Мир одарённых

— Ничего, кроме того огромного осьминога, Канако-сан! — Ищите лучше!       Когда Организация не вернулась спустя три дня, которые им были отведены для выполнения данного задания, это насторожило Гильдию. Особенно Канако. Ему стало, на самом деле, не по себе, ведь он знал, насколько сильна каждая девушка поодиночке, а вместе они могут уничтожить не то, что всю страну, а вообще всю планету.       Плюс, к тому же с ними был их глава, который явно ничуть не слабее.       Тогда Канако, который был крайне обеспокоен их долгим отсутствием, попросил у Ясуки еще несколько людей из Гильдии, но та пошла дальше и сообщила об этом королю, который не смог остаться в стороне, и отправил с ними еще нескольких стражников.       Но на побережье сложно было что либо найти, кроме огромной туши осьминога, которая превратилась в огромный кусок мяса, а из тела торчали ледяные шипы. Сразу было видно: Канаи приложила свою руку к его убийству.       И хотя всякая ерунда, вылезающая то из океана поблизости, то из леса на окраине в последнее время стала не редкостью, все равно у парня возник, в принципе, естественный вопрос. — Откуда здесь настолько огромный осьминог... — По сравнению с ним даже гильдеец ростом сто восемьдесят пять был такой точкой, что даже представить невозможно. — И почему эта громадина вылезла только сейчас... Хотя... Вообще удивительно, как она так долго скрывалась... Вряд ли он приплыл откуда-то издалека...       Стражники, в отличие от двух братьев, не рисковали подойти к осьминогу ближе, чем на десять метров. Такое чувство, будто он выглядит живым или есть вероятность, что в один момент может ожить. — Канако, мы так ничего и не нашли, кроме следов крови! — Крикнул ему Далевер, который ходил вместе со стражниками немного дальше от края берега. — И то не факт, что это кровь кого-то из Организации. Может быть, это и кровь осьминога! — Я понял, ищем дальше. — Ответил ему красноволосый.       В один момент Канако резко споткнулся и упал, проехавшись щекой по мокрой грязи. Было, конечно, больно и неприятно, но травм явно никаких нет. Однако, был бы вместо грязи асфальт — точно не поздоровилось бы. — Черт... Обо что я мог споткнуться такое... — Вся одежда гильдейца были в грязи, даже он сам.       Более-менее отряхнувшись от нее, Миритонаи повернулся к тому месту, где примерно споткнулся, и в его голове моментально пропали все мысли. Из-за камня, лежащего рядом, он увидел торчащие светлые волосы, покрытые льдом. Подбежав к тому месту, все его опасения оказались ужасной правдой. — Это... Это не может быть правдой... — Упав на колени, сквозь наступающие слезы с трудом проговорил он. — Как же так... Как это могло случиться?!       В его руках лежало бледное тело девушки, все покрытое кровью. Причиной смерти, очевидно, стала сквозная дыра в животе, которую, видимо, сделал этот самый осьминог. — Канаи... Почему ты умерла?! Почему ты не выжила?! Прошу, ответь мне, не молчи! — Гильдеец кричал во весь голос, впервые не в силах подавить свои эмоции.       Он крепко прижимал тело Канаи к своему, гладя ее по волосам. — Канако, что случилось?! — На такие громкие крики брата, не свойственные ему, естественно прибежал Далевер. — Это... Это Канаи...?       Поняв, что он сейчас ничего не ответит, парень посмотрел вокруг, и от увиденного даже вздрогнул. По всей территории возле самого океана были разбросаны тела людей, среди которых невозможно распознать, кто кем является. И число, считая Канаи, как раз подходило под число людей в Организации...       Они не похожи ни на людей, ни на животных. Сравнить их можно только с кусками сырого мяса, предназначенными плотоядным хищникам. — Как же так... — Из пальцев синеволосого выскользнула шпага, и сам он оказался не в силах стоять на ногах, от чего присел на камень, стоящий рядом. — Первый и единственный человек, который не считал меня придурком... Просто погиб... И я даже не смогу сказать ей мертвой спасибо, ведь... Я ее не смогу распознать.       Но он не ревел, лишь молча, сняв очки, сидел в трауре, вспоминая то, что произошло несколько дней назад. Это... Была не любовь, и... Вряд ли даже привязанностью это можно назвать, но ему действительно стало грустно... Даже смешно... — Я не верю, что это произошло... — Вновь проговорил шепотом эту фразу Канако.       Тем временем уже надо было возвращаться. Дело выполнено, и тела людей из Организации были найдены.       Густые черные тучи достаточно быстро образовывались над городом и его окраинами, и издалека начинали доноситься раскаты грома, а дождь уже потихоньку моросил, постепенно набирая скорость и объем капель, перерастая в ливень.       Становилось не безопасно находиться на побережье из-за океана, который вместе со всей остальной природой начинал бушевать, и волны так же быстро становились все больше и больше, но братья просто сидели и мокли под каплями дождя, не в силах встать и вернуться обратно со столь ужасным донесением.

