Призрак Спарты

Комфортно поспав в самолете, идущий от Гавайев до Фуюки, я, размяв шею, стал медленно покидать самолет держа на руках Майю. Впервые за многие годы я попал на родину, ведь, как ни странно, мои постоянные кругосветные путешествия избегали страны восходящего солнца. Думаю, это из-за всегда орудующих мощных семей магов по типу Тосака и Мато, которых привлекали эти земли, наполненные лей-линиями и желанный многими Святой Грааль. Выйдя из самолёта, я усадил малышку на плечи и последовал за тремя девушками, что шли чуть впереди. Айрисвиль была немного растерянна из-за постоянных смен мест и лиц вокруг нас, но это также приводило её в волнение, вызывая бесконечный интерес ко всему вокруг. С Майей, что беззастенчиво била меня своими ножками в сандалях, было примерно тоже самое, но в отличии от старшей девушки она вообще не сдерживаясь болтала со мной, постоянно спрашивая обо всем что увидит. Даже у пассажиров моя девочка вызывала лишь умиление и невольные улыбки. Правда тех двух уродов, что криво на нее смотрели, отныне ждет очень тяжелая жизнь. В чем я разбираюсь довольно хорошо, так это в наиболее «случайных» смертях и, как ни странно, проклятьях, что всегда помогают мне эти смерти устраивать. Больные ублюдки, как вообще можно посягнуть на ребенка, это же святое! Уроды, птьфу. Пройдя формальности и забрав наш относительно небольшой, для пяти человек, багаж, мы покинули аэропорт. Снаружи я сразу увидел мужчину-азиата держащего табличку с моим именем. На полпути к нему он заметил нашу компашку и выдал своим лицом явное узнавание. Кинувшись к нам навстречу, я сразу получил из его рук ключи от внедорожника, что стоял за его спиной. Усадив всех и заведя мотор, я повел стального монстра вслед за машиной нашего сопровождающего. Вскоре мы покинули пределы города, но далеко от него не уехали. Заехав на одну из гор около города, мы увидели ворота, что автоматически открылись. Заехав на территорию, мы продолжили поездку по лесу и через минуту выехали из него оказавшись по левую сторону от довольно большого озера. Сразу за которым виднелся особняк довольно похожий на замок. Подъехав к особняку, мы покинули автомобиль и пошли вслед нашему сопровождающему. Свое дело он знал хорошо и смог быстро, и четко рассказать нам о каждом уголке поместья, что было базой каждого мастера Айнцбернов в предыдущих войнах. Спросив о наших нуждах и поняв, что более не нужен с поклоном покинул нас. Заняв комнаты, мы приготовили ужин и пошли спать. На полпути на глазах Майи начали появляться слезы. Покрепче сжав мою рубашку, она начала сильно хныкать. Особняк и правду был большим и от этого казался пустым, и страшным для маленькой пчелки, что привыкла к нашему яркому и очень небольшому по сравнению с этим местом домику на острове, где буквально за стенкой был её любимый папа, что мог легко защитить её от любого вреда. — Ты можешь поспать с нами если слишком страшно. Утерев слезы о мою рубаху, она наконец успокоилась. Майя что всегда казалась такой умной и храброй предстала для меня с новой какой-то даже неожиданной для меня стороны, но отрицать что её хрупкая сторона заставила меня умиляться и одновременно с этим переживать сильную душевную боль не мог. Мне уже начинает казаться что я через чур люблю маленьких девочек. Брр даже звучит как-то неправильно, но ведь она моя дочь и я имею право её любить и лелеять, да? Уложив её рядом с собой я начал медленно поглаживать её голову напевая колыбельную. Удерживая мою руку, будто бы маленькая коала, Майя медленно уснула. Пришедшие чуть позже Наталья и Ширли увидев эту сцену, тихо легли на другую сторону огромной кровати и подперли девочку с другой стороны. Укрывшись и улегшись поудобнее, я закрыл глаза медленно уснув. Тот же мужчина, что я видел, в, как я думал, кошмаре, явился мне вновь, но сцена сильно отличалась от прошлой. Теперь он сидел на коленях в каком-то помещении, что, как мне кажется, было храмом или монастырем. В каждой руке он удерживал по окровавленному телу. В правой лежала маленькая девочка, на чьем лице застыл шок и неверие, в левой лежала женщина с таким же недоверчивым лицом. Черты лица девочки очень напоминали женщину, так что не сложно было догадаться, что та была её матерью, но от мужчины, что держал её на руках тоже кое-что досталось. Это были его жена и дочь. В этот раз не было никакого гнева и ярости, был лишь полностью разбитый и печальный мужчина, потерявший самое дорогое, что было в его жизни. Слезы