорошо, но никто не знал насколько результативно. Айвис, который столько делал, чтобы оплатить операцию, столько терпел и столько жертвовал, умопомрачительно надеялся на успех, что мальчик наконец-то поправится: заговорит, встанет на ноги. Это было бы настоящим чудом, которого он заслуживает.       Волновал альфу и Миэль. Айвис минут десять назад спустился к нему на этаж, постучал несколько раз в дверь, но никто не открыл. Ни с чем Айвис вернулся к себе в комнату, постарался заснуть, но ничего не вышло. Всё более растрёпанные и нервирующие мысли лезли в голову. Альфа чуть не скатился с подоконника, когда в дверь постучали. Только один человек мог прийти в два часа ночи.       На пороге оказался Миэль. Его трясло, трясло очень сильно, словно бы колотил лютый озноб. Он упал в руки альфы, прижимаясь к нему и сжимая футболку на его спине. Айвис ногой захлопнул дверь, обнимая парня в ответ, кладя тёплую ладонь на его волосы и аккуратно поглаживая. — Тихо, тихо, я с тобой, — прошептал альфа, стараясь успокоить Миэля. — Айвис, пожалуйста... — Да? Что ты хочешь? — Возьми меня. — Парень ещё сильнее сжал футболку меж пальцев. — Трахни меня.       Альфа потерял дар речи, вовсе замер: остановилась рука, мягко перебирающая рыжие переливы, застыло ошарашенное выражение лица и, кажется, замерло самое сердце. Айвис секунду стоял, а потом поймал лицо Миэля в ладонь, поднимая его голову и смотря в глаза. Миэль смотрел на него, до боли распахнув ресницы, рот приоткрыт, дрожат губы; он отрывисто дышал, словно бы задыхался, что даже вздымались хрупкие плечи и грудь. — Миэль, я не могу. Ты себя видишь? — Айвис взял омегу за плечи, наклоняясь к его лицу. — Тебе плохо.       Миэль закусил губы, теряя дыхание ещё больше. Что-то болезненное отразилось на его лице, глубоко впившись в бархатную кожу яркой бледностью. Затрясло ещё больше. Он резко прижал Айвиса к стене, беря его за горло, сжимая шею альфы. — Делай! — эмоционально прошептал Миэль. — Отрабатывай своим телом, если не хочешь иначе. — Миэль, нет... — Выполняй!       Омега резко притянул Айвиса к себе, целуя в губы, впиваясь в них и не позволяя отстраниться, крепко держа за волосы. Он внезапно отстранился и укусил альфу в шею, оставляя и новый засос, едва ли не напротив другого. Айвис даже вздрогнул, но его резко утащили в комнату. Миэль толкнул альфу на кровать, порывисто раздеваясь, что с рубашки даже отлетело несколько пуговиц. На боку омеги расплылся большой синяк. Внезапно Айвис заметил и его разбитые руки, и отёкшую шею. С Миэлем что-то случилось. — Раздевайся, что смотришь? Или хочешь в одежде? — отрывисто спросил Миэль, скинув с себя и брюки.       Альфа секунду сидел в растерянности, но потом стянул с себя футболку. Миэль сел к нему на колени, упираясь в плечи и прижимая к стене. Он вновь укусил Айвиса, но уже за плечо и, оставляя очередной засос, сдёрнул с альфы штаны. Омега придвинулся максимально близко к сильному телу, вжимаясь в грудь Айвиса, обнимая его за плечи и даже их чуть-чуть царапая. — Кусай, — попросил Миэль, — прямо за шею, за плечи... делай всё, что тебе захочется. Я хочу стать твоим на эту ночь.       Айвис не поверил ушам своим, но не успел возразить, как омега снова впился в его губы, попутно лишая последней одежды. Откровенно и грубо целуя альфу, Миэль приподнялся немного, а потом медленно опустился на его член, помогая себе рукой. Больно. Без подготовки очень больно, что парень даже заскулил, жмурясь и дрожа. — Миэль, стой, — тяжело дыша, сказал Айвис, — что ты творишь? — Не хочешь? Пиздабол, у тебя встало, как только меня голым увидел.       Айвис приоткрыл было рот, но не нашёлся, что сказать. Возбуждение подкатило к горлу, к рукам — ко всему телу и ударило в голову. Альфа не мог отказаться. Он поймал Миэля в новый поцелуй, беря его под бёдра и помогая двигаться. Омега вырвался из поцелуя, застонал, прикрывая рот запястьем, и потом упёрся вновь ладонями в плечи Айвиса. С каждым движением боль сменялась чем-то на неё похожим, покуда вовсе не выродилась и не ушла в гул дыхания, пронизывающего уши.       Миэль не заметил, как его завалил животом на кровать, заставив встать на колени. Не заметил он и как Айвис расцеловал всю его спину, плечи, шею до ярких засосов. Миэль был близок к ощущению, которое можно было бы назвать «хорошо». И это «хорошо» заставило сжать подушку, пряча в неё покрасневшее лицо, заставило громко стонать, заставило дрожать, роняя редкие слёзы, столь сильно он зажмурился, заставило кожу изойти крупными жгучими мурашками. Чужое тело, вжимающее в постель, такое горячее, согрело, но общая дрожь не ушла, только сильнее впилась в кожу от резкого движения внутри.       