***

— Ясуки-сенсей... Что будет теперь? — Стоя с опущенной головой рядом с главой Гильдии, проговорил шепотом Канако, не в силах посмотреть женщине в лицо. — Что нам теперь делать...       Эти похороны были самыми тихими за всю историю столицы. Никто не знал о том, что случилось, кроме государственных служащих. Подпольная Организация, которая тоже должна была быть посвящена в эту трагедию, пропадала где-то уже вторую неделю, от чего на похороны пришли лишь несколько человек из Гильдии. В основном те, кто знал хоть кого-то из Организации.

***

— Не прячься, Акамасу, я прекрасно чувствую тебя. — Повернув голову назад, улыбнулась девушка. — Я что, опять слишком громко шел? — Подошел парень уже спокойно, без всяких пряток и игр в шпионов. — Нет, я просто чувствую тебя... Будто ты — это вторая часть меня. — Как всегда, романтизируешь все, что только видишь... — К сожалению, я не так умна, как ты, но у меня есть сердце, которое чувствует намного больше, чем твое. — Положила она руку на грудь, закрыв глаза. — Я готов отдать тебе половину своего мозга, если ты отдашь половину своего сердца... — Теренна накрыл ее плечо своей ладонью, посмотрев в небо. — И тогда мы станем равны... — Ты правда этого хочешь? — Подняла красноволосая глаза, смотря на него. — Безусловно...

***

— Канако, жизнь не кончается... — И хотя она сама была на грани, чтобы не пустить слезу, Ясуки обняла парня, положив его голову себе на плечо, и погладила его по волосам. — Будет сложно смириться... Но больше нам ничего не остается. Нам не вернуть никого из них к жизни. — Я знаю... — Где Далевер? — Он остался в общежитии... Сказал, что ему плохо... Но я его не виню, хоть это и не правда... Ему просто тяжело... Ничуть не меньше, чем нам... — Все, тихо... — Попыталась ободряюще улыбнуться женщина. — Канаи явно не хотела бы видеть тебя таким, Канако... — Канаи больше нет... Какая теперь разница, каким она хотела меня видеть...

...Все равно не увидит уже никаким...

***

      Сколько дней прошло с тех пор, как его огонь в душе вновь погас? Один день? Два? Неделя? Месяц? А может вообще год?       Время для Канако потеряло свое значение в тот момент, как тот увидел ее мертвое тело. Он до сих пор не может забыть этот ужасный момент... Да и не забудет никогда.       На улицу он тоже не выходит с тех самых пор. Кажется, сидя в своей комнате, парень заметно похудел, хотя и ел что-то периодически и, причем, не так уж и мало.       Далевер все же не так сильно убивается. Ему действительно грустно, но синеволосый старается не показывать этого, продолжая выходить на люди и ходить в тот самый бар, улыбаться и выпивать до потери памяти.       Но с каждым днем эта фальшивая улыбка все слабее и слабее держится на лице. В один момент она спадет и вновь начнется истерика, как случилась после похорон, где парень чуть ли не разнес все общежитие Гильдии своей магией воды.       В очередной раз, сидя за столом и чиркая на бумаге пером непонятные символы, Канако пытался подумать хоть о чем-то другом, но в голове уже долгое время была кошмарная пустота, которая иногда прерывалась той кошмарной картиной, что он видел в тот день, а иногда улыбку Канаи. Такую милую и теплую, не смотря на ее замораживающую стихийную способность льда...