непрерывно текли из его глаз и губы сами собой шептали слова извинения. Сам того, не поняв я и сам переполнился эмоциями, что ощущал мужчина и одной из эмоций, что я не заметил раньше был стыд. Сначала я не понимал почему, но потом мой глаз зацепился за те страшные клинки, с которых все ещё стекала свежая кровь… Мое сознание охватило горе и страх. Я явственно представил, как моя собственная рука душит Майю, пока другая пытает молнией трех девушек, лежащих у моих ног и мое собственное лицо застывшее в гримасе бесконечной, ничем необузданной ярости. Ноги сами собой подкосились, и я упал на колени прямиком напротив мужчины. Расфокусированными, залитыми и опухшими от бесконечно проливаемых мной слез я смотрел на мужчину и ощущал странные эманации родства. Но через мгновение я был резко вышвырнут из собственного кошмара. Мое тело было залито холодным потом и само по себе ощущалось как кусок льда, из-за чего я лишь сильнее ощущал тепло обнимающих меня тел и горячих слез, стекающих с их лиц на мое тело. Открыв глаза, я заметил сидящую на мне Ширли с пустой пробиркой в руке, смотрящую на меня невероятно обеспокоенно опухшими от слез глазами. Справа мою руку обнимало тельце Майи, что плакала мелко подрагивая. Слева на краю кровати сидела Айрисвиль, что во всю рыдала крепко держа мою левую руку. Наташа, что 4 года как бросила курить, нашлась в проходе, с одной из моих сигар во рту. Заметившая мою активность Ширли взяла мое лицо обеими руками и заставила посмотреть ей в глаза. Я знал, что она хотела знать. — Я уже в порядке, правда. Вздохнув с облегчением, она опустилась и поцеловала мои губы. В этом соленом от её слез поцелуе, не было и намека на похоть. Разорвав наши губы, Ширли слезла с моего тела и отошла к Наташе. Оставшись ко мне спиной, её плечи совсем немного подрагивали, выдавая причину по которой она вновь не обернулась. Повернувшись к Майе, я, вырвавшись из плена её рук, обернув её вокруг её тела придвинул ближе к себе успокаивающе похлопав по спинке. — С тобой ведь все будет хорошо? — Да, мне просто приснился очень…странный сон, но уже все хорошо. Папа здесь и всегда будет рядом когда ты будешь в нем нуждаться. Обещаю. Наконец успокоившись, она прижалась головой к моему боку, практически мгновенно уснув. Для девочки это был наверно даже ещё больший стресс, чем для меня самого, учитывая то, что я видел. Обернувшись к Айри, я увидел, как та делала бесплотные попытки утереть слезы, но её беспокойство будто обретало материальность вокруг нее, так что не почувствовать её текущее настроение, как бы я не пытался, было практически невозможно. Нужны ли были ей в этот момент слова утешения? Ответ — нет. Вырвав свою руку из её железной хватки, я сам схватился за её руку, не сильно потянув на себя. Без какого-либо сопротивления с её стороны она упала головой на мою грудь. Моя рука легла на её голову. Стабильный и мощный стук моего сердца служил наилучшим доказательством моего присутствия среди живых. Айрисвиль окончательно успокоилась и на её губах расцвела небольшая улыбка радости. Откинувшись на подушку, я стал медленно поглаживать две пары шелковистых, мягких волос. Одного моего взгляда достаточно показного неодобрения на Наташу, той хватило, чтобы затушить сигару о пепельницу в руках и повернувшись ко мне спиной, тихо, но все ещё слышно для меня облегченно вздохнуть. Гордая львица была бы слишком смущена если бы даже среди семьи показала свое настоящее беспокойство. Девочки ненадолго ушли и по возвращении вновь легли рядом со мной, зажав Майю с двух сторон. Все впятером мы вновь уснули, слишком эмоционально измотанные для разговоров. Мне, к счастью, в эту ночь более ничего не снилось. Утром Ширли под взглядами остальной части дома провела на мне ритуал полной диагностики, но не нашла абсолютно никаких ядов или следов проклятья. Я был более чем здоров. Вот только одна аномалия со мной все же была, и заключалась она в том, что я впитывал окружающую магию без намека на остановку, будто я был бездонной черной дырой, ведь самой магии в таких количествах в моем теле обнаружено не было. Это было крайне странно, но я был уверен, что мне это опасностью не грозит. Вот только я почти уверен, что между моими снами и этой аномалией есть четкая связь, вот только понять в чем эта связь заключается не смог. И это незнание все же вызывало во мне некоторое беспокойство. Моя интуиция, что всегда спасала меня молчала и я не знал, что мне выбрать. Поверить в свое рациональное