Миэль вновь пропустил момент, когда он оказался лицом к альфе, с разведёнными до предела ногами, и когда тот вновь вошёл, возвращая чувство наполненности, что изнутри распирает и жжёт. И момент, когда на груди и животе появились отпечатки губ, тоже был упущен. Всё распалось на раздельные ощущения, картинки, прикосновения, стоны и резкие вскрики. Но Миэль запомнил, как обхватил талию альфы ногами, как вновь поцарапал его спину, как случайно прокусил его губу во время безумного поцелуя, как Айвис обнимал его самого, прижимая к себе, даже чуть-чуть приподнимая с постели, как шептал ему на ухо, едва совладав со своим дыханием. Так много «как», а Миэль хотел запомнить каждое: каждое движение, каждое слово нежности, что ему сказали.       Сон стал подбираться к Миэлю уже на руках у альфы, когда его переносили на чистую постель. Парень лишь заворчал что-то, обнимая Айвиса за шею и поджимая пальцы на ногах. А уже под одеялом Миэль заполз в объятия к альфе. На том силы Миэля покинули. Он поворчал немного, что до будильника осталось спать полчаса, и практически сразу заснул. Айвис тоже долго ждать не заставил.       Будильник они благополучно проспали вместе. Его Айвис отключил и завалился дальше спать, потом уже Миэль проснулся от звонка куратора часа три спустя. Дотянувшись до телефона и мысленно обматерив свою болящую задницу, он поднял трубку, там его уже обматерил куратор. Миэль пообещал прийти на последнюю оставшуюся пару, был снова покрыт недовольством, но на том экзекуция пробуждения была закончена. Рядом заворочался Айвис, который не проснулся даже от разговора под ухом. — Если бы был выбор, то я бы вышел замуж за тебя, — прошептал Миэль, подлезая к альфе под руку и прячась в его объятиях, — а не за того урода.       Глубокое чувство вины укусило за горло, собирая там болезненную судорогу, от которой зашумело в висках. Миэль зажмурился и уткнулся в плечо Айвиса, прижался к нему, такому тёплому и сильному. Уже почти задремал, как альфа всё же проснулся. Он нежно обнял парня, проводя по его спине рукой, словно бы ища любимую родинку между лопаток. — Доброе утро, — шепнул Айвис. — Почти, у меня задница болит. — Сам захотел опять без подготовки. — Мне не до того было, — Миэль фыркнул.       Айвис вздохнул и наклонился к омеге, предлагая ему утренний, мягкий поцелуй. Миэль согласился и первый прикоснулся к чужим губам, прикрывая глаза. Альфа запустил руку в растрёпанные рыжие волосы, нежно пробираясь пальцами между прядями, проводя по изящной шее, покрытой отпечатками поцелуев. Миэль лишь брови свёл, чуть-чуть хмурясь и подаваясь сильнее к Айвису. — Что у тебя вчера случилось? — после поцелуя спросил альфа. — Я выхожу замуж, — прошептал Миэль. — В декабре, после зимнего Прихода. Мне жаль... — Отец заставил? — помедлив, спросил Айвис. — Можно и так сказать. Скорее папа уговорил, я не мог ему возразить, да и, — Миэль скривился, — незамужний омега и в наше время почти ничего не может... — Брак по расчёту, — невесело усмехнулся альфа. — Да и ладно было бы, если б просто по расчёту. Мы бы разъехались, каждый в свою резиденцию, но я выхожу за человека, который несколько месяцев подряд пользовался мной и хочет ещё. — Что?.. — А, я тебе не рассказывал, — Миэль посмеялся, — как меня совсем чуть-чуть изнасиловали.       Айвис резко сел, смотря на омегу. Парень наклонил голову вбок, невозмутимо лёжа на кровати и чуть-чуть ёрзая, чтобы устроить ноющую задницу поудобней. Не найдя нужного положения, Миэль тоже сел и посмотрел в глаза альфе. Слабая улыбка наползла на лицо парня и он потянулся к Айвису за ещё одним поцелуем, но сорвал только нежное прикосновение. — И ничего ты мне не рассказываешь, — буркнул Айвис. — Ну извини, на такие темы говорить не принято. — Миэль облизнулся.       Айвис фыркнул и завалился обратно в постель, ложась на спину и подкладывая руки под голову. Он нахмурился, смотря в потолок, пока Миэль переползал к нему на бёдра, чтобы сесть и наклониться к шее альфы. Парню снова хотелось укусить Айвиса, что он собственно и сделал. Тот немного поморщился, потом обнимая Миэля и позволяя улечься у себя на груди. — Знаешь, когда я выйду замуж, то всё равно буду приходить к тебе, — сказал Миэль. — Три поцелуя в день? — спросил альфа. — Три поцелуя в день и один урок рисования.