***

      Она взяла его за щеки руками, от чего красноволосый был крайне удивлен. Но он не успел сказать и слова, как Канаи зажмурилась и громко выдохнув, поцеловала его прямо в губы. — Прости... — Отпустив его, светловолосая отвела глаза в сторону, и ее поза стала какой-то неуверенной.       Наверное, если бы Канако сказали, что он сможет увидеть демонессу в таком неуверенном виде, то он бы принял это за шутку. А от информации, что именно гильдеец заставит ее оказаться в таком состоянии так и вообще, наверное бы, засмеялся.       Сказать, что он в шоке — не сказать ничего. — Не думал, что стану причиной твоего покрасневшего лица. — Слегка наклонился он к ее глазам. — Не ожидал, что я способна любить? — По-детски надула щеки девушка. — Да нет, я не сомневался. — Вновь выпрямился Канако. — Я не считаю тебя нечеловеком, какие бы там слухи не ходили. — Больше ничего не скажешь..? — Ах да, наверное, мне надо как-то ответить на твое "признание в любви". — Ухмыльнулся Канако. — Сам бы не догадался... — Наверное, отвечу тебе так же. — Чт..?       Он в точности, как и девушка пару минут назад, взял ее за лицо и аккуратно поцеловал в ее, слегка подкрашенные прозрачным блеском, губы. — Я тоже тебя люблю. — Прошептал красноглазый сквозь поцелуй, но девушка прекрасно слышала его слова.

***

— Черт... — Ударяя рукой по будильнику, в голове Канако пронеслась целая тысяча проклятий. — Если не приду на тренировку еще раз, то мне конец... — Я скажу Ясуки-сан, что ты из-за меня не пришел на тренировку сегодня... — Не открывая глаз, она сонно прислонилась к его спине и обняла за шею. — Давай дальше спать... — Не хочу чтобы ты брала ответственность за меня на себя. — Поправил он рукой ее светлые растрепанные, после сна, волосы. — Я не беру ее за тебя... — Чуть приоткрыла она левый глаз. — В конце концов, ты не приходишь на тренировки только тогда, когда я у тебя. — Канаи, не стоит, прав... — Все, ложись, надоел. — Схватив его за шею, повалила она парня назад. — Упрямый с самого утра...

***

— Как себя чувствуешь хотя бы? — Дотронулась Акумо до его лба. — Температура хоть немного упала... — Чувствую себя бесполезным и беспомощным, если уж честно... — Посмотрел он на свою перебинтованную руку. — Раненный, так еще и простуженный... Что может быть лучше... — Да ладно тебе, не все так ужасно... — Да хуже некуда... Не могу ни тренироваться, ни с тобой побыть нормально... — Мне болезни не страшны, знаешь ли. — Пересела Канаи с кресла в углу комнаты на его кровать. — Поэтому уж на ночь остаться могу. — Ты заразиться хочешь? — Говорю же — не заболею. Не упрямься. — Погладила она его по щеке. — Тем более надо же тебя как-то охладить. — Положи глыбу льда рядом — мне хватит... — То есть, я тебе не нужна? — Я не это имел в виду..! — Поспешил забрать свои слова красноволосый, как голубоглазая уже поднесла указательный палец к его губам, таким образом, заткнув. — Вот и отлично, так что я сплю с тобой. — Чуть улыбнулась девушка.