начало, что говорило мне о том, что эти сны рано или поздно приведут к абсолютно непредсказуемому итогу, что может привести к трагедии или поверить в свое иррациональное начало, что говорило мне не волноваться по поводу грядущего, будто оно принесет мне лишь выгоды и ни мне, ни моим близким ничего не угрожает. Во что мне верить? Или точнее, что мне делать? Я ведь даже не знаю с чего именно начать свои поиски. В истории точно не было человека похожего на того мужчину, но тогда откуда он? По тому, что я заметил, он дрался с Персидскими воинами, а его сила точно не может принадлежать человеку. Можно сузить поиски до Греции, а сам мужчина точно потомок богов — вот только из грецкой истории известно до хрена и больше потомков богов от какого-нибудь Геракла, что кстати довольно схож с мужчиной, но явно не он, и до какого-нибудь Ахиллеса, что тоже маловероятно. Самая главная его отличительная черта — это неистовый гнев, что горел в нем во время той бойни. Я просто уверен, что нет никого с настолько же огромным количеством гнева и ярости внутри себя. И что я могу сделать с этой информацией? Да ничего! И меня это бесит! Ладно, мне нет смысла гневаться, но это бессилие. Почти самый сильный маг современности? Звучит как шутка, причем очень несмешная. И что мне остается? Только сидеть на попе ровно, хотя нет, нужно насесть на мой проект домена, этот сон наложил на меня свой отпечаток, и я в некотором роде даже ему благодарен за это, а то я в последнее время что-то стал забываться насколько этот мир может быть жесток. Мои мысли были прерваны Маей, что взобрался мне на коленки пока я допивал свой чай. — Папочка. — Обняла она меня. Беспокойство моей пчелки заставляло меня чувствовать себя виноватым. — Извини, что заставляю тебя волноваться, со мной правда все хорошо. — Подняв ко мне свои рубиновые глазки, она пристально уставилась в мое лицо. — Правда-правда? — Да, как я и говорил, мне просто приснился кошмар, но Майя, мамы и тетя Айри смогли помочь мне выбраться из него. На её лице наконец появилась улыбка. Обняв её, я вновь прижал её к себе. Семейное тепло — это то, что было мне сейчас так нужно, чтобы перестать чествовать этот страх абсолютной неизвестности. Сегодня на повестке дня была прогулка по Фуюки. Думаю, это неплохой способ развеяться и расслабиться. Мне действительно было это нужно. Собравшись, мы покинули виллу на том же внедорожнике и спустя одну недолгую поездку въехали в черту города. В прошлый раз мы видели его в свете ночных огней, но в это раз увидели при солнце, что создавало совершенно другие ощущения. Медленно проезжая через город, мы заметили раменную, куда зашли пообедать. Теплый, вкусный рамен, приготовленный руками опытного профессионала и добрая улыбка дочки владельца, что с радостью нас обслужила, дали мне освежающее чувство, столь необходимого мне сейчас, умиротворения. Здесь и сейчас я смог взять перерыв от постоянно накатывавшего на меня бессильного гнева. Состояние абсолютного спокойствия, столь похожее на медитативный транс дало мне столь необходимое сейчас озарение, давшее столь простой и очевидный ответ на вопрос, что я сам же усложнил. Я не знаю кто именно появляется в моих снах, но это точно не проклятие и не наваждение. Может быть, этого человека никогда не существовало и мой воспаленный мозг лишь придумал его, чтобы напомнить мне о том, что мир вокруг не рай, а может он был забыт в анналах истории и я начав пробуждать дар ясновидения, стал видеть его. Второй вариант не совсем объясняет то, что я столь остро ощущал его эмоции, будто они были моими собственными, но ясновидение бывает разным и маги ещё не изучили этот дар полностью, так что если он дает мне острую эмпатию, то я вполне могу считать это реально возможным. В любом случае от этого мне точно не будет какого-либо вреда, но и ощутимой пользы тоже, хотя напоминанием послужило неплохим, таким ведром на голову, взбодрив мое уже начавшее засыпать сознание воина. Видимо моя перемена как-то отобразилась на лице, ведь все ещё напряженные и глубоко внутри обеспокоенные девушки проявили свои, никогда не перестающие очаровывать меня, улыбки. Я уверен, что эти сны продолжаться, но я не должен воспринимать их лишь как вестник беды, ведь беда и так всегда была и будет у моего порога. По всем известному закону подлости, никогда ничего не может идти слишком хорошо, и если она все же решит постучать, то я буду к этому готов и использую все доступные мне средства, чтобы защитить свой «дом».