***

— Канаи... Как сильно мне не хватает тебя... — По его щекам вновь полились слезы, которые он пытался убрать, но их становилось только больше.       Гильдеец всегда думал, что будет готов расстаться с Канаи без слез при любом случае: если она к нему охладеет, если Организация покинет столицу и если даже она умрет.       Так уже бывало раньше. Из-за забитого графика, девушкам надоедало, что Канако уделяет им мало времени.       Хотя, бывали и случаи, когда чувства кого-то из них обрывались, и они расставались.       Но Канаи оказалась особенной. Теперь уже мечник понимал: он не смог бы забыть ее никогда. Это была настоящая любовь, которую Канако потерял... — Да твою мать, ты глухой! — Внезапно раздался грохот, и окно в комнату Канако было разбито. Внутрь комнаты залетел серый грязный камень, из-за которого стекло и распалось на гору маленьких осколков.       Его слезы мгновенно прекратились. Не потому, что он успокоился. А потому, что не мог позволить кому-то увидеть их. — Сколько можно уже?! — Встав из-за стола и громко ударив ладонями по нему, красноволосый буквально пулей выскочил на улицу, ища человека, нарушившего его покой. — Кому делать нечего?!       Не сказать, что его редко доставали тем, что кидали мелкие камушки в окно. Обычно это делали гильдейцы младше, которым хотелось, чтобы старший погонялся за ними. Обычно парень с радостью это делал: такая игра тоже некая тренировка выносливости, как для новичков, так и для него самого. Канако, правда, всегда выходил победителем, даже если старался поддаваться.       Но сейчас он совсем не хотел играть в догонялки, и спокойно говорил об этом всем тем, кто кидал мелкие камешки в его окно или стучал в дверь.       Единственный, кого заметил Канако поблизости — парень странной внешности, на которую, правда, он не обратил внимания, и просто быстро подошел, почти что подбежал, схватив его за плечи. — Тебе делать нечего?! С тренировок уходишь и мне окно разбиваешь?! Совсем страх потерял?! — Успокойся, горячий парень, ты попутал что-то! — Оттолкнув его, нахмурился Аттемиюри. — Я не из Гильдии, глаза разуй! — А... — Пришло осознание к красноволосому. — Прости... Я совсем потерялся в своих мыслях... — Мне тоже следует извиниться за разбитое окно... — Вздохнул Атте, поставив руки на пояс. — Возмещу его потом. Лучше скажи, что с Организацей? — Организация... — Мечник вновь вспомнил мертвое лицо Канаи, которую держал на руках в тот день. Вспомнил тихие похороны членов Организации, на которой не было почти никого.       На глазах тут же возникли слезы, которые он сразу же вытер. Малознакомый член Подпольной Организации явно не тот человек, перед которым Канако будет показывать свою слабую сторону. — Да, Организация. Что с ней? Почему здания нет, и где все?! — Было видно, что киллер переживает и его терпение быстро иссякает. — Скажи уже! — Идем за мной... — Миритонаи опустил голову, после чего молча побрел в определенную сторону.       Русоволосый тоже не проронил больше ни слова. Он шел за парнем, в глубине души надеясь на более-менее хороший исход.

***

— Ты... Шутишь что ли? — Мне жаль... Я разучился шутить...       Они стояли перед могилой Икиши, на которой были выгравированы годы жизни, имя с фамилией и одна и та же надпись, повторяющаяся на всех могилах без исключения — "Вечная память умершим".       Аттемиюри стоял спокойно, однако Канако прекрасно видел его сжатые от злости кулаки, и бегающие глаза.

***

— Чего бы ты хотела? — Поднял Атте глаза на нее. — С чего вдруг такой вопрос? — Неподдельно удивилась Икиши, переметнув взгляд с книги, которую читала секунду назад, на лежащего поперек кровати киллера. — Ну, просто. — Пожал он плечами, ухмыльнувшись. — Ну... Давай к тем горам сходим? — Прямо сейчас? — Посмотрел Аттемиюри на ночное небо, которое было видно сквозь оконное стекло. — Ну не прямо сейчас, а вообще когда-нибудь. — Улыбнулась темноволосая. — Я бы хотела оказаться вообще на их вершине... Наверное, там красиво... — Наверное... — Ты там никогда не был? — Даже удивилась Икиши. — Нет... Как-то не хотелось, да и времени особо не было. Но если с тобой... — Если со мной...? — И хотя Икиши знала ответ, она все же хотела услышать его лично от него. — Если с тобой, то я готов даже с некоторых миссий отпроситься, чтобы сходить туда. — Улыбнулся парень. — В конце концов, я же обещал тебе показать свободу... — Ты лучший! — Накинулась она на него с объятиями.

***

      Кажется... Он в полном шоке, зол и не может поверить тому, что видит перед собой. — Как давно они умерли? — Внезапно спросил одаренный после нескольких минут полного молчания. — Шестнадцатое июня... — Мне нужна точная дата, а не то, что выгравировано на могильном камне! — Н-ну... В таком случае... Где-то между десятым и тринадцатым... Мы нашли тела четырнадцатого... — Слегка был ошарашен таким тоном Канако. — Сегодня двадцать третье... Месяца еще не прошло, их силы не перешли другим людям, мы все можем успеть! — Вдруг его тон стал более мягким, но все еще оставался серьезным, и в нем была слышна некая надежда. — Что ты имеешь в виду? — Есть... Есть еще способ их оживить. — С нервной улыбкой сказал русоволосый. — Я знаю человека, который может нам помочь в этом! — Кто?! Живо веди к нему! — Миритонаи вновь вцепился в руки киллеру, но уже не в порыве злости.